https://wodolei.ru/catalog/ekrany-dlya-vann/razdvizhnye/170cm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Брат! – удивился он. – Какая странная мысль! Мне впервые задают подобный вопрос. Брат? Могу поспорить, что вы записались на скачки на диких быках. Парень вашего склада характера должен уметь держать быка за рога...
Джаг, которому все это надоело, скривил рот в презрительной гримасе.
– Я приехал сюда не для того, – отрубил он.
Казалось, портье стал еще худее.
– Не злитесь, дружок, – сказал он. – Я совсем не собирался вас обидеть. И спросил только потому, что время от времени иногородние присылают к нам какого-нибудь чемпиона. Понимаете, им досадно видеть, как Голди каждый раз добивается успеха. Уже четыре года подряд! Довольно долго, вы не находите? Однажды эти недоноски Уихта Фаллса не смогли придумать ничего лучшего, как сыпануть горсть перца в задницу быку. Я молчу! Видели бы вы этот спектакль! Бык разъярился до предела. Только что из ноздрей у него не шел дым. Бык подпрыгивал вверх более, чем на три метра. И несмотря на все – что вы думаете? – Голди продержался на этом подобии дракона четыре минуты. А те, кто садился на неприправленных специями быков, не выдерживали и десятой доли...
Охваченный страстью, портье в буквальном смысле переживал вновь свои воспоминания, описывая их с таким вдохновением, что вдруг замолчал и начал жадно хватать воздух открытым ртом, пытаясь восстановить дыхание.
Джаг пристально наблюдал за портье. Казалось, что тот слабеет с каждой минутой. Возможно, в этом было виновато освещение, но портье едва уловимо хирел, терял силы.
– Здесь очень любят Голди, – дрожащим голосом сказал портье. – Этот парень родом отсюда. Но для пари...
Он подмигнул и продолжил:
– Мне он очень нравится, но прибыли не приносит... Весь Додж Сити ставит на него с закрытыми глазами, а в итоге никто ничего не получает и остается при своих. Вот почему я спросил, собираетесь ли вы записаться... Может быть, вы смогли бы его победить... с вашей-то комплекцией...
– Я не собираюсь участвовать в родео, – повторил Джаг более любезным тоном. – Скакать на ослах мне не подходит.
– Ослах? – задохнулся портье.
Джаг положил сжатые кулаки на стойку и наклонился вперед.
– Я ищу своего друга, – сказал он. – Вы не видели, куда тот пошел?
– Тип с седыми волосами?
Джаг едва сдержался, чтобы не закричать от радости. Наконец-то ему удалось завязать деловой разговор. Теперь можно поболтать и о родео, лишь бы узнать еще что-нибудь, найти ниточку, чтобы распутать клубок.
На лице портье отразилась неуверенность.
– Загляните в салун, думаю, что найдете его там. В Додж Сити есть тридцать шесть мест, где можно развлечься.
Поблагодарив кивком головы, Джаг пересек холл, толкнул дверь и двинулся по главной улице.
Выйдя следом за ним, портье проследил взглядом за маршрутом Джага.
– Ослы! – сплюнул он, сдерживая приступ кашля. – В Додж Сити никогда не было ослов. За исключением тебя, засранец.

Глава 4

Давно Джагу не приходилось видеть такого столпотворения. Город буквально кишел людьми. По тротуару катили нескончаемые волны прохожих и, чем понапрасну топтаться на месте, лучше было сойти на утрамбованную проезжую часть улицы.
Это оживленное движение унесло мысли Джага в далекое прошлое, в город Тенессиа, когда он тоже был вынужден пробиваться сквозь плотную толпу, чтобы успеть сесть в поезд Супроктора Галаксиуса, так называемую Империю на Колесах.
Архитектура домов здесь была совершенно другой, но бурление толпы – такое же, как и в Тенессиа.
Шагая вверх по центральной улице, Джаг все больше открывав для себя город и его жителей. Внешне все выглядело естественным, не мудреным и чертовски логичным.
В некоторых окнах подрагивал тусклый свет керосиновых ламп, освещая одинокие старческие пары, которые, несмотря на городской шум, готовились отойти ко сну.
Неожиданно на главную улицу выехал дилижанс, запряженный шестеркой покрытых пеной лошадей.
Задрожала земля, брызнули в разные стороны ковбои, до этого стоявшие на проезжей части.
Когда каравелла равнин проехала, Джаг продолжил свой путь, с любопытством посматривая по сторонам. Продвигаясь вперед, Джаг все больше убеждался в том, что у идущих навстречу людей есть одна характерная черта: отсутствие огонька в глазах, возбуждения и радости на лицах. Они безмятежно прогуливались, напоминая стадо крупного рогатого скота, бредущего на водопой. Во всяком случае, к нему никто не проявил интереса, что Джага только порадовало. В сущности, он редко оказывался в больших городах, и ему трудно было судить о нравах тамошних обывателей.
Только не следовало расслабляться и надо было постоянно помнить, что город и его жители – не сон, и здесь может затаиться любая, абсолютно реальная опасность.
Проще всего, конечно, остановить кого-нибудь и задать вопрос, но на это Джагу просто не хватало смелости.
Пройдя под широкими, висевшими над головой плакатами, которые оповещали о предстоящем «Празднике Столетия», Джаг, направляясь в салун, прошел мимо подобия добротно построенного бункера, напоминавшего полицейский участок и тюрьму одновременно.
У входа в офис в кресле-качалке сидел блюститель законности. Это был низкорослый мужчина, лысый и невероятно худой. Раскачиваясь в кресле, он не проявил ни малейшего интереса к Джагу, который ровным шагом прошел мимо.
В другое время Джаг, не колеблясь ни секунды, схватил бы его за шиворот, припечатал к стене из кирпича-сырца, сделанного из глины с соломой и высушенного на солнце, а потом потребовал бы объяснений относительно повешенного мотоциклиста, отрезанной головы девушки, зарезанного ножом водителя... Но в этом посаде все шло шиворот-навыворот. У Джага даже желудок свело от бессилия, но ему ничего не оставалось, как направляться в салун, откуда доносились смех, приглушенные крики и неистовая музыка. Там, судя по всему, не скучали.
Он проходил мимо пивной, когда увидел силуэт лошади, привязанной к стойке веранды. Его сердце прыгнуло в груди. Это был не сон... Он не мог ошибиться! Это была его лошадь!
Растерявшись от такой неожиданности, Джаг быстро осмотрелся вокруг. В этом месте улица была пустынной. Вор, скорее всего, находился внутри салуна.
– Зак, это же ты! – прошептал Джаг, погладив гнедую по холке, и та фыркнула от удовольствия.
После того, как в жалком борделе на берегу Солонки умер Патч, Джаг всех своих лошадей называл одним именем – Зак. Так он отдавал вечную дань уважения своему приемному отцу, последнюю лошадь которого звали Зак.
Присев на корточки, Джаг увидел, что гнедую подковали и даже перевязали опухоль на лодыжке.
– Тебя заинтересовала моя лошадь, койот? – проскрипел над его головой чей-то голос.
Джаг одним прыжком вскочил на ноги, успев одновременно развернуться и встать в боевую позицию. Собранный, со сжатыми кулаками, крепко стоящий на мощных ногах, – он был готов к схватке.
Двое мужчин изучающе смотрели на Джага. Они были одеты с ног до головы во все черное и походили друг на друга, как две капли воды, за исключением маленькой детали: одного из них отличали тонкие усики проходимца. И еще, у них были лица отъявленных убийц.
– В Додж Сити не жалуют конокрадов.
Джаг прочистил горло и с сожалением подумал, что напрасно не взял с собой огнестрельное оружие. Ножа может оказаться недостаточно в стычке с этими грозными парнями.
– Я всего лишь посмотрел, – сказал он, – Эта лошадь очень похожа на ту, которую у меня украли сегодня после полудня.
Усатый изобразил улыбку, которая вытянула его рот в узкую, лишенную губ, полоску, похожую на шрам от бритвенного пореза. Напарник стоял в тени, чуть позади усатого. Со своего места Джаг мог видеть только его подрагивавшую руку с длинными шевелящимися пальцами. Их, как магнит, притягивала рукоятка револьвера, висевшего у бедра.
«Этот тип, должно быть, разряжает барабан с такой же легкостью, с какой другие пукают», – подумал Джаг.
– Но ты же не думаешь, во всяком случае, что это я украл твою лошадь?
Джаг глубоко вздохнул. Отступать было поздно. По любому поводу, в любую минуту эти двое были готовы затеять драку.
– Думаю, что да, – наконец сказал Джаг.
От изумления у усатого мгновенно сошлись брови на переносице. Затем на его восковом лице появилась порочная улыбка, а в глазах, остекленевших и мутных, как у дохлой рыбы, мелькнула и исчезла искорка интереса.
– Я вижу, что для чужака ты чертовски смел, – прохрипел он. – И еще я вижу, что у тебя красная кожа. Неужели тебе хватит наглости списать это на солнце?
– Я горю желанием сбить с него шляпу, – проворковал его приятель, прижимая ладонь к рукоятке револьвера. – Наверняка, он прячет от нас великолепную шевелюру индейца!
Усатый шагнул вперед.
– Тебе невероятно повезло, – сказал он громким голосом. – Виселица в данный момент свободна! Не далее как вчера повесили последнего нашего краснокожего.
Вспомнив мотоциклиста и голову его предполагаемой подружки, Джаг перешел к действию.
Как в воду, он бросился между ног гнедой. И тут же пуля подняла фонтанчик земли на расстоянии ладони от его головы. Перекатившись несколько раз через голову, Джаг вскочил на ноги и в фантастическом прыжке уцепился за стойку веранды. Вытянув ноги в горизонтальном положении, он, как флюгер, начал вращаться вокруг нее. С победным криком, ударив усатого подошвой сапога по кончику подбородка, Джаг отбросил его к входной двери салуна. Затем, не теряя времени, отпустил деревянную стойку и кинулся на стрелка. Захватив его руку в мгновенно захлопнувшийся замок своих пальцев, он резким поворотом вывихнул ему локоть.
Очумев от боли, стрелок с воем грохнулся на колени. И тут Джаг окончательно успокоил его ударом колена прямо в лицо, а потом метнулся к усатому, который, придя в себя, пытался вытащить свой револьвер.
Но Джагу не удалось предотвратить выстрел. Пуля пробила кожаную штанину, обожгла на своем пути бедро Джага и вонзилась в фасад дома напротив.
Разъяренный Джаг схватил усатого за запястье, крутанул его вокруг собственной оси и бросил через плечо на грязный тротуар. Мгновенно оказавшись с ним рядом, Джаг помог ему подняться и изготовился нанести сокрушающий удар, когда увидел приближающегося шерифа с нарезным охотничьим ружьем, прижатым к бедру.
– Все, достаточно! – бросил шериф. – Никаких драк в Додж Сити не будет... во всяком случае, пока я буду представлять здесь власть.
Поколебавшись, Джаг отпустил своего противника, и тот, будучи не в силах самостоятельно стоять на ногах, растянулся на тротуаре.
– Драться ты умеешь, – оценил блюститель закона.
– Я только защищался...
– Ладно, защищаться ты умеешь, – согласился шериф. – Но запомни, для тебя это одно и то же. Когда малоны узнают, что ты измордовал двух их членов, у тебя начнет гореть земля под ногами. Мне очень бы не хотелось оказаться в твоей шкуре, приятель.
Джаг указал рукой на гнедую.
– Они украли у меня эту лошадь.
Шериф пожал своими хрупкими плечами.
– Если она твоя, забирай ее и постарайся сделать так, чтобы и ты, и она оказались как можно дальше от Додж Сити. Очень скоро здесь станет для тебя слишком опасно.
– Я не могу уехать без своего друга, – возразил Джаг.
Шериф сделал задумчивое лицо.
– Поступай, как знаешь. В конце концов, это твоя жизнь. Но я тебя предупредил...
Не закончив фразу, шериф вдруг пошатнулся и, казалось, вот-вот упадет, но удержался и медленно пошел к своему креслу-качалке.
Озадаченный Джаг посмотрел ему в спину и направился в салун. И речи не могло быть, чтобы задержаться в этом городе на лишний час. Теперь-то Кавендишу придется к нему прислушаться.
Он резко толкнул обе половинки дверей салуна и ошеломленно замер на месте.
Зал кишел Кавендишами.

* * *

Уже не одного, а добрую дюжину Кавендишей предстояло убедить Джагу.
Разведчик был повсюду.
С усами и без усов, бородатый и гладко выбритый, с темной, светлой и даже рыжей шевелюрой. Это были прекрасные копии любителя странствий, которые отличались исключительно волосяным покровом.
Потрясение было таким сильным, что Джагу показалось, будто он сходит с ума. Наморщив лоб, он посмотрел на Кавендиша, который играл в покер, затем на другого, танцевавшего с роскошной цыганкой. Третий лихорадочно метал жетоны на стол рулетки, а еще двое опустошали бутылку шампанского.
Опешив, Джаг поморщился и закрыл глаза. Творившееся вокруг превзошло все ожидания. Не иначе, как он видит кошмарный сон.
Но когда он открыл глаза, в зале ничего не изменилось. Колония Кавендишей была здесь, вездесущая, шумная. Один из них взбирался по лестнице, которая вела на второй этаж, и усердно мял рукой пышный зад цыганки, в то время как другой метал стрелки в мишень, висевшую на стене. Чуть дальше две репродукции разведчика выясняли, чья рука сильнее, подбадриваемые болельщиками, состоявшими, естественно, из двойников.
Еще один Кавендиш стоял, облокотившись на стойку бара. У него единственного волосы были серебристого цвета.
Неожиданно он повернулся и сказал:
– Смотри-ка, Джаг! Ты уже проснулся? Не стой там, как столб, спускайся! Выпьем по стаканчику!
С глаз Джага словно спала пелена, и он увидел, что бармен являл собой точную копию убитого ножом водителя грузовика, но был почти такой же изможденный, как портье в отеле и шериф.
Подавив в себе желание тотчас бежать отсюда, Джаг медленно направился к бару.
– Ты только посмотри на это! – воскликнул седовласый Кавендиш. – У них есть даже медианитос! Разве это не рай?
Не теряя бдительности, Джаг бросил рассеянный взгляд на тонкую сигару, которой размахивал его визави, а затем пристально посмотрел в лицо разведчика, напрасно пытаясь отыскать в нем какой-нибудь дефект или отличие.
– Почему ты так на меня смотришь? – удивился любитель пыльных дорог.
Воздержавшись от ответа, Джаг прошелся взглядом по окружавшей обстановке. Кроме бесчисленных копий Кавендиша, он выявил два типа девушек: пышную брюнетку с черными, как смоль, волосами и темной, словно корочка хлеба, кожей и роскошную блондинку, три экземпляра которой исполняли неистовый танец на сцене, издавая томные стоны.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18


А-П

П-Я