https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/Elghansa/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А еще ей надо сосредоточиться на Форде – найти его и помочь ему.
Она проверила, на месте ли в седельном чехле ружье, перекинула уздечку и села в седло.
Ей повезло. Через час она нашла ручей, в котором можно было напоить Сэди и быстро умыться самой в ледяной воде. И почти сразу же за ручьем она напала на следы Слейда. Здесь недавно был его лагерь. В неглубокой впадине, где рейнджер разводил огонь, зола еще была теплой, и желудок Кэтрин запротестовал против холодного завтрака, съеденного в седле.
Ее удивило, что Слейд выбрал для ночлега место, открытое для друзей и врагов. Едва ли у него было много друзей. Изумило ее и то, что он разжигал огонь. Большинство путешественников чувствовали себя спокойнее, если не оставляли на своем пути следов. Стояла осень – время набегов. Однако, призналась она себе, Слейд не похож на большинство путешествующих. В нем ощущалась жесткость, бесстрашие. Да, тетя Ди была права: Слейд – человек опасный.
Наверняка здесь проезжал Слейд: следы копыт первой лошади были крупными и далеко отстояли друг от друга. Крупное животное – как тот пятнистый мерин. Другие следы явно принадлежали вьючной лошади, которая шла на поводу. Кэтрин пустила Сэди шагом. Она совсем не собиралась догонять Слейда, и у нее не было никакого желания с ним встречаться. Она хотела только ехать за ним следом, по крайней мере, пока.
Весь день стояла хорошая погода – солнечная, с прохладным ветерком. Они пересекли несколько неглубоких речек – были ли они самостоятельными потоками или рукавами одной и той же реки, Кэтрин определить не могла. На широких полях Сэди давила своими копытами сухие стебли васильков и горных гвоздик. Вскоре эти цветные пятна, так же, как и сохранившиеся еще разливы крошечных белых маргариток, скроет зима.
Слейд придерживался северного направления, и Кэтрин уже не так пристально следила за его следами, проверяя их всего несколько раз за день. Рейнджер не менял скорости: следы копыт чередовались равномерно, и Кэтрин понимала, что он бережет силы лошадей для долгого пути.
В последний час перед наступлением сумерек она вдруг услышала ружейный выстрел. Он ее удивил, а потом страшно разозлил. Ее скромные трапезы «в холодную» казались ей совсем печальными при мысли, что у Слейда на ужин горячее свежее мясо. Ей пришло в голову, что рано или поздно она вынуждена будет отстать от рейнджера, чтобы он не услышал выстрелов, когда она станет пополнять свои запасы. С собой она взяла довольно мало еды.
В ту ночь Кэтрин снова не решилась разжечь огонь, потому что Слейд мог оказаться слишком близко и увидеть или почуять дым ее костра. Разложенного им огня она не видела, но на следующее утро ее опять дразнили обглоданные косточки в холодной золе.
Негромкие проклятья Кэтрин заставили Сэди повести ушами.
Второй день был похож на первый, однако третий принес с собой перемены. Солнечное утро сменилось облачным полднем. С холмов подул сильный ветер, и сразу резко похолодало, Кэтрин вынуждена была одеться потеплее. Она с благодарностью подумала о тете Ди, которая заставила ее взять куртку на толстой подкладке. Пусть она делала девушку несколько неуклюжей, но зато дарила благословенное тепло.
Какое-то время Слейд ехал вдоль берега реки, потом пересек ее. Для Кэтрин эта переправа оказалась мучительной. Холодная вода поднималась все выше, пока Сэди вдруг не поплыла. Из-за нескончаемых осенних дождей река сильно поднялась. К счастью, она оказалась неширокой. Выбравшись из реки совершенно мокрой, Кэтрин, чертыхаясь, пожелала в душе Слейду того же.
Она обнаружила его след почти сразу же, как только Сэди вышла на берег. Когда начало темнеть, у Кэтрин уже зуб на зуб не попадал. Услышав звук выстрела, она вздрогнула, хотя на этот раз он не был неожиданным. Ей надо было сделать выбор: ночевать прямо здесь, на открытом месте, или ехать к лагерю Слейда, где наверняка будет защита от ветра, костер и горячая еда. Она поехала.
Запах костра она почувствовала раньше, чем увидела огонь. Когда он стал заметен, она громко окликнула Слейда. Сэди нетерпеливо стучала копытом. Из темноты прозвучало:
– Можете подъехать.
Она так и сделала. От северного ветра лагерь защищали скалы, на западе была небольшая рощица. Между стволами бежал узкий ручей.
Костер Слейда горел в глубокой впадине, укрытый от ветра. Слейд сидел рядом с ним, набросив одеяло на плечи, небрежно положив на колени ружье. Он молча наблюдал, как Кэтрин расседлывает Сэди и спутывает ей ноги, чтобы отпустить пастись. Девушка оставила свое седло рядом с его, но вытащила из тюка ружье и одеяло. Когда она подошла ближе, он кивком пригласил ее к огню и остаткам ужина.
Без колебаний или брезгливости она взяла его тарелку и наполнила ее жестким мясом дикой индейки и горячими бобами. Ела она его ложкой. Отложив в сторону ружье, он сидел неподвижно по другую сторону костра. Ей показалось, что он спит. Очистив тарелку, Кэтрин положила себе еще.
Немного утолив самый острый голод, она ела теперь медленнее, и в ней вдруг проснулось подозрение, для кого он приготовил столько еды…
– Планируете найти своего братца раньше меня?
Кэтрин чуть не подскочила от неожиданности. Подняв глаза, она увидела, что Слейд наблюдает за ней, и опустила ложку, которую уже подносила ко рту.
– Собираюсь попробовать.
– И считаете, что у вас получится?
Голос его звучал абсолютно ровно, так что невозможно было сказать, что кроется за его вопросом: гнев, насмешка или просто любопытство.
Она пожала плечами:
– Вы знаете, где команчи Сломанной Стрелы устроились на зиму. Я – нет. Но вам, возможно, не удастся пройти в их лагерь. А я пройду.
– Так… Вы думаете, Убивающий Волков будет рад вас видеть?
Она застыла, не отвечая. Можно было представить себе, что кроется за этими словами, но ей было неважно, что он о ней думает.
– Убивающий Волков и его товарищи сожгли в прошлом году дюжину хуторов. – Говоря это, Слейд смотрел на нее жестким взглядом. – Некоторые даже не один раз и уже у Техуаканы. Благодаря мудрости Сломанной Стрелы мы заключили нечто вроде мира с большинством его людей. Только Убивающий Волков не пошел на это из-за Стоун Крик. Если он получит ружья, которые ему обещает Раск, остановить его будет невозможно. Он убивает всех белых, которые ему попадаются.
– У него есть причина.
– Потому что конные солдаты забрали его женщину?
Кэтрин постаралась скрыть свое удовлетворение. Значит, ее обман не раскрыт. Они все еще считают, что она была женой Убивающего Волков.
– Потому что они забрали меня и его дочь. И потому что они убили его старого отца и маленького сына его брата. – Каждое ее слово было наполнено ядом. – О да, мистер Слейд, у Убивающего Волков есть оправдание каждой капле крови, которую он проливает.
– Он убивал и до того. Задолго до того. Пирсонов… – он сделал паузу, – и других…
Кэтрин отставила тарелку в сторону.
– Похоже, вы не мало знаете об Убивающем Волков. И обо мне.
– Рапорты, – коротко ответил он. – Армейские рапорты о вашем исчезновении и возвращении.
Он все их прочел – каждое слово. Она заметила, что он не употребил слова «спасение», и поняла, что рапорты были полными.
– И там есть папка, посвященная одному Убивающему Волков.
Было совершенно ясно, что он хочет сказать. Эти рапорты он прочел не один раз, пытаясь свести все воедино, чтобы ясно понять, что движет Убивающим Волков.
– Могу себе представить, – безрадостно отозвалась она. – Но что эти рапорты могли сказать о действиях армии Соединенных Штатов?
– Наверное, именно то, о чем вы думаете. – Увидев выражение ее лица, Слейд покачал головой. Он разделял ее возмущение ложью, но не мог позволить себе роскошь признаться в этом. – Никто не имеет на это право, убийства должны где-то остановиться. И кому-то надо взять на себя неприглядную обязанность прекратить это.
– И какие обязанности у вас? Это было вызовом.
– Не дать Раску сделать обстановку еще хуже.
– Если Убивающему Волков нужны ружья, он их получит.
Кэтрин была в этом убеждена. На ее памяти Убивающий Волков еще ни в чем не терпел неудачу.
Сидевший по другую сторону костра Слейд пытливо посмотрел на нее.
– Приехав в Нью-Браунфелс, я искал человека, который имел бы влияние на Форда Беллами и убедил бы его помочь мне взять Раска. Похоже, я чуть не промахнулся. На самом деле мне нужен человек, который мог бы повлиять на Убивающего Волков. Раск не сможет продать ружья, если не найдется кому их купить.
– И вы думаете, что я стану вам помогать?
Она презрительно засмеялась. Армия не принесла ей ничего, кроме боли. Для нее Слейд и ему подобные символизировали смерть и разрушение. Она никогда не станет помогать им уничтожать индейцев.
– А это и не понадобится. Убивающий Волков будет благодарен мне, если я верну его женщину.
– Никто меня никому не вернет. Я буду следовать за вами, пока мне это будет нужно. Но если понадобится, я сама сумею отыскать Убивающего Волков и моего брата. И вы можете идти к черту!
– Возможно. Но даже если у тебя это получится, захочешь ли ты, чтобы отец твоей малышки убивал таких, как она.
– Моя дочь не такая, как все. Она не белая и не индианка, но команчи примут ее и сделают ее своей. А белые этого делать не желают. И пусть Убивающий Волков выгонит из Техаса всех белых, мне все равно, – закончила она с яростной прямотой.
Наступила мертвая тишина, потом Слейд поудобнее устроился на своем одеяле.
– Тебе стоит поспать, Кэтрин Беллами. Голос его звучал почти мягко.
Возражать было глупо, Кэтрин завернулась в одеяло и улеглась поближе к огню. Ружье она держала в руке.
Перед тем, как девушка заснула, Слейд опять заговорил:
– Ты бежишь обратно к команчам или убегаешь от белых?
Она не стала отвечать.
ГЛАВА 4
Тихое всхлипывание заставило его проснуться. Звук был такой слабый, что казался прочти призрачным. Слейд затаился, стараясь понять, откуда он идет. Что-то знакомое почудилось ему в этом звуке, он походил на плач еще не проснувшегося ребенка. И тут Слейд понял, что это плакала Кэтрин. Он понял, что она спит и видит сон.
Он подавил слабый всплеск сочувствия, которое она в нем вызвала, и изумился, что обнаружил в себе это чувство. Он давно уже твердо усвоил истину: следует оставаться равнодушным по отношению к добыче или к тем, кого используешь, чтобы выслеживать добычу. Он знал, какова плата за слабость, ценой может стать жизнь.
Что он мог позволить себе, так это восхищение. Кэтрин Беллами была горда и яростна, как настоящая индианка. Команчи нашли ей хорошее имя – Смелый Язык. Ее взгляд проникал в самое сердце человека, а в это время ее язык сек его душу. В армейском рапорте, составленном молодым капитаном, который руководил ее «спасением», подробно рассказывалось, как Кэтрин пыталась вырваться на свободу, но по нему нельзя было представить, как она красива. И хотя она, с ее тонкой талией и пышной грудью, казалась Слейду прекрасной, он подозревал, что большинству мужчин ее черты показались бы чересчур решительными.
Слейд испугался, что его мысли потекли в опасном направлении. Он должен подавить чувственное влечение к этой девушке. Она – женщина Убивающего Волков. Он поплотнее закутался в одеяло и, заставив себя не слышать тихих всхлипываний, доносившихся к нему через костер, заснул.
В первый раз Кэтрин проснулась, когда небо только чуть посерело, предвещая рассвет. Она, скорее, ощутила, чем увидела Слейда по другую сторону костра, подбросила в огонь дров и снова заснула. Когда она проснулась вторично, дневной свет уже бил ей в глаза, Слейд сворачивал свое одеяло. Она с трудом поднялась, чувствуя себя усталой и неопрятной. Глаза у нее болели.
Слейд скрылся среди деревьев, и она снова развела костер, осторожно подбрасывая в него тонкие ветки, пока огонь не разгорелся. Соленый бекон, который она выложила на сковороду, был из ее сумки.
Возвратившийся Слейд принес полный чистой воды кофейник, в который насыпал молотого кофе. Кэтрин никак не могла придумать, что ему сказать, и оставила его присматривать за завтраком, скрывшись среди редких деревьев. Вода в ручье оказалась обжигающе холодной, и Кэтрин ужасно захотелось вымыться в ванне.
Бекон был уже снят с огня, и Слейд, порывшись в ее седельной сумке, отыскал оловянную тарелку и кружку и наполнил их.
Они почти закончили завтрак, когда он заговорил:
– Мне надо кое-кого встретить в лагере Сан-Саба, и только потом я поеду дальше. Вы едете?
– Вы скажете мне, где найти лагерь Сломанной Стрелы?
– Нет.
Она пожала плечами:
– Еду.
Слейд встал и выплеснул остатки кофе в огонь. Кэтрин быстро проглотила последний кусок и бросилась мыть посуду. Руки у нее все еще ныли от холодной воды, когда она затягивала подпруги на своей кобыле. Однако она надеялась, что нынешний день окажется теплее, чем вчерашний. Подбирая повод, она увидела, что Слейд бесстрастно дожидается ее. Если он и был раздражен, что она копается, по его лицу этого не было видно. Она начала уже думать, что по его лицу вообще ничего не бывает видно. Ни гнева, ни раздражения – ничего. Глаза его были непроницаемыми: только чуть суживались, когда он что-то прикидывал, но мыслей его не выдавали. Только по голосу иногда можно было определить, что он чувствует.
Перед тем как тронуться, он встретился с ней взглядом.
– Тебе снятся кошмары?..
Это было наполовину вопросом, наполовину утверждением. Теперь Кэтрин поняла, почему у нее болят глаза и голова. Она не отвела взгляда.
– Да.
– Сегодня вечером мы будем в Сан-Саба. Можно было подумать, что предыдущей фразы он вообще не говорил.
Кэтрин молча пустила Сэди рядом с пятнистым конем Слейда. Хотелось бы ей забыть о своих кошмарах так же легко, как это только что сделал он! Она все еще ощущала леденящее дыхание страшного сна. Кошмары начали преследовать ее с тех пор, как она попала в плен к команчам. После насильственного освобождения Кэтрин ужасные сны участились.
Первые недели после нападения у Стоун Крик были кошмаром наяву. Страшно боясь, как бы кто-нибудь в форте, где ее держали, не узнал о том, что Шей – не ее дочь, она каждую ночь просыпалась от ужасных видений:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31


А-П

П-Я