Сантехника, аккуратно доставили 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В этот лоток он положил свои немногочисленные вещи – рюкзак с одеждой и пару свертков. Он не мог больше рисковать, и возвращение в дом Риджера полностью исключалось.
Тем не менее, чтобы подтвердить свои подозрения, он подошел к дому, принимая все меры предосторожности, и остановился в тени строений примерно в ста шагах от него. Прямо против входной двери стояла машина с включенными габаритными огнями, в машине сидели двое мужчин. Несколько запоздалых пьяниц неуверенной походкой прошли мимо дома, окна которого по-прежнему оставались темными. Простояв так минут десять, Халлоран все-таки сумел различить при слабом свете уличного фонаря, как в какой-то момент рука водителя машины потянулась к лицу. Он понял, что водитель говорил в микрофон, поддерживая с кем-то связь по радио. Все ясно – это полицейские.
Халлоран с мрачным видом кивнул головой и выругался.
– Подождите у меня, ублюдки, – проговорил он со злостью.
И пошел прочь от дома. Минут двадцать он прошагал пешком, затем вскочил в автобус и доехал до станции метро «Лейтонстоун». Там нырнул под землю и пересек почти весь город. Путешествие в метро закончилось на станции «Пэддингтон». Он снова оказался на улице, нашел ближайший телефон-автомат и позвонил Коллинзу. Время приближалось к полуночи.
– Ты немного опоздал, Питер, – раздался в трубке голос Коллинза. – Но ничего, не беспокойся. Все пока без изменений, предложение остается в силе. Где ты сейчас находишься?
– В районе Паддингтона, майор, но я не останусь здесь на ночь. Я следую твоему предостережению. Полагаю, что оно уже помогло мне однажды. Но через какое-то время я должен снова исчезнуть.
– Что ж, хорошо, это устраивает нас всех. Есть поезд, который уходит около полудня. Если ты успеешь к нему, встретишься с Майком Рорком. Между прочим, он наш номер три. Отличная подбирается команда. Как ты считаешь?
Что касается людей из Специального отдела, ожидавших обоих ирландцев у дома Риджера, они попросту потеряли время: оба интересовавших их человека исчезли бесследно. Обыск дома помог обнаружить отпечатки пальцев, но дальше этого дело не продвинулось.
Труп Фрэнка Риджера был найден двумя месяцами позже, когда на площадке у разрушенных домов вновь началось строительство.

* * *

Среда, 24 марта
Юфру прибыл в офис Кромера в 10.30 утра.
– Сэр Чарльз, – сказал он, отпивая из чашки кофе. – Вчера у меня был очень плодотворный вечер. Менгисту согласился с тем, что договоренность о передаче денег должна быть достигнута любой ценой. Желательно без особого риска и без задержек. Поэтому нам с вами предстоит поработать в тесном контакте, чтобы составить удовлетворяющий всех документ и предусмотреть процедуру его подписания императором, вами и правительством Эфиопии.
– Примите мои поздравления, мистер Юфру. Приятно знать, что мы оба движемся в одном направлении. Чтобы приступить непосредственно к делу, я наметил несколько вопросов, которые в любом случае должны войти в меморандум, определяющий наши взаимоотношения. Предлагаю обсудить их сейчас, чтобы позже я мог подготовить проект такого меморандума, который будет направлен моим коллегам, вашему правительству и императору. Когда я получу ваши замечания, можно сформулировать окончательный текст.
Хочу предупредить вас, мистер Юфру, что это будет объемный документ, хотя большую его часть займет перечень всех счетов и вкладов императора. Вы знаете, что Селассие является еще и владельцем ряда фирм в Европе, Америке и Африке. Как мне представляется, они должны быть предметом отдельного соглашения, поскольку их необходимо предварительно продать, если мы хотим иметь полностью все состояние, которое принадлежит Селассие, в денежном выражении. На это потребуется какое-то время, возможно, и целый год.
Но основную массу состояния составляют вклады в валюте, золото и эфиопские доллары. Я думаю, что имеется возможность уже через неделю со дня подписи положить на ваш счет, скажем, 75 процентов этой суммы и следующие 10 процентов в пределах месяца.
Юфру молча записывал цифры в блокнот. Кромер перешел к наиболее важному и щекотливому вопросу – условиям, в которых будет осуществлено подписание документов. Встреча должна произойти на нейтральной территории. В таком случае ему хотелось бы знать, возможно ли, чтобы император мог прибыть самолетом, например в Швейцарию? Юфру оторвался от блокнота и поднял глаза, затем улыбнулся и развел руками.
– Мой дорогой сэр Чарльз, – произнес он снисходительно, – могли бы вы, находясь на нашем месте, взять на себя такой риск?
Кромер поднял обе руки вверх, показывая этим жестом, что ему все ясно.
– Мы обсуждали вариант, – продолжал Юфру, – при котором смогли бы обеспечить ваш прилет в Харар. Очаровательная средневековая крепость, красивая природа и все возможности для туризма. Но самое главное, конечно, в том, что императору не придется куда-то перемещаться.
Настала очередь Кромера улыбнуться.
– Мистер Юфру, вы должны понять, что мы не можем встретиться с императором во дворце, в котором он, по существу, является заключенным. Я уверен, что в такой обстановке и мы сами можем чувствовать определенное давление.
Деликатная проблема обсуждалась более часа. Кромер предлагал несколько африканских стран: Нигерию, Египет, Заир. В свою очередь Юфру упомянул места в Эфиопии, где можно было бы обеспечить необходимую безопасность.
Наконец Кромер произнес:
– Мистер Юфру, на мой взгляд, имеется только одно место, которое может удовлетворить нашим требованиям: какое-либо посольство в Аддис-Абебе, предпочтительно швейцарское. Обычно посольствам принадлежат большие огороженные участки земли. Вы сможете заранее организовать все необходимое для обеспечения безопасности императора. И вместе с тем он будет находиться на иностранной территории. Ваша охрана будет максимально ограничена. Мы же, находясь в посольстве нейтрального государства, будем чувствовать себя свободно и не ощущать никакого давления. Такой вариант для нас полностью приемлем.
– За исключением одного обстоятельства, – произнес с мягкой улыбкой Юфру, – император окажется вне нашего контроля. Он может обратиться с просьбой предоставить ему политическое убежище.
Юфру напомнил случай с венгерским кардиналом, который после восстания 1956 года прожил в американском посольстве в Будапеште пятнадцать лет.
– Понимаю, – сказал спокойно Кромер. – Вы хотите определенных гарантий со стороны соответствующего посольства, чтобы препятствовать такому нежелательному для вас развитию дела. Что вы имеете в виду конкретно?
– Чтобы обсуждать этот вопрос в деталях, я должен проконсультироваться с Аддис-Абебой.
– Хорошо, мистер Юфру. Есть еще одна проблема, о которой вы вскользь упомянули ранее. Я имею в виду транспортные средства, иными словами: каким образом император сможет прибыть в посольство?
– Сэр Чарльз, я затрагивал вопрос доставки императора в какое-то место в пределах Эфиопии вчера вечером в разговоре с президентом. По его мнению, проблема решается просто, независимо от того, где конкретно будет происходить встреча. Для высокопоставленных чиновников имеется только один путь удобно и безопасно совершать перемещения по территории Эфиопии – воздушный. Расстояния в нашей стране не такие значительные. Конечно, император вряд ли воспользуется самолетом, причины понятны – преклонный возраст. На конечном этапе, между аэропортом и посольством, потребуется обеспечить полицейский эскорт, автомашины с затемненными стеклами, перекрыть движение по улицам. Пожалуй, это будет неприемлемо и, кроме того, в этом нет особой надобности. Принимая это во внимание, по всей видимости, императора придется доставить на вертолете к самому посольству.
Было около 12.45. Они оба нуждались в перерыве. Кромер предложил, чтобы он и Юфру поработали в течение уик-энда, каждый отдельно, и составили детальные списки персонала, который будет участвовать во встрече, а также программу такой встречи. Потом они это обсудят, обменяются идеями. Кромер был абсолютно уверен, что документы в окончательном виде не смогут быть подготовлены раньше среды следующей недели.

* * *

А в это время Халлоран и Рорк на поезде приближались к Оксфорду. Они опаздывали всего на несколько минут, и Коллинзу, которому сообщили об их приезде и просили встретить поезд, вышедший из Лондона в 1.15 до Бэнбюри, не придется долго ждать на вокзале.
Приятели нашли друг друга в Паддингтоне у билетных касс. Каждый из них уже знал, что оба вовлечены в одно и то же дело, и были очень довольны этим обстоятельством.
– Питер, старина, – громко произнес Рорк. – Скажи, пожалуйста, в чем состоит смысл этого дельца, в которое мы позволили себя впутать, даже не узнав деталей?
– Я еще не научился читать чужие мысли, Майкл. Майор ровным счетом ничего не сообщил мне по этому поводу. В поезде у нас будет много времени, чтобы за пивом обсудить, что бы это могло быть.
Они потягивали немецкое пиво, сидя в вагоне-ресторане, и пытались строить разные предположения и догадки.
Скорее всего какое-нибудь небольшое дельце, ведь было сказано, что месячный контракт... В то же время ничего не упоминалось об оружии... Ирландия? Южная Америка? Ближний Восток? Вряд ли может иметь какое-то, даже самое фантастическое, отношение к израильтянам... или к кому-то еще в этом регионе, где у них определенно возникли бы проблемы с личными документами... Кипр? Западная Африка? И уж наверняка не Родезия... Постойте... Уганда.
– Ты думаешь, кто-то решил добраться до Большого Папаши-Амина? Да, здесь что-то такое есть. Но откуда в этом случае деньги? Кто будет платить по счету?
Несмотря на весь их опыт, они так и не смогли приблизиться к ответу до того момента, когда на станции в Бэнбюри их встретил Коллинз и посадил в «рейнджровер».
– Очень рад видеть вас обоих снова, – сказал он с широкой улыбкой на лице. – Влезайте в машину. Несколько миль дороги, и в этот уик-энд вы будете иметь удовольствие поохотиться, поудить рыбу и, конечно же, пострелять. Вы почувствуете себя настоящими сельскими сквайрами. Как вам это нравится?
За ленчем Коллинз рассказал своим приятелям ровно столько, сколько знал сам. Это будет исключительно секретная операция, в одном из иностранных государств, вероятнее всего без использования оружия; цель – похитить высокопоставленное политическое лицо. Всего лишь несколько человек охраны, а возможно, и без охраны. Нейтральная территория, посольство. Сама же работа – похищение – по его мнению, не должна вызывать никаких сложностей.
– Проблема, – заканчивал он свое сообщение уже за кофе, – будет состоять в том, как нам убраться оттуда.
Возбудив их любопытство, Коллинз предложил друзьям на выбор несколько двуствольных ружей «браунинг» двенадцатого калибра, дал каждому высокие охотничьи сапоги и повел их в поле позади ферм, где у него был устроен тир. День как нельзя лучше соответствовал стрельбе по летающим тарелочкам; воздух был совершенно чист и прозрачен, ни малейшего дуновения ветра. Деревья, росшие по краям поля, создавали приятный зеленоватый фон распускающимися листьями.
Коллинз гордился своим тиром. Он был оборудован почти как настоящий: навес, линия огня и автоматически действующий механизм, который выстреливал в воздух диски, сделанные из специальной глины и напоминающие по форме тарелки. Это были «птицы». Механизм срабатывал, реагируя на звук голоса. Коллинз дважды продемонстрировал им, как это делается.
– Я кричу «Давай!», потому что именно так в большинстве случаев кричат стрелки, находящиеся на боевой позиции, – объяснял Коллинз, – но механизм действует и при любом другом резком выкрике. Смотрите еще раз... Давай!
Диск со свистом пролетел над их головами. Коллинз мягко, но достаточно быстро вскинул ружье и выстрелил. Диск разлетелся на множество мелких темных кусочков. Он опустил ружье и вынул стреляную гильзу.
– О'кей! Майкл, теперь твоя очередь. Помни, ты должен плавно поворачивать корпус, и не целься, стреляй перед самой «птицей». Она летит со скоростью тридцать миль в час. Прими стойку, наклонись немного вперед...
– Фак! – выругался Рорк.
Из машинки вылетел диск. Рорк поднял ружье, выстрелил и... промахнулся.
– Мазила, – с ухмылкой проговорил Коллинз. – Ну и поделом тебе.
– Согласен, мазила, – ответил расстроенный Рорк. – Попробую еще раз. Между прочим, майор, ты должен рассказать нам более подробно об этом деле. Иначе будет несправедливо. Пострелять в тарелки, конечно, хорошая забава, но она нам ничего не дает.
– Я сказал вам все, что мог. Детали вы узнаете, когда мы получим команду выступать.

* * *

Четверг, 25 марта
Как обычно, Кромер проснулся рано. Его жизнь состояла из очень ограниченного числа удовольствий; еще меньше у него было контактов с людьми. Семейные отношения, никогда не вызывавшие в нем чувства страстного увлечения, отошли на задний план и превратились в своеобразное удовлетворение немногих потребностей – ухоженный дом, где можно было пышно принята важных и нужных гостей, вкусная пища.
Настоящий мир представлял для него Сити. И он страстно хотел, чтобы это было именно так, поскольку уже в течение многих лет был полон амбиций, удовлетворить которые мог только в рамках Сити, – неуемного желания обладать неограниченной властью, дополненного чувством осознания осуществленной им блестящей личной карьеры.
Он не был доволен своим профессиональным статусом. Благодарность к дому Ротшильдов, которая была второй натурой его деда и отца, полностью в нем угасла. Теперь он чувствовал только одни рамки, которые сдерживали его свободу, а необходимость ежемесячно давать отчет о своей деятельности на встречах партнеров вызывала у него внутреннюю злобу. В свое время отец не уставал повторять, что благодаря именно такому строгому контролю «Банк Кромера» сохранил свою стабильность.
Но сэру Чарльзу это не нравилось. Он хотел полной независимости, хотел иметь свой собственный банк, который когда-то был у его деда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33


А-П

П-Я