https://wodolei.ru/catalog/unitazy/Roca/dama-senso/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Атрей торжествовал.Теперь очередь была за Афинами — последним препятствием к утверждению панэллинского единства под эгидой ахейцев.Благодаря Тесеевым реформам Афины за полтора-два десятилетия ликвидировали свое вековое отставание. Из жертвенного святилища Афины превратились в многолюдный, хорошо укрепленный город. Наши источники свидетельствуют о том, что самым многочисленным из трех сословий очень скоро оказалось сословие демиургов, следовательно, Афины стали городом ремесленников. Расцвели и такие ремесла, о которых жившие натуральным хозяйством ионийцы прежде, может быть, только слыхали. (Это понятно: правом убежища здесь легче всего было воспользоваться тому чужеземцу, чьи голова или руки были способны к чему-то. И среди рабов многие владели хоть каким-нибудь ремеслом — эти, как видно, в процентном отношении обладали и большей «бегучестью», то есть передвигались свободнее — да и ловчее, — чем те, кто был накрепко привязан к дому или к земле.) Тесей перестроил хозяйство, введя в оборот деньги, а это означает, что Афины стали принимать участие в мировой торговле. Укрепил он и внешнеполитические позиции своего государства: в средней и северной Греции лишь общество дорийцев имело похожую организацию и обладало тою же силой — с ними-то и завел дружбу Тесей. В войну, да и то оборонительную, вступил, насколько нам известно, только однажды — с амазонками, явившимися отомстить за Ипполиту, — но то была, можно сказать, бескровная война, быстро окончившаяся миром. В деле Гераклидов Тесей был непреклонен, что, однако, вовсе не означает, будто он вообще враждовал с Микенами. Напротив, именно он поставил точку на долгих распрях, разрешив за совещательным столом долгий спор о границах и с помощью пограничных своих столбов на столетия вперед обозначив, до коих пор простирается Пелопоннес и где начинаются владения Афин. Он не стремился завоевывать территории, а собирал в Афины людей — как можно больше трудоспособных людей.Самым богатым слоем населения Тесеевых Афин были — по свидетельству Плутарха — земледельцы. Следовательно, Тесей не только упорядочил систему землевладения, по — используя благоприятную конъюнктуру — заботился о возможно быстрой модернизации сельского хозяйства Аттики и связанных с ним промыслов (виноделия, сбивания масла, сыроварения, вяления мяса). Очевидно, что при старых порядках, без осуществленной Тесеем революции подобный экономический расцвет в Аттике не наступил бы.Все это верно, однако планы Тесея имели весьма и весьма дальний прицел. Он посадил такое дерево, плодами которого афиняне могли, правда, лакомиться уже и при нем, но насытиться ими по-настоящему доведется лишь внукам. А пока большую часть доходов населения поглощало неслыханное по размерам и темпам общественное и частное строительство, серьезные капиталовложения для развития различных промыслов и ремесел, расходы на оборонительные мероприятия. Позволю себе смелость высказать такое предположение: вполне вероятно, что и денежное хозяйство Тесей ввел, не в последнюю очередь, потому, что меновой рынок нелегко подвигнуть на жертвы, как и осуществлять сбор десятины натурой. Многие, очевидно, пустились в спекуляцию продуктами питания, сырьем — в первую очередь строительным, — цены подскочили. Несомненно, городская жизнь в Афинах привела к возникновению такого рода новых потребностей, каких ионийцы прежде не ведали.Мы знаем, насколько неустойчив индекс дохода как экономический показатель, насколько он постоянно нуждается в обновленни. Сегодня уже при подсчете затрат, необходимых венгерскому рабочему для восстановления его рабочей силы, мы должны учесть и телевизор, и холодильник, завтра — цветной телевизор, малолитражный автомобиль. Нельзя также провести пересчет на хлеб и мясо, потому что и здесь придется включить — вместо прежней крестьянской хатенки под соломенной кровлей — просторную виллу с ванной комнатой под шатровой крышей, бытовые электроприборы, а там, пожалуй, уже и собственный фургон. Прежняя и новая жизнь афинян в цифрах была несопоставима. И хотя афинский гражданин жил теперь в совершенно иных условиях, то есть на таком уровне, который был много выше уровня жизни прежних князьков на их хуторках-усадьбах, он вел счет только тому, сколько чего отбирает у него государство, сколько ему нужно еще приобрести, денег же вечно не хватает. Ведь какая везде дороговизна!Конечно, во времена натурального хозяйства — в урожайные годы! — питание обходилось людям дешевле и было обильнее, чем теперь, в городских условиях. Ну, а недовольные, разумеется, держат в памяти только урожайные годы.Не следует забывать также и о власти привычки! Афины Тесея были совсем новехонькие. У всех на зубах еще скрипела пыль недавних застроек.Наконец, не будем обелять и Тесея: чтобы проводить в жизнь свои планы — иначе-то дело не шло! — он прибегал в основном к весьма жестким автократическим методам. Он и убеждал, и поучал, — а как же, а как же! — однако всегда имел за спиной спаянное в амазонской войне, преданное ему войско. Да ведь я уж писал: немало крови — зачастую и вовсе безвинной — пристало к его рукам.Параллельно с обогащением и цивилизацией население Афин все более остро испытывало потребность в демократии. Точнее: демократизм принадлежал к самой сути Тесеевой революции, без демократии в новом обществе закономерно должны были возникнуть роковые внутренние противоречия.Но ведь Тесей был демократом! Именно он, опередив всех, опередив свою эпоху, ввел в Греции первую демократическую конституцию!Да, Тесей был демократ. В принципе. Мы знаем, что это такое.Тесей недостаточно верил в прочность собственного своего творения. И не мог освободиться от своих первоначальных — и вначале, вероятно, необходимых — методов. Поэтому немало афинян считало Тесея властолюбивым маньяком, лицемером-макиавеллистом.Итак, в Афинах существовала оппозиция Тесею. Правда, неорганизованная, пока лишь потенциальная оппозиция.На этом и основывал свой план Атрей. В самом плане, на мой взгляд, явно чувствуется рука Нестора. Проявляя чрезвычайную осторожность, Микены старательно держались в стороне от его осуществления. Целиком возложив это на Спарту, на дом Тиндарея.На Спарту, которая к этому времени по всем признакам «обошла», а возможно, и сожрала, Амиклы, став одним из сильнейших городов Юга. На дом Тиндарея, с которым Микены уже породнились. (Старшая дочь Тиндарея Клитемнестра по любви вышла замуж за Тантала из Писы. Но Агамемнон с превосходящими силами — подло и хитро — напал на Пису, предал мечу всех домочадцев Танталовых, захватил Клитемнестру и сделал ее своей женой. Все это — с ведома и благорасположения как Атрея, так и Тиндарея. Не понравилась эта история одной Клитемнестре. Но кто ж ее спрашивал?!)Разглядеть все как следует нам на этот раз нелегко, очень уж мало вещественных данных в нашем распоряжении, письменная же традиция родилась лишь четырьмя-пятью столетиями позже самых событий. Как если бы сегодня кто-то затеял написать историю короля Матяша, опираясь только на то, что сберегла народная память. Но тут хоть все-таки король Матяш! Афиняне же всегда не без неловкости, что греха таить, вспоминали Тесея. Даже после его реабилитации. Ведь не случайно сын Посейдона официально так никогда и не был объявлен богом. Не случайно восьмое июля, праздник Тесея, — разумеется, государственный, большой государственный праздник, а как же! — был все-таки праздником рабов и тех, кто добывает хлеб своими руками, а не людей из хорошего круга. Когда память тревожима совестью, человек невольно ищет себе оправдание, подбирает «причины». Потому-то и наслоилось такое множество глупейших, немыслимых легенд на образ стареющего уже Тесея. Например, он будто бы похитил двенадцатилетнюю Елену и даже изнасиловал ее. Клевета. Этот вариант предания мы можем попросту отбросить. Тесею было уже около пятидесяти, в его доме только что разыгралась чудовищная трагедия — самоубийство Федры, смерть Ипполита, да еще во исполнение отцовского проклятия. Право же, Тесею было не до девочек, не до похищений. К слову сказать, Елена и не была в то время такой уж маленькой девочкой — ей стукнуло, по моим подсчетам, пятнадцать лет. «Опасный возраст — что у лошадей, что у девиц». Более достоверные источники свидетельствуют: пятнадцатилетняя Елена была не только прекрасная и рано созревшая, но также весьма кокетливая особа; Тиндарей заметил ее заигрывания с воспитывавшимся у него во дворце юным родственником и решил срочно отослать дочь из дому, так как имел в связи с ней определенный план: «Нет уж, еще одному дурацкому браку по любви в нашей семье не бывать!» И он отправил дочь в Афины, к Тесею.Пожалуй, история с юным родственником не выдумана.Однако девушку отправили именно к Тесею неспроста. Насчет женщин про Тесея шла очень и очень дурная — «дурная»? — слава.Тесей, однако, разглядел подвох. Маленькая Елена весьма серьезно отнеслась к напутствиям отца и перестаралась. Тесей ни единой ночи не позволил ей провести в Афинах. Он поручил девушку своей матери Этре и без промедления тайком отослал ее в Афидны. Хотя принял и содержал с почетом, какой и подобает царской дочери.Насколько же он оказался прав! Не прошло и двух недель, как вслед за Еленой появились в Афинах — с многочисленной свитой, целым отрядом — Кастор и Полидевк.Афиняне долгие столетия любовно хранили память о пресловутом посещении их города Диоскурами. Получается как-то странно: воспоминания о Тесее, основателе города, выглядят очень двусмысленно; зато двум спартанским хулиганам — иначе их не назовешь! — один из которых даже не божественного происхождения, буквально поклонялись, возводили храмы, устраивали празднества, не позволяли набросить на них хотя бы малую тень нравственного осуждения. Согласен, тут сыграло роль развернувшееся позднее афинское мореплавание, когда город-полис превратился в первостатейную морскую торговую державу и почитание святого, оберегающего моряков, приобрело особую важность. Вопрос только в том, как и почему их обожествили вообще, почему отдали им во владение такое значительное созвездие!Они были первоклассными спортсменами, но самого дурного толка: не спортсмены, а «звезды». Им все можно! Похищение женщин — одно такое похищение они устроили даже посмертно ! — ограбления, поджоги, все на свете. Существует документально обоснованное подозрение, что состояние Елены — ее сталлум верховной жрицы — досталось ей благодаря тому, что старшие ее братья попросту похитили двух действительных верховных жриц. Но зато лошади Кастора выигрывали на всех международных состязаниях подряд (существенно, не правда ли?), а Полидевк — поскольку Геракл числился в другой весовой категории, да уже почти и не выходил на ринг, — слыл непобедимым чемпионом. Похоже, что те, кого люди вздумают однажды боготворить при жизни, сохраняют иной раз свое положение и после смерти. Единственная известная нам хорошая их черта, что они — сразу видно, воспитание Тиндарея! — бесконечно преданны были друг другу. «Все — ради семьи!»Тиндарей заботился, между прочим, и о рекламе, так одевал-снаряжал всегда сыновей, что это уже равносильно нынешнему publicity Рекламе (англ.).

. Вот и сейчас: одинаковые белые туники, пурпурные плащи, серебряные яйцеобразные шлемы, украшенные золотыми звездами, великолепные белые кони, запряженные в одинаковые боевые колесницы. Так вступили они в Афины во главе не менее расфранченной почетной свиты.Факт тот, что два богатых и легкомысленных юноши внесли веселую праздничность в пуританские будни строящихся Афин. Им хотелось показать этой развивающейся стране, что такое настоящие, истинно великие культура и цивилизация. Они планомерно работали над созданием собственной популярности и приобретением как можно большего числа друзей. Организовывали грандиозные народные празднества, игры, устраивали публичные жертвенные трапезы — по-нашему выражаясь, банкеты — и вообще сорили деньгами. По преданию, они привезли с собой и Менестея, отца или деда которого отец Тесея в свое время отправил в изгнание. Вероятнее другой вариант, а именно что Тесей сам призвал Менестея гораздо раньше и теперь — не зная, как еще использовать этого молодого человека, смазливого и неглупого, но гуляку и авантюриста, — поручил ему быть проводником в Афинах двух его юных гостей. На это он еще, пожалуй, сгодится! И правда, «работа» пришлась Менестею по нраву, да и Диоскурам он подходил как нельзя лучше. Они сделали все возможное, чтобы наряду с ними популярность досталась и ему. Кстати, греческая историография называет Менестея «первым демагогом». Демагоги, как мы знаем, были противниками пелопоннесской войны, пораженцами, желавшими мира любой ценой, даже ценою владычества Спарты. В определенном смысле — хотя самый ярлык здесь анахроничен — Менестей действительно первый демагог: ради личной амбиции он согласился быть тайным проводником микенской политики в Афинах.Заговорщики играли одновременно на двух струнах. Эвпатридам напоминали, какого могущества лишил их Тесей. «Подумаешь — эвпатриды! Тоже мне звание! Только и можете, что танцевать под дудку Тесея! Припомните: это ли он сулил вам?» Беседуя с бедняками, вспоминали Золотой век, девственно-чистую сельскую идиллию. «Утречком только что выдоенное козье молоко… а даже если совсем ничего не было, в лесу всегда сколько угодно сладкого мака, притом задаром… о блаженная простота, о потерянный рай!» Пахарям бередили душу микенскими рыночными ценами: «…а уж если бы вы сами отвозили туда свое добро, если бы еще город не грел на нем руки!» Ремесленникам говорили: «А какой бы вы имели барыш, если бы Афины включились в подготовку войска! С такими-то золотыми руками!» Воинам нашептывали: «Да ваше жалованье за десять лет в сравнение не идет с добычей, захваченной в одном-единственном славном сражении!» И на все отвечали: «Ну, у нас-то, в свободном мире… мы, свободные мужи…» Вслух же громко твердили только, что единственная цель их приезда — получить посвящение в элевсинские мистерии;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58


А-П

П-Я