мойки 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Никакие формы не выступают под платьем. Г-н Курбе все израсходовал за один раз. И все же есть в этой нарочито гротесковой картине великолепные по цвету куски, настоящее чудо, как вышитая шаль. На вульгарном лице второй спящей чувствуется биение жизни и легкая испарина сна. Руки, шея, щека первой девицы очень верны по тону, они так тонко и крепко написаны, что редко можно встретить у других…»
Чем больше совершенствовалось искусство Курбе, чем ярче проявлялась могучая сила его творческой личности, тем чаще становился он мишенью резких нападок. Незаурядность и мощь – вот чего не могли простить ему его враги.
Как пишет в одной из своих критических статей Рихард Мутер, его ненавидели за то, что, в совершенстве владея мастерством, он писал так же естественно, как другие едят, пьют или разговаривают.
Однажды в лесу он работал вместе с Коро, причем они выбрали один и тот же мотив. Через некоторое время, внимательно рассмотрев набросок Коро, Курбе заметил: «Я не такой мастер, как Вы, г-н Коро. Поэтому я принужден писать только то, что вижу». В другой раз перед одной из картин Делакруа он спросил у великого, всеми почитаемого художника: «Кто эти крылатые дамы там вверху, меж облаков?», на что Делакруа ответил, что это, конечно, ангелы. Курбе поднял брови: «Как? Вы пишете ангелов? Когда же Вы их видели? А если не видели, то как же можете их писать?.. А я пишу только то, что вижу».
Курбе выступает как автор замечательных пейзажей, прославляющих стихийную мощь природы, – густые леса с их дикими обитателями, водопады, бушующие волны моря, горы: «Убежище ланей» (1866), «Водопад в Конше» (1864), «Море» (1864), «Хижина в горах» (1874).
Попытка правительства привлечь художника на свою сторону путем вручения ему ордена Почетного легиона не увенчалась успехом. Отклоняя пожалованный ему в 1865 году правительством орден Почетного легиона, он пишет министру изящных искусств М. Ришару: «Мои убеждения как гражданина не позволяют мне принять награду, основанную прежде всего на монархических принципах. Я соблюдаю свое достоинство, оставаясь верным основным правилам всей моей жизни; поступившись ими, я продал бы свое достоинство за показные почести. Мне пятьдесят лет, и я всегда был сам себе господином; позвольте же мне окончить мою жизнь свободным человеком; когда я умру, обо мне скажут: он не принадлежал ни к какой школе или академии, ни к какому бы то ни было вероисповеданию или направлению, и вообще не был приверженцем какого бы то ни было режима, а только свободы»…
Во время Всемирной выставки в Париже 1867 года Курбе в особом, расположенном рядом с ней, здании выставил свои 136 картин. Эта выставка явилась ярким доказательством его творческой силы, бесспорной и несокрушимой победой художника и исповедуемого им реализма в искусстве. Здесь была выставлена одна из лучших охотничьих сцен «Травля оленя», свыше сорока пейзажей, 30 портретов, в том числе «Ирландка Жо», напоминающие позднего Ренуара «Три девочки-англичанки», «Матушка Грегуар» – женщина из народа, а также скульптура «Маленький рыболов». И так как в это время узы, наложенные на печать, несколько ослабли, то левое крыло ее, носящее либеральный и демократический оттенок, торжественно провозгласило: «Кто в политике стремится к свободе, тот в искусстве – сторонник Курбе».
С этого времени жизненный путь Курбе идет вверх: не только продолжает расцветать его творчество, но и растут его успехи и завоеванное им признание. В 1869 году на Всемирной выставке в Брюсселе он получает первую золотую медаль; на Международной выставке в Мюнхене, где Курбе выставил «Дробильщиков камня», «Женщину с попугаем», «Травлю оленя» и один пейзаж, он – в центре внимания. Высокая награда баварского правительства была лишь предлогом для восторженной молодежи и художников самых различных стран, чтобы провозгласить пятидесятилетнего живописца величайшим из всех живущих в то время художников, великим мастером реализма.
В сентябре 1870 года в Париже, провозгласившем республику, Курбе выбирают председателем Союза художников и Общефранцузского комитета по делам музеев. Свою приверженность идеалам свободы Курбе со всей определенностью проявил в дни Парижской Коммуны, когда он открыто встал на сторону революции. Избранный в члены Коммуны, он возглавил федерацию художников, активно участвовал в разработке и осуществлении мероприятий Коммуны в области искусства.
После падения Коммуны он был арестован, приговорен к шестимесячному заключению и посажен в одиночную камеру тюрьмы Сен-Пелажи. «Меня убили, я больше уж не сделаю ничего хорошего», – вздыхает Курбе.
Написанные в тюрьме картины – великолепная модель «Женщина из Мюнхена» и натюрморт «Фрукты», которые Курбе после освобождения послал в Салон, жюри отвергло. Представитель правительства Тьера заявил по поводу этого отказа: «Это не относится к области искусства».
Курбе приговаривают к штрафу размером свыше 300000 франков на покрытие издержек по восстановлению Вандомской колонны, свергнутой во время Коммуны. Его мастерскую опечатывают, картины разбазаривают…
Травля и преследования вынуждают художника покинуть родину. Больной и разбитый духовно, он уезжает в Швейцарию, где продолжает работать вплоть до самой смерти. Курбе умер 31 декабря 1877 года в местечке Тур-де-Пейлтц на берегу Женевского озера.
КАМИЛЬ ПИССАРРО
(1830–1903)
Писсарро один из ведущих представителей импрессионизма. Сам художник писал: «Что касается моей творческой биографии, то она неотделима от истории группы импрессионистов».
По мнению исследователя творчества художника Раймона Конье: «Величие творчества Писсарро заключается в его даре добиваться полного единства того, что он видит, и того, что он чувствует. В его картинах воплощены подлинные ощущения, переданные совершенной, лишенной какой-либо вычурности живописной техникой. Эта способность сохранить со всей непосредственностью первое впечатление и придает искусству Писсарро его сияющую свежесть. Она отличает его искусство на протяжении всей его жизни, на всех ее сплетениях и перепутьях, является и их причиной, и их оправданием».
Камиль Жакоб Писсарро родился 10 июля 1830 года в портовом городе Шарлотта-Амелия на маленьком острове Сен-Тома в Антильском архипелаге. Его отец был торговцем скобяным товаром.
В 1841 году родители послали Камиля учиться во Францию. В Париже мальчик оказался в пансионе Пасси. Возглавлявший его Савари заметил у Камиля талант рисовальщика и рекомендовал ему развивать свое дарование.
В семнадцать лет Камиль вернулся на остров Сент-Тома. Отец, не понимая истинного призвания сына, определил его на работу в свою лавку. Целых пять лет он занимался нелюбимым делом, пытаясь совместить торговлю с рисованием.
В начале пятидесятых годов Камиль подружился с датским художником Фрицем Мельби, тот был всего двумя годами старше его, но обладал серьезными навыками в живописи. Под влиянием Мельби Камиль бросает ненавистную торговлю и едет с датчанином в 1852 году в Венесуэлу. Позднее он писал: «Я был в 1852 году хорошо оплачиваемым клерком в Сент-Тома, но я не смог там выдержать. Не раздумывая долго, я все бросил и удрал в Каракас, чтобы сразу порвать связь с буржуазной жизнью. То, что я претерпел, невообразимо, то, что мне приходится терпеть сейчас, – ужасно, и переносить это труднее, чем когда я был молод и полон сил и энтузиазма, а теперь я уверен, что у меня нет будущего. Однако, если можно было бы начать сначала, я думаю, я не стал бы колебаться и пошел бы по тому же пути».
В августе 1854 года Писсарро вернулся на Сент-Тома, но через год окончательно уехал во Францию.
Здесь Камиль поступил учиться в парижскую Школу изящных искусств. Школа, дав ему ряд профессиональных навыков, тем не менее не оказала на него существенного влияния. Писсарро много работает самостоятельно, делает этюды в живописных окрестностях Парижа, пишет первые картины. Более всего его интересует пейзаж. Настоящим его кумиром становится Коро, который разрешил дебютанту именоваться в каталогах салонов его учеником. В это же время он испытал влияние Курбе, позднее заимствовал у К. Моне принцип разложения цвета.
Картины молодого художника довольно регулярно принимались в салоны. К сожалению, до сегодняшнего времени дошло немного ранних картин Писсарро – большинство их погибло во время франко-прусской войны.
Официальный дебют Писсарро состоялся в Салоне 1857 года, где он представил «Пейзаж в Монморанси». Картина имела успех. В дальнейшем отношения с жюри Салона у Писсарро не сложились, несмотря на быстрый рост мастерства художника.
На один из его пейзажей в Салоне 1865 года обратил внимание Золя. Он писал, что картина Писсарро доставила ему «полчаса наслаждения и отдыха».
Как отмечает Р. Конье: «Начиная с 1866 года он постепенно освобождался от влияния Коро, его палитра становилась светлее, исчезали нейтральные тона, легкий воздух начинал пронизывать наполненное солнечным светом пространство. Постепенно вырабатывались черты позднейшей импрессионистической живописной техники, он писал теперь шпателем большими, светящимися мазками, которые становились все более пластичными. Чтобы приблизиться к источнику вдохновения, он уехал в окрестности Парижа».
Любимым местом работы Писсарро на долгие годы становится холмистый Понтуаз, городок на реке Уазе. Безоблачное небо, сочная зелень, яркое солнце – таким предстает лето в картине «Понтуаз» (1867). «Короткие, интенсивные по цвету и, кажется, очень подвижные тени от фигурок и деревьев. Большие массы зеленого цвета, уравновешенные голубым, создают ощущение чистого и прозрачного воздуха. Эффекты ослепительного солнца, жаркого дня достигнуты сопоставлением контрастных цветов: среди холодных вкраплены горячие красные в фигурках людей, черепичных крышах», – пишет Г. Абеляшева.
С 1868 по 1870 год Писсарро жил в Лувесьенне. Появляются пейзажи этих мест: «Дорога из Версаля в Лувесьенн» (1870), «Дилижанс из Лувесьенна» (1870).
После начала войны с пруссаками в 1870 году художник уехал в Англию. Оттуда он писал своему другу Теодору Дюре: «Я не останусь здесь; только за границей чувствуешь, как Франция велика, прекрасна и гостеприимна. Здесь все иначе! Здесь встречаешь лишь равнодушие, презрение, даже грубость. Художники тут завидуют и не доверяют друг другу. Здесь нет искусства, здесь все предмет коммерции. В отношении продажи я ничего не добился, только Дюран-Рюэль купил у меня две маленькие работы. Моя живопись не нравится, совсем не нравится, неудача преследует меня повсюду».
Вернувшись во Францию, Писсарро вновь поселился в Понтуазе. По совету Сезанна он начинает писать натюрморты. Влияние Сезанна чувствуется в автопортрете Писсарро (1873), но сам Сезанн также извлекал творческие уроки из общения с другом.
Семидесятые годы для художника – время расцвета. В 1873 году Т. Дюре писал: «У Вас нет декоративного чувства Сислея, поразительного глаза Моне, но у Вас есть то, чем не обладают они – интимное и глубокое чувство природы и сила кисти, благодаря которым каждая написанная Вами картина всегда имеет нечто законченное… Не думайте ни о Моне, ни о Сислее… идите своим путем, путем изображения сельской природы».
«О творчестве Писсарро 70-х годов дает яркое представление луврское собрание, – пишет Н.Н. Калитина. – В "Дороге в Лувесьенне" (1870) разрабатывается любимый художником мотив уходящей вдаль дороги… Все полно сдержанной гармонии неярких голубовато-зеленых тонов, великолепно передающих сырой и прохладный осенний вечер. Лишь розовый дом выделяется на общем фоне, заставляя интенсивнее звучать соседствующие с ним цвета. Писсарро выступает достойным продолжателем Коро, умевшего одним мазком, пятнышком краски оживить колористическую гамму, построенную на градациях одного-двух тонов.
"Въезд в деревню" (1872) напоминает по композиции "Дорогу в Лувесьенне". Только краски стали светлее, так как картина передает погожий день ранней весны. Весело зеленеет молодая трава, тонкие серо-желтые стволы деревьев отбрасывают на землю густо-зеленые тени. Воздух прозрачен настолько, что очертания домов вдали выступают со всей отчетливостью.
Проходит еще несколько лет, и в 1876 году Писсарро пишет "Жатву"… Все части пейзажа неразрывно связаны друг с другом. Связь эта не только колористическая, пространственная, ритмическая. Она в самой манере письма, в плотных, сильных мазках, ложащихся по форме предметов… Способы художественной выразительности подчинены одной задаче – показать щедрость, изобилие родной земли…
"Красные крыши" (1877) производят иное впечатление, чем "Жатва"… В пейзаже нет крупных живописных масс и пятен, все подчинено передаче эффекта солнечного света и трепетности воздуха. Общее настроение определяется изображенными на первом плане тонкими деревьями. Они купаются в неярком зимнем солнце, их ветви, написанные небольшими зелеными и желтыми мазками, переплетаясь, образуют нежное золотистое кружево».
Если в ранних работах Писсарро человеческие фигуры играют подчиненную роль в картине, можно привести как пример «Малый мост» (1875) и «Красные крыши», то со временем они занимают в ней все более важное место – «Отец Мелон за распиливанием дров» (1879).
Писсарро с упорством добивался признания движения импрессионистов и много сделал для этого. Он принимал участие на всех выставках, начиная с первой.
«Выставка идет хорошо, – сообщал Писсарро в начале мая Дюре. – Это успех. Критика нас поносит и обвиняет в отсутствии знаний. Я возвращаюсь к моим занятиям, что более существенно, чем читать все это. У них ничему не научишься».
Официальная критика называла его пейзажи «непонятными». Художник писал в 1878 году: «Эту неделю я обегал весь Париж в тщетных поисках чудака, который купил бы картины импрессиониста». Ничего не изменилось и через несколько лет: «Я убежден… что, увидя мои работы, любители забросают меня гнилыми яблоками… Для Парижа мы еще шантрапа, сброд. Нет! Невозможно, чтобы искусство, которое нарушает столько старых убеждений, нашло бы одобрение… Нет!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87


А-П

П-Я