https://wodolei.ru/catalog/dushevie_kabini/IDO/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Девчонка испуганной белкой облетела поляну и вскоре принесла в руках камень, а другой катила перед собой босыми ногами. Кивнув, Фиона положила на нижний камень свистульку. В крохотном комочке обожжёной глины держалось одно-единственное, слабенькое заклинание – если подуть в эту безобидную с виду детскую игрушку, раб испытывал ни с чем не сравнимую, страшную боль. Средство воспитания и убеждения, видите ли – но Сабрина оказалась сильнее даже этого.
– Бей, – выпрямившись, молодая волшебница властным жестом указала на свистульку. Детское личико перекосилось от ненависти, и Сабрина долго и упоённо молотила камнем, пока от инструмента её мучений осталась лишь мелкая рыжеватая пыль. И лишь отбросив в сторону ненужный уже камень, она совсем уж было собралась разреветься. Но Фиона выудила из выреза платья купчую и развернула перед её подрагивающим лицом, а затем и вовсе отдала в детские пальчики.
– Читать умеешь? Знаешь, что это? Девчонка кивнула. Шмыгнув носом, она посмотрела своей хозяйке в глаза – и та поразилась серьёзному, недетскому выражению лица.
– Леди, – осторожно произнесла малышка, вертя в пальцах свою судьбу, записанную на клочке дрянной бумаги. – Вы не из Тёмного Королевства? Горько усмехнувшись, Фиона погладила её по дерзко вздёрнутой голове. Присев, она оказалась с той лицо к лицу.
– Мой дом, моя родина – по ту сторону океана. И я всей душой ненавижу рабство. По физиономии Сабрины легко можно было проследить, как настороженная недоверчивость сменяется робкой надеждой, а затем – таким выражением лица, что только ради этого стоило пересечь широкий и бурный океан.
– Значит правда, леди, то, о чём по ночам шепчутся наши? Что приезжают люди с чистой душой и по мере возможности выкупают из рабства… Как Фиона не разрыдалась от подступившей к самому горлу непонятной боли, не знала и она сама.
– Правда, малышка. Один хороший человек подсказал мне сегодня, что и как я должна сделать. Ноги Сабрины подкосились. Она упала на колени, разрыдалась – и не успела Фиона опомниться, как малышка уже покрывала поцелуями пополам со слезами её руку.
– Ну-ка, прекрати, – против воли, голос молодой волшебницы дрогнул. И руку пришлось отнимать силой. Девчонка завертела головой из стороны в сторону – а в душе Фионы поднималось новое, неизведанное доселе чувство. Она осторожно обняла сотрясающееся тельце и гладила, гладила по голове, глядя сквозь лес невидящим взглядом.
– Леди, вы ведь владеете Силой, – перед самым лицом Фионы появились два горящих, широко распахнутых глаза. – Убейте Рослака, моего прежнего хозяина, и я стану служить вам вернее и надёжнее, чем самый преданный раб. Как пальцы – послушно и ловко.
– Что, так допёк? – волшебница попыталась улыбнуться, платком вытирая девчушкины слёзы. Та отстранилась, и Фиона поёжилась – такая холодная ненависть полыхнула в глазах.
– Знаете, леди… он самолично распечатал меня здесь. И здесь, – ладошка Сабрины дважды коснулась тела – к низу живота, а затем к попке.
– И здесь, – детские пальчики мимолётно мазнули по ещё припухлым от рыданий губам. – Год назад он решил, что уже пора. «Одиннадцать лет» – Фиона вновь почувствовала, как её захлёстывает гнев.
– А когда я недавно слишком допекла его, он бросил меня на одну ночь в яму с рабами-мужчинами… И потом старая Гинни выжигала мне дурную болезнь купоросом… и детская ладошка вновь коснулась тела там. В глазах волшебницы потемнело. Мутно-багровый вал поднялся ввысь, затопляя весь мир. И лишь перепуганная Сабрина, остро почувствовавшая, что сейчас Королевство Хаоса начнут просто уничтожать – не разбирая, кто прав, кто виноват – затрясла её изо всех своих детских сил, немного приведя в чувство.
– Леди, не надо! Прошу вас! Открыв глаза, трясущаяся словно от холода волшебница обнаружила, что вид вокруг кардинальным образом переменился. Но не от того, что уже ощутимо стемнело – вывороченный на поллиги в округе лес белел свежими изломами стволов, а обе невесть каким образом уцелевшие лошади лежали на выжженной земле, поджав ноги и с жалобным ржанием пряча головы куда-то под себя.
– Спасибо, Сабрина, – невесело усмехнулась волшебница и чмокнула девчонку в чумазый нос. – Спасибо. Она вынула из детской ладошки скомканную купчую. На всякий случай уточнив, что подпись под печатью принадлежит именно Рослоку, волшебница послала вдаль изощрённое в своей ненависти заклинание. Полыхнуло неярко, у обеих на миг встали дыбом волосы – и всё стихло.
– Уже? – с надеждой спросила Сабрина, с недетской силой ухватив молодую женщину за ладонь. Встрягнув гривой спутавшихся волос, в которую превратилась ещё недавно элегантная причёска знатной дамы, Фиона серьёзно посмотрела в серо-зелёные глазёнки.
– Э-э, нет, малышка. Просто смертью он у меня не отделается. Это для него слишком малое наказание. Он потеряет свою торговлю, деньги и имя. Да и умирать он будет долго – и в очень, очень страшных мучениях. Видимо, что-то в выражении глаз усталой волшебницы всё же передалось Сабрине, потому что та передёрнулась от мимолётно коснувшейся души брезгливости. Обняв себя руками, девчонка некоторое время покачивалась на месте, а затем уронила голову.
– Столько мечтала о свободе… даже сны снились. И что теперь будет? Фиона уже встала и попыталась немного успокоить неодобрительно относящихся к магии лошадей.
– Знаешь, Сабрина… служанка мне не нужна. Но вот помощница – другое дело. Ведь на свете ещё столько много мерзавцев… – затем она повернулась к девчушке. – Слушай, для маскировки поносишь ещё ошейник пару дней?
– Столько лет носила, – та пожала плечами, осторожно и ласково поглаживая свою всё ещё нервно подрагивающую кобылку. – Это вы бы не выдержали – а я теперь железная. Улыбнувшись, волшебница подсадила Сабрину в седло, и после некоторых осторожных маневров меж стволов поваленных деревьев обе наездницы выехали на широкий тракт. Фиона осмотрелась по сторонам. Вроде бы никто ещё не заметил её неосторожного порыва. Потянув поводья влево, она поворотила на полночь – туда, где путь в конце концов приведёт к подножию трона ненавистного короля проклятого королевства.
Сабрина оказалась умницей. Заметив, с какой невероятной скоростью уносятся назад леса и поля, деревни и большие города, она лишь понимающе улыбнулась втихомолку колдующей Фионе. И всё же, следовало и поумерить прыть – живой вихрь из двух наездниц кто-нибудь из местных магов в чёрном, что посильнее, мог и обнаружить. А потому, когда стемнело окончательно, волшебница притормозила на площади городка, где над фонтаном тускло блестела покосившаяся статуя какого-то лорда. И наплевать, что городские ворота давно закрыты! Гостиница оказалась за углом и вполне недурна, и после мытья и позднего ужина Фиона наконец-то с наслаждением нырнула в постель в конце столь длинного и трудного дня. И уже уплывая в мягкий и уютный сон, она почувствовала совсем рядом легчайшее дуновение воздуха. Пересилив себя и открыв глаза, она обнаружила возле кровати Сабрину.
– Что, не спится, малышка? Та осторожно кивнула. Приподняла край одеяла, залезла к молодой волшебнице под бочок. Некоторое время ворочалась, устраиваясь поудобнее и прижавшись к Фионе всем дрожащим телом. Та улыбнулась, мимолётно погладила девчонку по макушке, чувствуя, что та несмело ластится, словно котёнок. Однако обнаружив через некоторое время, что шаловливые пальчики ласкают её совсем уж не по-детски, Фиона резко отодвинулась.
– Прекрати, Сабрина. Сейчас же! Та от удивления аж приподняла голову с подушки, и Фиона с удивлением обнаружила, какой обидой блеснули её глаза.
– Но почему, моя леди? Я ведь от чистого сердца – как ещё могу благодарить вас? К тому же, вам это сейчас очень нужно. Просто полежите, я всё сделаю сама. Вам понравится… Вздохнув от осознания того, что некоторую часть скупо отведённого для сна времени придётся посвятить воспитательной беседе, молодая волшебница перевернулась на бок и подпёрла голову рукой.
– Послушай, малышка, – она вновь пресекла вкрадчивые поползновения умелых пальчиков. – Перестань и послушай внимательно.
– Как интересно, – Сабрина язвительно хихикнула, но прекратила свои нежные атаки. – Вся аж горит, но сопротивляется. Зачем, моя госпожа? Пусть хотя бы такой малостью я ублажу вас сегодня. Завтра – чем-то другим. Я ещё не знаю ваши вкусы и предпочтения, но клянусь Леддой, я буду стараться изо всех сил.
– Из тебя воспитывали рабыню. И то, что ты собираешься сделать, это повадки рабыни. Если хочешь стать свободной, забудь все эти гнусности – и начни с чистого листа. Я подскажу, посоветую. Но мой тебе совет, попробуй всё же найти свой путь. Чуть наклонившись, она чмокнула девчонку в чуть наморщенный от размышлений лоб.
– Свой собственный, Сабрина – а не тот, к которому готовил тебя Рослок. Разве этот мерзавец мог чему хорошему научить?
– Правда ваша, леди Абигайль, – через некоторое время отозвалась малышка. Она посопела, поворочалась, блестя в полутьме глазами.
– А кроме того, однажды ты найдёшь парня, от одного взгляда которого сладко защемит на сердце и пересохнут вдруг губы – и ты пойдёшь за ним на край света. Сабрина несогласно фыркнула.
– Как вы так можете говорить, леди? Все мужчины грубые похотливые животные. Уж меня-то в обратном убеждать не надо – учёная! Некоторое время Фиона только растерянно моргала, не в силах подобрать хоть сколько-нибудь значимые аргументы. Ведь и правда – весь жизненный опыт малышки весьма специфичен.
– Не торопись делать столь поспешные выводы. Да, сволочей хватает. Среди женщин, кстати, тоже. Но поверь мне – не спеши. Я познакомлю тебя со своим братом. Попробуй присмотреться к нему, только непредвзято. И с его другом – о, какие сказки он умеет сочинять! И со своей сестрой, и с подругой. И даже попробую показать тебя нашей Королеве. Прислушавшись, молодая волшебница с удивлением обнаружила, что Сабрина тихонько плачет.
– Это сон, сказка. Так не бывает, – малышка уже разревелась вовсю, и её тельце сотрясалось от рыданий. – Так не бывает. Осторожно Фиона обняла её, чувствуя как от боли щемит сердце. И всё же она шепнула в детское ушко.
– Но сейчас мы едем к моему другу. Для меня он самый лучший и единственный мужчина на свете – и ради него я пойду на всё, – и ещё долго она гладила волосы, не решаясь применить тут магию – для утешения или убеждения. Ведь со своими так не поступают, обман ни к чему. Вволю наплакавшись, девчушка стала затихать, иногда всё ещё вздрагивая.
– Знаете, леди… я часто мечтала – о том, как стану свободной. Пристроиться под какого-нибудь старого лорда или леди. Потерпеть несколько лет, заработать немного денег, купить себе маленький домик – и плевать на весь мир. Выращивать цветы, читать умные книги, а по вечерам сидеть на берегу озера и пытаться вспомнить маму. Фиона вздохнула.
– Ты её совсем не помнишь? Сабрина покачала головой из стороны в сторону. Доверчиво, совсем безо всяких неподобающих намерений прижалась щекой к плечу волшебницы, вздохнула.
– Меня продали Рослоку с галер АлиБаши.
– Кстати, – усмехнулась Фиона. – Я познакомлю тебя при случае с одной волшебницей. Стерва ещё та, между нами говоря. Но она самолично отправила мерзавца АлиБаши на тот свет. Девчонка от удивления даже подпрыгнула и заворочалась, едва не скинув на пол подушку.
– Вы не шутите, леди? Улыбнувшись, Фиона легонько дунула ей в нос.
– Не шучу. И будет у тебя домик, друзья. Будет учитель, куча умных книг и многое другое. А теперь, Сабрина – спать. Завтра мы должны быть в столице. Поворочавшись ещё немного, девчушка наконец зевнула – да так заразительно, что усталая волшебница с удовольствием вторила ей и позволила себе – о чудо! – наконец-то уснуть.

Глава 28

– Что ж, спасибо, Патрисия, что избавила от необходимости собственноручно тебя зарубить, – привстав на постели, Гуго внимательно взглянул на замершее посреди ковра тело. Нет, там всё кончено – девица не промахнулась по собственному сердцу. И всё же, червячок не сожаления – сомнения эдак неделикатно грызанул по сердцу. Чуть заострившиеся в посмертии черты запрокинутого лица, судорожно вытянутая нога с тонкими золотыми обручами на щиколотке – чтобы весело позванивало при ходьбе. Красивая девка, хоть и стерва такая, что не приведи боги. М-да… когда умирает в бою солдат – это ещё куда ни шло. Но смерть не к лицу женщине. Он пожал плечами, и подошёл к креслу, где слуга оставил приведённую в порядок одежду. Задумчиво надевая рубашку, принц пожал плечами – да какое теперь-то ему дело? Даже лучше вышло – меньше кровью руки марать… Как бы в ответ на невесёлые мысли, с балкона сильнее потянуло ночной сыростью. Дверь распахнулась, и оттуда в гостиничный номер буквально ворвалась смутно знакомая леди. И не успел насторожившийся Гуго выбрать между кинжалом в паре шагов от себя или мечом в другой комнате, как гостья словно клочья тумана стряхнула с себя чужую внешность – и на шею ему кошкой прыгнула Фиона.
– Мурр! – громко, сияя зелёными и чуть прищуренными от счастья глазами, заявила она. Скромно стоящая у балкона Сабрина, которую леди непонятным образом за руку переставила с мокрой мостовой прямо на балкон, почувствовала себя лишней и устало скинула с себя заплечную сумку госпожи. Ибо прекрасно соображала, что происходит затем после таких вот поцелуев. Отведя глаза от роскошной рыжеволосой красотки, коей вдруг обернулась леди Абигайль, и от ласково, нетерпеливо обнимающего её парня (вовсе не от скромности, упаси боги – от зависти), она обвела комнату взглядом и проворчала:
– Леди, ну не при покойнице же… Гуго с изрядным трудом заставил себя оторваться от мягких, сладких и таких желанных губок, ощущая, как женщина обнимает его не только истосковавшимся телом, но и всей своей непостижимой ведьминской сущностью. Прислушавшись на миг, как звенят в голове радостные колокольчики, он обернулся.
– Ряжая, где ты откопала этакое чуд… – он вздрогнул и с подозрением посмотрел на Фиону.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37


А-П

П-Я