https://wodolei.ru/catalog/unitazy/Roca/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он стал расспрашивать слугу трактира «Кинросси», где он остановился и где услуги были более чем ненавязчивы. Малый поведал, что горные долины начинаются сразу же за Питлохри, а это совсем недалеко, и нарисовал карту местности, сообщив, что на поездку уйдет день-два. В Данкельде можно будет спросить, где именно находится земля… то есть если он вообще доберется до Данкельда.— Вся запуталась, дурацкая кляча!Этот крик донесся изнутри конюшни. Наконец оттуда вышел хозяин, ведя на поводу лошадь. Черт побери — лошадь-то необъезженная, а он заплатил за нее такие деньги! Устало, вздохнув, Артур натянул кожаные перчатки и пошел на выгон. Когда он подошел к лошади, стало ясно, что удила слишком туго затянуты, и он тут же решил их ослабить. Кобыла вскинула голову, когда он к ней прикоснулся, но Артур погладил ее по носу и нежно начал что-то нашептывать, одновременно ослабляя ремешки. Лошадь успокоилась; хозяин конюшни, увидев это, широко раскрыл глаза от удивления.Идиот!— Она объезженная, — поспешно заверил он Артура, заметив сомнение на его лице. — Просто она малость горячая, вот и все.Да, он и сам видит, что лошадь объездили — пять минут назад.— Мои вещи. — Он повелительно кивнул в сторону ограды выгона, где оставил две большие сумки из мягкой кожи. Мошенник вспыхнул, неловко сунул поводья Артуру, принес сумки и довольно небрежно бросил одну из них на землю, чтобы привязать другую к седлу. Когда он поднял вторую сумку и подошел к кобыле, та недовольно переступила ногами и громко фыркнула, потому что хозяин опять слишком туго затянул ремни. Артур вежливо протянул ему поводья, ослабил ремни так, чтобы лошадь могла дышать, поправил на голове шляпу и протянул руку за поводьями.Однако лошадь не желала, чтобы на нее садились верхом, и начала нетерпеливо пританцовывать и ржать, когда Артур сунул ногу в стремя. Довольная улыбка приподняла уголок рта хозяина, но Артур имел дело и с более упрямыми лошадьми. Он взлетел в седло, сразу натянул поводья, когда лошадь начала пятиться под ним, и одновременно стиснул ее коленями, давая понять, что здесь командует он. Лошадь еще некоторое время фыркала, вскидывала голову, опускала плечи, стараясь сбросить всадника, подбрасывала задние ноги, намереваясь брыкнуть его, но в конце концов покорилась. Относительно, конечно. Артур посмотрел на хозяина конюшни. Вид у него больше не был самодовольным — он выражал кроткое благоговение.— Кажется, вы переоценили ваш товар, сэр. За назначенную вами цену я ожидал получить опытную лошадь.— Что такое? Она объезжена, клянусь вам! — угрожающе проговорил шотландец.Артур закатил глаза, потом кивнул в сторону ворот. Сейчас кобыла у него под контролем, а цена не настолько велика, чтобы из-за нее стоило торговаться.— Будьте так любезны, — лениво проговорил он, сжимая ногами бока лошади и все время держась начеку.Когда ворота отворились, кобыла вылетела с выгона галопом и помчалась по деревенской дороге. К тому времени, когда они добрались до большака, идущего на север, с Хеллион, как Артур ее назвал, управляться стало уже немного легче, но она все еще была чересчур игрива.Дорога вилась по склонам холмов, мимо глубоких долин и кристально чистых потоков. Местность казалась совершенно необитаемой, и если бы не какая-то старуха, закутанная в плед и бредущая по дороге в сопровождении собаки, такой же старой, как и она, сама, Артур решил бы, что попал в места, где не ступала нога человека.К вечеру он начал думать, что пропустил поворот. Он остановил лошадь у небольшого ручья рядом со старинным каменным крестом, обозначающим расположение бог весть чего, и дал Хеллион напиться досыта, а сам начал изучать примитивную карту, нарисованную трактирным слугой. «X», вероятно, означало Данкельд, городок, где, по мнению слуги, ему предстояло выяснить, куда ехать дальше. По подсчетам Артура, этот городок должен был находиться именно там, где он сейчас стоял. Он посмотрел на солнце, чтобы определить направление. Держите на север, посоветовали ему, к Кайнлейвену. Кайнлейвен, судя по карте, совсем рядом с Данкельдом, а Данкельд, кажется, отстоит от Перта не больше чем на десять миль.С тихим вздохом Артур потер затылок. Конечно, он отъехал от Перта больше чем на десять миль. Но может быть, это ему так показалось из-за трудностей, связанных с Хеллион? Он снова направил кобылу на дорогу, решив, что поедет в северном направлении, а если не найдет никакого ориентира в течение часа, повернет обратно.Спустя час, не обнаружив ничего, кроме каменного фундамента того, что некогда было крепостью, Артур с раздражением и презрением начал думать обо всей Шотландии в целом, а особенно о Пертшире. Он сердито посмотрел на дорогу, ведущую на север.Ладно, хватит себя обманывать. Он заблудился.И судя по всему, заблудился окончательно и безнадежно, поскольку здесь не было никаких признаков цивилизации, за исключением старухи в пледе, а он встретил ее два часа назад. Как, неужели он заехал в дикие места, не отмеченные на карте? Может быть, он вообще очутился у черта на рогах?Артур размышлял о своем затруднительном положении, а Хеллион пощипывала высокие стебли травы. Он повернулся, чтобы рассмотреть поворот к северу, и…Что это? Что-то лежит на краю дороги. Сумка?Артур наклонился, чтобы получше рассмотреть предмет. Это действительно оказалась сумка красного цвета. Это открытие его обрадовало — раз есть сумка, значит, есть и человек, который умеет говорить и скажет ему, куда, прости Господи, он заехал. Артур быстро спешился и потянул Хеллион за собой, но лошадь упиралась, гораздо больше заинтересованная травой, чем сумкой. Безнадежно вздохнув, Артур небрежно перебросил поводья через низко свисающую ветку дерева, отошел в сторону и огляделся.К одной стороне дороги примыкала густая роща, с другой стороны местность немного понижалась, образуя поросшую травой луговину, доходившую до опушки леса. Артур медленно поворачивался вокруг своей оси, вглядываясь в ландшафт и пытаясь отыскать хоть какие-то признаки жизни, но в конце концов понял, что сумка скорее всего выпала из проезжавшего экипажа.— Просто замечательно, — пробормотал он и, вернувшись к сумке, ткнул ее ногой. Может, внутри есть что-то такое, что поможет ему — хотя он понятия не имел, что это может быть. Карта! Вот что ему нужно. Он присел на корточки и открыл сумку.Оттуда выпало какое-то белое одеяние из хлопчатой материи. Черт побери, сумка принадлежит женщине, а это значит, что он не найдет в ней ничего для себя полезного. Но все же он снял перчатку и, недовольно фыркнув, сунул руку поглубже, пробираясь сквозь дамские предметы туалета и прочие вещи, на которые он не обращал внимания, пока его пальцы не царапнули по днищу.Ничего.Он уже готов был в отчаянии отшвырнуть эту дурацкую сумку в сторону, как услышал не вызывающий сомнения звук взводимого курка.Ну, разве это не прекрасно? В дополнение к прочим чудесным событиям этого дня его еще и ограбят! Он услышал шелест одежды: негодяй приближался к нему явно на цыпочках — так легка была его поступь. Это показалось Артуру странным; он полагал, что любой уважающий себя разбойник с большой дороги должен держаться на расстоянии от своей жертвы на тот случай, если жертва решит устроить ему сюрприз, как он, кстати, и намеревался сделать. А разве у него был выбор? Прежде чем он достанет свой пистолет, разбойник его пристрелит. К несчастью, положение, в которое он попал, было одной из тех незавидных ситуаций, когда остается только наброситься на этого мерзавца и надеяться на лучшее, поскольку Артуру вовсе не улыбалось, чтобы у него отобрали все его имущество.Он ждал, внимательно вслушиваясь в тихий шелест, пока прямо-таки не почувствовал, что бандит стоит у него за спиной. С шумным выдохом он резко повернулся и выбросил вперед руку как раз в тот момент, когда выстрел опалил его огнем. Он упал на спину. Глава 5 Прошло несколько мгновений, прежде чем Артур собрался с мыслями и ощупал себя, чтобы понять, куда он ранен. К счастью, пуля всего лишь оцарапала предплечье, и единственный ущерб заключался в том, что был разорван очень дорогой сюртук для верховой езды и зверски болела рука.За один день Шотландия выдала Артуру Кристиану столько, что больше он уже не мог вынести.Он круто повернулся туда, где находился нападавший — должен был находиться, — и раскрыл рот от изумления. Женщина! Вне всяких сомнений! Она сидела на земле и яростно терла локоть; гримаса на ее лице показывала, что она больно ударилась при падении. Очевидно, ее сбила с ног отдача от выстрела. И Артур понял, отчего это произошло: лежавший на дороге пистолет был давным-давно устаревшей конструкции. Шум от его выстрела мог испугать приближающуюся… Хеллион.Артур стремительно повернулся в ту сторону, где привязал лошадь, и смачно выругался. Несчастное животное убежало со всеми его пожитками. Он помчался вдогонку, в напрасной надежде, что Хеллион просто спряталась в лесу, но быстро понял, что проклятая кляча направилась в свою удобную конюшню в Перте. Артур остановился, ловя ртом воздух и прижимая руку к груди.— Проклятие! Проклятие! — рявкнул он и, резко повернувшись, пошел на место преступления, с каждым шагом все сильнее приходя в ярость. Наконец он остановился, расставив ноги и уперев руки в бока, и сердито воззрился на девушку, растянувшуюся на дороге; из-под платья у нее высовывались ботинки. Она же смотрела на него широко раскрытыми невинными глазами, и у него от возмущения перехватило дыхание. Он постарался успокоиться и обуздать свою ярость, но это оказалось бесполезным занятием.— Вы вообще соображали, что делали? — вскричал он. Что-то сверкнуло в глазах женщины, и они угрожающе сузились.— Я защищала свое имущество, вот что я делала! — храбро ответила она. — А сами-то вы соображали, что делали?— А вам не пришло в голову, что нужно просто-напросто заявить, что это ваша сумка, а не стрелять в безоружного человека? — сердито возразил он, наклонился, схватил ее за локоть, что-то пробурчал в ответ на ее испуганный возглас и рывком поднял на ноги. Она тут же вырвала руку и отшатнулась, гневно глядя на него и небрежно поправляя шляпку.В этот момент Артур и заметил, что она одета в черное. Прекрасно! Его сбила с ног вдова. Он громко вздохнул и отвел глаза.— Вам и в самом деле не следовало шарить в чужих вещах!Это неожиданное высказывание было произнесено с таким нравственным превосходством, что Артура опять чуть не захлестнула ярость, хотя — он не мог не отметить это — у незнакомки было приятное мягкое шотландское произношение. Он медленно окинул ее взглядом с ног до головы. Она с такой силой стряхивала пыль с юбки, что ему показалось — юбка вот-вот отлетит в сторону.— Я не собирался грабить вас, мадам! Уверяю вас, если бы я захотел что-то украсть, я нашел бы что-нибудь поинтереснее старой сумки!Она перестала отряхиваться, встретилась глазами с его сердитым взглядом и ответила таким тоном, что по спине у него пробежал холодок.— Если вы не собирались меня грабить, то, что же вы собирались сделать?— Простите меня, но ведь сумки не часто валяются посреди безлюдной дороги! Я подумал, может, в ней найдется что-то, говорящее об имени владельца или о том, куда он направляется!Негодование в ее взгляде сменилось смятением; он почти видел, как просветление засияло, подобно ореолу, вокруг ее головы.— Вот оно как, — пробормотала она.Действительно, вот оно как. Испустив вздох великого отчаяния, Артур смотрел, как она отряхивает себя сзади, и неохотно спросил:— Вы не ушиблись, нет? Ничего не сломали?— Явного — ничего, — буркнула она, подозрительно поглядывая на него, и вдруг Артур обнаружил, что глаза у нее очень светлого, прозрачно-синего цвета. Это были красивые глаза, с радужной оболочкой, обведенной темно-серым ободком, с длинными черными ресницами…— Вы ведь из Эдинбурга, да? — спросила она. Он заморгал.— Прошу прощения?— Из Эдинбурга. Вы, наверное, из Эдинбурга, — повторила она.Как будто не ясно, откуда он.— Я из Англии, — поправил он.Она ахнула и внезапно просияла лучезарной улыбкой. Это застало его врасплох.— Я когда-то знала одну девушку из Англии! — воскликнула она, словно их познакомили за чайным столом, а потом так же внезапно — прежде чем он успел ответить — ее улыбка погасла. — Матерь Божья, а я-то в вас выстрелила!И свет над ее шляпкой засиял еще ярче.— Ну да, кажется, мы уже говорили об этом, — лениво протянул он, проследив за ее взглядом, устремленным на его руку. Зрелище малоприятное — честно говоря, в гневе он уже забыл о своей ране, — но при виде крови, покрывшей то, что осталось от рукава сюртука, боль вдруг стала весьма ощутимой.— Это нужно перевязать. — Она так резко подалась к нему, что Артур невольно отшатнулся. Схватив свою сумку, она быстро сунула туда руку и извлекла из нее белый предмет из хлопчатой ткани, назначение которого для Артура было пока не ясно. — Снимите сюртук, пожалуйста, — попросила она и, поставив сумку, принялась рвать белый предмет.Ну, нет. Пусть эта безумная вдова и выстрелила в него, но ему вовсе не хотелось, чтобы она еще его и врачевала. Покачав головой, он отступил, чтобы она не могла до него дотянуться, а она шла к нему, и ее светло-синие глаза — она смотрела на его руку — были полны решимости.— Благодарю вас, мадам, но вы сделали все, что могли.— У вас кровь, — напомнила она без всякой нужды.— Это просто царапина…— Ох, что за глупости! Пожалуйста, снимите сюртук.— Мы не успеем еще добраться до деревни, а моя рана уже заживет. Вы больше поможете мне, если подведете сюда ваш экипаж. Где он? — спросил Артур, глядя на дорогу.— Мой экипаж? — Она засмеялась. — У меня нет экипажа, сэр!— Ну, лошадь или то, на чем вы сегодня путешествуете, — брюзгливо продолжал он.— Я путешествую на своих двоих.Она просто скромничает, вот и все, но Артуру это пришлось не по душе. Он двинулся к ней, опалив ее самым жгучим презрением, на какое только был способен.— Мадам, у меня был долгий и трудный день. Поскольку вам удалось ранить меня и спугнуть мою лошадь, я был бы вам весьма признателен, если бы вы предоставили мне ваше средство передвижения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я