https://wodolei.ru/catalog/vanny/otdelnostoyashchie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Черт побери, ведь он был все-таки живым человеком, мужчиной.
Пристально уставившись в окно, он повторял про себя, как заклинание:
«Эта женщина рядом – всего лишь вместилище информации, сейф со сложным замком, который я обязан открыть. И больше ничего».
– Мы могли бы завтра провести время вместе, – рискнул он.
– Конечно, можно что-нибудь придумать.
– Так давайте.
– Вы здесь еще долго пробудете?
– К сожалению, от силы пару дней.
– Пару дней, – повторила она. – Зовут дела?
– Чертовски жаль, но это так.
Джейк продолжал пристально созерцать пейзаж за окном машины, сознательно стараясь не смотреть на нее, чувствуя себя виноватым. То, что он затеял, было неправильно, неэтично... черт возьми, он даже не мог подобрать подходящего слова. У него было огромное желание повернуться к Саре и признаться во всем. Отдаться на ее милость, умолять о пощаде.
Но было поздно – игра зашла слишком далеко.
Джейк промолчал. Прогноз Сары оказался верным. Закручиваясь в спираль, со свинцового неба полетели первые крупные хлопья снега.
Она щелкнула тумблером обогревателя.
– Брр, что-то стало холодно.
– Да, холодно, – чуть слышно подтвердил он.

Глава 9

Зимой Сара отдыхала мало. Редкие часы досуга обычно проводила в одиночестве, прогуливаясь пешком или на лыжах, размышляя о том, можно ли вообще когда-нибудь забыть прошлое. Оно следовало за ней по пятам, хотя она и пыталась убежать от воспоминаний, спрятавшись здесь, в горах, в этом тихом месте. Действительно, можно ли надеяться, что все забудется, если между ею и этой роковой ночью в отеле поместить достаточно времени и пространства? Может быть, она хотела обмануть, успокоить себя? А на самом деле ей всю оставшуюся жизнь суждено провести в тени этого прошлого?..
В свой выходной она собиралась одна покататься на лыжах, но это было еще до приезда Джейка Савиля. И вот теперь, сидя за столиком, установленным перед туристским домиком, Сара наблюдала, как Джейк собирает мусор, оставшийся от пикника, и укладывает его в рюкзак.
«Зачем, спрашивается, я согласилась провести с ним время? Ведь у этого знакомства нет никаких перспектив».
Над головой было сапфирово-голубое небо, в котором плавало несколько пушистых облаков. Они обвивались вокруг сияющих горных вершин, создавая подобие ореола. Пригревало солнышко, с крыши домика и с веток деревьев мягко соскальзывал влажный снег. Кое-где даже застрекотали свою весеннюю песенку цикады.
Эти несколько часов ей было по-настоящему хорошо. Сара наслаждалась обществом Джейка. С самого первого момента она почувствовала непреодолимую симпатию к этому мужчине, распознав в нем что-то для себя правильное, нужное.
«Я живу в горах, а Джейк в городе, в двухстах милях отсюда. Ну и что? В данный момент это не важно».
– Нам уже пора? – спросил он.
– Вообще-то да.
Он опустился на колени, чтобы поправить крепления своих лыж. Сара украдкой взглянула на него. Симпатичный, можно даже сказать, красивый мужчина. Конечно, не писаный красавец, но густые черные волосы и брови в сочетании с голубыми глазами (причем живыми, проницательными) производили впечатление, которое усиливали волевой подбородок и крепкое атлетическое сложение.
Но в Джейке чувствовалось что-то такое, чему она еще не могла подобрать названия. Большинство мужчин, которые приезжали в пансионат, выглядели очень холеными – стильная стрижка не меньше чем за сотню долларов, всегда чисто выбриты, а если с бородой или усами, то тщательнейшим образом подбритыми и ухоженными.
А у этого на голове шапка давно не стриженных волос, а на щеках вечная щетина, что, впрочем, характерно для брюнетов. Ей было трудно представить Джейка Савиля в зале суда, чисто выбритого, аккуратно подстриженного, в дорогом костюме и галстуке. Вначале новый гость показался ей несерьезным, даже легкомысленным, потом она начала видеть в нем нечто совсем другое. Когда он смотрел на нее, в его голубых глазах вспыхивала странная напряженность и настороженность, будто она была лошадью-фаворитом, на которую он хотел поставить все свое состояние. Смутно угадывалась какая-то разочарованность, крушение иллюзий, которые Джейк маскировал черным юмором и некоторой отстраненностью. Этот налет чего-то тайного, может быть, даже трагического, делал его вдвойне привлекательным.
Джейк поднялся, отряхнул с коленей влажный весенний снег и посмотрел в сторону вершин.
– Не означают ли эти облака, что снова пойдет снег?
– Может быть, – сказала Сара, – но я так объелась, что просто не в силах двигаться.
– Вообще-то мы могли бы провести ночь в этом домике.
Она покачала головой.
– Без спальных мешков вряд ли. – И помолчала, приготовившись услышать обычную мужскую банальность, что они могли бы согреть друг друга и так далее.
Но Джейк не оправдал ее ожиданий.
– Вы правы, – таков был его ответ.
Она вздохнула:
– Как здесь красиво.
– Красиво, – повторил он, – действительно красиво, – и устремил на нее тяжелый взгляд.
Обратно к пансионату она всю дорогу шла впереди. Джейк не мог привыкнуть к новым скандинавским креплениям и даже иногда с громким смехом падал. Однажды ей пришлось помочь ему выбраться из ямы.
– Не могу приспособиться к этим каблукам, хоть убей, – сказал он.
Сара напряглась и с трудом вытащила его на лыжню. При этом ей показалось, что Джейк задержал ее руку чуть дольше, чем было необходимо.
Прибыв на место, они остановились у сарая, где хранилось снаряжение.
– Я пошла, – сказала Сара. – Нужно сделать кое-что по хозяйству.
– Большое спасибо. – Джейк заглянул ей в глаза. – Уверен, свой выходной день вы могли бы провести гораздо интереснее, вместо того чтобы водить меня по окрестностям.
Она заперла дверь сарая на задвижку и вновь повернулась к нему:
– Жизнь здесь тем мне и нравится, что не нужно следовать заведенной рутине. Я могу делать все, что хочу, не оглядываясь ни на кого и ни на что.
– Так не бывает, – возразил он. – Делать все, что хочешь, – это идеал.
– Тогда считайте, что я нашла здесь свой идеал.
– Значит, вы счастливая.
– А разве не каждый человек – кузнец своего счастья?
– Человеку свойственно ошибаться, – задумчиво проговорил Джейк.
Она наклонила голову и внимательно посмотрела на него.
– Вы это к чему?
– Так, ни к чему. Просто иногда одолевают разного рода мысли.
– Джейк, в этом пансионате предаваться размышлениям не рекомендуется.
Он поднял руку, как бы защищаясь.
– Знаю. Но с этой привычкой довольно трудно расстаться. – Прежде чем принять решение, он некоторое время внимательно изучал ее лицо. – Не покажусь ли я слишком нахальным, если приглашу вас куда-нибудь вечером? Например, в кино?
Если она и колебалась, то лишь долю секунды.
– Почему бы нет?
– Замечательно, – живо отозвался он.
– Сейчас как раз идет новый шведский фильм...
– Очень интересно.
– Вам действительно нравятся иностранные фильмы?
– Конечно. – Джейк помолчал. – А перед этим поужинаем?
Сара оживилась.
– Можно. Я знаю по пути одно место с хорошей мексиканской кухней. Называется «Коноко».
– Случайно, не заправочная станция?
– Она самая, но с закусочной. Там подают тако Тако – горячая свернутая маисовая лепешка с начинкой из рубленого мяса, сыра, лука, бобов и острой подливкой.

с курицей. Уверена, такого вы еще не пробовали. – Сара широко улыбнулась. – Ну как, у вас хватит смелости?
– Думаю, хватит и еще останется. Итак, во сколько?
– Может быть, в шесть тридцать? Как раз успеем поесть.
– Отправляюсь к себе предвкушать удовольствие, – произнес он почти серьезно.
– Я тоже.
Что касается Сары, то она была совершенно искренней. Конечно, было немножко боязно, но в конце концов сколько можно прятаться в свою скорлупу?

* * *

– Что я вижу! – Мюриел Ловитт, подбоченившись, уставилась на Сару. – Макияж? Даже накрасила губы? Неужели собралась на свидание?
– Думаешь, я перестаралась? – неуверенно проговорила Сара.
– Да нет же, – успокоила ее Мюриел. – Ты выглядишь чудесно. Желаю хорошо провести время.
Билл и Мюриел знали, что полтора года назад Сара перенесла тяжелую личную драму. Какую, она не уточняла, только попросила приютить на время и поставила условие – никому не сообщать, что она здесь.
– Даже твоему отцу? – недоверчиво спросил Билл.
– Особенно отцу, – сказала она, не вдаваясь в объяснения.
Сара согласилась работать только за кров и стол, но супруги Ловитт выплачивали ей зарплату, как и остальному персоналу.
Очень скоро пансионат стал для Сары настоящим домом, возможно, первым в жизни. Кошмары, мучившие ее поначалу, отступили, и появилась надежда, что когда-нибудь они исчезнут навсегда.
Она улыбнулась добрейшей Мюриел. Та уже достаточно хорошо ее изучила, чтобы заметить интерес Сары к этому симпатичному адвокату из Денвера.
Мюриел улыбнулась в ответ.
– Ладно, отправляйся смотреть свое кино. Постарайся получить удовольствие, ты это заслужила.
– Ты уверена, что я не нужна тебе на кухне? Дело в том, что...
– Сара, убирайся отсюда.
Джейк уже ждал, видимо, вышел пораньше. Секунду спустя она сообразила, что тоже появилась раньше срока.
– Как вы думаете, в каком состоянии сейчас шоссе? – спросил он.
– Скорее всего, оттаяло.
– Тогда поедем на моем автомобиле.
– А не лучше ли на моем? Ведь я знаю дорогу.
– Чепуха, – улыбнулся он, вертя на пальце ключи.
В небольшом кафе при заправочной станции, которое заполнили молодые парочки, фермеры-скотоводы и местные строительные рабочие, они полакомились действительно очень вкусными куриными тако.
– Я говорила вам, что здесь отлично готовят, – сказала Сара.
– Дивный ресторан, – проговорил Джейк с шутливой серьезностью. – Я дал бы ему не меньше пяти звезд.
Сара засмеялась:
– Ну, это, пожалуй, чересчур.
Она до сих пор не могла разобраться, что за человек ее новый знакомый. С одной стороны, чутье подсказывало, что он хороший, интересный, общительный, дружелюбный, искренний, успешный. А с другой – Джейк как-то не вписывался в шаблон. Был слишком молод для такого заведения, как «У Скалистых гор», и вовсе не казался подверженным депрессии. Во всяком случае, он очень отличался от других гостей. Конечно, он рассказал ей о разводе и проигранном деле – типичные проблемы отдыхающих в пансионате Ловиттов, – но это все было похоже, как если бы... как если бы он сочинил эту душещипательную историю только для того, чтобы завоевать ее симпатию. Разумеется, он ничего не придумывал, но все равно тут что-то не сходилось.
В одном она была уверена: Джейк Савиль глубокий, сильный, энергичный человек. Это нравилось Саре. Но честно говоря, еще больше ей нравилась в нем некоторая сдержанность, даже отстраненность. Хорошо замаскированная, но она ее ощущала. Джейк проявлял по отношению к ней необычную осмотрительность. Подавляющее большинство мужчин обычно подваливали с грубоватой прямотой, а Джейк, казалось, намеренно сдерживал себя. Ей было ужасно любопытно, почему он проявляет к ней интерес и одновременно так осторожничает. Недавно развелся? Вроде бы не поэтому. Или у него есть женщина, и, может быть, не одна? Саре очень хотелось спросить, но он установил определенную дистанцию, которая пока не позволяла это сделать.
Поужинав, они направились в Аспен. Машина у Джейка оказалась небольшая, совсем не представительская, не то что монстры-внедорожники, которые встречались им на шоссе.
Он поставил ее в двух кварталах от «Уилер Опера-Хаус», где демонстрировали некоммерческие фильмы, рассчитанные на узкий круг ценителей.
– Моя мама тоже имеет отношение к искусству, – сказала Сара, когда они проходили мимо галереи (сейчас уже закрытой), в витрине которой были выставлены скульптуры.
– И чем же она занимается? – спросил Джейк, легонько коснувшись рукой ее плеча. – Если не ошибаюсь, ваша мама живет на востоке.
Сара на мгновение напряглась, а затем быстро расслабилась.
«Вспомнила. Я ведь говорила ему, что приехала с востока»
– Да, на востоке. Она скульптор.
– Она известна? Предполагается, что я должен ее знать?
Сара мотнула головой:
– Конечно, нет. Это у нее что-то вроде хобби.
– Понимаю. – В его голосе появилось странное напряжение, причину которого Сара никак не могла определить.
Они поднялись по длинной лестнице в зрительный зал и заняли места в центре.
– Как здесь замечательно! – произнес он, оглядывая зал.
– Недавно отреставрировали, – пояснила Сара. – Как почти все в городе.
Он молчал, она тоже, но кто-то из двоих должен был что-то сказать. Рискнула она:
– Надеюсь, фильм вам понравится. Он получил какой-то приз на Каннском фестивале.
– Не сомневаюсь. Мне вообще нравится европейское кино.
Их плечи практически соприкасались. Сару охватил давно забытый почти детский трепет.
«Коснется ли он моей руки, когда погаснет свет?» – успела подумать она, и тут же померкли люстры и засветился экран.
Фильм начался постельной сценой. Такие откровения на экране Саре еще видеть не доводилось. Она прикусила губу, не зная, то ли смеяться, то ли плакать, пока шведский актер старательно облизывал и обсасывал каждый доступный ему дюйм роскошного тела актрисы. Сзади кто-то присвистнул, впереди гаркнули, по залу раздались смешки. Публика в Аспене была явно не элитарная.
Джейк наклонился, коснувшись губами ее волос.
– А мы, случайно, не перепутали? Может, в этом зале показывают порнофильмы?
– Не думаю, – смущенно отозвалась она.
А сексуальная сцена все продолжалась и продолжалась. Сюжет начал потихоньку развиваться только после того, как герои достигли многократных оргазмов.
– А фильм ничего, захватывает, – прошептал Джейк, когда пара приступила к четвертому совокуплению.
Картина была ужаснее не придумаешь. Фабула практически отсутствовала – сплошной секс в режиме нон-стоп, затем перерыв на убийство и снова секс. И так до конца, который вдобавок ко всему оказался несчастливым. Когда зажегся свет, зрители морщились, чуть ли не плевались, хотя все добросовестно досидели до конца.
– Мне даже неловко, – проговорила Сара.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42


А-П

П-Я