https://wodolei.ru/catalog/dushevie_dveri/steklyannye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


В общем, всякое гиперпространственное перемещение состоит из трех этапов: разгон космического корабля до световой скорости, мысленный переход в намеченную точку пространства и гашение скорости…
Совершив несколько таких гиперпрыжков, наш звездолет вынырнул из гиперпространства неподалеку от звездной системы, координаты которой дал мне Крис.
Погасив скорость, мы на планетарных двигателях приблизились к вращающемуся по самой дальней орбите вокруг звезды астероиду, на котором и располагалась лаборатория Криса. Правда, это было четыре тысячи лет тому назад и еще неизвестно, сохранилось там что-нибудь или нет.
Снизив скорость, я на малой высоте несколько раз облетел его вокруг, освещая поверхность мощным лучом прожектора. Диаметр астероида был около полутора десятков километров, поэтому это не заняло много времени.
В лучах прожектора была видна исполосованная резкими тенями серо-коричневая поверхность космического тела. Неглубокие воронки говорили о давних столкновениях с метеоритами. Их было не очень много.
Крис утверждал, что астероид находится на орбите, защищенной от попадания метеоритов, поэтому вероятность столкновения с другими космическими телами практически равна нулю. Разве что какой-то залетный космический странник из другой звездной системы. Но такие события случались настолько редко, что этой вероятностью можно было пренебречь. К тому же в свое время, когда Крис работал здесь, в его лаборатории находилась высокочувствительная аппаратура, которая следила за окружающим космическим пространством и предупреждала о возможной опасности заранее.
Сделав несколько витков, я опустил звездолет на небольшую каменную площадку, указанную Крисом.
Надев легкий скафандр, я заставил Криса сделать то же самое, хотя для него это было необязательно, но, как говорится, береженого – Бог бережет. Вдруг здесь находится следящая аппаратура, которая может зафиксировать визит непрошеных гостей, а если один из гостей будет без скафандра – это вызовет уверенность о посещении объекта долгоживущим.
Мы покинули звездолет и направились к ближайшему скальному выступу. Здесь находился вход в подземную лабораторию.
Покопавшись несколько минут с электронным замком, на котором стоял защитный блок межгалактической службы безопасности, запрещающий доступ в это помещение, Крис отключил его и открыл дверь шлюза.
Тем временем я включил карманный сканер и настроил его на обнаружение возможных «жучков» и другой следящей аппаратуры, которую могла оставить здесь служба безопасности.
Пока все было чисто, сканер молчал.
Мы вошли в шлюз и закрыли за собой наружный люк. Крис уже собирался включить механизм шлюзования, но в этот момент, интуитивно почувствовав опасность, я остановил его руку.
– Что случилось? – недоуменно спросил он.
– Еще не знаю! – ответил я, посмотрев на сканер. Прибор молчал. Это означало, что никакой работающей радиоаппаратуры рядом с нами не было. И все же что-то заставило меня насторожиться!
Я уже давно привык доверять своим инстинктам, которые не раз спасали мне жизнь, поэтому и на этот раз решил все хорошенько проанализировать.
Что могло насторожить меня? Какая опасность может подстерегать нас здесь? Чтобы дать ответы на эти вопросы, необходимо восстановить последовательность событий – может быть, это даст какую-то зацепку и позволит разобраться в ситуации.
Итак, дверь шлюзовой камеры пришлось открывать вручную, потому что на электронном механизме стояла блокировка межгалактической службы безопасности. Шлюзовая камера, в которой мы находились, была довольно типичной, правда, очень устаревшей. Обыкновенное герметичное помещение, позволяющее осуществить переход из жилого помещения во внешнюю среду, лишенную пригодной для дыхания атмосферы. Отсюда можно при необходимости включить или отключить все системы жизнеобеспечения лаборатории…
Стоп! Включить системы жизнеобеспечения… Это значит, что если лаборатория была законсервирована, то и генератор энергии находился в отключенном состоянии.
Все верно! Ощущение опасности возникло у меня, когда Крис потянулся к кнопке шлюзования, которая автоматически включала систему жизнеобеспечения в лаборатории. При этом запускался генератор энергии, а это то же самое, что нажать кнопку звонка и оповестить о своем прибытии. Если, конечно, кто-то позаботился о том, чтобы вместе с запуском генератора включился какой-нибудь скрытый передатчик.
Шлюзовая камера – идеальное место для размещения подобного оборудования. Она находится недалеко от поверхности, следовательно, гораздо легче замаскировать оборудование, а гиперпространственный передатчик – довольно-таки громоздкая установка. К тому же, и это более важное условие, в шлюзовой камере обязательно должен кто-то находиться, чтобы нажать на кнопку, а значит, можно воспользоваться ментальной энергией этого человека. Ведь необходимой составляющей гиперпространственного перемещения, независимо от того, что перемещается – космический корабль или радиосигнал, является ментальная энергия человека.
Руководствуясь такими соображениями, я подошел к пульту управления и при помощи универсального ножа вскрыл верхнюю панель. На первый взгляд все было нормально. Никаких лишних проводов, никаких дополнительных отводов. Но чувство опасности не покидало меня. Оно, наоборот, усилилось, хотя видимых причин этому не было.
Крис стоял у меня за спиной. Все это время он наблюдал за моими действиями, не говоря ни слова. И лишь когда я отступил от пульта управления, мучительно обдумывая, где еще может подсоединяться передатчик, он спросил:
– Ты думаешь, что где-то здесь вмонтирован «жучок»?
– Я почти уверен в этом. Вернее, мой инстинкт подсказывает, что это так. Вот только никак не могу понять, как он подключен к электросети.
– Давай, я попробую!
Я повернулся и удивленно посмотрел на своего друга.
– Как это?
– Сейчас увидишь, – ответил Крис.
Он подошел к разобранной панели и положил на нее руку.
– Осторожнее! – воскликнул я, все еще не понимая, что он собирается делать. – Смотри не включи!
– Не беспокойся. – На лице у Криса промелькнула улыбка. – Я все-таки кое-что понимаю и в элементарной физике.
В его голосе звучала спокойная уверенность человека, знающего, что он делает. Я перевел свой взгляд с лица Криса на его руку, лежащую на панели управления. Сначала я ничего не заметил, но секунду спустя над его рукой возник чуть фосфоресцирующий голубой ореол.
Я выключил фонарь и тогда увидел, что из пальцев Криса исходят голубые пульсирующие лучи энергии, направленные в электрическую цепь разобранной панели.
Крис так же, как и я, был в легком скафандре. И тем не менее ткань, выдерживающая жесткие космические излучения и спасающая человека от нейтронного облучения даже в случае взрыва атомной бомбы, казалось, не оказывала никакого сопротивления астрально-ментальным энергетическим полям, которыми в совершенстве владел этот долгоживущий.
«Неужели и я так когда-нибудь смогу?» – промелькнула у меня мысль.
Инициация, произошедшая на Земле, давала надежду на такую перспективу.
Правда, когда у нас будет время на обучение, неизвестно. Я говорю «у нас», потому что Крис согласился стать моим учителем и проводником в мир высоких энергий. Однако для обучения этому искусству нужны годы тренировок и занятий, а сейчас у нас на это просто не было времени. Мы должны были во что бы то ни стало справиться с возложенной на нас миссией, несмотря на все трудности и ловушки наших врагов.
Хотя кто они, наши враги? Это определение в данный момент времени слишком расплывчато. Даже галактическая служба безопасности, сотрудником которой я считал себя до сих пор, и то является сейчас нашим потенциальным противником.
Мы – беглецы из Межгалактической тюрьмы, стоящие вне закона. Закона, который, с моей точки зрения, не совсем правильно относится к людям, подобным Крису. Одним из первых несостоятельность подобных законов Федерации понял глава межгалактической службы безопасности – Тилиус.
Именно он, не побоявшись краха собственной карьеры и даже потери свободы, решил провести эту операцию. Чувство долга перед человечеством оказалось выше чувства долга перед Федерацией.
Да и что, в сущности, представляет из себя Федерация? Безликая государственная машина, призванная служить человечеству, а не наоборот. Многие привыкли считать, что, служа Федерации, они служат человечеству. И это правда, но…
Нет идеального общества. Люди, даже очень умные и высокопоставленные, совершают ошибки, за которые приходится расплачиваться очень дорогой ценой. Примеров тому – великое множество. Такая ситуация сложилась и в нашем случае. Но сейчас у нас не было ни возможности, ни времени разбираться в ее первопричинах. Необходимо было делать дело: разгадать тайну космических катаклизмов, грозивших уничтожить не только Федерацию, но и всю Вселенную. И для этого нам крайне необходимо было проникнуть в лабораторию Криса, не вызвав тревоги.
– Ты был прав, – спустя пару минут произнес Крис.
Он перевернул панель управления и вытащил из платы небольшую микросхему.
– Вот этот микрочип при включении генератора дистанционно передает электрический импульс на гиперпередатчик, находящийся как раз над шлюзовой камерой, – произнес он, протягивая мне небольшую деталь.
– Как тебе удалось его обнаружить? – спросил я, внимательно разглядывая миниатюрное устройство.
– Я внедрился в электрическую цепь, и на какое-то время часть меня стала частью этой цепи, – объяснил Крис.
– Ты говоришь, гиперпередатчик прямо над шлюзовой камерой? – Я не стал углубляться в детали его действий, решив удовлетвориться пока таким объяснением.
– Да. Он находится на поверхности астероида и замаскирован под камень.
– Понятно. Без этого микрочипа он безвреден, а попозже я займусь им. Но все равно, давай пока не включать генератор. Вдруг где-нибудь еще вмонтирован подобный «жучок».
– Не беспокойся. В остальных помещениях все чисто. Я проверил всю цепь лаборатории и нигде ничего лишнего не обнаружил. За четыре тысячи лет здесь ничего не изменилось, – с грустью в голосе добавил Крис.
Он вставил панель на место и нажал на кнопку шлюзования, автоматически запустив при этом систему жизнеобеспечения подземного жилища.
Через пару секунд внутренняя дверь шлюзовой камеры открылась, и спустя какое-то время мы смогли снять с себя скафандры.
В атмосфере лаборатории чувствовалась затхлость, но воздухоочистительная система работала исправно и скоро воздух полностью очистился.
Мы прошли по небольшому коридору и оказались перед дверью, которая автоматически открылась при нашем приближении.
Помещение было заставлено стеллажами и полками, которые были буквально завалены самым разнообразным оборудованием, начиная от счетчиков радиоактивности и заканчивая портативными радиотелескопами.
Крис уверенно пошел вперед. Я последовал за ним, внимательно осматриваясь на ходу. Всюду виднелись следы запустения и хаоса. Толстый слой пыли превратился в цементную корку, которая хрустела под нашими ногами.
И хотя аппаратура, стоящая здесь повсюду, на первый взгляд казалась неповрежденной, я понимал, что в свое время в ней основательно покопались компетентные, а может, и не совсем компетентные эксперты. К тому же многие детали в этой аппаратуре устарели не только морально, но и физически. Четыре тысячи лет – долгий период времени, и вряд ли срок годности аппаратуры был рассчитан на столь длительное время, даже в нерабочем состоянии.
Но Криса, похоже, совсем не волновала эта проблема. Не задерживаясь ни на секунду, он шагал вдоль стеллажей и полок, не обращая никакого внимания на груды аппаратуры. Я старался не отставать от него. Так мы прошли через всю комнату-склад.
Следующее за ней помещение оказалось чем-то вроде командного пункта и рабочего кабинета одновременно. Посередине стоял пульт управления с огромным количеством кнопок, тумблеров и датчиков. Сейчас на пульте светились несколько индикаторов, указывающих на исправную работу системы жизнеобеспечения лаборатории. Вдоль стен стояли компьютеры самых различных модификаций.
– Зачем тебе нужно было столько компьютеров? – Я нарушил молчание, удивленный таким разнообразием и количеством умных машин.
– Я когда-то всерьез интересовался компьютерами, – ответил Крис, подходя к пульту управления. – Некоторые из них модернизированы мною, но этого оказалось мало. – Он бросил эту загадочную фразу, не собираясь расшифровывать ее.
Я не стал настаивать. Пощелкав тумблерами, Крис пару секунд постоял в задумчивости, словно вспоминая что-то очень важное. Затем он нажал еще несколько кнопок и продолжил:
– Скоро ты поймешь, что я имел в виду.
В эту секунду я почувствовал слабую вибрацию под моими ногами. Огромная каменная плита, на которой был укреплен пульт управления, поднялась на полметра и отъехала в сторону, открывая зияющий чернотой вход, ведущий вниз.
– Тайник? – догадался я.
В ответ Крис кивнул и, ничего не объясняя, стал спускаться по лестнице.
От его невозмутимого спокойствия не осталось и следа: как ребенок, он буквально скатился вниз. Я еле поспевал за ним. Метров через двадцать лестница закончилась, и мы оказались перед закрытой дверью.
Крис быстро вложил правую руку в углубление на панели замка. Спустя секунду дверь открылась.
– Не может быть! – воскликнул он, вбегая в комнату и освещая ее фонарем. – Этого не может быть!
– В чем дело? – По интонации Криса я уже понял, что случилось что-то плохое.
– Здесь была целая полка информационных кристаллов. На них были записаны все мои научные разработки, мысли и гипотезы, – спустя пару секунд потухшим голосом ответил он. – Но сейчас их нет.
– А что ж ты думал? Тилиус ведь предупреждал, что после твоего ареста в лаборатории работала следственная группа.
– Но я думал, что им не удастся обнаружить мой тайник.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48


А-П

П-Я