Заказывал тут Водолей 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR: Ната; SpellCheck: Рада
«Как помочь папе»: Радуга; Москва; 2004
ISBN 5-05-005886-4
Аннотация
Случилось так, что архитектор Калеб Таррингтон впервые увидел своего шестилетнего сына, когда его бывшая жена отказалась от ребенка. Растерянный отец обращается с просьбой о помощи к молодой учительнице Джулии Раффет…
Джудит Макуильямс
Как помочь папе
OCR: Ната; SpellCheck: Рада
Джудит Макуильямс «Как помочь папе»: ОАО Издательство «Радуга», Москва, 2004
Оригинальное название: Judith McWilliams «The Summer Proposal», 2001
ISBN 0-373-19562-1, 5-05-005886-4
Перевод: Е. Солнцевой
Глава первая
– Нет, мистер Таррингтон! Это ни в какие ворота не лезет! Вам нельзя здесь находиться, – школьный секретарь раздраженно взглянула на него поверх очков, как уже сорок лет глядела на выпускников, нарушающих правила. Но, к немалому смущению строгой женщины, Калеб Таррингтон не обратил никакого внимания на ее слова. – Нужно было прийти вчера, в день, специально отведенный родителям для бесед с учителями, – настаивала мисс Боултон. – А сегодня учителя сдают годовые отчеты. Мисс Раффет слишком занята, чтобы принять вас.
– Я не отниму у нее много времени, – Калеб упорствовал, стараясь добиться своего. Ему было необходимо попасть к мисс Раффет.
– Попробуйте, но не уверена, что у вас получится, – не сдавалась мисс Боултон. Она жестом указала на дверь перед ним. – Кабинет мисс Раффет справа. Пятая дверь. Пожалуйста, дайте мне знать, когда будете уходить. Вы же не хотите, чтобы вас закрыли здесь на все лето, не так ли?
Но ее шутка не возымела никакого действия, так же как ее лекция. Он едва кивнул головой, пробормотав:
– Благодарю вас, – и ушел.
Мисс Боултон задумалась: зачем ему понадобилась Джулия? Что-нибудь личное? Романтическое? Она сразу загорелась этой идеей. Маленькие ученики Джулии любят ее до умопомрачения, но все четыре года, что она преподает в Виттьерской школе, мисс Боултон ни разу не замечала, чтобы нечто подобное испытывали к молодой учительнице мужчины. Особенно такие, как Калеб Таррингтон.
Она покачала головой, размышляя над странным визитом Калеба Таррингтона и романтических перспективах Джулии Раффет.
Калеб постоял за дверью секретаря, стараясь взять себя в руки и собраться с мыслями. От этого разговора так много зависит. Нужно уговорить незнакомую мисс Раффет помочь ему. Если он сможет…
Ему представилось, бледное личико Уилла, его маленькая фигурка, скованная страхом, который тот старательно пытается скрыть, и Калеба захлестнула неистовая любовь к ребенку. Его сын! Прошли уже сутки, а в душе Калеба все еще звучали фанфары.
Если только… Он резко оборвал свою мысль. Прошлое умерло. Все закончилось. Сожаления ничего не могут изменить. Теперь надо попытаться обеспечить сыну будущее. И первый шаг к этому – уговорить мисс Раффет. Хорошо бы знать о ней немного больше. Его старинный приятель Джон сказал только, что лучшего учителя не встречал за все годы своей работы директором школы. Если кто и сумеет ему помочь, то только мисс Раффет. Но возьмется ли она за это?
Расправив плечи, Калеб вошел в класс. Оказавшись в большой солнечной комнате, он инстинктивно отыскал взглядом дубовый учительский стол перед доской. Но за ним никого не оказалось. Он оглядел комнату. Стены – голые, все парты вынесены. Пусто.
Как быть? Сесть за стол и дожидаться, когда вернется мисс Раффет? Или спросить цербера, выдающего себя за секретаря, не знает ли она, где может находиться мисс Раффет?
Подожду, решил он. Внезапно слева из-за полуприкрытой двери послышался шум. Из подсобного помещения, пятясь, выходила женщина. Калеб оценивающе оглядел ее фигуру, особенно стройные бедра, обтянутые джинсами. С явным нетерпением она толкнула дверь и потянулась к чему-то над головой.
От этого движения ее серая майка натянулась на небольшой груди, подчеркнув ее совершенство. Калеб с усилием сглотнул, стараясь подавить внезапно возникший сексуальный интерес.
Не замечая его присутствия, женщина встала на цыпочки, по-прежнему пытаясь что-то достать с полки. А достав, потеряла равновесие и шлепнулась на пол. И тут же на нее рухнула полка. Посыпались цветная бумага, пыльная белая сетка и какие-то искусственные цветы. Последним прямо ей на голову свалился пакет со сверкающими золотыми блестками, которые рассыпались вокруг, покрыли ее светло-каштановые волосы, аккуратный прямой нос. Солнечный луч, пробившийся в окно, осветил все это золото и ослепил Калеба. На секунду ему вспомнились давно забытые образы ангелов, возникавшие перед его мысленным взором, когда он ходил в воскресную школу. Голос женщины вернул его к действительности.
– Пропади ты пропадом! – пробормотала она, пытаясь выбраться из золотого плена.
– Вы не ушиблись? – неожиданно прозвучал низкий мужской голос. Джулия инстинктивно повернулась, чтобы рассмотреть его обладателя, и увидела пару огромных черных ботинок. Не новых, но аккуратно вычищенных. Затем взгляд ее поднялся на длинные стройные ноги в тщательно отутюженных брюках, на пиджак, прекрасно сидевший на широких плечах. Несомненно, сшит на заказ. Впрочем в джинсах и майке этот мужчина выглядел бы не хуже. А еще лучше – в костюме итальянского придворного времен Лоренцо Великого. В бархате, шелке и…
– Вы можете сами подняться? – В голосе мужчины послышалось беспокойство, поскольку она, замечтавшись, так ничего и не ответила.
Джулия вздрогнула, смутившись, что этот очень симпатичный мужчина застал ее в не соответствующем ее профессии состоянии. Она изучала его лицо и размышляла, кто бы это мог быть. Нет, она его явно не знает. И никогда не встречала. Такого красавца она бы не забыла. Он словно явился из ее романтических грез.
– Вы не ушиблись? – опять спросил он, встревоженный ее продолжительным молчанием.
Сочувствие, отразившееся в его ярко-синих глазах, вызвало у нее дрожь. Если никто из знакомых мужчин не считает ее сексуальной, то уж тем более она не вызовет интереса у такого парня.
– Все в порядке, – пробормотала Джулия, принимая протянутую им руку и чувствуя, что странным образом боится его прикосновения. Когда же его большая рука обхватила ее маленькую ладошку, все тело ее покрылось мурашками. Встав на ноги, она отдернула руку.
– Вас совершенно засыпало этим хламом. – Он нежно стряхнул с ее волос золотую пыль.
Джулия поспешно отошла назад и стала чистить одежду, пытаясь придать себе вид более соответствующий ее учительскому положению.
– Чем могу вам помочь? – спросила она, с трудом овладев собой. Что же с ней происходит? Она ведет себя так, будто, падая, стукнулась головой, а не пятой точкой.
– Вы не знаете, где бы мне найти мисс Раффет? – спросил он. – Ведь это ее класс, не так ли?
– Я – Джулия Раффет, – сообщила она, со смесью досады и смущения глядя, как расширились его глаза при этих словах. – А вы ожидали встретить чопорную старую леди в старомодном платье и ортопедической обуви? – сухо осведомилась она.
– Нет, конечно, нет, хотя, по правде говоря, я ожидал увидеть более зрелого человека, который, по крайней мере, закончил колледж. Да и Джон говорил, что вы уже несколько лет преподаете.
– Джон? – переспросила она, окончательно отбросив надежду на то, что в ней увидели привлекательную женщину, и настраиваясь на серьезную беседу.
– Джон Варчински. Он был здесь директором несколько лет назад.
– Да, я помню его. Хотя не понимаю, зачем он говорил с вами обо мне, мистер… – Она немного повысила голос.
– Таррингтон. Калеб Таррингтон. – Он некоторое время смотрел на нее, пытаясь решить, с чего бы начать. Ему не хотелось упоминать об унизительном исходе своего брака. Более зрелая женщина, а именно такой ему представил мисс Раффет этот чертов Джон, сумела бы понять, как нормальный мужчина мог вляпаться в подобную историю. Но эта девочка…
– А почему бы вам не рассказать все с самого начала? – предложила прагматичная Джулия.
Калеб поморщился, вспоминая, что началось-то все с обычного вожделения, но не может же он сказать об этом Джулии Раффет! Она выглядит так, словно никогда не слышала ни о чем подобном. Пожалуй, его откровение может вызвать у нее гнев. Или, хуже того, узнав, что он позволяет своим сексуальным желаниям возобладать над здравым смыслом, не захочет иметь с ним дело. А она ему так нужна!
Калеб решил благоразумно опустить начало и сосредоточиться на сегодняшнем состоянии дел.
– Все началось с юношеской женитьбы, которая… – Калеб сделал жест, выражающий беспомощность, – из которой ничего не получилось.
Джулия наблюдала за выражением его лица, ища в нем признаки боли при воспоминании о его неудавшемся браке. Но ничего подобного не заметила. Похоже, он уже выкарабкался. Но почему тогда ему так трудно говорить об этом?
– Я не слишком хорошо справился, – пробормотал Калеб, смущаясь. Он вынужден говорить о вещах, которые ему хотелось бы скрыть, но если он хочет привлечь на свою сторону Джулию Раффет, то не должен ничего утаивать. Ей надо понять, как отчаянно он в ней нуждается.
– Вы разведены? – Вопрос вырвался у Джулии помимо ее воли. Она тут же успокоила себя, что лично ее это вовсе не интересует, просто она хочет помочь ему добраться до существа дела.
– Да. – Равнодушно брошенное слово вызвало у Джулии сплав противоречивых чувств, которые она не стала анализировать. – Моя бывшая жена – талантливая художница. Когда выяснилось, что она беременна, она решила, что замужество душит ее творческие способности. И подала на развод. К тому же Мерна сказала, что ребенок не от меня.
Джулия недоверчиво подняла бровь.
– И вы ей поверили?
– У меня были достаточные основания ей верить! Но даже зная о ее романах… если бы я настоял на тесте ДНК… – в его голосе чувствовались боль, сожаление, сознание своей вины.
– Понятно. – Джулии неожиданно захотелось обнять его и утешить, чтобы облегчить душевную боль, застывшую в его глазах.
Она напомнила себе, что нельзя все принимать близко к сердцу. Это одно из основных правил педагога. А она его регулярно нарушает.
– Впрочем, все это дело прошлое, – продолжил Калеб. – Сыну моему уже шесть лет. И вот вчера утром без всякого предупреждения адвокат моей жены привез ко мне в офис Уилла вместе с документами от Мерны, передающей опеку над ним мне.
Калеб говорил спокойно, не выказывая той огромной любви, какую он испытывает к сыну с тех пор, как увидел его впервые. И доказательства отцовства, которые представил адвокат Мерны, ему не были нужны. Достаточно было взглянуть на ребенка. Все, видевшие Уилла, сразу определяли, что он Таррингтон.
Калебу немедленно захотелось обнять мальчика и высоко подбросить его. Попробовать объяснить, почему он до сих пор отсутствовал в его жизни. Но неподвижная поза и застывшее личико Уилла не позволили ему отважиться на такое выражение чувств. Как он может оправдаться в глазах сына? Рассказать ребенку, какая у него мать? В шесть лет лучше не сталкиваться с такими знаниями.
– Суть проблемы, мисс Раффет, такова: внезапно я обнаружил, что несу ответственность за шестилетнего сына, о котором ничего не знаю. Черт возьми, я вообще никогда не имел дела с детьми! К тому же моя экономка – старая дева и никогда не сидела с детьми.
– Одинокая, – пробормотала Джулия. – Теперь нет такого понятия – «старая дева».
Но Калеб не расслышал ее замечание. Его занимало только одно – как объяснить этой учительнице серьезность положения.
– Но самое главное произошло сегодня утром, когда я спросил Уилла, какой класс он закончил, чтобы определить его в школу. И вы знаете, что он мне ответил? – Нервничая, Калеб начал ходить взад-вперед вдоль доски.
– Будьте осторожны, вы запачкаете свой костюм мелом, – машинально предостерегла его Джулия.
– Что? – Калеб с удивлением оглянулся и улыбнулся. – Тогда мы станем подходящей парой. Я – в мелу, а вы – в золотых блестках.
Подходящей? В его словах ей послышался интимный оттенок.
– Мой сын сказал, что он вообще не ходил в школу.
– Дети способны на разные выдумки, – предупредила его Джулия. – Особенно в таком возрасте. У них еще не существует твердого различия между фантазией и реальностью.
– Ну, хорошо. – Он словно и не обратил внимания на ее слова. – Я позвонил Мерне, чтобы выяснить это, и она сказала, что школа только засоряет детский ум. Она хотела, чтобы Уилл учился по собственному желанию, а не потому, что его заставляют. Поэтому она зарегистрировала его как обучающегося дома и предоставила ему самостоятельность. Она настаивала, чтобы и я оставил его в покое, он, мол, постепенно сам всему научится.
– Да… интересная теория, – Джулия с трудом удержалась от резкого замечания.
Бывшая жена Калеба Таррингтона, судя по всему, на редкость эгоистичная и эгоцентричная женщина. Наверно, он был в нее чертовски влюблен, если не заметил всего этого до женитьбы. Эта мысль неожиданно опечалила ее.
– А почему сейчас?.. – спросила Джулия.
– Что? – Калеб выглядел озадаченным.
– А почему она внезапно передала вам опеку над ребенком?
– Ее неожиданно пригласили создать скульптуру или что-то подобное в Венеции, и она решила, что Уиллу там не понравится.
Скорее всего, дорогая Мерна сочла, что слишком обременительно тащить с собой в Европу шестилетнего ребенка, сердито подумала Джулия, потому-то она и решила подкинуть его отцу.
– Так или иначе, – продолжал Калеб, – когда я понял, что Уиллу придется идти в школу без знаний того, что уже знают остальные дети, я позвонил Джону, единственному знакомому преподавателю, и попросил у него совета.
– И Джон предложил меня? – медленно произнесла Джулия, только-только начиная понимать, что от нее хотят.
– Да, он сказал, что вы – лучший учитель младших классов, какого он когда-либо встречал.
Джулия постаралась скрыть, что комплимент ей приятен. Даже вдвойне приятен, если учесть, что Джон скуп на похвалу.
– Я хочу пригласить вас на лето, чтобы вы подготовили Уилла к обучению во втором классе, – продолжал Калеб. – Ему и так придется привыкать жить с отцом, которого он прежде никогда не видел, в городе, о котором он и не слыхал, а еще перескочить через класс.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16


А-П

П-Я