https://wodolei.ru/catalog/sistemy_sliva/sifon-dlya-rakoviny/Viega/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Анджела оказалась высокой, пяти футов и восьми-девяти дюймов, и очень грациозной. Теперь, когда рядом не было сестры, она разговорилась.
- Простите, мисс Хатли, что доставили вам столько хлопот,- извинился Маллет.
- О, мне это несложно,- проговорила Анджела с таким видом, будто ее попросили всего лишь отнести письмо на почту.
- Но ведь для вас это, должно быть, тяжелое испытание,- предположил Маллет.
- В некотором смысле, конечно,- согласилась Анджела.- Но первый шок уже прошел. Видите ли, ведь это я нашла его, так что худшее мне уже известно. На этот раз я не пойду с вами до конца. В этом нет надобности. Последние повороты вы преодолеете без меня, а я подожду вас.
Против ожиданий Анджелы, мужчины промолчали. Она посмотрела сначала на одного, потом на другого. Сообразив, что их молчание имеет определенный смысл, она продолжила:
- Не ждите от меня проявлений скорби. Я предоставляю это сестре, она лучшая актриса, чем я.
Снова повисло молчание, и наконец Фицбраун набрался храбрости и спросил:
- Вы хотите сказать, что не сожалеете о смерти отца?
Теперь они шли по желтой гравиевой дорожке через розовый сад. Аромат роз был одуряющим.
- Да,- холодно проговорила Анджела.- Я не сожалею о смерти отца, хотя, конечно, мне его жалко - жалко, что его настигла именно такая смерть. Мне было бы точно так же жалко любого другого. Августин любил жизнь. До такой степени, что при любой возможности вытягивал ее из других.
- Что вы имеете в виду?- уточнил Фицбраун, чувствуя напряжение в ее голосе.
- Ну, так же, как плющ вытягивает жизнь из дерева. Думаю, отца нельзя осуждать за это, как нельзя осуждать плющ. Его жизнь - это единственное, что имело для него значение, следовательно, он должен был обладать всем необходимым, чтобы подпитывать ее. Он считал это само собой разумеющимся.Она неожиданно повернулась к доктору: - Вы понимаете?
- Наверное,- ответил Фицбраун.- Профессия сталкивала меня с множеством случаев родительского эгоизма.
Анджела отвернулась с презрительным смешком.
- Эгоизм. Это слово не подходит для характеристики Августина. Нужно другое.
- Правильно ли я понимаю,- осторожно вмешался в разговор Маллет,- что вы были жертвой?
- Правильно,- ответила Анджела.
- А ваша сестра?
- Алитея?- Девушка рассмеялась.- Надо же, Лети - жертва! Оригинально! Лети никому не позволяла мучить себя, даже Августину. Она сама законченная эгоистка. Если надо кого-то помучить, она будет первой в очереди.
Дабы сменить тему разговора и отвлечь Анджелу от мрачных мыслей, Фицбраун сказал:
- Как я понял, в вашем доме кто-то гостит? Это обычная ситуация для выходных?
- Это стало обычным с тех пор, как Алитея вернулась домой после развода. До этого Августин запрещал приглашать гостей. Но Лети настояла.
- Ваша сестра имела большое влияние на отца - большее, чем ваше, да?
- Он обожал ее,- ответила Анджела.
Они добрались до входа в лабиринт.
* 8 *
Лабиринт находился в юго-западной части сада и занимал около акра. Тем, кто попадал в лабиринт, он казался огромным. Вход, вырезанный в плотной стене тисов, был шести футов в высоту и трех в ширину. Над искусно вырезанной аркой были также искусно выстрижены две птицы с длинными распушенными хвостами.
Фицбраун остановился и сделал вид, будто разглядывает птиц, на самом же деле ему просто захотелось чуть подольше побыть на солнышке прежде, чем они погрузятся в мрачный сумрак лабиринта.
- Это павлины,- ответила Анджела на невысказанный вопрос Фицбрауна.Августин говорил, что они через Алитею и меня олицетворяют всех женщин. Он страшно презирал женщин.
- Но это же самцы!- воскликнул Фицбраун.
- Не придирайтесь,- сказала Анджела.- Августин всегда игнорировал факты ради идеи. Он вообще ненавидел все научное.- Фицбраун заметил, что в голосе девушки против ее воли прозвучали восторженные нотки.
- Пошли!- нетерпеливо позвал их Маллет из тени арки.
Он пропустил Анджелу вперед, и она уверенно повела их за собой.
* 9 *
Фицбраун восхищался высокой и стройной фигурой Анджелы. Девушка вела их по мрачным проходам, куда не проникал ни один лучик солнца. Она поворачивала то налево, то направо, минуя при этом те проемы в плотной зеленой стене, куда, по мнению Фицбрауна, следовало бы повернуть, и в конечном счете доктор запутался. Он уже не представлял, где находится выход, и не исключал того, что этот лабиринт является тем самым знаменитым Лабиринтом из греческой мифологии.
- Вы чертите план?- спросил он у шедшего позади него Маллета. .
- Нет,- ответил тот.- Естественно, потом я начерчу план, но первой нашей задачей...- Он остановился.- Где она?
Оба огляделись по сторонам. Анджелы нигде не было.
- Ну?- проворчал Маллет.- И что это значит?
Они не успели разволноваться по-настоящему, так как из-за поворота впереди выглянула Анджела.
- Вы заблудились?- с противоестественной в данных обстоятельствах игривостью поинтересовалась она.
- Заблудились бы,- признался Фицбраун.- Без вас.
- Теперь понимаете, как легко заблудиться в Мейзе? Мы на полпути к центру. За углом есть скамейка. Хотите передохнуть? Обычно все, кто оказывается в лабиринте, устраивают здесь небольшой привал.
Маллет хотел было отказаться, но Фицбраун взглядом остановил его.
Они сели по обе стороны от девушки.
- И все же,- продолжала она,- это сравнительно легко - я имею в виду, вернуться обратно. Всегда есть точка, в которой можно повернуть назад, верно? Сложность только в том, чтобы принять решение. И многие не могут. Мне кажется, это было хорошо известно создателям лабиринта.
- Вы очень мудры, мисс Хатли,- проговорил Фицбраун.
- У меня было время для размышлений,- сказала Анджела.- Много времени, пока не вернулась Алитея.
Взгляд Маллета был устремлен на что-то, застрявшее в ветвях напротив скамейки. Он встал и подошел поближе.
- Что это?- спросил Фицбраун.
- Не знаю,- ответил Маллет.- Надо взять с собой и исследовать. Похоже на обрывок шерстяной нити.- Анджела засмеялась, и Маллет удивленно посмотрел на нее.- Мисс Хатли, вы знаете, что это такое?
- Это путеводная нить,- пояснила она, смеясь еще веселее. Ее смех резал слух.
- Мне кажется, сейчас не время для шуток,- угрюмо проговорил Маллет.
- Это не шутка,- возразила Анджела.- Это действительно путеводная нить, вернее, ее обрывок. Люди часто берут с собой в лабиринт клубок ниток. Идут и разматывают его в надежде найти путь назад. Но нитка почему-то всегда рвется именно в этом месте.- Она встала и подошла к Маллету.- Да, все верно, обрывок шерстяной нитки.
- Вы знаете, чья она?
- Я не знаю,- с безразличным видом ответила девушка, даже не удосужившись внимательнее взглянуть на нить, и опять села на скамейку.
- Вы видели у кого-нибудь клубок такого цвета?
- Какого? Серовато-белого? Нет. Ой, подождите! Сара вяжет, но, насколько мне известно, она никогда не была в лабиринте.
- А кто такая Сара?- спросил Маллет, который имел склонность забывать все, что он не понимал.
- Жена Бена Баттеруорта, бывшего мужа моей сестры. Она актриса, вернее, была актрисой - не очень успешной, естественно, поэтому ушла со сцены. Вообще-то она слишком стара для сцены.
- Как я понимаю, они гостят здесь?- уточнил потрясенный Маллет.
- Конечно, И она, и Бен. Они все большие друзья, как вам сказала Лети. На самом же деле Лети нравится иметь их под боком, чтобы изумлять Бена контрастом.
- Каким контрастом?- удивился Фицбраун.
- Между ней и Сарой,- раздраженно пояснила Анджела.
- Вы сказали "изумлять" или "изводить"?- спросил доктор.
- Это одно и то же,- равнодушно бросила девушка.
- Как я понимаю, сегодня, во второй половине дня, в лабиринте побывали все?- поинтересовался Маллет.
- Да,- ответила Анджела,- кроме тех, кто не захотел играть, например Сара.
- Играть? Во что?- воскликнул Маллет. Несмотря на тень, в лабиринте было жарко и душно, и в суперинтенданте росло раздражение.
Анджела встала.
- Слишком долго объяснять,- сказала она.- Спросите сестру - она все организовывала. Я здесь только в роли провожатого. Ну, в путь?
Маллет достал из кармана жилета пинцет, снял с ветки обрывок нитки, положил его в крохотную жестяную коробочку и чуть ли не бегом бросился догонять Анджелу и Фицбрауна, которые уже скрылись за следующим поворотом.
* 10 *
Оставшуюся часть пути они проделали в полном молчании. Создавалось впечатление, что у лабиринта нет конца.
Дорожка сузилась, и тисы стали казаться выше, а тень - гуще. Мужчины перестали обращать внимание на многочисленные повороты и проемы, так как уже знали, насколько они обманчивы, и не могли понять, как Анджеле, хоть и знакомой с лабиринтом с детства, удавалось так хорошо запомнить правильную дорогу.
Наконец девушка остановилась перед очередным поворотом.
- Идите туда,- сказала она.- Потом второй поворот направо, первый налево, третий направо - и вы окажетесь в сердце Мейза. Точно следуйте моим указаниям, иначе заблудитесь, и придется все начинать сначала.
- Не приведи господь!- воскликнул Маллет, вытирая рукой лоб.
- Мне пойти с вами?- весело осведомилась Анджела.- Если надо, я пойду.
- Нет,- покачал головой Фицбраун.- Мы сами справимся. Не хотелось бы ранить ваши чувства.
- Я так и думала,- сказала Анджела со странной полуулыбкой.- Хорошо, я подожду здесь. Если возникнут трудности, позовите.- Она села на землю и вытащила маленькую золотую сигаретницу. Фицбраун дал ей прикурить.- Советую вам еще раз повторить мои наставления. Здесь легко заблудиться.- Она выдохнула клуб дыма и откинулась назад, опершись руками о землю. Наблюдая за ней, Фицбраун пришел к выводу, что курильщица она неопытная, только вот зачем ей понадобилось закурить? Что это - потребность скрыть свою нервозность или бравада? Через мгновение Анджела почти ответила на его вопрос. Дым стал есть ей глаза, и она, неловким жестом вытащив сигарету изо рта, загасила ее о землю. Поймав насмешливый взгляд доктора, она холодно сказала:
- Папа терпеть не мог, когда курят. Сам он никогда не курил.
- Пошли,- позвал Маллет.
Они пошли вперед, а Анджела принялась копать в земле ямку, видимо, для того, чтобы похоронить сигарету.
* 11 *
Сердце лабиринта представляло собой продолговатую площадку десять на двадцать футов. В центре находились солнечные часы, установленные на небольшой колонне. Точно такие же колонны, только без часов, стояли во всех углах и, очевидно, служили простым украшением.
При иных обстоятельствах Фицбраун высказался бы по этому поводу и принялся бы исследовать колонны, но сейчас все его внимание сосредоточилось на теле Августина Хатли.
Когда Хатли ударили сзади, он упал лицом вниз так, что левая щека оказалась в футе от подножия колонны с часами. Тело лежало ногами к юго-восточному углу, рядом со входом. Маллет вытащил записную книжку и компас и принялся чертить план, а Фицбраун склонился над убитым.
- Учитывая, что у него согнуты колени,- сказал Маллет, измерив лежащее на земле тело,- он не такой высокий, как его дочери. Примерно пять футов и десять дюймов. Он стоял здесь,- суперинтендант отметил точку справа от входа,- когда кто-то вошел и ударил его. Причем неожиданно. Вы согласны?
- Да,- ответил Фицбраун.
- Одним ударом?
- Да. Одним, хорошо рассчитанным ударом. С помощью вот этого.
Они оба принялись рассматривать молоток, лежавший рядом с Августином. Это оказался обычный плотницкий деревянный молоток, которым забивают в землю крокетные ворота, с толстой и гладкой рукояткой двенадцати дюймов в длину. Головка молотка была тяжелой и имела множество щербин от частого употребления.
- Такое впечатление, что Хатли кого-то здесь ждал, когда вошел убийца,сказал Маллет.- Убийца последовал за ним в лабиринт, выждал, когда тот займет нужное ему положение, и нанес удар - один.
- Да. И наверняка Хатли знал этого человека или ждал его.
- Прежде чем мы рассмотрим эту версию, нужно сначала определить, почему Хатли в такую жару ждал кого-то в самом центре лабиринта.
- И заходил ли кто-нибудь в лабиринт после него. Убийца обязательно должен был пойти вслед за ним,- продолжал доктор,- ведь если то, что говорят его дочери, правда, никто, кроме отца и сестер, не знал дороги в лабиринт. Следовательно, перед убийцей стояла довольно сложная задача: все время держать Хатли в поле зрения и при этом самому оставаться незамеченным.
- Ну, когда следуешь за кем-то в этом лабиринте, оставаться незамеченным легко,- возразил Маллет.- Все эти проходы, вырубленные в стене деревьев...
- Верно,- согласился Фицбраун,- но и потерять из виду того, за кем следуешь, тоже легко. Мы сами только что потеряли Анджелу.
- Итак,- сказал Маллет,- больше нам здесь делать нечего. Нужно унести его отсюда. Вы идите, звоните, а я останусь охранять его. Поторопитесь! Прихватите с собой Анджелу, иначе вы рискуете заблудиться. Я по горло сыт этим лабиринтом.
Суперинтендант осторожно присел на цоколь колонны - он был три фута в высоту - и раскурил трубку.
Фицбраун пошел к Анджеле.
* 12 *
Анджела сидела на том же месте. Она напоминала девочку, расположившуюся на пикнике.
- На земле сидеть вредно,- сказал Фицбраун,- земля влажная, вчера шел дождь.
Анджела промолчала.
На обратном пути девушка не произнесла ни слова, и только когда они вышли из лабиринта, она спросила:
- Ну, и что же вы нашли?
- Ничего такого, о чем бы вы не знали,- ответил Фицбраун.- Вашего отца ударили сзади деревянным молотком, который остался лежать рядом с ним. Все выглядит так, будто убийца следовал за ним - я имею в виду, что не убийца поджидал его в центре лабиринта, а он первым пришел туда.
- Естественно,- заявила Анджела.
- Почему вы считаете это естественным?
- Так было задумано,- спокойно заявила девушка.- Это было частью игры.
- Какой игры?
- Спросите у Лети,- в голосе Анджелы явственно слышалось раздражение.Я же сказала вам, что это было ее шоу, от начала до конца. Сегодня, как и всегда, все организовывала она. Вам нет смысла расспрашивать меня. И вообще, не приставайте ко мне - я вам больше ничего не скажу.
Они поднялись по каменным ступеням в розовый сад, и Фицбраун увидел, что одна из грубо отесанных каменных скамеек у дорожки занята женщиной в розовом платье с пышной юбкой и в огромной шляпе.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22


А-П

П-Я