https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/s-vysokim-poddonom/nedorogo/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Ну, у нас готово, работает, — Сомов заглушил винт. — А как у вас дела?
— У нас тоже все.
— Потащили рыбку, пора ей послужить на благо народа-созидателя.
— Только осторожно, мордой ее ни обо что не стукни.
— Можешь не сомневаться, я ее буду нести бережнее, чем ящик коньяка.
— Мужики, а она в аппарат-то влезет? — всполошился Давыдов.
— Вообще-то ты поздно спохватился, но для волнений нет причины. По-твоему я ее как с базы вывозил? В нем и транспортировал наш экспонат; засунули в трубу и — вперед от причала. Кто бы меня с ней через КПП пропустил?
— Жалко, не будет такого замечательного экспоната, без него наша аллея славы оскудеет, — шутливо хлопнул носом Осокин.
— Может, еще и не придется, — успокоил его Медведев.
— Ну уж нет, теперь я ею из принципа пальну хоть по какой-нибудь ржавой полузатопленной барже. Чтобы доказать гостям города, что наш «Аллигатор» — славный боевой корабль.
Раздался шум подъехавшего автомобиля, тихонько скрипнули тормоза.
— Наши приехали, — доложил со своего НП Ленька.
В помещение ввалились увешанные оружием Хмара и Урванцев, следом с каким-то чемоданом в руке брел Воробьев. Автоматы выдали Сомову, Давыдову и Медведеву. Борис принялся показывать Игорю, как готовиться к стрельбе.
— Интересная машинка, — бывший морпех повертел в руках «три девятки», — я таких не застал.
Урванцев начал было показывать то же самое и Давыдову, но капитан сноровисто извлек магазин, передернул затвор, нажал на спуск, вытащил магазин осмотрел патроны и вставил магазин на место.
— Не трать время, я с этой техникой уже знаком.
— Ты где успел? — не поверил подполковник. — Насколько я знаю, она в войска еще не поступала.
— Было дело под Полтавой, — уклончиво ответил капитан и закинул оружие за спину.
Хмара приволок из своего отделения целый арсенал, среди которого оказался АКМ, ПМ и ПС и несколько бронежилетов.
— Не могу же я злодиив безоружным ловить, — пояснил он Сомову, — и защита лишней не будет. Только, мужики, попрошу без нужды под пули не лезть, а то я потом замучаюсь сочинять объяснительные.
Воробьев распаковал свои причандалы: в чемодане оказалось три приемопередатчика, вроде буржуйских «уоки-токи», и еще один чемодан. Воробьев достал его, откинул крышку, и Анатолий сразу же понял, что это такое. Как-то на занятиях им демонстрировали перспективные средства связи, среди них была точно такая же станция спутниковой связи для разведывательных подразделений.
— На машине есть возимая, она помощнее и качество связи у нее получше, зато эту можно с собой взять, — пояснил Воробьев Анатолию.
— Ну все, можем отправляться, — сказал Сомов, — осталась еще одна малость.
— Какая?
— В чем дело?
— Нужно назначить главного. В любой авантюре, тем паче военной, без вожака ну никак нельзя.
— Вообще-то, я подполковник… и в нашей группе обязанности старшего исполняю я, — напряженным голосом произнес Урванцев.
— Вот у себя в группе и командуй, — усмехнулся в бороду Сомов, — мы к тебе в группу не набивались.
— Командиром должен быть Игорь, — решительно отчеканил Анатолий, — он единственный из всей нашей компании военный моряк.
— Спасибо за доверие, но я предпочитаю оставаться командиром катера, а не начальником нашего экспедиционного отряда. Тем более, что я не единственный моряк, вон Хмара тоже был…
— Стоп, стоп, я был только мичманом, так что от роли командира попрошу меня уволить.
— Может ты, Остап, проявишь инициативу, как представитель местных властей?
— Не тот случай. Вот если бы мы просто бандитов ловили, тогда пожалуйста, а так, нет. А чем вас Толик не устраивает?
— Всем устраивает, — поддержал его Сомов. — Давай, товарищ капитан, принимай управление.
— Я-то с чего должен вами командовать? Тут вон со звездами повыше имеются.
— Понимаешь, дружище, к командиру у подчиненных должно быть доверие, особливо в боевой обстановке, а ты у нас единственный, кого более-менее знают все. Так что принимай бразды правления в свои руки.
— Ну тогда грузим нашу красавицу и — вперед, Леонид — дежурный по базе, ваш второй парень — по узлу связи.
— Давайте хоть доложимся наверх, — предложил Урванцев, — а то как бы нас начальство не потеряло.
— Потеряет — невелика беда, тут же и найдет. Главное, мы сами больше теряться не собираемся, а до того момента, как изделие будет у нас в руках, никакой связи, никакой работы на излучение, — четко, как на семинаре на кафедре РЭБ, отрезал Давыдов.
Всемером тащить торпеду было значительно легче, со всеми мыслимыми и немыслимыми предосторожностями ее затолкали в рифленую трубу торпедного аппарата. На всякий случай, крышку аппарата Сомов зафиксировал в верхнем положении:
— Еще не хватало, чтобы она не у них, а у нас на борту шарахнула, — сказал он, приводя в готовность систему пуска торпеды.
— Я смотрю, тебе пострелять не терпится, — заметил Медведев.
— Очень хочется с ними за Пашку поквитаться. — Хотя, если честно, — он пристально посмотрел майору в глаза, — в его смерти доля и вашей вины есть. Я не имею в виду тебя лично, а вашего ведомства и ваших соседей.
Медведев молча отошел в сторону. Через минуту внутри катера мощно зарокотал дизель, Ленька Осокин перекинул на палубу конец каната, которым катер швартовался к причалу, и «Аллигатор» медленно двинулся навстречу утренней заре. На носу разместились одетые в бронежилеты Хмара, Воробьев и Урванцев. В руках они сжимали снятые с предохранителя автоматы. Ствол еще одного высунул из окна рубки Давыдов. Сомов встал к штурвалу, Осокин взял на себя обязанности моториста.
Вдоль побережья бухты Сомов вел катер на малом ходу, чтобы ревом двигателя не будить спящий город, и только на траверзе пансионата он дал полный ход. За кормой вскипели пенные буруны и торпедный катер, как почуявшая оленя гончая, рванул вперед. Не отходя от штурвала, Игорь достал из штурманского ящика флаг советского военно-морского флота и протянул его Анатолию.
— Подними, пожалуйста. Чтобы было видно, что мы не какие-нибудь безродные.
Давыдов молча выполнил его просьбу. Из машинного отделения высунулся подышать воздухом Осокин. Он окинул взглядом спины всех присутствующих.
— О господи, какие же мы все разные. Перемешались все ведомства двух теперь уже отдельных государств, я вообще гражданский, и все лезем делать то, о чем нас никто даже не просил. Наверное, это у нас что-то в крови: выполняй свой долг и — будь что будет. Ей-богу, последние преторианцы, — подумал археолог и нырнул в трюм.
На индикаторе кругового обзора бортовой РЛС «Урсулы» одна из отметок ощутимо сместилась к западу.
— Очень хорошо, наконец-то они зашевелились, — произнес Линкс. — Мистер Карпентер, мы следуем за ними. За границу визуального контакта не заходить.
— Что будем делать? — поинтересовался Барлоу. — Разве не пора одним махом покончить со всем этим?
— Не сейчас, у них пока еще нет того, что нам нужно. Пока мы будем только следить за ними.
— Сэр, посмотрите внимательно, что это? — позвала начальника Луиза, как обычно занятая дежурством за аппаратурой.
— Где? — придвинулся к индикатору радара Линкс.
— Вот здесь, — девушка постучала карандашом возле отметки идущего на северо-запад катера, — здесь засветка от скал, много мелких бухточек, но мне кажется, здесь что-то движется.
«Алису» они встретили на траверзе Заводского. Катер выскочил из бухты, образовавшейся когда-то в результате мощного землетрясения, и пошел на пересечку курса «Аллигатора».
— Пожаловали, сукины дети, — прокомментировал появление «Алисы» Хмара. — Игорь, дай свет, подивимся, кто там на борту.
— К бою! — скомандовал Давыдов.
— На флоте это называется «боевая тревога», — поправил его Сомов. — Что будем с ними делать?
— Сначала посмотрим, кто это такие и что им нужно. Малый ход, и держи его на прицеле!
— Держу, — кивнул Сомов. — Есть малый ход, что дальше?
На борту «Алисы» кто-то заорал в мегафон:
— Эй, на катере, стой! Разговор есть. Постой, дарагой, лучше будит.
— На флоте это называется «лечь в дрейф», — упрямым тоном произнес Сомов. — Не знаешь флотского порядка, чего в море полез?
— Ну, судя по акценту, это конкуренты нашего мэра, — сделал вывод старший лейтенант Хмара. Он навел прожектор на белую надстройку «Алисы», и луч мощного фонаря осветил какие-то смуглые бородатые личности, вооруженные охотничьими карабинами, у одного даже оказался АКСУ с металлическим откидным прикладом. В следующий момент грохнул выстрел, прожектор погас, только осколки полетели. Стоявшие на носу Медведев и Урванцев грохнулись на палубу и приготовились к стрельбе. «Аллигатор» продолжал медленно приближаться к замершей на месте «Алисе».
— Стой, да! А то стрелять будим, — донеслось из рубки.
— Бросай оружие, поднять руки, построиться вдоль борта! Милиция! — взревел басом Остап.
Эффект от прозвучавшей фразы превзошел все ожидания: по палубе и надстройке градом застучали пули. Палубная надстройка плавучей резиденции градоначальника Щелкино была значительно выше палубы приземистого катера. Бандитам было легко обстреливать всех, находившихся на борту торпедоносца. Хмара, Медведев и подполковник, прикрывая друг друга огнем, «оттянулись за рубку. Последним бежал подполковник, чья-то пуля ударила его в бронежилет и опрокинула на спину. Урванцев нырнул за ящик со спасательными поясами и притих.
— Цел? — спросил его Давыдов.
— Все в норме, в жилет попали.
— Писать мне объяснительные, — грустно сказал Хмара. На «Алисе» вспыхнул прожектор, луч галогенного фонаря принялся обшаривать палубу катера и наконец нащупал лежащего за ящиком подполковника. Вокруг него в палубу стали бить пули. Хмара вскинул АКМ и короткой очередью разнес прожектор, свет на борту «Алисы» погас, и кто-то коротко вскрикнул. Расстояние между катерами продолжало сокращаться.
— Мы можем стрелять торпедой? — вполголоса спросил Давыдов.
— Для верности выждем еще чуток, — отозвался бывший морпех.
Как только началась стрельба Малаев спрятался в салоне, там его и нашел спустившийся с надстройки Ахмедов. С рукава Ахмедова стекала кровь, он открыл аптечку, зубами сорвал с бинта бумажную обертку.
— Метко стреляет, сволочь. Помоги забинтовать.
Малаев закатал своему подручному рукав и трясущимися руками стал накладывать повязку. От вида раны ему стало плохо. Совсем недавно по его команде заживо сожгли несколько человек, на них ему было абсолютно наплевать. Подумаешь, всего лишь фишки в большой игре. Когда он отдавал приказ и Ахмедов докладывал о результатах поджога дома Саттаева, у Сейруллина даже лицо не дрогнуло. Тогда помощник отнес это на счет несгибаемой воли и железного характера предводителя. Но все было проще, тогда лично Малаеву ничего не угрожало. А сейчас он боялся, очень боялся. Заметив усмешку в темных глазах подручного, Малаев попытался взять себя в руки:
— Откуда здесь Хмара? Откуда у этих, из музея, оружие?
— Почем я знаю? — Ахмедов крепко затянул концы бинта здоровой рукой.
— Нужно уходить, — дрогнувшим голосом произнес Малаев.
— Теперь поздно уходить, теперь нужно драться, — сверкнул в полумраке белками глаз Ахмедов. — Сиди здесь и не забудь, где ты был во время боя, когда будешь брать слово на курултае.
Между катерами оставалось метров тридцать, когда Сомов уверенно сказал:
— Можно стрелять.
— Огонь! — рявкнул ему в ухо Давыдов.
— Левый товсь, пли, — скомандовал себе Игорь и нажал на красную кнопку.
Из ребристой трубы аппарата вырвался воздух, и в воду скользнула огромная черная рыбина. К «Алисе» протянулся след из лопающихся на поверхности пузырьков. Не прошло и десятка секунд, как тупая морда торпеды ударилась в борт катера. Послышался хруст ломающегося пластика. Корпус катера вздрогнул, с «Алисы» донеслись испуганные крики. Торпеда пронзила тонкий борт и стала медленно двигаться внутрь катера.
— Только бы на что-нибудь твердое, только бы не застряла, — одними губами произнес Анатолий.
Словно услышав его слова, торпеда продолжила свое движение. Несущая смерть рыбина угодила в двигательный отсек, и перед ней оказался дизель. Теперь ее движение замедлилось, торчащий из головной части штырь уперся тупым концом в генератор, а его острый конец продавил кран баллона. Из баллона со свистом рванулся сжатый газ, он заполнил пространство головной части, выдавил наложенный Давыдовым и Медведевым герметик и заполнил отсек двигателя. В следующий момент продолжавший двигаться штырь замкнул контакты выключателя, напряжение от батарей поступило на лампу, и лишенная защиты из инертного газа спираль вспыхнула, как миниатюрная электросварка. Газ, находившийся внутри головной части торпеды, вспыхнул и стал давить на стенки камеры. Тем временем остальной газ заполнил все помещение отсека, головная часть торпеды лопнула, раскаленное облако вырвалось наружу и, металлические осколки корпуса полетели во все стороны. В то же мгновение воспламенился весь выпущенный из баллона газ. Корпус «Алисы» сотряс сдвоенный взрыв. Пол салона, в котором прятался Сейруллин Малаев, вспучился и лопнул, под образовавшимся разломом на мгновение открылась белая огнедышащая бездна, затем остатки перекрытия палубы салона стали обваливаться в гудящее белое пламя. Истошный визг Малаева утонул в реве рвущихся вверх раскаленных газов. Звуки взрыва показались Анатолию какими-то тихими, в окнах надстройки мелькнуло бело-голубое пламя, и «Алиса» окуталась облаком сизого дыма.
— Не сработало, что ли? — крикнул из-за своего ящика Урванцев.
— Может, газа мало было? — предположил Сомов. В следующий момент взорвались топливные баки катера, верхнюю палубу и надстройку «Алисы» сорвало и выбросило в море, грохот был такой, будто кто-то прямо над ухом пальнул из пушки. Вверх унесся дымный клубок оранжевого пламени, во все стороны полетели куски горящего пластика и раскаленного алюминия. Из остова корпуса катера высоко поднялся столб гудящего пламени. Горючее из взорвавшихся баков хлынуло в море и растеклось пылающим сине-зеленым пятном.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51


А-П

П-Я