https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_vanny/s-dushem/nedorogie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Палач – 14

OCR Денис
«Дон Пендлтон. Взятие Вашингтона. Осада Сан-Диего»: МЕТ; Минск; 1994
ISBN 985-6021-10-3
Оригинал: Don Pendleton, “San Diego Siege”
Перевод: М. Дешевицын
Аннотация
Странное самоубийство генерала Харлана Винтерса привлекает внимание Мака Болана, воевавшего под его началом во Вьетнаме. Палач принимает решение выяснить подробности гибели своего командира и защитить его доброе имя, запятнанное слухами о причастности к мафии.
Дон Пендлтон
Осада Сан-Диего
Пролог
Силуэт рослого широкоплечего мужчины, неподвижно застывшего на вершине холма Лома Пойнт, четко вырисовывался на фоне вечернего неба. Он пристально вглядывался в очертания самого старого города Калифорнии, раскинувшегося у него под ногами. Он видел прямо перед собой Коронадо и базу ВВС, на севере расположились Линдберг Филд и база морской пехоты; на юге, вдоль побережья бухты, тянулись постройки военно-морской базы. И наконец, как бы на заднем плане картины, простирался сам город. Даго, он же Риталь — для заезжих визитеров, Сан-Диего — для его гордых граждан и город-ад для человека в черном комбинезоне, который сейчас спокойно рассматривал будущее поле боя.
Человека звали Мак Болан. Он один представлял собой целую армию, ведущую бесконечную войну против мафии. Слухи о нем давно превратились в легенды, потрясавшие воображение средних американцев и приводившие в исступление боссов преступного мира.
Но на этот раз он был не один. Рядом с ним на вершине холма, слабо освещенного огнями далекого города, появился силуэт второго человека — коренастого, плечистого мужчины среднего роста.
О встрече они договорились заранее. Со стороны могло показаться, что они весьма холодно приветствовали друг друга, но в тоне их голосов угадывалась необычная теплота.
— Ты получил мою записку? — вполголоса спросил коренастый крепыш.
— Да, — так же тихо ответил Болан.
— Послушай, Мак, ведь ты сам говорил: жизнь без борьбы — не жизнь. К тому же мне надоело быть бойскаутом, в то время как...
— Да будет тебе, — оборвал его Болан.
Он не любил тратить время на болтовню. Внимательно посмотрев на своего приятеля, он с одобрением заметил:
— Неплохо выглядишь, Политик. Ты что, сбросил вес?
— Как видишь, — тот довольно похлопал себя по животу. — И тут еще несколько сантиметров. Ну а ты? У тебя такой же неважный вид, как и всегда, хотя твоей внешностью занимался Брантзен.
— Они убили Брантзена, — горько заметил Болан.
— Знаю.
— Случай подвернется, и они перебьют нас всех. Запомни это, Политик.
— Я уже давно все понял. Ну а пока... — он замолк.
Болан вздохнул.
— Не тяни, выкладывай.
— Посмотри на этот город под нами. Похоже, что его строили в парке.
— И что дальше?
— Я бы назвал его городом дядюшки Сэма. Кроме того, что он нашпигован военными базами, исследовательскими центрами и оборонными предприятиями, в него еще вложена огромная куча долларов. Правительство не скупилось...
— Дальше.
— А ты знаешь, что происходит, когда государство выделяет из казны слишком много денег?
— Воруют, — лаконично сформулировал ответ Болан.
— Вот именно. Мексиканская граница совсем рядом, а бухта — одна из самых больших в мире.
Человек в черном опять вздохнул.
— Сан-Диего меня не интересует, Политик. Нет простора, негде развернуться. Здесь раковая опухоль уже пустила метастазы. Она проникла глубоко в тело, и ее невозможно удалить бескровным методом. Кровопускание неизбежно, ведь плоть уже гниет.
— В этом-то и проблема, — процедил коренастый. — Попался один из наших старых друзей — Хоулин Харлан Винтерс.
Так вот оно что! Полковник Харлан Винтерс — Хоулин Харлан, или просто Хоули для своих. Горлопан, бравый вояка, он командовал группами снайперов во Вьетнаме.
— Я думал, что он на пенсии, — поднял бровь Болан.
— Так оно и есть. Ему дали генерала и выставили за дверь.
— Что ж, с хорошими солдатами часто именно так и поступают, особенно если они становятся слишком строптивыми.
— Как бы то ни было, но он по уши в дерьме.
— Связался с какой-то бандой?
— По-моему, да. В Сан-Франциско до меня совершенно случайно дошли кое-какие слухи о нем. Ему нужна помощь, сержант.
— Палач спешит на вызов — так, что ли?
— Да!
Болан слегка сгорбился, пристально разглядывая линию береговой черты бухты.
— Политик, я только что выпутался из одного грязного дела. Ну и гадость, скажу тебе.
— Знаю, знаю. На тебя даже пытались повесить ответственность за стрельбу по Белому дому. Это была самая настоящая ловушка.
— Знаешь, здесь может быть гораздо хуже, — задумчиво сказал Палач. — Я кое-что узнал в Вашингтоне и решил, что не могу... словом, я не стал бы заниматься чисткой в Сан-Диего. Но, конечно, если речь идет о Харлане Винтерсе...
— Значит, ты что-то еще о нем знаешь?
— Возможно, — уклончиво ответил Болан. — Это он меня вызвал?
— Ты что, спятил? Он даже не знает, что я здесь.
— Тогда как же...
— Я случайно встретил его во Фриско. Вид у него был ужасный, он странно растерялся, узнав меня. Сказал, что приехал в город по делам. С ним была еще какая-то девчонка, вроде бы племянница. Мы втроем выпили по стаканчику, поговорили о погоде и все. А потом они уехали. На следующий день меня нашла девчонка, вся встревоженная и в слезах. Из ее сбивчивого рассказа я понял только то, что Винтерс нуждается в помощи. Видишь ли, он...
— В следующий раз расскажешь поподробнее, — оборвал его Болан. — А теперь сматывайся. Увидимся завтра здесь же и в это же время.
Политик вымученно улыбнулся.
— Так что, ты согласен?
— В принципе — да. Но прежде чем браться за дело, не мешало бы провести разведку.
— Хорошо, только будь осторожен с полицией, местные ребята — парни крутые.
Болан уже познакомился со здешней полицией. Многие, особенно унтер-офицеры, пришли сюда из ФБР в надежде урвать свою долю от тех богатств, которые бесконечным потоком перекачивались через этот крупный портовый город. От того-то гниль и точила изнутри полицию Сан-Диего.
— Что ж, учту на будущее. А теперь иди. Нечего здесь торчать.
— Гаджет тоже участвует в деле. Он сам на этом настаивает, — добавил Политик.
— Здорово! Передай ему, что я очень рад. Его талант нам пригодится.
Лицо Политика расплылось в улыбке:
— Итак, Команда Смерти возрождается.
— Не вся, к сожалению, — грустно вздохнул Болан.
— Увы!..
«Политик» Розарио Бланканалес и «Гаджет» Герман Шварц сражались во Вьетнаме вместе с Боланом, а потом судьба снова свела их вместе в Лос-Анджелесе. Тогда к ним присоединились еще семь ветеранов. Так родилась знаменитая Команда Смерти. Теперь же из девяти остались только двое: Политик и Гаджет.
Мужчины молча посмотрели друг на друга. Общее чувство невосполнимой утраты пронзило их и тут же уступило место ощущению единства и силы. Бланканалес дружески ткнул Болана кулаком в живот и молча исчез в темноте.
Их встреча продолжалась не более двух минут.
Человек в черном еще с полчаса стоял на вершине холма. Он мысленно воскрешал прошлое, взвешивал все «за» и «против», думал о том, куда же теперь бросит его судьба. Он вполне реально представлял себе, что война не может длиться до бесконечности и ему придется максимально эффективно использовать каждую секунду, чтобы подготовиться и нанести противнику решающий удар.
Ну а что касается возрождения Команды Смерти, пусть даже в неполном составе... Он поклялся не прибегать больше к помощи друзей, он не мог ставить их жизнь под угрозу. И так слишком уж много жертв было брошено на алтарь этой войны. Однако... и Политик, и Гаджет понимали, что не живут полноценной жизнью, а только существуют. И уж если они захотели вырваться из чистилища повседневной житейской суеты, чтобы вызвать на поединок судьбу...
Одному Господу известно, как не хотел Болан привносить в эту войну проблемы личного свойства, но судьба Хоулина Харлана Винтерса была ему небезразлична. А благодаря Политику и Гаджету настоящее и будущее Сан-Диего тоже стало глубоко интересовать Болана.
Однако Палач не торопился рубить с плеча. В городе преступность процветала, но город ничего не знал о том обязательстве, которое взял на себя Палач.
Болан вовсе не собирался тут же предать Сан-Диего огню и мечу. Прежде всего он нуждался в глубокой, всесторонней разведке, а для этого как нельзя кстати придутся способности оставшихся в живых членов его Команды.
Бланканалес обладал исключительным даром собирать и обрабатывать полученные сведения, к тому же, подобно хамелеону, он умел моментально сливаться с окружающей средой.
Шварц был гением от электроники. Он конструировал самые совершенные приборы наблюдения и подслушивания, пользуясь подручными средствами, двумя-тремя проводками и батарейкой.
К тому же оба знали, как себя вести, попав в перестрелку.
Ну а Хоулин Харлан Винтерс? Пока это была неизвестная величина. Друг или враг? Болан не мог сказать ничего определенного. Те сведения, что ему удалось собрать в Вашингтоне, заставляли его быть крайне осторожным... Но ведь не кто-нибудь, а именно полковник Винтерс цеплял ему на грудь ордена и медали, не раз они вместе попадали в такие переделки, когда смерть смотрела им в лицо...
Что готовит им встреча в Сан-Диего? Не сойдутся ли они лицом к лицу, стоя по разные стороны баррикады?
Может быть. Увы, если это так, то большего позора для нации уже невозможно представить.
Человек в черном печально покачал головой, вглядываясь в яркие огни города.
Да, черт побери...
Иногда нужно верить своему сердцу, своим инстинктам.
Итак, решено: Сан-Диего пополнит список городов, почувствовавших на себе тяжелую руку Палача. Будь что будет. Его приезд не останется в городе незамеченным.
Глава 1
Два добермана-пинчера, похожие друг на друга как две капли воды, с разбегу одновременно бросились на металлическую ограду, тщетно пытаясь просунуть мощные лапы сквозь сетку. Огромные белые клыки, сверкавшие в их раскрытых пастях, красноречиво говорили о том, что ожидает человека, находившегося по другую сторону ограды, если он рискнет перебраться через нее.
Болан радовался про себя, что находится вне досягаемости собак, но ему становилось не по себе, когда он думал о том, что, помимо собак, дом охранялся системой электронной защиты. В таком случае проникнуть на виллу ему будет нелегко. Не поискать ли какой-нибудь другой, более простой способ ведения разведки?
Дом находился на небольшой возвышенности в малонаселенной части побережья к северу от государственного парка Торрей Пайнс. Ему, конечно, было далеко до виллы миллиардера, но неоспоримым преимуществом являлась удаленность от города. Дом служил надежным убежищем для отставного военнослужащего, занявшегося бизнесом и, по всей видимости, чего-то опасавшегося.
Выстроенное в стиле Тюдоров здание, по мысли архитектора, должно было сочетать очарование века минувшего и роскошь нынешнего. Старому вояке такое убежище, несомненно, не могло не понравиться.
Ну а если уж говорить об особых мерах по соблюдению безопасности, то они вполне соответствовали той новой жизни, которую теперь вел генерал Винтерс. Как раз она и начала всерьез беспокоить Мака Болана.
По краю парка, почти у самого обрыва, росли чахлые деревца, за ними, на расстоянии примерно трех метров друг от друга, тянулись два ряда металлической сетки. Сама ограда была не очень высокой, но собачки, бегавшие по дорожке между рядами сетки, начисто отбивали всякую охоту у ночных посетителей проникнуть на территорию виллы. Кроме того, вдоль всей ограды через равные промежутки висели щиты, на которых крупными красными буквами было написано:
Внимание!
Владение охраняется сторожевыми собаками!
Несколькими днями раньше Бланканалес доложил результаты предварительной разведки Болану.
— У генерала есть пара доберман-пинчеров, которых он выпускает в узкий коридор между двойной оградой, окружающей участок. Пройти к дому без его разрешения нельзя, если не хочешь, чтобы тебя сожрали заживо.
Старая истина гласит: кто предупрежден, тот вооружен. Таким образом, Болан появился в Дель Маре перед оградой виллы Харлана Винтерса во всеоружии. Накануне визита к генералу он попросил Бланканалеса достать ему пневматический пистолет «кроссман» и проверить дозировку снотворного в гиподермических стрелках. Он не хотел убивать собак, вполне достаточно было вывести их из строя на полчаса.
Ночь выдалась ясная и светлая. Казалось, что луна и звезды сияли совсем низко, над самой головой — только протяни руку и сгребай их пригоршнями, как алмазы. Со стороны океана тянул легкий бриз, и его дуновение напоминало ласку влюбленного: о такой рекламе могут только мечтать туристические бюро.
«Ночь, созданная для любви, — с иронией подумал Болан, — а не для войны».
Но он был на войне...
Злобный лай собак ничем не напоминал шепот влюбленных. Громадные псы беспрерывно кидались на сетку, движимые инстинктом убивать.
Болан спокойно проверил пистолет, просунул ствол в ячейку сетки и выстрелил. Первая стрелка попала в холку ближней собаки, та сразу прекратила бросаться на сетку и, повизгивая, стала лизать рану. Вторая собака упала, не издав ни звука.
Бланканалес вышел из своего укрытия за деревьями, стал спиной к ограде и подставил Болану руки. Тот одним прыжком перемахнул через сетку. Как только он оказался по ту сторону, Политик лукаво улыбнулся и сказал:
— Мне кажется, у генерала было только две собаки.
— Очень смешно! — прошипел Болан. — Да ты, я смотрю, весельчак, поздравляю!
Встав на колени, он нагнулся, чтобы рассмотреть уснувших собак. Мак вытащил стрелки, потрепал зверюг по загривку, а затем передал пистолет со стрелками своему напарнику.
— Мне он больше не понадобится, — проворчал он. — Возвращайся на место и будь начеку.
Бланканалес щелкнул каблуками, по-шутовски отдал честь и скрылся за деревьями. Болан пересек дорожку, перелез через внутреннюю ограду и медленно пошел через парк, скрываясь в тени деревьев.
Как всегда во время операции, Мак был в черном комбинезоне.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17


А-П

П-Я