https://wodolei.ru/catalog/accessories/polka/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Раз на раз не приходится, — рассудил Каркант. — Сегодня мы имеем дело с нищенским кораблем.
В гневе Джон Дэвис схватил револьвер и, не помня себя, собирался уже размозжить выстрелом голову атаману, но Васкец удержал его.
— Вы правы, — пробормотал Джон Дэвис. — Но я никак не могу примириться с мыслью, что эти злодеи не будут наказаны. А между тем иди ищи, преследуй их, если шхуна выйдет в море.
— Буря бушует по-прежнему, — возразил Васкец. — Даже если утихнет ветер, море успокоится не сразу. Им не выйти из бухты, поверьте мне!
— Правда, Васкец; но рассыльное судно придет не раньше начала следующего месяца.
— А может быть, и раньше, Дэвис!
— Хорошо бы!..
Во всяком случае, шторм продолжал неистовствовать, а под этой широтой даже в летнее время такие бури продолжаются иногда по две недели. Если ветер подует с юга, он пригонит сюда холодные испарения Антарктического моря, где скоро начнется зима. Китобойные суда уже подумывают, должно быть, о том, чтобы уйти из полярных областей, так как с марта там уже начинают образовываться новые льды.
Можно было, впрочем, опасаться, что дней через пять наступит затишье, которым шхуна воспользуется и выйдет в море.
В четыре часа Конгр и его товарищи сели в шлюпку, подняли парус и через несколько минут исчезли в северной части бухты.
К вечеру ветер стал еще сильнее, порывистее. С юго-востока надвинулись тучи и полил холодный, обильный дождь.
Васкец и Джон Дэвис не могли выйти из грота. Стало довольно холодно, и, чтобы согреться, они разложили в глубине узкого ущелья огонь. На берегу не было ни души. Смеркалось. Опасаться было нечего.
Ночь была ужасная. Море билось у подножия береговых утесов, словно речное течение столкнулось с морским приливом или внезапно поднявшийся морской прилив затопил восточный берег острова. Могучая зыбь неминуемо грозила проникнуть в бухту, и Контру стоило немалого труда удержать шхуну «Каркант» на якоре.
— Ах, если бы шхуну разбило, а щепки разметало приливом! — говорил Джон Дэвис.
Что касается корпуса «Столетия», от него скоро должны были остаться лишь занесенные между скал или разбросанные на берегу обломки.
На следующее утро Васкец и его товарищ поспешили удостовериться, достиг ли шторм наибольшей силы.
Трудно себе представить что-либо подобное воцарившемуся на берегу хаосу. Казалось, море смешалось с облаками. Так продолжалось целый день и всю следующую ночь. Ни один корабль не показывался в виду острова за эти двое суток. Суда всячески старались держаться подальше от опасных Магеллановых островов, близ которых бушевала буря. От такого шквала не укрыться ни в Магеллановом проливе, ни в проливе Лемера. Спасение было в бегстве, и суда искали простора, открытого моря.
Как предвидели Джон Дэвис и Васкец, корпус «Столетия» был окончательно разрушен, и берег до самого подножия утесов покрылся бесчисленными обломками.
К счастью, Васкецу и его товарищу не надо было заботиться о пище. Найденных на «Столетии» консервов им могло хватить на месяц и даже больше. А между тем дней через двенадцать должна была прийти «Санта-Фе». Буря к тому времени успокоится, и рассыльное судно не побоится подойти к мысу Сан-Хуан.
Чаще всего разговор касался прибытия этого желанного корабля.
— Пусть буря продолжается подольше, чтобы шхуна не могла выйти в море, и утихнет только к прибытию «Санта-Фе»! — наивно восклицал Васкец.
— Ах! — отвечал Джон Дэвис, — если бы мы могли повелевать ветрами!
21-го и 22-го положение почти не изменилось. Ветер как будто перешел на северо-восток, но, поколебавшись с час, стал дуть по-прежнему страшными порывами.
Ни Конгр, ни кто-либо из банды не появлялись больше на берегу, — у них было немало хлопот со шхуной, которую надо было уберечь от повреждений в переполненной до краев бухточке.
Утром 23-го погода как будто стала немного лучше. Ветер подул с норд-норд-оста. На юге небо мало-помалу расчистилось.
Дождь перестал, и все еще сильный ветер начал рассеивать тучи. Море продолжало бушевать, и волны с яростью разбивались о берег. Выход из бухты был не безопасен, и шхуна не могла бы выйти ни в этот, ни в следующий день.
Контр и Каркант, воспользовавшись временным затишьем, могли прийти посмотреть на море с мыса Сан-Хуан. Надо было поэтому соблюдать осторожность.
Впрочем, так рано они едва ли могли прийти, и Джон Дэвис с Васкецом решились выйти из грота, в котором безвыходно просидели двое суток.
— А ведь ветер, пожалуй, установится, — сказал Васкец.
— Боюсь, что да, — отвечал Джон Дэвис, которого никогда не обманывало его чутье моряка. — Надо было бы, чтобы буря продолжалась еще дней десять! А этому не бывать.
Скрестив на груди руки, он посматривал то на небо, то на море.
Васкец отошел на несколько шагов. Дэвис последовал за ним вдоль стены прибрежных утесов.
Вдруг ему под ноги попал какой-то наполовину зарывшийся в песок твердый металлический предмет. Он наклонился и увидел жестяной ящик с порохом, который держали на «Столетии» для четырех сигнальных каронад, note 71 а также для ружей экипажа.
— Нам этот порох ни к чему, — сказал он. — Ах, если бы можно было поджечь его в трюме шхуны бандитов и взорвать ее!
— Об этом нечего и думать, — отвечал, тряхнув головой, Васкец. — На обратном пути я все-таки захвачу на всякий случай этот ящик с порохом, и спрячу его в гроте.
Они пошли дальше к мысу, но не могли дойти до стрелки его: слишком яростно там бились волны. Когда они поравнялись с рифами, Васкец увидел в углублении скалы одно из артиллерийских орудий, откатившееся сюда вместе с лафетом при кораблекрушении «Столетия».
— Вот и оружие с вашего судна, — сказал он Джону Дэвису, — и даже несколько ядер.
— Они нам не нужны, — повторил опять Джон Дэвис.
— Кто знает! — возразил Васкец. — Раз есть чем зарядить каронаду, может быть, мы и воспользуемся ею когда-нибудь.
— Сомневаюсь, — отвечал его товарищ.
— Отчего бы и нет, Дэвис? Так как на маяке нет огня по ночам, мы можем подать сигнал пушечным выстрелом в случае, если какое-либо судно приблизится к острову, как это было со «Столетием».
Джон Дэвис вдруг пристально взглянул на товарища. Казалось, ему пришла совсем иная мысль, но он ограничился тем, что сказал:
— Вы думаете, Васкец?
— Да, Дэвис, и мне кажется, что моя мысль недурная. Правда, в бухте услышат выстрел и узнают о нашем присутствии на острове. Бандиты станут искать и, может быть, найдут нас. Это будет стоить нам жизни, но зато скольких людей мы спасем от гибели. И исполним в то же время свой долг!
— Есть еще способ исполнить наш долг! — прошептал Джон Дэвис, но не захотел объяснять свою мысль подробнее.
Он не стал спорить с Васкецом, и они вместе перетащили каронаду в грот. Туда же они перенесли лафет, ядра и ящик с порохом. Эта работа была довольно трудная и потребовала много времени. Солнце стояло довольно высоко, было, вероятно, уже около десяти часов, и Васкец с Джоном Дэвисом пошли завтракать.
Едва успели они уйти, как из-за угла береговых утесов показались Контр, Каркант и плотник Варгас. Идти против ветра и течения на шлюпке было слишком трудно, и они пришли пешком. На этот раз они явились не за добычей.
Пираты после перемены погоды, как предчувствовал Васкец, пришли посмотреть на небо и море. Конечно, они должны были видеть, что шхуна «Каркант» не может сейчас выйти в море и бороться с такими сильными волнами. Она рисковала удариться о мыс Сан-Хуан раньше, чем успеет войти в пролив или повернуть на запад.
Так думали Контр и Каркант. Они стояли на месте крушения «Столетия», где валялись лишь небольшие обломки кормы, и оживленно разговаривали, жестикулируя, указывая на горизонт и порою отскакивая, когда увенчанная белым гребнем волна с шумом разбивалась о мыс.
Бандиты пробыли на берегу с полчаса, и ни Васкец, ни его товарищ не спускали с них глаз. Наконец они пошли и, оглянувшись несколько раз, скрылись за утесом, по направлению к маяку.
— Ушли, — сказал Васкец. — Пусть бы они походили сюда еще несколько дней любоваться морем!
Джон Дэвис покачал головой. Он видел, что через двое суток шторм окончится. К тому времени зыбь успокоится если не совсем, то хоть настолько, что шхуна будет в состоянии обогнуть мыс Сан-Хуан.
Васкец и Джон Дэвис провели весь день на берегу. Погода все прояснялась. Дул постоянный норд-норд-ост. Судно могло бы отдать рифы1 фока и марселя и выйти в пролив Лемера.
Вечером Васкец и Дэвис возвратились в грот, утолили голод сухарями и солониной, а жажду — водой с водкой. Васкец уже собирался завернуться в одеяло и лечь, как вдруг товарищ сказал ему:
— Раньше чем заснуть, выслушайте, что я хочу сказать, Васкец.
— Говорите, Дэвис.
— Вы спасли мне жизнь, Васкец, и я ничего не хочу предпринять без вашего согласия. Мне пришла в голову одна мысль, прошу вас выслушать и сказать ваше мнение.
— Я слушаю вас, Дэвис.
— Погода переменилась. Буря успокоилась. Через двое суток шхуна может сняться с якоря.
— Все это, к сожалению, так, — отвечал Васкец ш сделал рукой жест, как бы означавший: «Мы тут ни при чем!»
— Да, через два дня она выйдет из бухты, — продолжал Дэвис, — обогнет мыс, исчезнет на западе, пройдет проливом, и только мы ее и видели. Мне не удастся отомстить за смерть капитана и моих товарищей со «Столетия»!
Васкец опустил голову. Потом поднял ее и взглянул на Джона Дэвиса, на лицо которого падал свет догорающего костра.
— Есть, однако, способ помешать отплытию шхуны или, по крайней мере, задержать ее до возвращения «Санта-Фе», — продолжал Дэвис. — Авария могла бы заставить шхуну вернуться в бухту. У нас есть пушка, порох, снаряды. Поставим пушку на лафет у углового утеса, зарядим ее и выстрелим в корму шхуны, когда она будет проходить мимо нас. Пусть даже судно не затонет, все же пираты не решатся пуститься в такое плавание на шхуне с пробоиной. Негодяи вынуждены будут вернуться и снова чинить шхуну. Опять придется разгружать ее, на это потребуется целая неделя, а тем временем прибудет и «Санта-Фе»…
Джон Дэвис замолчал; он схватил руку товарища и пожал ее.
Васкец не колебался ни минуты. Он ответил ему одним только словом:
— Делайте!
Глава двенадцатая. ВЫХОД ИЗ БУХТЫ
25 февраля горизонт, как часто бывает после бури, был застлан туманом. Ветер стих, и все признаки перемены погоды к лучшему были налицо.
Контр решил, что шхуна выйдет в море, и отдал приказ, чтобы к полудню все было приготовлено к отплытию. К тому времени солнце могло рассеять туман. Шхуна должна была отплыть в шесть часов вечера, воспользовавшись отливом. Часов около семи она будет у мыса Сан-Хуан и обогнет его до наступления ночи.
Если бы не туман, она вышла бы еще с утренним отливом. На судне все было готово, — груз и съестные припасы, как снятые со «Столетия», так и те, которые были в складах маяка. Не желая перегружать и без того полный трюм, Конгр оставил мебель и утварь в жилище сторожей. Хотя разбойники и выбросили часть балласта, шхуна сидела в воде на несколько сантиметров глубже своей ватерлинии; нагружать ее больше было бы рискованно.
В полдень Каркант и Конгр прогуливались у подножия маяка.
— Туман рассеивается, — сказал Каркант, — скоро мы увидим море. Такие туманы обыкновенно предвещают затишье.
— Надеюсь, на этот раз ничто не помешает нам убраться отсюда. До пролива мы дойдем беспрепятственно…
— Почему бы и не дальше, Конгр. Вот только ночь будет темная. Месяц только еще в первой своей четверти и спрячется почти одновременно с солнцем…
— Ничего, Каркант. Чтобы обогнуть остров, мне не нужно ни звезд, ни месяца! Северное побережье я знаю как свои пять пальцев. Я далеко обойду острова Нью-Ир и мыс Кольнет, чтобы не натолкнуться на рифы!..
— С этим северо-восточным ветром мы завтра далеко уйдем, Конгр.
— Завтра исчезнет из виду мыс Сан-Бартелеми, а к вечеру Остров Штатов останется у нас в двадцати милях за кормой.
— Давно пора! Довольно мы тут посидели.
— Тебе не жалко расставаться с островом, Каркант?
— Нет. Теперь мы разбогатели, имеем в своем распоряжении хороший корабль, на котором увезем свои богатства! Чего же нам еще? А я уже думал, что все пропало, когда мы открыли течь в шхуне! Если бы нам не удалось починить пробоину, кто знает, сколько времени нам пришлось бы пробыть еще на острове. А с прибытием рассыльного судна мы должны были бы опять скрыться на мысе Сан-Бартелеми… Ох и надоел же мне этот мыс!
— Да, — отвечал Конгр, нахмурившись. — Тогда дело было бы плохо! Не найдя на маяке сторожей, командир «Санта-Фе» принял бы меры. Он обыскал бы весь остров и, может быть, нашел нас. Возможно, что уцелел и третий сторож, который спасся от нас!
— Ну, этого нечего бояться, Конгр. Мы ни разу не напали на его след. Да и как бы он мог прожить столько времени без всяких средств пропитания? Ведь шхуна уже стоит два месяца в Эльгорской бухте. Все это время сторож мог питаться только сырой рыбой да корнями.
— Мы уходим, однако, до возвращения рассыльного судна, и это очень хорошо, — сказал Конгр.
— Судя по записям в книге маяка, оно должно прийти через неделю.
— А через неделю мы будем уже за мысом Горн, на пути к Соломоновым островам.
— Конечно, Конгр! Поднимусь-ка я еще раз на галерею, посмотрю на море, не видно ли где-нибудь корабля…
— Э, не все ли нам равно! — отвечал, пожимая плечами, Конгр. — Атлантический и Тихий океан не являются ничьей собственностью. У шхуны «Каркант» все бумаги в порядке. Я сделал все, что было нужно, можешь на меня положиться. Если даже «Санта-Фе» повстречается с нами у входа в пролив, он ответит салютом на наш салют: вежливость прежде всего!
Как видно, Конгр не сомневался в успешном выполнении своих планов. Казалось, счастье улыбалось ему.
Капитан пошел к бухточке, а Каркант поднялся по лестнице на галерею и простоял там целый час.
Небо было совершенно ясное, кругом видно было на двенадцать миль в окружности. Море продолжало еще слегка волноваться, но на волнах уже не было гребней, и зыбь не мешала плаванию шхуны. Стоило, впрочем, войти в пролив, как под прикрытием острова и при попутном ветре плавание оказалось бы спокойным, как по реке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17


А-П

П-Я