https://wodolei.ru/catalog/sushiteli/vodyanye/vertikalnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR
Майкл Утгер
Круглый болван
Предыстория
Пересчитав деньги и убедившись, что все в полном порядке, очередной вкладчик Национального банка Лос-Анджелеса отошел от окошка, над которым висела табличка с надписью: «Старший кассир Кристофер Дэйтлон».
Молодой человек привлекательной наружности нисколько не походил на кассира, да и вообще на клерка Стоило ему сменить костюм, и его вполне можно было принять за преуспевающего дельца или спутать с сыном покойного миллионера, вступившим в права наследства.
Он был высок, строен, держался независимо, что редко удается людям подневольной профессии, обладал изысканными манерами и ослепительной улыбкой.
У клиентов банка общение с этим молодым человеком неизменно оставляло весьма благоприятное впечатление. Администрация знала об этом, и его перевели за то окно, где обслуживались самые богатые и почетные клиенты банка.
Это устраивало всех, но только не нашего героя.
Крис Дэйтлон с юности мечтал о блестящем будущем предпринимателя и бизнесмена. Но в жизни не всегда бывает так, как это себе рисуешь. Судьба распорядилась иначе.
Он рано потерял родителей (они погибли в автокатастрофе), и у него осталась одна-единственная родственница — его тетка, которую он навещал раз в неделю. Пробивать себе дорогу пришлось, без посторонней помощи. Отслужив в морской пехоте, он смог поступить в Мичиганский университет, где посвятил себя серьезному изучению теоретических и прикладных наук в области экономики и финансов. Денег не было, и приходилось перебиваться случайными заработками, жить в конуре, недоедать и недосыпать. Тем не менее, надежда не покидала его. Грызя науки, он верил в свою звезду.
Мечты остались мечтами.
Получив диплом, Дэйтлон около года искал работу. Парень с улицы мало кого интересовал. Его талант и знания не находили, как он считал, достойного применения. Кругом только и твердили о кризисе, парализовавшем всю страну.
Дэйтлон пересек Штаты с востока на запад и уперся в Тихий океан. Случайно ему повезло в Лос-Анджелесе, он устроился в банк кассиром. На поиски у него уже не осталось ни сил, ни средств.
Около двух лет он проработал в банке, пересчитывая груды чужих денег и получая за это гроши.
В двадцать семь лет потребностей значительно больше, чем возможностей, и Дэйтлон решил во что бы то ни стало изменить уровень своего внешне благопристойного существования.
Поначалу в голову не приходило ничего путного, — так, пустяки, — но, в конце концов, Дэйтлон пришел к единственному решению. И вот уже четыре месяца выжидал удобного случая, чтобы осуществить свой замысел.
Сидя за своим окошком и регистрируя выплаченные чеки, Крис с удовольствием думал о предстоящем вечере. Сегодня он с приятелями собирался провести время за картами и не сомневался, что выиграет.
Его мысли прервал телефонный звонок.
— Дэйтлон слушает!
Нежный женский голосок пропел в трубку:
— Мистер Дэйтлон? Вас беспокоит Линии. Мистер Олсен просит вас срочно зайти к нему.
— О'кэй, Линии, сейчас буду.
Линии была секретаршей заместителя управляющего банком Харли Олсена, и Дэйтлон понял, что предстоит серьезная работа, раз шеф вызывает его к себе, а не дает инструкции по телефону.
Сложив деньги и документы в сейф, он запер его и поднялся на второй этаж, где размещались кабинеты руководства.
Олсен сидел за массивным дубовым столом и перебирал бумаги.
Крис остановился в дверях.
— Вызывали, сэр?
Олсен взглянул на вошедшего и отложил бумаги в сторону.
— Проходите, Дэйтлон, садитесь. Заместитель управляющего выдвинул ящик стола и достал из него листок.
— Вот чек на двести пятьдесят тысяч долларов. Мне передали его десять минут назад от мистера Дорсета.
Дэйтлон взял чек в четверть миллиона и абсолютно бесстрастно спросил:
— Что необходимо сделать, шеф?
Олсен в раздумье утюжил подбородок, искоса поглядывая на подчиненного и теребя пальцами зажженную сигару.
— Странная история, коллега. Дорсет присылает мне чек на бешеную сумму и записку с просьбой выдать ее наличными в пятнадцать часов.
Он взглянул на часы, стрелки которых показывали полдень.
— И вот что он пишет! — Олсен поправил очки на мясистом носу и прочел: «Прошу выдать указанную в чеке сумму купюрами достоинством в пятьдесят долларов и вручить их моему посыльному в пятнадцать часов. Посыльный предъявит кассиру мою визитную карточку с пометкой. — С благодарностью, Д. Дорсет».
Олсен бросил листок и откинулся на спинку кресла. Толстый слой пепла от сигары упал на белоснежную сорочку.
— Мне это совершенно не нравится… Конечно, не наше дело совать свой нос в причуды миллионеров, и мы обязаны выдать деньги по чеку, но мне кажется, что тут пахнет жареным. Возможно, кто-то шантажирует Дорсета… Почему он не приехал, как обычно, сам? Зачем ему наличные, да еще столько? Мало того, ему нужны мелкие банкноты— в полсотни, не больше! И, наконец, он мог бы просто позвонить и передать все на словах, а потом прислать посыльного с чеком!
Олсен прошелся по кабинету, затем вернулся на место и продолжил:
— Странная история, очень странная! Может, есть смысл позвонить в полицию? Шантажист мог запугать Дорсета, и тот сам не решился позвонить в комиссариат. Что вы думаете по этому поводу?
— Видите ли, мистер Олсен, мы не вправе вмешиваться в дела наших клиентов. Мы лишь обязаны беспрекословно выполнять их капризы, если даже они нам и кажутся странными, — ответил Дэйтлон.
— Инструкции я и без вас знаю! — вспылил Олсен. — Но вы только вдумайтесь, о каких деньгах идет речь! Четверть миллиона!
Дэйтлон не стал вдумываться.
— Опасаюсь быть советчиком в подобных делах, сэр. Мне проще исполнять, чем решать.
— Хорошо. Идите с чеком в хранилище и получите деньги согласно инструкциям. Я позвоню им… Ждите посыльного… И вот еще что — перепишите номера купюр, сколько успеете, подключите еще одного-двух человек к этому делу.
Дэйтлон встал.
— Я могу идти?
— Да. Идите. И будьте внимательны.
Кассир вышел из кабинета. Он был согласен с шефом, ему необходимо быть внимательным. Пройдя мимо Линии, он даже не удостоил ее дежурной улыбкой, чего с ним не случалось прежде.
Столько времени ждать удобного случая и оказаться неподготовленным! Как же он мог допустить такое?
Кровь стучала в висках. Он миновал длинный коридор с бесконечной цепочкой дверей по обеим сторонам и подошел к спецлифту.
Мозг лихорадочно работал. Дэйтлон собрал волю в кулак и заставил себя сосредоточиться на деле.
Лифт миновал первый этаж, углубился на три этажа под землю и остановился. Еще несколько стальных дверей, и кассир оказался в хранилище.
Ему представлялось, что все будет проще, но нервы натянулись, как струны…
Вооруженная охрана пропустила его через решетчатую дверь, за которой Хьюм паковал очередную кожаную сумку. Занятый своим делом, он даже не взглянул на вошедшего. За все время работы в банке Дэйтлон не видел за этим занятием никого, кроме Хьюма. Если бы не его кошмарная физиономия, Хьюм вполне мог бы сидеть за окошком в операционном зале.
— Ну и духотища в твоей могиле! — буркнул Дэйтлон, расстегивая ворот рубашки.
— Ты уже здесь? Рано примчался, жди! Закончив с сумкой, он взял регистрационную книгу и сунул ее Дэйтлону.
— Распишись и получи бумагу. — Бумагой Хьюм называл деньги.
Кассир расписался.
— Мне казалось, сумка будет потолще, — косясь на пухлый конверт из кожи, обронил Дэйтлон.
— Этот старый маразматик просил, чтобы я ему напихал туда мелочи. А где я наберу столько? Обойдутся сотенными.
Дэйтлона сотни устраивали, и он промолчал.
Хьюм опломбировал сумку и протянул кассиру. Крис взял ее и заметил, как дрожат его руки. Как бы этот парень не заподозрил неладное. Он повернулся и направился к выходу.
— Постой! — раздался за спиной резкий голос. Дэйтлон вздрогнул. Проглотив слюну, он обернулся, но сказать ничего не смог. Язык приклеился к небу.
— А чек ты собираешься унести с собой или, думаешь, я тебе газет в сумку напихал?
— А, черт, совсем забыл, — с трудом выдавил Крис.
Вернувшись назад, он достал из кармана чек и положил на край стола.
— Что-то ты сонный сегодня.
Дэйтлон вновь поспешил к двери, и вновь Хьюм остановил его: — — Ты что, Крис, хочешь сломать себе шею?
Душа ушла в пятки. Он отрицательно покачал головой.
— Взгляни на ноги! Что с тобой?
Он опустил голову и увидел развязавшийся шнурок на левом ботинке. Кривясь в улыбке, Дэйтлон наклонился и завязал проклятый шнурок.
Возвращаясь на свое рабочее место, Крис изо всех сил старался взять себя в руки. Та работа, которая ему предстоит, потребует хладнокровия, большой выдержки и собранности.
Прежде всего необходимо переложить деньги в Саквояж, и сделать это надо незаметно и быстро, а дальше…
Все было продумано задолго до сегодняшнего дня.
Четыре месяца назад Крис Дэйтлон абонировал сейф в личное пользование в том банке, в котором работал. В этом заключалась главная хитрость. Контора с личными сейфами располагалась в том же здании, но в другом крыле, и имела отдельный вход. Внутри банка операционные залы личных сейфов соединяла специальная перемычка.
Дэйтлон зарегистрировался под именем Уолсмита. В конторе банка ему выдали на это имя ключ от сейфа за номером 3069А. За аренду на десять лет он уплатил солидную сумму — все свои сбережения. Так Крис Дэйтлон стал обладателем собственного тайника в собственном банке. Надежнее ничего не придумаешь, и нет необходимости рисковать, вынося кучу ассигнаций через кордон охраны. Деньги останутся здесь! Только теперь они будут принадлежать Дэйтлону, а не старому идиоту Дорсету или, того хуже, шантажисту, который подцепил его на крючок.
Вернувшись наверх, Крис почувствовал облегчение: соседа по окну — Картона — не было на месте. Момент самый подходящий. Дэйтлон открыл сейф и положил спецсумку рядом с саквояжем. О том, что саквояж пуст, знал только он один. Работники банка считали иначе. Он сумел внушить всем, что не может расстаться с ним ни на минуту. Его больной желудок требует постоянного употребления бульона, сухарей и целой кучи лекарств, которые он и таскает с собой повсюду.
Таким образом, появляясь на виду у служащих с саквояжем в руках, он не вызывал никаких подозрений. Дело в том, что ходить по банку с посторонними предметами категорически запрещалось инструкцией, но его уже не воспринимали без чемоданчика, словно приросшего к ладони.
Настали решающие мгновения.
Дверью сейфа он прикрыл левый фланг от посторонних глаз, а спиной — правый и приступил к делу. Сорвав пломбу и отстегнув запор, он открыл сумку и быстрыми движениями перекидал пачки денег в саквояж. Оставив порожнюю сумку в сейфе, он небрежно бросил саквояж под стол.
Захлопнув сейф, Крис осмотрелся. Все были заняты своим делом. Машина со всеми ее механизмами работала ритмично. Одно колесо двигало другое, то — следующее, но стоит одному ничтожному винтику выйти из строя, все застопорится, сработает стоп-сигнал. Он это прекрасно знал и не стал терять времени. Первым делом он снял трубку телефона и попросил соединить его с шефом. — Олсен слушает, — раздался в трубке знакомый тенор.
— Мистер Олсен, вас беспокоит Дэйтлон. Деньги получены. Приступаю к пересчету и регистрации. К пятнадцати часам будут готовы к выдаче. Есть ли дополнительные инструкции?
— Он ни словом не обмолвился, что купюры не по пятьдесят, а по сто долларов.
— Нет. Делайте так, как я сказал. Дэйтлон положил трубку. Хорошо, что именно ему доверили переписать номера ассигнаций, а не сделали это до того, как деньги попали к нему в руки. Но этот болван может позвонить в полицию, и тогда возникнут осложнения. Он взглянул на часы. Стрелки показывали без четверти час. В запасе два часа. Только бы Олсен не затеял заваруху. Дэйтлон взял саквояж, который основательно разбух, став похожим на беременную кошку, и направился к двери, выходящей в общий зал.
Пройдя между столиками, где работали чиновники И хорошенькие машинистки, он не вызвал ни у кого ни малейшего интереса.
Дэйтлон набрал нужный код, замок щелкнул, и дверь открылась. Теперь ему предстояло подняться второй этаж, миновать еще один операционный и перейти в другую часть здания, где находилась конечная точка его пути — личный сейф мистера Уолсмита. Ключ Крис всегда носил с собой.
Это должно было занять не более пяти минут, но Крису казалось, что он идет уже целую вечность. Напряжение сковало все мускулы: лицо застыло, как маска, он с такой силой сжимал ручку саквояжа, что пальцы побелели.
Он нес в руках свою жизнь иди свою погибель, что именно, Дэйтлон еще не знал. Смотреть по сторонам он не решался, боясь встретиться с кем-нибудь взглядом. Ему казалось, что на его лбу написано крупными буквами: «Грабитель».
Дэйтлон пересек зал второго этажа и уже направился к лестнице, ведущей в другое крыло здания, как вдруг услышал за спиной грубоватый мужской голос:
— Крис! Крис!
Дэйтлон обернулся. Он не знал, что выражает его лицо, но лицо Картона выражало удивление.
Первая мысль была — бежать, но ноги не слушались. Он застыл, тупо глядя на коллегу.
— Крис, ты далеко направился?
Дэйтлон молчал, он был не в садах разжать челюсти.
— Да что с тобой? Я хотел узнать, ты надолго уходишь?
— Нет, — сдавленный хрип вырвался вместе с воздухом.
— Послушай, дружище, меня вызывает Олсен. Не знаю, зачем и на сколько, а мне должна звонить Сью, мы договорились, а я в бегах. Это важно, понимаешь?
— Я скоро вернусь. — Крису показалось, что это вовсе не его голос, а древний, засаженный граммофон скрипит где-то поблизости.
Картон заметил в его руках саквояж и с тревогой поглядел на приятеля.
— Тебе что, опять нехорошо?
— Да, чертов желудок не дает покоя, — уцепился за соломинку Дэйтлон.
— Может, нужна помощь? На тебе лица нет! Вызвать врача?
— Не беспокойся, пара таблеток с бульоном, и все пройдет, — пробормотал еле слышно Дэйтлон. Он почувствовал, что силы покидают его. — Я скоро вернусь и все объясню твоей очаровательной Сью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25


А-П

П-Я