https://wodolei.ru/catalog/rakoviny/cvetnie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Похоже, он мне скоро надоест как горькая редька, подумал Лотар.
- В своем путешествии в Ашмилону я познакомился с прекрасным ученым, который, правда, довольно глупо рядился в рясу какого-то мага или факира, неким мэтром Илисаром.
- Он жив? - быстро спросил Лотар.
- Так вы знакомы? - Шивилек немного смутился. - Впрочем, разумеется, вы знакомы. И он показал нам знаменитый на весь Южный континент старинный воздушный корабль, который в разобранном виде стоял у него в мастерской.
Тут Рубос широко улыбнулся и хмыкнул так, что Шивилек вздрогнул и посмотрел на него с тревогой. Впрочем, он быстро успокоился.
- Мы купили у него полный набор чертежей этого великолепного, не побоюсь громких слов, произведения инженерной мысли. А в Мираме построили прототип, который замечательно зарекомендовал себя. Он-то и является тем средством дальнего и очень быстрого передвижения, или, лучше сказать, перемещения, которое разрешит кое-какие из наших проблем, Желтоголовый.
Лотар кивнул. Он вспомнил корабль, который они с Рубосом видели в магической лаборатории Илисара, - жесткие доски его палубы, разбросанные гвозди и какие-то бронзовые детали...
Пожалуй, летающий корабль, управляемый умелым и знающим командиром, может решить проблему перемещений.
- К тому же, - сказал Лотар вслух, - корабль, вероятно, может быстро и относительно безопасно перемещаться в самой гуще вражеских войск?
Джимескин неожиданно поднял голову. Посмотрев туда, где, как ему казалось, находится Желтоголовый, он громко произнес:
- Что значит - относительно безопасно? Я уверен, что у противника нет ничего подобного, и потому можно говорить о полной безопасности наших перемещений прямо над головами всех вражеских войск, идущих сейчас на Запад.
Лотар скептически усмехнулся:
- Я не так в этом уверен, Джимескин. К тому же, что значит - "наши перемещения"? У меня будут помощники?
Терпение Джимескина иссякло. Он повернулся к своему молчаливому телохранителю и громко произнес:
- Партуаз, принеси-ка сюда пару канделябров с самыми лучшими свечами, какие только найдешь. Я не могу разговаривать о серьезных вещах в темноте. Только быстро. - Потом снова повернулся к Лотару: - Надеюсь, я не обижу этим нашего хозяина, ведь это все-таки не факелы.
- Но, господин Джимескин, я не должен...
- Иди, ничего со мной тут не случится.
Партуаз встал и вышел, озабоченно вытянув вперед огромные мускулистые руки. Банкир, снова обращаясь к хозяину, но глядя совсем в другую сторону, произнес:
- Никто не говорит только о помощниках, Лотар. Вместе с тобой полетят наблюдатели и, возможно, консультанты. Надеюсь, ты не будешь возражать против этого?
Лотар провел рукой по гладким доскам стола.
- Капитан Купсах, сколько людей может взять на борт "Летящее Облако"!
- Вместе с необходимыми припасами не больше четырнадцати, сэр.
- А где ты его оставил?
- Так как корабль в некотором роде еще военная тайна, я оставил его, согласно приказу господина Джимескина, в замке господина Санса. Он находится в семидесяти милях отсюда, и мы можем прибыть туда завтра к вечеру.
Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату ввалился Партуаз. В обеих руках он нес по огромному - на двенадцать свечей - канделябру из кованой бронзы. Все свечи уже горели. Стало светло, как в парадной зале короля.
Пожмурившись, все с удовольствием стали смотреть на свечи. Партуаз с заметным облегчением вернулся на свой пост за спиной Джимескина. Может, он и в самом деле отличный телохранитель, решил Лотар. Только слишком напряжен и даже для человека неважно ориентируется в темноте, а в остальном...
- И все-таки я еще ничего не решил, - произнес Лотар. - Видите ли, я не очень представляю, как можно справиться с этой задачей,
Рубос, старый верный друг, хлопнул Лотара по плечу так, что это отозвалось даже в покалывающих легких.
- А когда, Лотар, это могло тебя остановить? Лучше давай ответим на вопрос поважнее: как ты думаешь, когда мы сможем отправиться?
Глава 4
Конечно, Лотар почувствовал летающий корабль задолго до того, как увидел, но внутреннее ощущение, которое порождал этот предмет, настолько отличалось от его наглядного представления, что даже он немного оторопел, когда на траву, на деревья, на людей с их нелепыми шатрами, на небольшой табун лошадей и на дом Лотара легла тень.
Шумел он не очень сильно, но звук был такой же необычный, как и внешний вид корабля, поэтому лошади запрядали ушами, а самые пугливые кобылки даже взбрыкнули. Впрочем, и многие люди вели себя не лучше. Они закричали, стали поднимать руки вверх, кто-то даже опустился на колени.
Лотар с интересом разглядывал летающий корабль в действии.
Во-первых, этот предмет был не совсем корабль - ни покатых боков, ни киля или плавно заостренного носа. Он был довольно плоским, как неуклюжий, странный сундучок, а все его обводы отличались угловатостью, к которой глаз долго не мог привыкнуть. Во-вторых, вместо привычных парусов над палубой с единственной надстройкой, больше похожей на низкую сараюшку, плавала длинная - намного длиннее самого корабля - серебристая гондола, привязанная к корпусу множеством хитроумно переплетенных канатов. Сразу стало ясно, что именно эта гондола и поднимает все сооружение в воздух, хотя по объему она была гораздо меньше, чем обыкновенный монгольфьер. По какому принципу эта гондола устроена, как она работала, что делало ее такой летучей - было непонятно. Похоже, хитрость заключалась в какой-то магии, хотя что это за магия, не понял даже Сухмет.
На носу под равными углами от бортов вверх и немного вперед поднимались два огромных жестких ребра, похожих на гигантские веера, отливающих сверкающей темно-коричневой краской. А еще два веера поменьше опускались вниз и вбок. В целом это напоминало оперение стрелы, хотя никто не ставит на одной стреле четыре пера. Лотар сразу догадался, что веера выполняли ту же роль, что и кили у корабля, - не давали сильным боковым потокам сбивать корабль с курса.
На корме почти строго вверх был установлен настоящий руль в виде крестообразной рамы со сложной растяжкой, обернутой плотной жесткой тканью с изображением каких-то резвящихся дракончиков. Но сразу было понятно, что художник никогда не видел дракона. Два руля поменьше отходили почти строго горизонтально в разные стороны от задней оконечности плоского днища. Но они нужны были, вероятно, лишь при наборе высоты или при спуске.
В центре корпуса находились два огромных движущихся крыла, очень сложно управляемых каскадом шарнирных приспособлений. Они были так велики, что, казалось, их невозможно привести в движение, и тем не менее управляли ими всего два человека. За большими крыльями были еще два крылышка поменьше, но пользовались ими редко. Рулевой считал, что от них больше мороки, чем толку.
Рулевой, как и положено, находился на юте и что-то бодро выкрикивал, а пятеро матросов дружно тянули канаты и делали что-то еще, стараясь посадить корабль на узкой полоске земли, где Сухмет вот уже который год все собирался, но так и не сумел сделать сад камней.
Все сооружение производило впечатление законченности, целесообразности и совершенно особенной, непонятной чужому глазу красоты. Лотар даже языком прищелкнул. Если бы он увидел что-то похожее раньше, до того как отправился на Южный континент зарабатывать на жизнь трудом наемника, быть ему сейчас хотя бы матросом на таком вот сооружении. Уж очень оно ему понравилось.
Рядом кто-то вздохнул. Лотар взглянул - это был Рубос.
- Хорош? - В его голосе звучало едва ли не откровенное хвастовство, словно он это придумал или по крайней мере был владельцем корабля.
Впрочем, вполне могло оказаться, что Рубос и владел какой-то долей корабля.
Высокий худой юноша на юте что-то прокричал в кожаный рупор, и матросы снова взялись за канаты, связывающие продолговатую гондолу с корпусом корабля. По гондоле прошла легкая рябь, она стала чуть-чуть меньше, и корабль начал вертикально опускаться. Левый борт его был повернут к дому Лотара, ко всему табору, расположившемуся вокруг, который пришел с Джимескином.
- Да, красивый аппарат, - согласился Лотар.
Он чувствовал, что это жалкое преуменьшение. Корабль был прекрасен. Если бы Лотар дал волю чувствам, он не мог бы избавиться от торжественной и сильной, как музыка, волны, поднимающей его желание и чувства на высоту, где с ней почти невозможно было справиться. Но он все-таки взял себя в руки, и даже вздох его услышал только Сухмет.
- Эта машина, - заговорил вдруг невесть откуда взявшийся Купсах, может развивать скорость до сорока миль в час, но, конечно, такую скорость очень долго поддерживать невозможно, матросы на крыльях устают грести... То есть крутить педали, я хотел сказать. Еще прошу обратить внимание, что на носу и на корме установлены баллисты. Мы здорово замучились, пока сделали их максимально облегченными. Сейчас они могут бить почти как настоящие орудия, а весят раза в три меньше.
- А как с точностью? - спросил Сухмет.
Купсах вздохнул:
- С этим прямо беда - настоящего наводчика мы позволить себе не можем, каждый человек на счету... Зато мы придумали особые горшки со смесью вендийского огня и масла. Они разлетаются в воздухе на определенной дистанции и создают облако горящей масляной пыли. Я думаю, любой вражеский аппарат, попавший в это облако, непременно загорится. Так что особенной точности и не нужно.
Лотар что-то промычал, но не стал переубеждать капитана "Летящего Облака".
Корабль слегка накренился, когда вся команда собралась на левом борту, выкручивая лебедку, потом все нижние рули и веера убрали, и корабль с деревянным стуком коснулся земли. Тут же двое матросов - на носу и на корме - соскользнули на землю по канатам и закрепили легкие, непривычной формы якоря. "Летящее Облако" приземлилось.
По свистку боцманской дудки команда построилась, по борту спустили легкий трап, и тощий рулевой сошел вниз. Он одернул китель, парадным шагом подошел к Купсаху и доложил:
- Капитан, "Летящее Облаке", согласно распоряжению, прибыло. Жду дальнейших распоряжений.
Купсах с гордостью посмотрел на всех собравшихся, хмыкнул в некотором затруднении, и произнес:
- Вольно, лейтенант. Пока никаких распоряжений не будет. Наши начальники еще ничего не решили.
Лотар так и не понял, чего было больше в этом простодушном утверждении - желания подтолкнуть его к решению, неосознанной дерзости или разочарования.
Впрочем, могло оказаться, что все это было заранее оговорено, в таком случае Купсах был недурным актером.
Лотар, Сухмет, Рубос и четыре ученика отправились осматривать корабль изнутри, а все остальные вернулись в свои шатры ждать решения Желтоголового.
Впрочем, терпения у них хватило только до вечера. Как только вокруг корабля была расставлена стража, все вчерашние гости, приглашенные на ужин, появились в главном зале Лотарова дома.
Лотар вошел в зал, еще не зная, что он скажет всем этим людям. Проведя весь день в разговорах с Рубосом, рассматривая механизмы "Летящего Облака", просто приглядываясь к происходящему, он даже не вспомнил, что от него ждут решения.
Усевшись на свое место, Лотар оглядел собравшихся и жестом пригласил начать трапезу. Застучали ножи и вилки, тихо, как тени, стали расхаживать слуги, приведенные в дом из лагеря. Четыре его ученика тоже сидели за столом, но в самом дальнем углу зала.
Молчание длилось очень долго. Лотар хорошо ощущал, как растет ожидание, превращаясь в настоящую муку для собравшихся. Наконец он спросил:
- Мне кажется, нет смысла тратить время на торг о цене, вы уже все продумали?
Джимескин кивнул, отложил двузубую серебряную вилку, которой он ковырял в тарелке небольшого пескарика, достал из-за обшлага рукава записку и протянул Лотару, но взял ее Сухмет. Он развернул записку. Глаза старика чуть дрогнули, и Лотар без труда прочитал в его сознании единственное слово - колоссально!
- За эти деньги, Желтоголовый, мы могли бы оснастить неплохую армию, обучить ее и одержать одну победу. Но у нас нет времени ни на оснащение армии, ни на ее обучение. И нас не устраивает одна победа. Нам нужно, чтобы все три вражеские армии повернули назад.
- Мэтр Шивилек, сколько раз, согласно вашим записям, я отказывался от предложенной работы? - спросил Лотар сидевшего через стол наискосок ученого.
- Более сотни, к сожалению, Желтоголовый. У вас отвратительная репутация человека, который не любит ни очень дешевых, ни простых заданий и всегда требует, чтобы все было исполнено, как он скажет. На севере континента даже есть выражение - Лотаров прием. Это нечто такое, что работает непонятно как, что никому не под силу повторить и стоит необычайно дорого.
- Да? Никогда не слышал, - буркнул Лотар холодно. Подумал и добавил: Вообще не слышал, чтобы обо мне рассказывали какие-то байки.
- Ну, было бы странно, если бы их рассказывали тебе, - пробурчал Рубос. Рот его был набит так, что даже щеки оттопырились, но Лотар без труда видел, что от волнения он не может проглотить ни куска, лишь делает вид, что ест.
- Зато у тебя есть последователи, - заявил вдруг Шивилек. - Они носят такую же налобную пластину, требуют изготовить им меч, похожий на твой, и тоже пытаются охотиться на нечисть.
- Интересно. И что же думает об этом нечисть?
Джимескин холодно усмехнулся:
- Как правило, очень довольна и приглашает следующих идиотов, как только прожует предыдущих.
Лотар отложил нож, взял кружку с разбавленным сидром и сделал громадный глоток.
- Ну ладно. Сухмет, что ты думаешь обо всем этом?
- Любой самый кровожадный демон может сожрать пару дюжин людей или погубить души сотни склонных к пороку дураков. Но война - это такая штука, которая уничтожит множество городов и погубит души сотни тысяч людей, которые могли бы еще спастись в будущих перерождениях. А так, - он обреченно махнул рукой, - карма их будет непоправимо испорчена. Потому что это война.
Лотар посмотрел на учеников. Они делали вид, что смотрят в тарелки, но до неловкости откровенно копались в душевном состоянии и мыслях едва ли не каждого из гостей, пытаясь как следует прочувствовать ситуацию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36


А-П

П-Я