Брал сантехнику тут, доставка супер 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Затем подошел к неподвижному телу напарника и яростно уставился на обнажившийся фасад дома с поэтажной фигурной отделкой - строение было элитным.
- За что ты Витька угробил? Он ведь за прошедшую зиму в каждый твой кирпичик вложил тепло своих рук и души, замерзая там, на подмостях. Мы ведь почти полюбили тебя, считая уже вроде как своим...
Дом промолчал, затаенно пялясь на него огромными оконными и балконными проемами.
- Отвечай, сволочь, за что ты его, за что всех нас? - Толик подхватил лежащий неподалеку "карандаш" - пудовый лом, и вдруг принялся яростно крошить ближайший к нему угол кирпичной кладки.
Подоспевшие рабочие еле оттащили его от стенки, отобрав лом. После этого бригадир как-то враз увял и, закурив новую сигарету, уселся на край бадьи. бросив на неё предварительно обрезок доски.
- А ведь вы знаете, мужики, что жизнь полосатая, как правильно пел небезызвестный вам Укупник. Так вот, с сегодняшнего дня, по моим наблюдениям, пошла её черная полоса. И не просто полоса - на обещанные нам в этой коробке квартиры надвигается, сдается мне, огромный п...ец!
Глава 1.
Одна из станиц Краснодарского края. За несколько лет до описываемых событий.
...Это был выпускной вечер. Самый, казалось, лучший июньский вечер в его прошлой, настоящей, да и, наверное, будущей жизни. Потому что юность не повторяется. Юность, полная радужных надежд, ожиданий новых ярких впечатлений от распахнувшейся как-то вдруг двери в СВОБОДУ и САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ. И первой любви.
Вот она, его первая любовь по имени Алина - идет рядом с ним в гурьбе бывших однокашников, впервые позволив ему, Толику Понякову, положить руку на свою талию. В тот вечер все они, как один - сорок шесть человек из двух параллельных классов, пошли на берег местной реки - встречать рассвет. Опьяневшие не столько от выпитого в тот вечер шампанского, сколько от хмельного чувства вседозволенности и открывающихся перед каждым перспектив...
- Хочу ещё шампанского, - вдруг капризно заявила Алинка, требовательно плеснув в глаза Толику омутно-синим взглядом. И все девчонки вслед за ней как с цепи сорвались.
- Хотим шампанского!
А пацаны вдруг встали, как по команде и смущенно засопели носами - это была непредвиденная просьба. Потому как до этого самого вечера в школе за них все решали учителя и родители. Выпускной бал тоже организовали родители, вкупе с преподавателями. И цветы, и музыку, и богато сервированные столы. Даже карманными деньгами своих чад не забыли снабдить любящие предки. А вот что касаемо дополнительной выпивки в три часа пополуночи...
Сейчас явно нужен был старший. Который нашел бы и подсказал выход из создавшегося щекотливого положения. И взгляды всех пацанов скрестились на нем, Понякове. Потому как он выделялся среди всех и ростом, и комплекцией. И вообще, был первым заводилой во всех школьных драках.
- Ребята, три часа ночи, - напомнил нерешительно Толик. Ему самому сейчас нужна была хорошая порция допинга. Ибо без неё не выссказать Алине всего того, что переполняло сейчас его душу через край. Первая любовь всегда такая.
- Все магазины закрыты, - ещё более нерешительно продолжил Толик, обводя взглядом знакомые рожи своих "сокамерников", как они называли себя в школе.
И тут он вновь наткнулся на взгляд Алины - ждущий, вызывающий, обещающий...
- Хорошо, я залью вас шампанским, - весело пообещал он. - Но нужны деньги.
- Без проблем, - хохмач из их класса Вовчик Захаров сдернул с головы бейсболку и. ухватив её за козырек, щедро сыпнул из кармана завалявшиеся там рубли. - Эх, один раз в жизни живем...Подайте на пропитание и пропивание убогому, вступающему в настоящую жизь, - дурашливо запел он, обходя компанию. - Дамы в акции милосердия не усчаствуют.
Это был период развивающихся рыночных отношений. Иными словами, начало бума мелкой неупорядоченной коммерции. Когда ещё не было "найт-шопов", но уже вовсю плодились многочисленные "комки", словно грибы после дождя появляясь в самых неожиданных местах. Одним из таких коммерческих киосков, торгующих спиртным, заведовал знакомый семьи Поняковых - дядя Сема. Отец Толика частенько брал у него в долг до получки на "черный список" бутылку-другую водки. Иногда дядя Сема приходил к ним в гости. И тогда за дополнительным пойлом в киоск бегал Толик. Поэтому он знал, где лежат ключи от торговой точки - сразу за калиткой, под кирпичиком.
- А ну, пошли за мной, - весело скомандовал Толик, направляя всю команду вдоль знакомой улицы. - Завернем по пути в одно место. Только тихо.
Дядю Сему он решил не беспокоить среди ночи - объяснить ситуацию поутру.
Собранных Вовчиком денег хватило на две корбки шампанского и четыре шоколадки - все это нашлось в киоске дядя Семы. Деньги Толик оставил в ящичке под прилавком, аккуратно навесил замки и вернул ключи на место, под кирпич. Знакомый пес Кизил даже не тявкнул, повиляв всем на прощанье хвостом...
И был огромный костер на берегу реки. И шутки, и розыгрыши, и анекдоты. А потом они с Алинкой вдруг очутились вдвоем в небольшом бору над речкой.
Шампанское было полусладким. Но казалось приторно-медовым на губах любимой. И летняя ночь была такой теплой и ласковой...
Рассвет они проспали. А с восходом солнца вдруг пропало все таинство и волшебство минувшей ночи, а взамен обнажилась и высветилась всю серость и обыденность станичной реальности. И они побежали домой порознь, словно стыдясь тех слов, которые шептали друг другу в блаженном забытьи под звездно-дырчатым покрывалом черным покрывалом.
Дома его ожидали. Не только отец с матерью и Лялькой - участковый уполномоченный Саня Листопад сидел за кухонным столом, тяжко уперев сжатые кулаки в колени, а по другую сторону стола дядя Сема с округлившимися от бешенства глазами. Однако он пока сдерживался, обратившись к Толику.
- Слушай, пацан, отдай деньги, баксы, шмотки, и разойдемся с миром. Я не хочу портить дружеские отношения с твоими предками.
Участковый кивком головы подтвердил полную с ним солидарность.
- Во-первых, дядь Сема, вы плохо смотрели в своей будке, - Толик сразу смекнул о причине столь раннего визита нежданных гостей. - Деньги за шампанское и шоколад, до рубля, я положил в ящик стола. И потом - о каких баксах и шмотках речь? Ай ноу андестенд, - ему было хорошо и весело.
- Издеваешься, говнюк! - дядя Сема вдруг сорвался с места и заехал Толику в челюсть кулаком. Ответная реакция Понякова-младшего была молниеносной и впечатляющей - коммерсант отлетел назад и завалился на пол вместе с участковым.
Судили Толяна в районном нарсуде, сразу по трем совокупным статьям, включая злостное хулиганство и грабеж. Оказывается, киоск дяди Семы действительно был ограблен в ту самую ночь подчистую. Даже доллары, заначенные в одной из стенок на "черный день", нашли и вымели ворюги. Не побрезговав попутно кожаной курткой дяди Семы и его же шикарными кроссовками, попавшими под горячую руку. Кто-то из выпускников, видимо, подсмотрел, откуда Толян брал ключи для приобретения шампанского. А может, обыкновенное стечение обстоятельств.
Как бы там ни было, три года Анатолий Поздняков "отзвонил" на общем режиме. Три долгих года, за которые его первая любовь Алинка успела выскочить замуж за другого и успешно родить сына.
Толян сразу же после возвращения из мест не столь отдаленных уехал из станицы от дурной славы, успев на прощанье лишь чмокнуть подрастающую Ляльку - отец с матерью были в очередном запое. Затем лишь изредка посылал домой коротенькие письма-приветы. А потом пришла эта страшная телеграмма...
... Середина весны даже на юге России в этом году преподнесла явную подлянку не только в политическом, но и в климатическом баллансе: не успели отцвести абрикосы, освобождая место для черешневой завязи, как на голову станичан свалился невесть сквозь какие горные заслоны прорвавшийся циклон. И вновь подул холодный ветер, зарядил мелкий противный дождь, проклинаемый на все заставки не только теми, кто не успел засадить в землю остаток прошлогоднего урожая картошки, но и местными рыбаками-любителями привередливые караси, наплевав на любую приманку, вновь разбрелись отлеживаться по укромным ямам . Прекратились работы на полях , огородах, а вместе с ними, казалось, замерла сама жизнь в местном хозяйстве, ещё не так давно бурно клокотавшая под щедрым весенним кубанским солнышком. Даже дворняги не гавкали с подвывом на чавкающих резиной обуви прохожих - для этого нужно было вылезать из будки под противную, липнущую к носу сырость. Поэтому, естественно, от вынужденного безделья любое мало-мальски значимое событие здесь, как-то: дни рожденья, поминки, свадьбы, проводы, воспринималось как повод для очередной выпивки. Сегодня, в канун Пасхи, в станице были похороны.
Толик Поняков стоял на местном кладбище, заросшим по периметру буйно залиствевшими кустами разноцветной сирени, у края могилы, вырытой колхозным мини-экскаватором, и втягивал шею под воротник кожанки, спасаясь от противного сырого ветра. Голова гудела , отказываясь воспринимать окружающую действительность. Большей частью оттого, что он сутки не спал, трясясь в Кавминводском пассажирском по пути к Тихорецку. И прямо с поезда прибыл сюда - перед ним на подставленных табуретах стояли рядом два закрытых гроба с самыми близкими людьми на земле. Отец и мать в один день, один час... какие чувства, интересно, должен испытывать сейчас их отпрыск? Толян прислушивался к себе и с изумлением не обнаруживал пока никаких атрофировались наглухо. Ну абсолютно тебе ноль эмоций!
Отделившись от кучковавшейся вокруг могилы толпы, к нему приблизился Василь Иваныч - парторг укоренившейся в глубинке компарторганизации и по совместительству заведующий Домом культуры. Он крепко сжал локоть Толика жилистой рукой.
- Слушай, тебе уже четверть века, мужик ты самостоятельный... ну и все такое-прочее. В общем, я надеюсь, ты достойно продержишься сегодня на этом...м-гм, как бы это выразиться... мероприятии. Поверь, я сразу же дал телеграмму...
- А я сразу же выехал, - прервал его Толик. - Бросай эту лабуду, Иваныч, я все понимаю и все выдержу. Ты мне только расскажи, как все это вышло.
- Последнюю бутылку водки в тот вечер не поделили. Скандал, естественно. Сначала он мать - из ружья. А потом себя...из второго ствола, - слова Иванычу давались все труднее. - Поэтому ты должен понимать, почему я распорядился забить гробы ещё там, в морге. Ты, Толик, надеюсь, помнишь, как твои родители потребляли в последнее время?
Вот теперь все встало на свои места. И голова перестала кругом идти. И чувства появились. Но отнюдь не соответствующие угнетающей кладбищенской обстановке. Еще бы не помнить! Из-за юности, утопленной родителями в сивушном омуте, он сбежал от родных пенат, едва лишь отслужив армию. Поклявшись ногой не ступать на родимый порог, пока окончательно не встанет на ноги, чтобы вытащить из этого же болота Ляльку. Младшей сестричке было в то время тринадцать. Плюс пять лет учебы и последующей работы - время, за которое он строчки не черкнул домой... Постой, постой! - он схватил парторга за плечо, заглядывая в глаза.
- Иваныч, где Лялька? - Что с ней? Почему её нет на похоронах? вопросы сыпались, наскакивая друг на друга. И по враз потемневшему лицу парторга понял - смерть родителей ещё не конец его мучениям.
- - Ляльку... тоже? - он даже отступил на шаг от могилы, как бы боясь в её глубине обнаружить ещё один заколоченный гроб. Иваныч отрицательно покачал головой.
- - Она жива, Толик. Даже более того - учится в Краснодаре на менеджера.
- - Тогда почему она сегодня не здесь? - требовательно, словно следователь на допросе, продолжал добивать парторга Толян. - Почему не пришла попрощаться с родителями? Кто, в конце-концов, организовал все это? - он обвел рукой рукой кладбище, толпу одностаничников, могилу...
- - Расходы взял на себя колхоз, - тяжко вздохнул Иваныч. - А вот что касается присутствия здесь твоей сестры... Можешь спросить у неё об этом самолично. На "Катюше", у выезда из Краснодара на Ростовскую трассу.
Толян поглядел ему в глаза , затем молча рванулся к выходу с кладбища. И вновь жилистая рука парторга сгребла его за локоть, удерживая на месте.
- А ну, остынь! - прикрикнул на него Иваныч. - Родителей кому-то надо помянуть, хотя бы одному из вас! Что ж ты за пять лет о сестре так и не вспомнил, Макаренко недоделанный?
Довод был настолько резонным, что Толян тут же притих и покорно опустил голову. Парторг ободряюще потрепал его по плечу и вышел к людям в круг - для последнего слова. Говорить он умел, это все знали, поэтому ропот толпы враз утих, едва Иваныч поднял руку, словно когда-то Вождь на броневике.
- Все мы, друзья, очень хорошо знали людей, которые сейчас лежат под этими крышками. Не с лучшей, признаться, стороны в последние годы их жизни..Да и смерть их нелепа и трагична до слез. Но память наша обязана хранить не только плохое. Родители Толика и Лили всю жизнь посвятили работе в колхозе и на пенсию вышли с чистой совестью и полным трудовым стажем, как и подобает честным коммунистам . А дальше, как говорится, бес попутал...
Это выражение было настолько чуждо атеистическому мировоззрению бывшего вождя мирового пролетариата, что на обросших физиях некоторых колхозников появились недоброкачественные ухмылки, так неуместные в данный момент. Парторг понял свой промах и тут же перешел к перевоспитанию аполитично настроенной половины колхозников.
- Они будут преданы земле в единой братской могиле в день, когда на земле родились три великих человека: Владимир Ильич Ульянов-Ленин, Александр Федорович Керенский и ученый-палеонтолог, по совместительству писатель-фантаст Иван Антонович Ефремов...
- Да ещё такой праздник , как Пасха, умудрились людям перегадить, негромко дополнил кто-то из толпы. И этой фразой сразу объяснил отношение присутствующих на кладбище к происходящему . Люди пришли не на похороны, они собрались в единое целое по случаю окончания великого поста и жаждали теперь не зрелищ, но хлеба, насколько понял Толян.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46


А-П

П-Я