Привезли из сайт https://Wodolei.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Каждое слово, которое шептал ей Джейк, было драгоценно для Бэннер. Но уж если он проявлял к кому-то внимание, она ревновала ужасно.Бэннер знала: между ним и ее родителями, особенно матерью, была какая-то таинственная связь, но они никогда не говорили об этом. Однако детская интуиция подсказывала: что-то есть. Не важно, что именно, но это радовало Бэннер — значит, Джейк всегда будет в их жизни.Она посмотрела на мать, когда они с Россом поравнялись с первой скамьей.— Я люблю тебя, мама…— Я… Мы… любим тебя тоже, — прошептал а. Лидия. В глазах ее стояли слезы, но она улыбалась.Бэннер улыбнулась родителям, потом остановилась перед священником. Росс встал между нею и Грейди.— Кто отдает эту женщину в жены? — спросил священник.— Ее мать и я.Росс посмотрел на Бэннер, и его зеленые глаза увлажнились. Стиснув руку дочери, он отдал ее Грейди, а сам отошел к Лидии.Бэннер услышала, как приглашенные усаживаются, взглянула на жениха и поняла, что в этот момент в мире нет женщины счастливее ее. Грейди — тот, кого она выбрала, чтобы прожить с ним всю жизнь. Они будут любить друг друга так же, как ее родители. Бэннер сделает счастливым каждый день их жизни, чего бы это ни стоило. Она была абсолютно уверена в любви Грейди.Священник начал церемонию. Торжественные слова обрели новое значение для Бэннер. Да, эти фразы полно и точно выражали ее чувства к…Бум! Торжественная тишина церкви нарушена. Эхо, словно звяканье посыпавшихся острых осколков стекла, ударило по ушам Бэннер.Раздались крики. Ропот толпы нарастал. Бэннер быстро повернулась. Грейди осел на пол подле нее.Кровь из зияющей раны пропитала его темный свадебный костюм. Глава 2 — Грейди!Пытаясь поднять его, Бэннер упала, но тут же сев, положила голову Грейди себе на колени. Она ослабила галстук и воротник. Звуки, похожие на рыдания, рвались из ее горла.Глаза Грейди были широко открыты, он беззвучно шевелил губами.Но Грейди еще жив! Бэннер, заливаясь слезами, вознесла благодарность Господу. Она старалась закрыть рукой его рану, остановить хлещущую из нее кровь.Все произошло в долю секунды, Джейк выхватил револьвер, направив его на мужчину, стоявшего за ближайшим окном снаружи. Тот держал в руке револьвер, нацеленный в церковь.— Следующую пулю получит невеста. — Предупреждение было произнесено злобным скрипучим голосом. И подкреплено взмахом руки с оружием в сторону алтаря.Не только Джейк, но все рабочие Ривер-Бенда, пришедшие на свадьбу, вытащили оружие. Все стволы были направлены на мужчину в окне. Испуганные женщины зарылись головой в колени, прикрываясь руками. Мужчины сгорбились между скамейками, защищая детей от опасности, непонятно откуда исходившей.— Все до единого бросьте оружие! — закричал мужчина.— Росс? — спросил Джейк.— Делай, как он говорит.При первом выстреле Росс инстинктивно потянулся к своему «кольту», но обнаружил, что его нет. Кто мог подумать, что на свадьбе дочери понадобится шестизарядный «кольт»? Он тихо и яростно выругался. Джейк скрепя сердце бросил револьвер на пол. Рабочие Ривер-Бенда тоже. Только тогда мужчина перекинул ногу через низкий подоконник и шагнул в церковь, втащив за собой молодую женщину. Упершись ей в поясницу, он толкнул ее вперед.— Я Догги Берне, а это моя драгоценная дочь Ванда. Но этим двоим не надо было представляться. Догги Бернса в восточном Техасе знали все. Покупатели преодолевали много миль, чтобы получить рецепт его лучшего виски. Всем было известно, что этот человек изворотлив, коварен и злобен.И он, и девица были в грязи. Мышиного цвета волосы Ванды тощими засаленными прядями болтались на плечах. Под мышками на мятой рубахе Догги проступали застарелые пятна пота. Одежда, рваная и неряшливая, местами была заштопана. Они оскверняли своим видом церковь, особо торжественно убранную по случаю свадьбы.— Мне, конечно, очень жаль, что я прервал церемонию. — Берне насмешливо приподнял шляпу перед Лидией, а затем снова нахлобучил ее на голову. — Но, как отец, я обязан остановить бракосочетание.Грейди застонал от боли, зажимая рану в плече.— Ну пожалуйста, кто-нибудь! — закричала Бэннер. — Помогите ему! — Она откинула вуаль, глаза ее казались огромными на бледном лице. Лидия дала ей платок, чтобы заткнуть кровоточащее отверстие в плече Грейди.— Он не умрет, девушка. — Берне перекатывал отвратительную табачную жвачку из одного угла рта в другой. Коричневые слюни засохли вокруг губ. — Если бы я хотел убить его, он бы даже не почувствовал пули. Я остановил свадьбу из-за того, что этот ублюдок сотворил с моей дочерью.Когда собравшиеся поняли, что их жизни ничто не угрожает, они стали поднимать головы. Все забормотали, вновь зашевелились веера.— Что тебе нужно? Как ты осмелился оскорбить Бога в его доме? — строго спросил священник.— Придержи коней, священник. Еще успеешь произнести заготовленные слова, но уже не над этой парочкой.Лидия встала сразу же, как только раздался выстрел. Росс, защищая, обнял ее. Теперь он убрал руку и вышел вперед.— Хорошо, Берне. Мы слушаем тебя. Чего ты хочешь?— Видишь брюхо моей дочери? — Берне указал стволом на огромный живот девицы. — Это ребенок Шелдона.— Не правда! — прохрипел Грейди.— Почему? Я не понимаю! — воскликнула Бэннер, вдруг осознав происходящее. До сих пор Грейди, мучившийся от боли, полностью владел ее вниманием. — Зачем ты явился сюда и расстроил мою свадьбу? Ну почему?Церковь гудела от возбуждения. Ничего подобного в маленьком Ларсене еще не случалось, и рассказы о происшедшем десятилетиями будет передаваться из уст в уста. Все жадно ловили каждое слово.— Из справедливости. — Берне отвратительно улыбнулся. — Разве справедливо, что ты выходишь за него замуж, когда он заделал ребенка моей Ванде, а?Грейди зашевелился и, несмотря на державшие его руки Бэннер, поднялся. Шатаясь, как пьяный, от боли, он с трудом сосредоточил свой взгляд на Борисах.— Не от меня она беременна. От каждого произнесенного слова толпа ахала. Бэннер встала рядом с Грейди, взяла его за руку и с вызовом посмотрела на отца и дочь, расстроивших ее свадьбу, такую же прекрасную, какой обещала стать вся дальнейшая жизнь. Она даже не заметила, что ее платье залито кровью жениха. Бэннер не обращала внимания и на реплики гостей.Несколько мужчин смущенно потупились. Ли переминался с ноги на ногу, избегая встречаться с бешеным взглядом Догги Бернса или угрюмым молчащей Ванды. Мика конвульсивно сглатывал слюну. Ма Лэнгстон смотрела на него так, что любой пришел бы в замешательство.— А вот Ванда говорит, что это ты, Шелдон, — насмешливо сказал Догги. — Разве не так, Ванда? — Он толкнул женщину вперед, чтобы все увидели ее огромный живот.Ни капли стыда в глазах Ванды не было, они лукаво блуждали по толпе. Губы ее самодовольно надулись. Многие мужчины, находившиеся здесь, были виноваты в том, что у Ванды столь скверная репутация. Сейчас они жалели о том, что когда-то прикоснулись к ней, и благодарили Бога, что уличен только Грейди Шелдон.— Да, это его ребенок, — мрачно подтвердила Ванда. — Он приставал ко мне, когда папы не было дома. Он… он…— Ну давай, Ванда, детка, расскажи им, что он сделал. Выдержав паузу, она опустила голову, повертела пуговицу на платье и пробормотала:— Ну, он меня поимел.— Это бесстыдная ложь! — закричал Грейди, перекрывая поднявшийся гвалт.Берне шагнул вперед, потрясая револьвером.— Ты называешь мою милую дочурку лгуньей?— Если она говорит, что я насиловал ее, да. Грейди побледнел сейчас больше, чем от потери крови, шока и боли, ибо понял, что сам загнал себя в ловушку. Глаза его метнулись к Бэннер, белой как полотно, потом к Россу, почерневшему, как сам дьявол.— Я… мм… я имею в виду…Росс бросился к нему, схватил за лацканы пиджака и рывком дернул к себе. Они в упор смотрели друг на друга.— Ты крутился с этой швалью, когда собирался жениться на моей дочери? — зарычал он.Джейк в мгновение ока оказался рядом с Россом. Когда Грейди, застонав от боли, пробормотал, что с ним слишком грубо обращаются, Джейк наклонился и взял свой револьвер. Берне даже не попытался остановить его. Публика заволновалась. Все как один переводили взгляды с Борисов на Шелдона.Джейк взвел курок «кольта» и сунул ствол под подбородок Грейди.— Ну, мистер, мы ждем.Грейди со страхом смотрел на мужчин.— Может, я и был с ней несколько раз.Костяшки пальцев Росса белели на темном пиджаке Грейди, рычание вырвалось из его груди. Грейди, заикаясь, продолжал:— Почти все мужчины в городе спали с ней. Это может быть чей угодно…— Но все мужчины в городе не собирались жениться на моей дочери! — закричал Росс и оттолкнул Грейди так резко, что тот чуть не упал.— Как же ты мог? — в напряженной тишине спросила Бэннер.Грейди с трудом проглотил слюну и качнулся в ее сторону.— Бэннер! — Он умоляюще протянул к ней руки.— Не прикасайся ко мне! — Девушка отпрянула от него. — Мне невыносима мысль, что ты дотронешься до меня теми же руками, которыми… — Она повернулась и посмотрела на Ванду Берне. Та подбоченилась, и на лице ее читалось откровенное злорадство.Бэннер развернулась и быстро направилась по проходу, держась независимо, воинственно и гордо. Мать следовала за ней. Все Лэнгстоны понуро брели сзади. Ковбои Ривер-Бенда, как маленькая армия, вышли во двор и сдвинули ряды вокруг Лэнгстонов, пока те седлали лошадей и усаживались на них.Росс все еще стоял у алтаря, покачиваясь от ярости, его била дрожь, а глаза потемнели от гнева. Так, чтобы его слышали все, он предупредил:— Если ты когда-нибудь приблизишься к моей дочери, я убью тебя. Понял?Росс повернулся и деревянной походкой вышел из церкви. Джейк, не сводя с Грейди холодного взгляда, опустил револьвер и снова сунул его за пояс.— Как бы я хотел убить тебя прямо сейчас.И когда он шел по проходу, звон его шпор был единственным звуком, который раздавался в церкви.Бэннер уже сидела в коляске в объятиях своей матери. Ее рыдания раздирали душу. Все были подавлены и не смотрели друг на друга;Джейк вскочил в седло и, предоставив Россу позаботиться о дочери, возглавил процессию.— Мика, Ли, давайте сзади. Если кто-то последует за нами, дайте знать. Все развернитесь веером, рассредоточьтесь и смотрите в оба.Всадники беспрекословно подчинились приказу и образовали прикрытие, как люди, преданные своему феодалу и готовые защитить его семью.Джейк тронул поводья, поравнялся с коляской и поехал вперед. Росс с твердым, как гранит, лицом правил лошадьми, а Бэннер и Лидия, заключив друг друга в объятия, сидели и плакали. Росс взглянул на Джейка, когда тот поравнялся с ним.— Спасибо.Джейк только кивнул.
Ривер-Бенд был украшен по случаю свадебного приема, который так и не состоялся. При виде аллеи, ведущей от реки к главному дому, у Бэннер болезненно сжалось сердце: каждый столбик изгороди был выкрашен в белый цвет и увит цветами и ленточками.Еще более несчастной она почувствовала себя, посмотрев на дом. Перила крыльца были украшены гирляндами и цветущей жимолостью, столы на переднем дворе уставлены едой и питьем. Все это готовилось несколько дней подряд для множества гостей, которые никогда уже не придут.Росс спрыгнул на землю и помог Лидии выйти из коляски. Джейк спешился и протянул руку Бэннер. Она сидела как парализованная, оцепеневшая от горя, и не заметила Джейка, пока он не прикоснулся к ее руке и не назвал ласково по имени. Увидев его лицо, исполненное сочувствия, девушка вымученно улыбнулась и приняла его руку.Ковбои поехали к дому для рабочих. Обычно веселые и шумные, сейчас они были непривычно мрачные. Один из детей Анабет хныкал и просил пить. Другой ребенок, совсем маленький, плакал на груди у отца, а Гектор похлопывал его, наверное, чуть сильнее, чем надо. Молчаливые и мрачные, как на похоронах, они вошли в дом.Тут Бэннер пришлось выдержать еще одно испытание. Лидия украсила парадную гостиную корзинами с цветами. А на столах, покрытых кружевными скатертями, лежали свадебные подарки, уже доставленные, но еще не раскрытые.Бэннер содрогалась от рыданий. Росс подошел к ней сзади и положил руки ей на плечи.— Принцесса, я…— Папа, пожалуйста, — быстро проговорила она. — Мне надо побыть одной.Высоко подобрав юбки, как делала много лет назад, когда была девчонкой-сорванцом, Бэннер побежала вверх по лестнице. Через несколько секунд все услышали, как захлопнулась дверь ее спальни.— Сукин сын, — тихо обронил Росс, скинув с себя сюртук и расслабив галстук. — Мне следовало прикончить этого ублюдка голыми руками.— Не могу поверить. Правда, не могу. О Росс, сердце Бэннер, должно быть, разбито… — Лидия прильнула к мужу и расплакалась. Росс повел ее в гостиную.Ма отнеслась к случившемуся спокойно.— Анабет, уведи малышей на кухню и отрежь им по куску торта. Незачем ему пропадать. А вы. Ли и Мика, отнесите остатки торта рабочим.— Мэринелл, разлей пунш по стаканам, думаю, все захотят попить. Гектор, ты потеешь сильнее, чем другие мужчины. Снимай сюртук и галстук, пока совсем не растаял.Из-за свадьбы Бэннер все Лэнгстоны были в сборе. Семья пропутешествовала из Теннесси в Техас; дружба между Коулменами и Лэнгстонами была неподвластна ни расстояниям, ни времени.И Ли, и Бэннер считали бабушкой Ма Лэнгстон, высокую, статную, сильную физически и духовно и очень нежную. Ее замечания порой резали слух, но всегда были продиктованы любовью.Зик Лэнгстон умер давно, и Бэннер его не помнила. Несколько лет после его смерти Ма пыталась работать на их фермерской усадьбе к западу от Остина, за это время двое ее детей, Атланта и Сэмюэль, умерли от скарлатины.Анабет, старшая дочь Лэнгстонов, вышла замуж за соседа-фермера, Гектора Драммонда, вдовца с двумя маленькими дочками. У них родились два мальчика. Гектор управлял землей Лэнгстонов и своей и при этом имел небольшое стадо коров, которое надеялся увеличить.Мэринелл, синий чулок, уехала из дома, училась в школе в Остине, потом служила официанткой в ресторане в Санта-Фе, в железнодорожном депо, чтобы заработать на учебу. Теперь она стала учительницей. Мэринелл не была замужем и, как утверждала, не собиралась.
1 2 3 4 5 6 7 8


А-П

П-Я