https://wodolei.ru/catalog/stalnye_vanny/170na70/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тори проглядела его. Это был факс от Мэтта.
Она совсем забыла, что они могут вести свои дела без лишних разговоров по телефону. Больше не будет ни встреч в офисе, ни телефонных звонков. Последняя надежда на примирение исчезла. Нервы у Виктории не выдержали.
Она закрыла лицо руками, и горячие слезы покатились по ее щекам. Она потеряла его навсегда.
Тори знала, что за ней с любопытством наблюдают сослуживцы. Но ей было все равно. Никогда еще ей не было так необходимо побыть в одиночестве. Она отошла к диванчику, села в уголок и уставилась в стену перед собой. Стараясь успокоиться, она сжала лицо руками, борясь со слезами, которые сочились сквозь пальцы.
Через несколько минут ей удалось взять себя в руки. И только тогда она заметила, что факс Мэтта все еще был у нее в руках. В нем говорилось что-то про акции. Заинтересовавшись, она положила смятую страницу на колени и стала читать. В своем сообщении Мэтт объяснял, что одна из акций, которую он купил ей, падала в цене. Хочет ли она продать ее, пока она не станет еще дешевле, или хочет подождать, так как скорее всего она снова поднимется в цене? Если она пришлет факс обратно, это будет означать, что она продает акцию. Если нет, значит, она ее оставляет.
У нее опять выступили слезы, но уже от злости, захлестнувшей ее. Она скомкала листок и бросила его в урну. Значит, вы совершили все же ошибку, мистер Совершенство!
Но он был ее мистером Совершенство, Виктория понимала это. И она хотела вернуть его. Она вынула из сумочки зеркальце и, глянув на свое отражение, ужаснулась, увидев красное лицо и заплаканные глаза. Она припудрила покрасневшую кожу и надела солнечные очки.
Игнорируя взгляды своих коллег, она спокойно прошла к своему столу, высоко подняв голову. Сев, Тори взяла трубку и набрала номер Мэтта.
Когда он взял трубку, она начала говорить без всяких церемоний:
– Я надеялась, что ты мне порекомендуешь что-нибудь надежное! Ты говорил, что я должна вкладывать свои деньги, чтобы получать доход. Но мне не нужен был твой совет для того, чтобы их потерять. Я и сама могла бы это сделать. – Она прикусила язык. Мэтт скоро узнает об Эллисе.
– Я слышал, что Эллис исчез. Сожалею.
– Это не оправдывает того, что ты сделал. Ты должен был делать мне деньги, а не терять их. – Своим негодованием она хотела скрыть свою боль. Она хотела услышать его настоящий голос, а не этот безличный деловой тон.
– Все вложения – это спекуляция. Ты прекрасно знаешь это. Но одни вещи очевидны, другие не совсем.
– Например, фондовый рынок? – Она говорила ничего не значащие слова, хотя с языка у нее рвались совсем другие.
– В отношении того, с кем ты имеешь дело и что это за дело, – да.
Виктория поняла, что он имел в виду вовсе не акции и облигации.
– Но ты ведь всегда знаешь, что делаешь. Ты ведь всегда прав? – Ей хотелось уколоть его, обидеть, чтобы ему было так же больно, как и ей. – Не всегда. Иногда я так заблуждаюсь, что начинаю сомневаться в собственном рассудке. Прости, что так получилось, Тори. Что ты будешь делать с акцией? Мне кажется, она опять начнет расти, как только пройдет паника. – Его голос был совершенно безразличным. – Это довольно стабильная акция, и она прилежно приносила доход последние лет десять.
– Продавай ее! – закричала она и швырнула телефонную трубку.
Она больше не могла быть в офисе ни минуты. Ей нужно было побыть одной, чтобы хорошенько подумать. Он должен понять, что их теперь связывают особые отношения и нельзя одним махом уничтожить то прекрасное, что было между ними. Виктория должна доказать ему, как сильно она его любит.
Когда Мэтт услышал гудки в трубке, он покраснел от злости. Он сделал для нее все, что мог, но один раз в жизни просчитался, а она уже так негодует. Но он заслужил это. Чувство негодования на самого себя переполняло его. Он был дерзок и самоуверен. Он был далеко не таким идеальным, каким хотел бы быть. Деньги, которые Виктория потеряла, следуя его советам, были не намного меньше той суммы, которую она собиралась потратить на круиз.
Но как он был рад услышать ее голос. Впервые за последние двадцать четыре часа он улыбнулся, вспоминая ее шепот и стоны во время их близости. Сев поудобнее, он положил ноги на стол.
Он решил послать ей факс, так как не хотел выслушивать ее вопли негодования. Но она сама позвонила ему. А когда она говорила, ему хотелось услышать совсем другое – нежный ласковый голос, который бы навевал ему мечты о ночах, проведенных вместе, и о… свадебном марше.
Внезапно ему пришло в голову, что в его мыслях была уже не Виктория, а Тори. И что он сам только что назвал ее таким именем. Для него ее перевоплощение было окончательным. Она стала той женщиной, которой хотела быть.
Мэтт не врал ей, когда говорил, что ему нравилась прежняя Виктория. Она не исчезла, она была где-то рядом, слившись с Тори, женщиной, которую он любил.
Он должен придумать что-то, чтобы вернуть ее. Отказавшись от нее, он откажется от себя. Мэтт хотел провести всю оставшуюся жизнь с ней, с этой страстной и нежной женщиной. Он хотел снова называть ее своей Викторией.
Он должен сделать что-нибудь, пока не потерял ее совсем. Мэтт заложил руки за голову и закрыл глаза – поза, в которой ему приходили лучшие идеи. Он перебирал идеи, приходившие ему в голову, и отбрасывал их одну за другой. Наконец он открыл глаза и с грохотом опустил ноги на пол. Ему пришел в голову замечательный план.
15
Он назвал ее Тори!
Это открытие ошеломило ее. Ей показалось, что она ошиблась. Никогда, с тех пор, как она изменилась, Мэтт не называл ее этим коротким именем.
То, что он назвал ее Тори, доказывало, что она добилась своего.
Но это была ненужная победа. Слишком поздно. Без него ее жизнь была пустой. Лучше бы эта ее мечта не исполнялась.
Мэтт любил ту женщину, которой она была раньше, поэтому и называл ее Виктория. Сейчас, потеряв его, Тори поняла, что любила его больше всего на свете, больше, чем деньги, которые, как ей казалось, должны были принести ей счастье.
И она знала, что нужно сделать, чтобы все было по-прежнему. Хватит жалеть о том, что было, и хныкать! Если она не будет действовать, то наверняка потеряет любимого человека.
Сразу после короткой остановки в супермаркете она поехала домой, где поскорее залезла под душ. Потом, уложив волосы, она перерыла весь шкаф, пока не нашла подходящее платье. Когда она уже надевала туфли, зазвонил телефон. Виктория подняла трубку. Она услышала голос Мэтта, и ее сердце забилось как сумасшедшее.
– Ты не могла бы встретиться со мной на побережье Лэйк-Трайл?
Это было то самое место, где они гуляли после того памятного ужина в «Шато», когда она проиграла пари. Именно там началась их любовь. В ее мечтах это было сказочным местом, единственным в мире, где они не спорили. Неужели он чувствовал то же самое?
– Зачем? – спросила она.
– Потому что я хочу тебя видеть. Потому что нам необходимо поговорить. Потому что… ну что ж, потому что у меня есть план.
Тори почувствовала, что ее губы расплываются в улыбке. По собственному опыту она знала, что, когда он так говорит, должно произойти что-нибудь замечательное. Она была рада, что собиралась так долго и Мэтт успел застать ее дома. Если бы он позвонил на пять минут позже, Виктория бы уже ехала к его офису.
– Когда ты хочешь встретиться?
– Ты можешь выйти прямо сейчас? – Мэтт не скрывал своего нетерпения.
На секунду она задумалась, не отложить ли встречу. Но сразу же отбросила эту мысль.
– Как только я надену вторую туфлю, я выйду.
– Я буду ждать. – Мэтт повесил трубку.
Несколько минут спустя Виктория стремительно ехала по дороге, стараясь везде успеть на зеленый свет. Но из-за часа пик движение было медленным, и она едва сдерживала в себе растущее нетерпение. Наконец Виктория выехала на мост. Внутри нее все заныло от предвкушения и восторга от столь близкой встречи с Мэттом.
На стоянке Виктория увидела свободное место и решила, что это хороший знак. Она так страстно желала его увидеть, что не обращала внимания ни на послеобеденную жару, ни на что-либо другое. Ее мысли, чувства, ощущения словно бы на время отключились до того мгновения, пока она, наконец, увидит своего любимого. Она направилась по газону к набережной.
Внезапно Виктория замедлила шаг. После всех переживаний она не могла заставить себя торопиться. А вдруг Мэтт решил встретиться с ней, чтобы положить конец их отношениям? Или чтобы передать свои дела по управлению ее финансами кому-нибудь другому? Невозможно. Если бы так и было, он бы не стал ей звонить, а послал бы еще один дурацкий факс. Нет. Он действительно хотел того же, что и она: прояснить все в их отношениях.
Она увидела Мэтта и остановилась. Мэтт не мог поверить своим глазам. Женщина, которая шла к нему, была Тори, и все-таки это была не она.
Ветер трепал ее каштановые волосы, уложенные в высокий шиньон. Что она сделала с собой? Она боролась с ветром, пытаясь удержать поднимающуюся все выше и выше длинную юбку ее голубого платья. Он вспомнил, как во время их краткого и не совсем удачного пребывания на Кизе она точно так же боролась с ветром, пытаясь откинуть волосы с лица. Воспоминание о том вечере нахлынули на него. Если бы можно было все начать сначала! Он не мог предположить, что все закончится именно так.
Он помахал рукой и поспешил навстречу. Подойдя ближе, Мэтт узнал это платье. Это было первое платье, которое Виктория купила после продажи дома. Он также вспомнил, что она надевала его на их свидание в «Розовой креветке». Ему еще не понравилась его старомодная длина и скромный фасон. Сейчас же шелк облегал изгибы ее тела очень соблазнительно.
– Что ты сделала? – спросил он, дотрагиваясь до ее волос.
– Ты же хотел видеть Викторию…
Он поцеловал ее в макушку.
– Тебе же нравились твои светлые волосы и твои новые вещи.
Одним движением Мэтт вынул шпильки из ее прически, и волосы рассыпались по плечам. Он откинул рукой кудряшки с ее лица.
– Мне они тоже нравились. Тебе не стоило это делать ради меня.
Их взгляды встретились, и Тори почувствовала, как соединились и их души.
– Я сделаю так, как тебе нравится, – сказала она.
– Мне нравится все, что делает тебя счастливой, – ответил Мэтт. – Я не считался с твоим мнением раньше. Мне казалось, что ты должна снова измениться, сделаться такой, как раньше. Я был не прав.
– Нет, ты был прав.
Мэтт скорчил гримасу:
– Нет, не был.
С тех пор как они расстались прошлой ночью, он много размышлял о ней и понял, что в новой Тори множество вещей, которые ему нравились больше, чем в прежней Виктории. Ему нравился ее смех, ее оптимизм. С ней он чувствовал себя свободно, ему было весело, не нужно было строить из себя счастливого влюбленного, он им действительно был. И именно с ней он понял, что такое любовь.
Она заставила его понять, как много он пропустил с тех пор, как переехал во Флориду и стал жить отшельником. У него ни на что не было времени, даже чтобы покататься на серфинге. Теперь же он мечтал вернуться к прежним увлечениям и предвкушал радость от их совместных занятий серфингом и подводным плаванием.
– Ты был прав в отношении меня. Я была легкомысленной и глупой. – Виктория попыталась заглянуть в его мысли и понять их. – Я была двулична.
Мэтт покачал головой:
– А я был слишком важным и надутым, как индюк. – Он почувствовал прикосновение ее пальцев на своей щеке.
– Какая же я была идиотка. Мечтая о несуществующих воздушных замках, я чуть не потеряла тебя, чуть не потеряла возможность общего будущего с… – Она запнулась. Мэтт никогда не говорил ей ни об общем будущем, ни о любви. Но она могла прочесть это в его глазах, его жестах. Неважно, кто это скажет первым. – …с человеком, которого я люблю.
– А я и есть тот человек?
– О да, – страстно желая очутиться в его объятиях, Виктория потянулась к нему.
Но вместо того, чтобы обнять ее, Мэтт взял ее за руку и повел на берег.
– Пойдем, я хочу показать тебе кое-что.
Это было частью его плана, она знала это. Сгорая от любопытства, Виктория подчинилась ему. Рядом с пристанью стояло несколько лодок, катеров, яхт. Неужели он арендовал яхту? Это и был его план?
Мэтт указал на новую лодку с поднятыми парусами.
«Как замечательно, – подумала она, – они поедут кататься».
– Что ты думаешь о ней? – спросил Мэтт.
– Она очень красивая. Похожа на ту, которую мы видели, сидя однажды у твоего дома.
– Да, ты права.
Когда они подошли поближе, она увидела название лодки, голубые буквы которого выделялись на белом корпусе: «Виктория Г.».
– Мэтт! – воскликнула она. – Неужели?..
– Ты считаешь, ты этого не заслуживаешь?
– Где-то я это уже слышала… – Тори кивнула. – Мы заслуживаем этого. – Она сделала ударение на слове «мы».
– Это еще не все.
– О?
– Давай поднимемся на лодку, и я покажу тебе еще кое-что.
«Господи, что он еще придумал?» – гадала Виктория, поднимаясь на лодку. К тому же он еще не произнес ни слова о любви, пока только его подарок говорил об этом. Она была готова лопнуть от счастья, и ей хотелось упасть в его объятия, но Мэтт не торопился прижать ее к себе.
Он стоял, протягивая ей бархатную коробочку. Виктория даже не знала, что и думать. От Мэтта всего можно ожидать. Но если это будет брошь, на этот раз в виде морской звезды или раковины, она будет разочарована.
– Ты не хочешь открыть ее?
Тори не торопилась. Она наслаждалась волнующим моментом.
– Но мне нечего подарить в ответ.
– Неправда. У тебя есть твои каштановые волосы и голубое платье. Эти чудесные подарки говорят мне о том, что я для тебя значу. – Он нежно поцеловал ее. – Я люблю тебя. Мне уже давно это надо было сказать тебе.
От счастья она не находила слов и молча вертела коробочку в руках.
– Открой ее, – приказал Мэтт.
Она подняла крышку. Блеск бриллиантов ослепил ее. У Тори перехватило дыхание. Это было обручальное кольцо. Но если бы там лежала полоска из папиросной бумаги, она была бы не менее дорога ей, так как это был подарок Мэтта.
Его глаза сияли не меньше, чем драгоценные камни. Мэтт достал кольцо.
– Ты будешь носить его?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25


А-П

П-Я