кабина душевая 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Их недооценивают лишь потому, что гораздо легче научиться размахивать мечом, нежели освоить такой специфический вид оружия. Короче, не хватайтесь за перчатку, если что-то со мной случится и вам придется защищаться самой. Вы скорее навредите себе, чем поразите противника.
– Приму к сведению, – молвила девушка ледяным тоном.
Раваджан отвернулся, абсолютно игнорируя ее сарказм. Даная, насупившись, сверлила взглядом его спину. Только она, наконец, избавилась от надоедливой опеки папаши и Харта, и вот, пожалуйста, сразу же явился человек, который намерен поучать ее – больше того, определенно настроен запугивать ее, как несмышленого дитя.
«Пошел ты к дьяволу! Пошли вы все к чертям собачьим!.. И все же…»
Мотнув головой, Даная решительно подавила в себе раздражение. «Ты прибыла сюда работать, – принялась внушать она себе, – проводить исследования, а Раваджан – всего лишь неизбежная часть твоего проекта. Так что, ради Бога, попытайся не обращать внимания на его снисходительно-насмешливое отношение. Хорошо смеется тот, кто смеется последним. И помни, здесь для тебя всегда найдется последнее прибежище, где никто не сможет тебя достать. Никто и никогда».
Стараясь дышать спокойно, Даная принялась рассматривать проплывающий внизу пейзаж, изучая мир, которому предстояло стать ее домом на ближайшие два месяца. А может, и больше.

Глава 6

Спустя полчаса неболет пересек границу протектората Нумант и теперь летел над Промежутком – ста пятидесятикилометровой «нейтральной» территорией между Нумантом и протекторатом Ордарл. Даная заметила, что протекторат Нумант закончился слишком внезапно, даже участки возделанной земли были будто обрезаны на границе.
– Довольно странно, – прокомментировала Даная. – Неужели Промежутки действительно столь опасны?
– Ну, по крайней мере, некоторые из них, – подтвердил Раваджан. – Дело в том, что тролли, подчиненные тому или иному лорду, не могут и на метр высунуться за пределы своего протектората, вот банды грабителей и пользуются этим. Даже в последней деревне, которую мы только что пролетели, тролли появляются всего раз-другой в год, и то в случае крайней необходимости.
– А за границей протекторатов, в Промежутках, нет деревень, потому что там небезопасно жить малыми сообществами?
– Частично по этой причине; частично же из-за того, что, если вы собираетесь жить, скажем, вот в этой части Промежутка, вы будете находиться слишком далеко от Гигантского Меча Келайна.
Даная попыталась осмыслить услышанное.
– Я полагала, что энергия, передаваемая сетью Гигантских Мечей, может приниматься в любом месте Шамшира. А выходит, нужно обязательно жить близ одного из них, причем какого-то определенного?
– Вы мыслите категориями человека технократической культуры, – сказал Раваджан. – А почему бы не предположить, что здесь имеет место магия чистейшей воды?
Даная скрипнула зубами. Как только она начинала чувствовать себя более или менее раскованно в присутствии Раваджана, он снова заговаривал с ней снисходительным тоном.
– Может, это связано с тем, что Гигантские Мечи ассоциируются с лордами, а посему являются чем-то вроде символов власти?
– Видимо, да, – кивнул Проводник. – И предположительно, именно поэтому большие города Промежутков выросли вокруг Мечей. А еще, может быть, из-за поверья, что Мечи стоят в тех местах, где некогда обитали прежние властелины троллей.
Даная нахмурилась.
– Я совсем запуталась, ведь вы сказали, что тролли не живут за пределами протекторатов.
– Они там и не живут. Но люди тем не менее верят, что обосноваться близ какого-нибудь из Гигантских Мечей гораздо безопаснее, чем где-либо в другом месте. Безграничная вера в магию, в волшебство…
Даная помотала головой, не в силах понять этого парадокса. Жить в мире, технически столь совершенном, и не иметь представления о том, каким образом вся эта техника функционирует, – это казалось непостижимым.
– Однако…
Взгляд девушки упал на скорпион-перчатку, пристегнутую к поясу Раваджана, скользнул по туго скрученному четырехметровому хлысту, прикрепленному к задней ее части, переместился к широкому ремешку, посредством которого перчатка крепилась на кисти и который содержал сложнейшие нейросенсоры… – и на ум Данае пришла древняя поговорка, процитированная в информационном проспекте: «Передовая технология неотличима от волшебства».
«Возможно, – решила она, – людям Шамшира можно простить их невежество, в конце концов».
Замок Нумантил с окружающими его деревнями был заключен, как и замки всех других протекторатов, в строгую шестиугольную пространственную модель. Келайн, расположенный в зоне Промежутка, приблизительно на середине между протекторатами Нумант и Ордарл, не имел таких геометрических ограничений. Город представлял собой беспорядочное скопление жилых домов, складов и лавчонок, мастерских, конюшен и даже лоскутков возделанной земли. Все это группировалось вокруг единственного шестиугольника – участка земли, в центре которого возвышался Гигантский Меч.
– Это и есть Келайн? – спросила Даная. – Он больше, чем я ожидала.
– Да, выглядит он достаточно большим, – согласился Раваджан. – По численности населения, правда, он стоит на двадцатом месте в ряду крупнейших городов Шамшира.
Проводник наклонился как можно ближе к краю ковра – насколько позволял невидимый барьер силового поля – и вгляделся в проплывающие внизу строения. Внимание его привлек приличных размеров промежуток между зданиями, на котором едва виднелись крошечные прямоугольники других неболетов.
– Неболет, остановка, – приказал Раваджан. – Неболет, спуск.
– Вы что, видите отсюда Полустанок? – спросила Даная, пытаясь проследить за взглядом Проводника.
– Да нет, он в нескольких километрах к северу отсюда, – ответил Раваджан. – Но здешние города постоянно перестраиваются, и, когда обнаруживаешь подходящее место для посадки, лучше сразу же ее совершить.
– Почему?.. Ах, да. Неболеты же не могут приближаться к зданиям больше чем на десять метров или что-то около того?
– Именно так, – кивнул Раваджан, слегка удивленный тем, что она так быстро это уяснила. – К тому же они не могут парить непосредственно над домами. Тут предусмотрена кое-какая защита от нападения с воздуха, хотя непонятно, каким образом можно осуществить это нападение при постоянно функционирующем силовом поле… Неболет, медленная посадка.
Через пару минут летательный аппарат благополучно приземлился. Раваджан заметил, как Даная протянула руку через край ковра, прежде чем шагнуть с него на землю.
– Уф, – выдохнула она, осторожно потягиваясь. – Левая нога напрочь занемела. Пойдем пешком или поедем?
– Как желаете, – ответил Проводник, разминая затекшие мышцы и внимательно озираясь вокруг. – Местные жители предпочитают по городу ходить пешком, но я могу вызвать экипаж, если хотите.
– Нет уж, давайте прогуляемся, – промолвила она каким-то мечтательным голосом.
Раваджан оглянулся на нее. Она вертела головой по сторонам – так же, как и выйдя в Шамшир из Туннеля, – рассматривала диковинно разодетый люд, заполнявший улочки.
Раваджан усмехнулся.
– Ну, пошли. Нам вон туда. И держитесь поближе ко мне.
И они двинулись сквозь бурлящую городскую толпу. Шамшир частенько описывали как необычайно контрастное сообщество, причем наиболее четко эти контрасты наблюдались в городах вроде Келайна. Путешественники прошли мимо мастерской оружейника, где истекающий потом кузнец поддерживал огонь в компьютеризованном металлообрабатывающем станке, в то время как на противоположной стороне узкой улицы скорняк вручную, кривой иглой, сшивал какое-то одеяние из грубых шкур. Данае пришлось уступить дорогу садоводу, который толкал впереди себя тележку, доверху нагруженную апельсинами, – и Раваджан тихонько сообщил спутнице, что, пока весь урожай не будет собран, еще оставшиеся на деревьях плоды будут предохраняться от ранних в этой части Шамшира заморозков особым устройством, поддерживающим в саду нужную температуру. Далее гости миновали лавку булочника, печь которого представляла собой просто-напросто раскаленный на костре камень с установленным над ним противнем, – тут же, возле этой лавки, некая дама вызвала посредством волшебного жезла экипаж, чтобы доставить домой покупки. Простые люди, привычно пользующиеся высокими технологиями и совершенно не вникающие в то, как все это функционирует… – впрочем, этого не понимали и во всех Двадцати Мирах.
Волшебство, да и только. Неудивительно, что туристы зачастую относились к Шамширу, как к некоему сказочному видению – по крайней мере, до тех пор, пока на них не обрушивалась довольно жестокая действительность.
Неприятное приключение подстерегло Данаю с Раваджаном в тот же день. Они проделали половину пути до Полустанка и только-только вышли из торговых рядов в жилой квартал, как девушка вдруг схватила Проводника за локоть.
– Посмотрите-ка вон туда, – прошипела она, кивая на противоположную сторону улицы.
Раваджан проследил за ее взглядом и увидел женщину под вуалью, которую прижали к стене дома трое хулиганов.
– И что тут такого? – спросил Раваджан.
– Как это – «что такого»? – опешила Даная. – На нее ведь напали – мы должны ей помочь!
– Нет, – как можно тише бросил он и огляделся, желая удостовериться, что никто из прохожих не услыхал слов его спутницы.
– Раваджан…
– Мы не станем вмешиваться, – твердо сказал Проводник. Дородный мужчина с любопытством посмотрел на него; Раваджан метнул в него гневный взгляд, и толстяк поспешно отвел глаза в сторону. – Они не причинят ей вреда в таком людном месте, а защищать честь дамы надлежит сопровождающим ее…
Тут Раваджан обернулся и обнаружил, что Данаи уже рядом с ним нет.
– Проклятье! – выругался он. – Даная, вернитесь сейчас же!
Слишком поздно – девушка уже пробралась сквозь поток пешеходов, подкралась сзади к одному из нападавших… и, прежде чем Раваджан ринулся вслед за ней, Даная что было сил ударила мужчину кулаком под лопатку.
Тот хрюкнул и резко развернулся. Раваджан грязно выругался про себя: теперь стычки не избежать – придется или драться, навлекая на себя тем самым гнев правоохранительных органов Келайна, или не предпринимать никаких действий, наблюдая, как клиентку превращают в отбивную… Протискиваясь через уже скопившуюся толпу зевак, Раваджан сорвал с пояса свою хитрую перчатку и натянул ее на правую руку, на ходу затягивая ремешок на кисти. Знакомое покалывание сообщило ему, что нейросенсоры активировались. Теперь предстояло вступить в схватку с тремя вооруженными людьми…
Громила, которого ударила Даная, уже выхватил из ножен меч и ткнул им в направлении живота девушки. Та, однако, увернулась и попыталась ударить противника носком ботинка в колено. Однако длинное одеяние скрывало ноги шамширца, и девушка промахнулась. Разбойник занес клинок над головой…
– Остановитесь! – крикнул Раваджан, выходя из толпы. Человек опустил клинок, спутники его обнажили свои мечи и встали у него по бокам.
– Ты защитник этой кархраты? – прорычал местное оскорбление один из троицы, заводя левую руку за спину и потирая ушибленное место.
Раваджан подавил приступ гнева.
– Да, я защитник этой леди, – ровным тоном ответил он. – А вы зарабатываете себе на жизнь, нападая на беззащитных женщин?
– Это – частное семейное дело, – вступил в разговор один из спутников первого головореза. – Ты не имеешь права вмешиваться.
– Может, не имею, – согласился Раваджан. – А может, имею. Я не слыхал, чтобы частные семейные дела решались, да еще подобным образом, на улицах Келайна.
– Для безоружного чужестранца, – продолжил первый, скользнув взглядом по вроде бы пустой перчатке на правой руке Раваджана, – ты проявляешь удивительное легкомыслие. Закон Келайна позволяет подвергшемуся нападению гражданину ответить подобным же образом; и если ты будешь и дальше лезть не в свое дело, то не поздоровится вам обоим.
– Ответите на удар безоружной руки ударом меча? – Раваджан презрительно фыркнул, чувствуя, как на лбу выступают капельки пота.
Громила, к несчастью, был прав относительно закона, и Раваджан знал, что толпа, по большей части, так же неодобрительно относится к чужестранцам, сующим нос в чужие дела. С другой стороны, он заметил, что разбойная троица не пользуется особым расположением со стороны сограждан. К тому же, хотя эти головорезы явно умели обращаться со своим оружием, они, похоже, не имели представления о возможностях защиты с помощью скорпион-перчатки, и это давало Проводнику некоторые преимущества.
– Если ты намерен следовать букве закона, – обратился Раваджан к первому, – то можешь нанести этой леди один удар безоружной рукой.
Даная изумленно воззрилась на своего спутника, однако Раваджан проигнорировал этот взгляд, сконцентрировавшись на выражении лица «законопослушного гражданина». Тот заколебался. Возможно, он достаточно остыл, чтобы начать осознавать: незнакомец не стал бы пререкаться с тремя вооруженными людьми, не обладай он некоей не бросающейся в глаза и в то же время могущественной защитой…
– Ты что, спятил, Марух? – прорычал один из хулиганов. – Неужели ты позволишь чужеземцу ткнуть тебя мордой в пыль?
Лицо Маруха потемнело, и всю нерешительность словно смыло волной ярости. Не спуская глаз с Раваджана, он высоко поднял меч и шагнул к Данае…
Раваджан прыгнул вперед и немного в сторону, вскидывая сложенные вместе ладони на уровень груди. Марух, конечно же, ожидал от противника подобного движения, поскольку сразу же изменил направление: теперь он повернулся лицом к Раваджану, а лезвие его меча начало опускаться вниз, прямо на голову чужестранца.
И тут из перчатки метнулось, подобно хлысту, туго скрученное до сего момента щупальце, с громким треском ударив правую кисть Маруха.
Тот отчаянно взвыл от боли, однако сумел удержать оружие в руке. Раваджан мягко, по-кошачьи, шагнул вбок, сворачивая щупальце, а затем снова выпустил его, на этот раз целя в само лезвие.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я