https://wodolei.ru/catalog/mebel/penaly/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Дверь черного хода оказалась открытой, и я без помех проник в дом Клинтона Форбса. У него была овчарка по имени Принц, которая хорошо меня знала. Вместо того, чтобы залаять, Принц завилял хвостом и, подойдя, лизнул мне руку. Я потрепал его по голове, прошел в библиотеку и там неожиданно столкнулся со своей женой. Увидев меня, она испуганно вскрикнула. Я схватил ее за горло и пригрозил задушить, если она не замолчит. От страха Паола едва не потеряла сознание. Я помог ей сесть и задал несколько вопросов. Оказалось, что Телма Бентон - любовница Клинтона Форбса, причем их роман начался задолго до отъезда из Санта Барбары. В доме Паола осталась одна, так как Форбс с Телмой Бентон куда-то уехали, а А Вонг, повар-китаец, ушел к друзьям. Я сказал Паоле, что собираюсь убить Форбса, и предложил ей уйти со мной. Она попыталась меня отговорить и заявила, что не любит меня и не найдет со мной счастья. Она пригрозила позвонить в полицию и рассказать о моих намерениях. Она даже направилась к телефону. Я попытался остановить ее, она закричала и я схватил ее за горло. Никогда не смогу объяснить, что я испытал в тот момент. Я безумно любил ее, а она смотрела на меня, как на пустое место. Она хотела спасти человека, предавшего меня и ее, человека, которого я ненавидел. Я потерял контроль над собой, а когда пришел в себя она была мертва. Я знал, что Клинтон Форбс расширяет гараж. Рабочие закончили стены и готовились приступить к бетонированию пола. Я пошел в гараж, нашел кирку и лопату, вырыл яму и закопал в нее тело Паолы. Ждать Клинтона Фоули я не решился. Совершенное убийство потрясло меня. Я дрожал, как лист. Однако я не понимал, что мне ничего не грозит. Свидетелей не было. На следующее утро рабочие скрыли следы преступления. Я переехал в другой район города и снял комнату на вымышленное имя. Найти меня невозможно, я в полной безопасности. Это признание я делаю лишь для того, чтобы восстановить истину. Я убил свою жену, но не стрелял в Клинтона Форбса, хотя и хотел это сделать. Искренне ваш, Артур Картрайт". Перри Мейсон внимательно прочел напечатанное. - - Пожалуй, все в порядке, - он взял со стола конверт и протянул его Делле. - Адресуйте его редактору "Кроникл". Когда Делла выполнила его просьбу, Мейсон вложил письмо в конверт, запечатал его и убрал машинку в чемодан. - Что вы собираетесь делать? - озабоченно спросила Делла. - Отправлю письмо, спрячу машинку так, чтобы ее не нашли, и поеду домой. Делла взглянула на него, кивнула и пошла к двери, но, не дойдя пару шагов, остановилась и вновь взглянула на адвоката. - А какова ваша цель? - Я хочу вскрыть бетонный пол в гаражной пристройке и посмотреть, что под ним спрятано. - Так почему просто не обратиться в полицию? Мейсон невесело рассмеялся. - Они не ударят палец о палец. Они ненавидят меня и хотят осудить Бесси Форбс. И пойдут на все, лишь бы не ослабить свою позицию перед присяжными. По их мнению, Бесси Форбс виновна, и они никого не будут слушать. Если я расскажу о своих подозрениях, они подумают, что я хочу их надуть. - А если вы пошлете письмо в "Кроникл"? - Ради сенсации газета позаботится о том, чтобы пол разломали. - Но у кого они получат разрешение? - Не говорите глупостей, - рассердился Мейсон. - Этот дом принадлежит Форбсу и тот мертв. Бесси Форбс - его жена. Когда ее оправдают, дом перейдет в ее собственность. - А если нет? - Ее оправдают, - твердо повторил Мейсон. - Ас чего вы взяли, что под бетонным полом похоронено чье-то тело? Адвокат задумчиво посмотрел на Деллу. - Вы помните, когда Артур Картрайт пришел к нам в первый раз? - Конечно. - И запомнили его слова? Он хотел составить завещание и намеревался оставить свое состояние женщине, проживающей в доме Клинтона Фоули на Милпас Драйв под именем Эвелин Фоули. - Да. - А в завещании он написал совсем иначе. - Но почему? - Потому что понимал, что нет смысла оставлять состояние женщине, отошедшей в мир иной. Каким-то образом Картрайт узнал, что она мертва. - Значит, он не убивал Паолу Картрайт? - Я этого не утверждаю, но думаю, что нет. - Но разве подделка такого признания не является преступлением? - В определенной ситуации - нет. - А в данном случае? Мейсон тяжело вздохнул. - В свое время мы узнаем об этом. - Так вы полагаете, что Картрайт знал о смерти жены? - Да. Он очень любил ее и искал десять месяцев. А потом два месяца жил рядом и следил за человеком, которого ненавидел. Он твердо решил убить Клинтона Форбса. Свою собственность он собирался оставить Паоле Картрайт, но не хотел, чтобы газеты вновь вытащили на поверхность подробности скандала в Санта Барбаре. Поэтому он и намеревался написать завещание в пользу женщины, живущей с Клинтоном Фоули на Милпас Драйв под именем Эвелин Фоули. Картрайт бы убил Форбса, признал себя виновным и понес наказание. А его состояние отошло бы вдове убитого и никто не стал бы задавать лишних вопросов. Делла разглядывала носки туфель. - Кажется, я начинаю понимать. - А потом что-то произошло, и Артур Картрайт изменил завещание. Скорее всего, он узнал, что его жене уже ничего не потребуется. Я не сомневаюсь, что во время поисков Клинтона Форбса Картрайт поддерживал связь с Бесси Форбс. Она осталась единственным близким ему человеком, и Картрайт написал завещание в ее пользу. - А почему вы думаете, что он поддерживал связь с Бесси Форбс? - Она попросила водителя такси позвонить по телефону Паркрест 62945, это телефон Картрайта, и попросить Артура прийти в дом Клинтона. Значит, она знала, где жил Картрайт, то есть они общались друг с другом. - Понятно, - кивнула Делла и, помолчав, добавила. - А вы уверены, что миссис Картрайт не убежала с Артуром Картрайтом, поступив с Форбс ом так же, как с мужем в Санта Барбара? - Абсолютно уверен, - не колеблясь ответил Мейсон. - А почему? - Записка, оставленная Паолой Картрайт, написана не ее рукой, - Делла удивленно раскрыла глаза. - Да, да. Похожим почерком написана и телеграмма, посланная из Мидвика. - А прокурор знает об этом? - Думаю, что нет. Делла на секунду задумалась. - Записка написана Телмой Бентон? - Нет. Имеющийся у меня образец ее почерка показывает, что записку писал другой человек. - Миссис Форбс? - Нет. Из тюрьмы она прислала мне письмо. Ее почерк также не совпадает с почерком автора записки. - Кстати, вы читали передовицу в "Кроникл"? - неожиданно спросила Делла. - Нет. А что в ней особенного? - Редактор заявляет, что теперь, когда показания водителя такси поставлены под сомнение, вы обязаны разрешить Бесси Форбс выступить перед судом. Она должна доказать свою невиновность, а не прибегать к тактике закоренелых преступников. - Я не читал передовую, - ответил Мейсон. - И остальные газеты отмечают легкость, с которой вы разделались с главным свидетелем обвинения. - Я не сделал ничего особенного, - пожал плечами Мейсон, - и лишь использовал их ошибки. Девушка кивнула и, открыв дверь, вышла из кабинета. Мейсон оделся, погасил свет и, взяв чемодан, спустился к машине. Он поехал в другой конец города, опустил письмо в почтовый ящик и отправился дальше, к небольшому озерцу, спрятавшемуся в холмах неподалеку от города. Оставив машину на дороге, Мейсон подхватил чемодан и, подойдя к воде, швырнул его в озеро.
Глава 19
Пауль Дрейк расположился в кресле перед столом Мейсона. - Пауль, мне нужен человек, готовый пойти на риск. - У меня их сколько угодно. Что от него потребуется? - Я хочу, чтобы он встретился с Телмой Бентон и просмотрел ее дневник. Потом он должен вырвать лист, датированный 18 октября, и принести его мне. - А что там написано? - Я не знаю. - Она поднимет шум. - Естественно. - Чем это грозит моему человеку? - Его припугнут, но, скорее всего, этим все и закончится. - Не сможет ли миссис Бентон подать на него в суд, если этот листок попадет в газеты? - Он останется у меня. И я хочу, чтобы миссис Бентон знала об этом. - Послушай, - заметил Дрейк, - это, конечно, не мое дело и не мне учить тебя, в чем заключаются обязанности адвоката, но ты балансируешь на лезвии ножа. - Они не смогут укусить меня, - возразил Мейсон. - Я не выхожу за рамки, предусмотренные законом. Ты посмотри, что в наши дни печатают в газетах, и им все сходит с рук. - Но ты - не газета. - Мне это известно, - пробурчал Мейсон. - Я - адвокат и представляю клиента, имеющего право на беспристрастный и справедливый суд. - И этот самый беспристрастный суд обязательно должен сопровождаться театральными эффектами? - Да, если это необходимо для представления доказательств. - Всех доказательств или лишь тех, что говорят в пользу твоего клиента? - Ну, - ухмыльнулся Мейсон, - я не собираюсь потеть за окружного прокурора. Пауль Дрейк почесал подбородок. - Ты будешь представлять нас, если возникнут осложнения? - Конечно. Неужели ты думаешь, что я брошу вас на полпути? - Хорошо, - Дрейк встал. - Надо отметить, сегодня ты посадил Драмма в лужу. Все газеты утверждают в один голос, что водителю такси теперь никто не поверит. - И славу богу, - улыбнулся Мейсон. - Однако мы-то с тобой знаем, что Бесси Форб приезжала на Милпас Драйв в том такси и заходила в дом. - Пока обвинение не представило доказательств, мы можем лишь догадываться о том, что произошло на самом деле. - А где Драмм возьмет доказательства, если его главному свидетелю никто не верит? - Это его забота, - отрезал Мейсон. - Ладно, пожалуй, я пойду, - вздохнул Дрейк. - Тебе нужно что-нибудь еще? - Нет, на сегодня достаточно. - Мне кажется, не только на сегодня, - и детектив вышел из кабинета. Мейсон откинулся в кресле и, закрыв глаза, задумался. Через несколько минут в кабинет вошел Френк Эверли, молодой и честолюбивый помощник адвоката. - Могу я поговорить с вами, шеф? - спросил он. Мейсон открыл глаза и нахмурился. - Да, в чем дело? Френк Эверли присел на краешек стула. - Я прошу вас, в порядке личного одолжения, разрешить Бесси Форбс дать показания. - А зачем? - поинтересовался Мейсон. - Об этом процессе много говорят. Не только обыватели, но адвокаты, судьи и журналисты. Мейсон сухо улыбнулся. - И о чем они говорят? - Если вы не разрешите этой женщине дать показания и ее признают виновной, ваша репутация будет погублена. - Ну что ж, от судьбы не уйдешь, - вздохнул Мейсон. - Но разве вы не понимаете!? - воскликнул Эверли. - Она же невинна. Теперь это ясно и слепому. Обвинение против Бесси Форбс построено на косвенных уликах. И если она сама опровергнет обвинение, присяжные тут же вынесут оправдательный приговор. - Вы действительно так думаете? - Конечно. А разве можно думать иначе? - И вы полагаете, что я лишь осложняю положение Бесси Форбс, не разрешая ей раскрыть рот? - Я считаю, что вы берете на себя слишком большую ответственность, сэр, - ответил Эверли. - Пожалуйста, поймите меня правильно, я говорю с вами как адвокат с адвокатом. У вас есть обязательства перед клиентом, перед вашими коллегами по профессии, в конце концов, перед самим собой. - А если она даст показания и ее признают виновной? - Но это невозможно! Все симпатизируют Бесси Форбс, и после того, как в показания водителя такси уже никто не верит, ей ничего не грозит. - Френк, - задумчиво сказал Мейсон, глядя ему в глаза, - я очень благодарен вам за этот разговор. - То есть, вы разрешите ей дать показания? - Ни в коем случае. - Но почему!? - Потому что вы думаете, что она невиновна. И все думают, что она невиновна. В том числе и присяжные. А если я разрешу ей дать показания, мнение жюри может измениться. Пусть они лучше печалятся о том, что Бесси Форбс достался бестолковый адвокат, и оправдают ее. И учтите, Френк, есть разные методы ведения защиты. Некоторые адвокаты приходят в суд, не имея определенного плана, протестуют после каждого вопроса, цепляются к техническим неточностям, вызывают бесконечных свидетелей и, наконец, все забывают, о чем, собственно, идет речь. Я же предпочитаю динамику. В какой-то момент обвинение заканчивает представление доказательств. Задача защиты состоит в том, чтобы симпатии присяжных оставались на стороне обвиняемой. И тут же я должен нанести решающий удар, который застанет обвинение врасплох и произведет такое впечатление на присяжных, что те оправдают моего клиента. - А если вы промахнетесь? - Вот тогда, вероятно, я погублю свою репутацию, - улыбнулся Мейсон. - Но вы не имеете права так рисковать. - Как бы не так! Я не имею права поступать иначе, - он встал и выключил свет. - Пошли домой, Френк.
Глава 20
Клод Драмм решительно начал утреннюю атаку, пытаясь отыграться за сокрушительное поражение. Совершено убийство, хладнокровное убийство мирно бреющегося человека. И кто-то должен заплатить за это. Детективы рассказывали о верной овчарке, пытавшейся защитить хозяина, но безжалостно застреленной хладнокровным убийцей. Фотограф представил полный набор снимков, в том числе и голову собаки крупным планом, с остановившимися глазами и вывалившимся языком. Судебный медик сообщил, что в Форбса стреляли в упор, так как на коже убитого остались пятнышки от пороховых ожогов. Время от времени Мейсон задавал вопрос, касающийся какой-нибудь мелкой подробности, упущенной свидетелем. Ничто в его поведении не напоминало вчерашнего победителя. И постепенно улыбки исчезли с лиц многочисленной аудитории. Им на смену пришли настороженные взгляды в сторону Бесси Форбс. Убийство есть убийство. И кто-то должен за него отвечать. Члены жюри присяжных, занимая свои места, вежливым кивком здоровались с Мейсоном и с пониманием смотрели на обвиняемую. К полудню они избегали взгляда адвоката. Френк Эверли пошел перекусить вместе с Мейсоном. Молодой человек съел две-три ложки супа, едва притронулся к мясу и отказался от десерта. Чувствовалось, что он очень взволнован. - Можно мне сказать одну вещь, сэр, - спросил он, когда Мейсон, покончив с едой, откинулся в кресле и закурил. - Разумеется. - Победа уплывает у вас из-под носа, - пробормотал Эверли. - Неужели? - Я слышал разговоры в зале суда. Утром эту женщину оправдали бы в мгновение ока. А теперь ей не спастись, если только она не докажет свое алиби. Присяжные начали осознавать, что Форбса хладнокровно застрелили. Когда Драмм говорил о преданной собаке, отдавшей жизнь за хозяина, на их глазах навертывались слезы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16


А-П

П-Я