https://wodolei.ru/catalog/dushevie_paneli/s-dushem-i-smesitelem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Почему вы не позволили брату освободить вас?
– Потому что я не хочу быть обязанным бесхарактерному человеку!
Дебора вздохнула и покачала головой:
– Это верно. Тетя его страшно избаловала. А теперь ему нелегко.
– Ему хочется дать пинка в зад. И он его получит, если явится петь серенады моей сестре!
– Не думаю, чтобы она всерьез собиралась за него замуж, – задумчиво сказала Дебора.
– А вы-то откуда знаете?
– Адриан мне кое-что о ней рассказывал. Но я пришла сюда вовсе не затем, чтобы обсуждать вашу сестру или Кита. Вы не передумали, сэр?
– То есть не собираюсь ли я вам вернуть долговые расписки? Нет, не собираюсь!
– Только не воображайте, что я вас отпущу, потому что вы не захотели, чтобы вас освободил Кит! – сварливым голосом сказала Дебора.
– Кажется, вы сказали, что не хотите обсуждать своего брата. Давайте забудем про него.
Дебора беспомощно посмотрела на него:
– Вы сегодня должны были обедать с мистером Круе. К завтрашнему дню весь город будет толковать о вашем исчезновении. Сэр Джеймс Файли уже намекает, что вы сбежали, опасаясь проигрыша. Он сейчас наверху.
– Пусть намекает, – безразлично ответил Равенскар.
– Если вы завтра не явитесь на состязание, какие вы сможете привести оправдания?
– Понятия не имею. Может, вы подскажете?
– Нет, не подскажу, – отрезала Дебора. – Вы думаете, что я пойду на попятный и выпущу вас, а я этого ни за что не сделаю.
– Да нет, я только надеюсь, что вы принесете мне подушку.
– Не принесу. Зачем это я буду создавать вам удобства? Моя бы воля, я вас здесь уморила бы голодом!
– Неужели не осмелитесь? А я думал, у вас на что угодно хватит смелости… и наглости.
– Пожалуй, я пришлю сюда Сайласа, чтобы он вас немного образумил, – пригрозила Дебора.
– Присылайте – если, по-вашему, это поможет.
– Даю вам полчаса, чтобы принять окончательное решение, – ожесточив сердце, объявила Дебора. – Если и дальше будете упрямствовать, то вы об этом пожалеете!
– А это мы посмотрим. Может быть, я и пожалею, но вы-то, любезная, не получите своих расписок, уж это я вам обещаю.
– Сами будете виноваты, если простудитесь. В таком сыром месте простудиться проще простого.
– У меня крепкое здоровье. Но если вы уходите, у меня к вам просьба – не оставите ли мне свечу?
– Зачем вам свеча? – подозрительно спросила Дебора.
– Отпугивать крыс.
Дебора окинула комнату нервным взглядом:
– Разве здесь есть крысы?
– Конечно есть – целые стаи бегают!
Дебора содрогнулась:
– Какой ужас! Свечу я вам оставлю, только не воображайте, что вы меня разжалобили!
– Не буду, – пообещал Равенскар.
Поднявшись наверх, Дебора не увидела в игорных залах лорда Мейблторпа и решила, что он сбежал развлекать Фебу. Люций Кеннет вполголоса осведомился, как поживает заключенный. Она прошептала, что тот отказывается отдавать расписки. Кеннет криво улыбнулся:
– Может, мне пойти его поуговаривать, дорогуша?
– Нет уж, не надо. Ты и так мне много напортил. Как ты посмел заманивать его в западню от моего имени? Я тебе сказала, чтобы ты не смел этого делать!
– Чего там, Дебора, не надо быть чересчур щепетильной! Как же иначе я его похитил бы?
Дебора круто повернулась и стала наблюдать за игрой в фаро, упорно не замечая вопросительных взглядов, которые бросала на нее тетка.
Прошли полчаса, которые она дала Равенскару на размышление, а она все еще не решила, как поступить, если он будет продолжать упорствовать. Леди Беллингем пошла с гостями вниз, ужинать. Дебора отправилась в подвал в третий раз, невольно думая, что ее пленник, наверно, и продрог и проголодался.
Войдя в комнату, она закрыла дверь за собой. Равенскар стоял, прислонившись к стене.
– Ну? – спросила Дебора, стараясь придать своему голосу железную твердость.
– Жаль, что вы не прислали ко мне своего приспешника, – сказал Равенскар. – Или вашего изобретательного приятеля мистера Кеннета. По правде говоря, я надеялся увидеть хотя бы одного из этих джентльменов, а еще лучше бы обоих. Хотел запереть их здесь на ночь. С вами я, к сожалению, так поступить не могу, хотя вы этого вполне заслуживаете!
С этими словами он выпрямился и шагнул вперед. Не успела Дебора ахнуть, как он схватил ее за правую руку и спокойно отобрал у нее ключ.
– Кто вас освободил? – спросила она, дрожа от ярости. – Как вы развязали руки?
– Никто меня не освобождал. Или скажем так – это сделали вы, оставив мне свечу.
Дебора взглянула на его запястья.
– Что вы с собой сделали? – в ужасе воскликнула она. – Вы же страшно обожглись!
– Это верно. Зато я завтра смогу явиться на состязание, а вы не получите своих расписок.
Дебора не обратила внимания на его последние слова – она могла думать только об его ожогах.
– Вам же, наверно, страшно больно! Если бы я знала, что вы намерены сделать, я никогда не оставила бы вам свечу!
– Без сомнения. Только не надо меня жалеть! Все это заживет. А теперь давайте поднимемся наверх и успокоим сэра Файли. Или вы предпочтете остаться здесь?
– Ой, только не запирайте меня здесь с крысами! – испуганно вскричала Дебора. – Но вам нельзя появляться в залах в таком виде! Если ваши ожоги не перевязать, вы умрете от заражения крови! Пойдемте ко мне! Я наложу на них мазь и забинтую. Найду у Кита кружевные манжеты, и мы прикроем ими повязки. Господи, надо же так себя изуродовать! Вы не сможете завтра править лошадьми!
– Не советую вам ставить против меня, – сказал Равенскар, с улыбкой глядя на Дебору, склонившуюся к его рукам. – Вы и вправду намерены перевязать мои раны?
– Конечно! Не хватало только, чтобы вы из-за меня проиграли гонку!
– У меня возникло впечатление, что именно этого вы и хотите.
– Ошибаетесь! Мне просто не приходило в голову, что вы проявите такое нелепое упрямство!
– Значит, вы собирались меня освободить?
– Да… нет! Не знаю! Давайте поднимемся по задней лестнице. Вы почистите костюм в комнате брата, а я принесу мазь и бинты. Глаза бы мои вас не видели! Как же вы действуете мне на нервы!
– Я мог бы сказать вам то же самое, – ответил Равенскар, следуя за ней по коридору.
– Еще пожалеете, что скрестили со мной шпаги! – бросила Дебора через плечо. – Обязательно выйду замуж за вашего кузена и разорю его!
– Назло мне? – с иронией спросил он.
– Тише! Вы же не хотите, чтобы сюда сбежались слуги!
– Мне это совершенно безразлично.
– Ну а мне нет!
Равенскар засмеялся и больше не сказал ни слова, пока они не оказались в комнате Кита на третьем этаже. Дебора оставила его там со свечой, а сама пошла искать мазь и полотняные бинты. Когда она вернулась, Равенскар уже снял камзол и оборвал обгорелые остатки кружевных манжет. Кроме того, он поправил сбитый набок шейный платок и причесал волосы. Он очень сильно обжег запястья и морщился, когда Дебора накладывала на них мазь.
– Так вам и надо, – сказала она. – Вам, наверно, больно, но мне вас нисколько не жалко!
– Само собой, – согласился Равенскар.
Дебора принялась бинтовать правую руку.
– Так легче?
– Значительно.
– Если бы я была мужчиной, вам не удалось бы так легко бежать!
– Наверно, нет. Или если бы у вас был порядочный защитник.
– Не надо насмехаться над Китом. Конечно, это дикая глупость с его стороны – влюбиться в вашу сестру, но он же в этом не виноват! Давайте другую руку!
Равенскар протянул другую руку.
– Вы – необыкновенная женщина, мисс Грентем.
– Благодарю вас. Чего только я про себя от вас не слышала!
– Вымогательница, стерва, подлая баба, – с ухмылкой сказал он.
– Шлюха, – добавила Дебора.
– Вот за это я извиняюсь.
– Не утруждайтесь! Мне совершенно безразлично, что вы обо мне думаете.
Дебора выдвинула ящик стола, нашла кружевные манжеты и быстро приметала их к рукавам его камзола.
– Ну вот! Если их опустить пониже, повязок почти не видно. А пальцы у вас свободны.
– Спасибо, – сказал Равенскар, надевая камзол.
– А сейчас советую вам пойти домой и лечь в постель.
– И не подумаю. Я сейчас пойду играть в фаро.
– Я не хочу, чтобы вы оставались в моем доме.
– Это не ваш дом. А ваша тетка наверняка мечтает видеть меня за игорным столом. Вот я и удовлетворю ее желание.
– Я не могу запретить вам совершать глупости, даже если бы хотела, а я и не хочу. Если вы решили провести здесь вечер, то шли бы сначала ужинать. Вы, наверно, ужасно голодны.
– Тронут вашей заботой, – ответил Равенскар. – Честно говоря, я предполагал, что в моем застенке мне дадут хотя бы кувшин с водой и кусок хлеба. Но вы, оказывается, хотели уморить меня голодом.
Дебора прикусила губу.
– Я бы с огромным удовольствием уморила вас голодом, – с вызовом заявила она. – И должна вас предупредить, мистер Равенскар, что Люций Кеннет в зале, и, если вам вздумается учинить у меня в доме драку, я велю вышвырнуть вас на улицу. У нас, в конце концов, есть Сайлас и два официанта, дворецкий и мой брат, так что у нас хватит сил с вами справиться.
– Весьма польщен, – ответил Равенскар, – но боюсь, что не такой уж я лихой боец, как меня изображают. Шесть человек, чтобы вышвырнуть меня из дома, – это уж слишком!
– И во всяком случае, – продолжала Дебора, игнорируя его слова, – Люций тут ни при чем. Он просто выполнил мою просьбу. – Она подошла к двери. – Если вы готовы, я покажу вам, как спуститься в залы по задней лестнице. Тогда никто не узнает, что вы были здесь.
– Как вы предусмотрительны, мисс Грентем! Лучше я выйду из дома через заднюю дверь, а потом зайду через парадную. По дороге заберу шляпу и трость, которые мы забыли в застенке.
Против этого Дебора не возражала и повела его вниз по задней лестнице. Вдруг ей пришла в голову мысль, и она резко спросила Равенскара:
– Откуда вы узнали, что у Ормскерка наши долговые расписки и закладная?
– Он сам мне сказал, – невозмутимо ответил Равенскар.
– Он вам сам сказал? Какой негодяй! Он всегда был мне противен, но все-таки я не думала, что он способен на такую подлость!
– Он всегда был вам противен? – переспросил Равенскар, как-то странно глядя на нее.
Дебора сверкнула глазами:
– Да, но поверьте, мистер Равенскар, не так противен, как вы!
Глава 13
Пять минут спустя мистер Равенскар постучался в парадную дверь и вошел в дом со своим обычным видом спокойной уверенности в себе.
Вэнтедж при виде его выпучил глаза и издал такой звук, будто внезапно подавился. Равенскар ответил ироничным взглядом, но больше ничем не выдал, что узнает человека, набросившегося на него в парке, и молча протянул Сайласу шляпу и трость.
– Чертовщина, да и только! – пробормотал мистер Вэнтедж, когда к нему вернулся дар речи.
– Очень может быть, – ответил Равенскар. – Будьте любезны, возьмите мою шляпу и трость.
Вэнтедж выполнил его просьбу, потом проговорил с ошалелым видом:
– Не знаю, как вам удалось такое, сэр, но не могу сказать, что я так уж недоволен. Мне было не по нутру связывать молодца, который сумел залепить мне такой знатный хук.
Равенскар не обратил внимания на его признание, посмотрелся в зеркало, поправил булавку в шейном платке, поддернул манжеты на забинтованных запястьях и направился в столовую.
Его появление произвело фурор. Хозяйка дома, которая, пытаясь успокоить расшатанные нервы, маленькими глотками пила кларет, закашлялась, и ее лицо посинело; мистер Люций Кеннет, стоявший возле буфета с тарелкой лососины в руках, ошарашенно проговорил: «Дела!» – и уронил вилку; мистер Беркли Круе громко закричал: «Ты почему не пришел со мной обедать?»; сэр Джеймс шепотом выругался, что было услышано теми, кто находился с ним рядом; и несколько человек хором спросили Равенскара, где он пропадал. Только мисс Грентем спокойно поздоровалась с опоздавшим.
Равенскар поцеловал ей руку, с усмешкой в глазах поглядел на леди Беллингем, которая все еще кашляла, и сказал:
– Извини, Круе, но я никак не мог прийти.
– Но что тебе помешало? – настаивал Круе. – Я думал, что ты забыл про наш уговор, и послал слугу к тебе домой, но там мне сказали, что ты ушел, когда стало темнеть.
– По правде сказать, со мной случилась небольшая неприятность, – сказал Равенскар, беря бокал с бургундским с подноса, с которым к нему подошел официант. Когда он поднес его ко рту, кружевные манжеты опали, и все увидели его забинтованные запястья.
– Батюшки, что это у тебя с руками, Макс? – испуганно спросил лорд Мейблторп.
– Ничего особенного, – ответил Равенскар. – Я же говорю, что со мной случилась неприятность.
– На тебя напали грабители? – спросил Круе.
– Да.
– Надеюсь, это не помешает вам править лошадьми? – спросил Файли.
– Нисколько, – ответил Равенскар, бросив на него саркастический взгляд.
– Слушай, Равенскар, а может, кто-то пытался помешать тебе участвовать завтра в гонке? – воскликнул джентльмен в старомодном парике.
– Похоже на то, – отозвался Равенскар и невольно взглянул на мисс Грентем.
– Что вы этим хотите сказать, Хорли? – угрожающе прорычал Файли.
Джентльмен в парике посмотрел на него с недоумением:
– Ничего особенного. Просто на эту гонку поставлено много денег, и такое вполне возможно. А в чем дело?
Файли остыл, пробурчал что-то – дескать, он его, видимо, не так понял – и направился к выходу из столовой, заявив, что хочет попытать счастья в кости.
– Какая муха укусила Файли? – спросил Круе. – Что-то он стал ужасно раздражительным.
– А ты разве не знаешь? – спросил джентльмен в полосатом жилете. – Он хотел жениться на дочке Лакстонов – такой миленькой дебютантке, совсем девочке. Ну так вот, Лакстоны стараются это скрыть, но мне ее брат Арнольд сказал, что она сбежала из дому.
– Сбежала? – непонимающе повторил Круе.
– Исчезла! Ее нигде не могут найти. Неудивительно, что наш друг рвет и мечет.
– Я ее вполне понимаю, – сказал Круе. – Угодить со школьной скамьи в лапы Файли! Это немногим лучше, чем подвергнуться изнасилованию! Но где же она скрывается?
– Никто не знает. Исчезла, и все! Самое смешное, что Лакстоны не смеют заявить в полицию, потому что не хотят огласки этой истории. Не больно-то красиво они будут выглядеть: принуждать молоденькую девочку к браку с человеком, известным своей распущенностью!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32


А-П

П-Я