душевой трап viega advantix 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Мне по душе такой транспорт.
Вот только рассчитаны вертолеты «апаш» на одного пассажира; ну, если прижаться друг к другу покрепче или сесть на колени — тогда на двоих. Нашей команде пришлось разделиться на четыре части: крупные — внизу, маленькие — сверху. У меня на коленях — Джессика, у Тины — Джордж, у Рауля — Минди, а Донахью как сыр в масле катается — летит один.
Мы с Джессикой на переднем сиденье стрелка, напротив нас — прямоугольное окошко, по бокам — еще два, в форме трапеции. Военные не сильны в эстетике — могу только гадать, почему дизайн такой причудливый. Прямо перед нашими глазами светится тремя мониторами контрольный пульт: на среднем экране участок земли, над которым мы пролетаем, освещен прекрасно; на левом — картинка заднего вида; на правом — то, что над нами.
На темном небе в прозрачном, холодном воздухе мерцают звезды. Летим почти вплотную друг к другу, в четком боевом порядке; три других вертолета, легкие, быстрые, хорошо видны. Миновав мигающие огни аэропорта О'Хара, направляемся в сторону равнинной земли Иллинойса — обратной дороги нет.
— Как дела? — проговорил я в микрофон на контрольном пульте.
Надписи на переключателях и рычагах сделаны в виде аббревиатур, значение их нам непонятно, и мы ни до чего не дотрагиваемся. Пилот чуть выше, его кабина приподнята над нашей и совершенно изолирована. И пилот и стрелок могут управлять машиной и стрелять. Одного ранят — другой продолжает полет. В критической ситуации переключают управление на автопилот, и оба сосредоточиваются на стрельбе. Очень действенная система, достаточно вспомнить Ирак.
— Дела идут отлично, — отвечает прибор ясным, неискаженным голосом. — Топливо в порядке, все системы работают, мы движется в направлении, указанном чикагским штабом. Через десять минут будем на месте. А вы там как сельди в банке, а?
— Довольно неудобно, — ерзая, отвечает Джессика, — но мы приспособились.
Позволяю себе ее ущипнуть. Реакция мгновенная, хотя и мысленная:
«Прекрати! Мы на работе!»
— Входим в контакт, — сообщает прибор. — Засек объект.
Высунув нос из-за плеча Джессики, откидываю в сторону ее длинные волосы и смотрю на центральный монитор: на нем пейзаж, над которым мы пролетаем. Светящаяся зеленая стрелка радара указывает на совершенно пустой участок неба.
— Видите? Сектор четыре, десятиградусная отметка, — раздается голос пилота.
— Поверю вам на слово, — соглашаюсь я. — Чтобы управлять этой машиной, нужен тренированный глаз.
— "Шеридан", это «Пэттон»! — крякает прибор. — У нас договоренность с Крэйгом и Шварцкопфом.
«Это другие вертолеты», — заботливо объясняет мне безмолвная жена.
— Спасибо, дорогая! — фыркаю я. — А кто такой Крэйг?
Она мысленно пожимает плечами.
— Все верно, «Пэттон»! — завершает связь наш пилот. — Приближаемся к зоне; смыкаемся в позиции «Ку»; начинаем снижение...
Джессика и я накрепко привязываем оружие к нательной сбруе. Черт, эти воздушные войска уж больно проворные!
— Готовы! — приглушенно сипит пилот. — Садимся... Давай... давай... давай!.. — И нажимает на кнопку выброса.
Дверца отходит в сторону, под нашим сиденьем образуется отверстие, и мы вылетаем в него — в ужасающей близости от вертящихся винтов... Моя команда без парашютов падает вниз, в черную бездну.
16
Ветер свистит в ушах... Не успеваем мы привести в рабочее состояние браслеты «Полет», как ударяемся обо что-то твердое. Бух! Трясу старательно головой — надо же привести в порядок мозги. Наверху, в звездном небе, видны в отдалении черные стрелы вертолетов «апаш»; снизу на нас надвигается ландшафт... Вокруг меня распласталась в воздухе моя стонущая команда...
О'кей, отель невидим, это мы знаем, но ведь мы приземлились на него! Почему он так и остается невидимым? Вот чертовщина! Попробуй проникни в него!
— Разве мы не на крыше? — Отец Донахью в свободном полете распростер руки, как в молитве, ноги его повисли, как у распятого Христа. Сидящий в воздухе Рауль уставился на него.
— Разве, черт побери, ты не чувствуешь, что находишься на крыше? Это призматическая защита, что-то вроде силового поля — отель окружен магическим куполом.
— Как мы проникнем внутрь? — Наша бесстрашная Дженнингс стоит в небе.
— Спроси Тину!
Русская чародейка шевелит в воздухе пальцами, оставляя светящиеся следы, и изучает результаты своих манипуляций.
— "Заклинания защиты"! — наконец выдавливает она как бы невольно: голос у нее какой-то странный, гортанный, не такой, как всегда.
Мы ждем разъяснений.
— "Заклинания защиты" или «Заклинания обороны»? — вопрошает Рауль.
По-моему, Тина как раз и специализируется именно в этой области магии.
— А какая между ними разница, Рауль? — хочу понять я.
— "Заклинания обороны" не позволяют проникнуть внутрь с оружием; «Заклинания защиты» сообщают магу о присутствии врага.
— Так одно защищает от оружия, а другое задерживает, не дает проникнуть? — Минди во всем любит ясность и точность.
— Совершенно верно.
— "Заклинания обороны"! — Теперь Тина кричит во весь голос.
Джордж привычно кидает в рот жвачку.
— А какие?
«Связь с оружием»!
— Значит, проникнуть можно?
— Только если у нас не будет оружия! — провозглашает чародейка. — И не пытайтесь пробивать здание!
— Выкидывайте! — Я первый отбрасываю в сторону свои «магнумы».
Черт, у нас даже нет кодовой боевой фразы на этот случай. Да разве нам когда-нибудь приходилось расставаться с оружием? Мы никогда не применяли его против людей земли, только против тех, кто губит землю людей... И вот теперь пришло время погубить этих губителей, а нам приходится бросать оружие! Медленно, неохотно команда разоружается. «Баррет» зависает на невидимом крюке и проваливается в ночь... Сумка с патронами, гранаты, кольцо с печаткой, зажигалка, авторучки... И как это я еще не взлетел — такой легкий? Ах да, в кобуре на лодыжке у меня небольшой крупнокалиберный пистолет... И мой карманный нож... И швейцарский армейский нож...
Огнемет отца Донахью падает как свинцовый сейф: вслед за ним летят дробовик, куртка с магическими веществами, наручные часы, карманный ножик, авторучки, четки-гаррота, пистолет, заряженный святой водой... Налегке, однако, священники путешествуют.
Из рук у Джесс поочередно вылетают: «узи», боеприпасы, гранаты, карманная фотокамера, часы, пара шприцев из медицинской сумки, сережки, выпуклая пентаграмма, несколько авторучек, швейцарский армейский нож, два браслета... Ага, браслеты! Вот почему я не прохожу сквозь купол!
Ренолт мужественно развязывает узлы на ремнях, стягивающих его грудь... Вот ремни повисают — «мастерсон» летит вниз. Когда все это упадет на землю, немалые будут разрушения... Надеюсь, под нами нет детской площадки или чего-нибудь в этом роде. Потом Джордж освобождается от ремня с патронами, кольта сорок пятого калибра, крупнокалиберного пистолета, двух ножей, финки, часов, нескольких авторучек, кастетов и... своей шляпы. Вот уж не ожидал — шляпа?..
— Эд, я... не могу этого сделать! — Минди плачет, слезы градом катятся по ее щекам, и обеими руками держится за рукоятку меча.
Да-а, этого я не предвидел... Разве может Минди выбросить свой меч? Десять лет жизни она посвятила физической и духовной тренировке во имя закалки его лезвия. Однажды я был свидетелем, как она нырнула в кипящую воду, только чтобы достать упавшую туда рукоятку. Связь между этим мечом и этой женщиной так крепка и нерушима, что ни соображения здравого смысла, ни общественное мнение не расторгнут ее... Я махнул ей рукой:
— О'кей. Мин. Все имеет свой предел. Лети отсюда к вертолетам — будешь связной. Понадобится — пилотам поможешь.
Она молча кивает и улетает как ветер. Теперь мы совсем беззащитны — потеряли и лучшего бойца рукопашной.
— Эй, как вы там, ребята? — кричу я по ветру.
Рауль хлопает меня по плечу.
— Мы обсуждаем?
«Что обсуждаем?» — думаю я про себя, не понимая.
— Кто остается охранять жезл и прочие орудия мага?
«Так маги тоже разоружаются?»
С каменным лицом Кристина Бланко передает свой жезл Раулю; снимает куртку, избавляется от швейцарского армейского ножа, пузырьков со снадобьями, пачки пакетиков с порошками, связки палочек, пары бархатных перчаток и такого количества браслетов, что я при всем желании не мог бы определить нужный. Но это еще не все: чародейка снимает пиджачок и обнажает плечо — ветер, едва дыша, уносит ее бабочку — татуировку... А я-то думал, что она способна напугать и поразить (не насмерть) только ханжей...
Но не стоит тянуть время! Расстаюсь со специальными часами, запасным зарядовым устройством для «магнумов», браслетами «Удар молнии», «Расщепление» и «Огненный взрыв», у меня остаются еще «Полет», «Стартовый прыжок» и «Телепортация». Так, я все еще здесь... Прощай, «джентльменский набор» инструментов — радость медвежатника... Внезапно начинаю проваливаться в чернильную тьму, зрение затуманивается... Падаю футов шесть и наконец оказываюсь на крыше отеля, освещенной огнями. Вот это да!
С трудом поднявшись на ноги, задираю вверх голову: отель окружен серебристым яйцеобразным куполом — это внутренняя оболочка защитного поля. Поблизости от меня вся команда сгрудилась вокруг Тины — чародейка царапает что-то ручкой на поверхности крыши, рядышком с прочной металлической дверью. Ого, так оружие все-таки просочилось?
«Нет, это обычная шариковая ручка», — не произнося ни слова, остужает мой пыл Джессика.
Ну что ж, при выполнении правительственного задания и такая пригодится.
«Тина рисует пентаграмму».
На первый взгляд дверь ничем не защищена, но у меня слегка дрожат колени, ноют зубы... Этому есть только одно объяснение.
— "Барьер смерти"? — Я опускаюсь на корточки рядом со всеми.
Занятая своим делом. Тина Бланко грустно кивает в ответ:
— Один из самых сложных. Разрушить могу, но мне потребуется время. — И, не тратя больше энергии на объяснения, она забормотала заклинания и принялась жестикулировать возле дверного проема.
Пока мы ждали плодов ее труда, я с дрожью вспоминал, на что способен «Барьер смерти». Несколько лет назад, когда мы сражались на Гаити с колдунами, один шаман заточил всех разом в отвратительном месте. Пока наш прежний маг Ричард Андерсон вместе с Раулем сочинял ответное заклинание, мне пришлось наблюдать, как этот барьер преодолевала белка. В тот момент, когда зверек пересек смертельную черту, жизнь покинула его, но тело продолжайте двигаться по инерции: сначала исчезла шерсть... потом — кожа... мышцы... кости... внутренние органы... Наконец крошечное привидение белки издало непередаваемый звук последней боли, невообразимой агонии и испарилось...
Когда чародеям удалось наконец разрушить магический капкан, никто не осмелился спросить меня, по какой такой причине я расстрелял колдуна пятьюдесятью семью пулями, сжег его труп, взорвал его мерзкую хижину и помочился на его машину... А именно пятьдесят семь пуль почему? Да просто реализовал весь запас...
Между тем русская чародейка завершила свои метания, схватила ладонями черную пустоту и развела руки в стороны — видно было: все это стоит ей величайшего напряжения. Казалось, ничего не изменилось, ничего не произошло... но вот воздух чудесным образом прояснился — и Тина устремилась вперед.
— Давайте быстрей! — приказала она. — Это действует всего несколько секунд.
Тесно прижавшись друг к другу, мы все прошли через смертную границу... Уфф! По эту сторону «Барьера смерти» мы в безопасности! Я оглянулся и плюнул на мерзкий барьер. Посыпались искры — и слюна исчезла из виду. Что ждет нас дальше? Так, вот и еще один барьер — вход в отель перекрыт необычной дверью: сотни разнообразнейших стальных пластинок, скрепленных в центре металлическими же сцеплениями — подобием рук, образуют немыслимый узор. Страшные стальные руки несут керамическое изображение лунного диска, пронзенного острым, тонким стилетом. Символ «Свиста крестолунного стилета»... На этот диск даже смотреть и то больно...
— Я не смогу провести вас через эту дверь, — спокойно констатировала Тина. — Целой дюжины магов не хватит, чтобы нейтрализовать ее дьявольскую энергию.
— Проклятье! — проревел в гневе отец Донахью и со всего размаху обрушил на дверь геркулесовый кулачище.
Керамический лунный диск рассыпался, превратившись в пыль; мощные стальные руки расцепились и грохнулись на пол... Мы только обменялись усмешками — что ж, победителей не судят...
А теперь придется лишить одну из наших леди... шпильки для волос. Уж эти женщины — иной раз с их помощью простейшим образом решаются самые сложные проблемы. Я поковырялся шпилькой в дверном замке, и мы вошли внутрь. Вместо ожидаемой узкой лестницы, ведущей к служебному лифту, перед нами оказалась небольшая площадка с неровными краями, а за ней — бесконечная череда клубящихся облаков, устремляющихся в бесконечность... Ну и зрелище развернулось перед нами... В тумане мелькают мириады каких-то песчинок; огромные куски каменной кладки — остатки полов и стен отеля — плавают; громоздятся друг на друга в невообразимом хаосе; кружатся в бешеном вихре; танцуют в огне; вот два обломка болтаются в вертикальной плоскости, а еще два — в горизонтальной; один завернут в кокон; один, как мне кажется, вывернут наизнанку... Кто взялся бы угадать, что сталось с помещениями отеля...
Ничего себе! Да, теперь понятно, почему функционеры «Свиста» забрали с собой весь отель, — весьма далек от хорошо укрепленной крепости: они и сами, похоже, напрасно искали эту личность с лунным камнем! Значит, наше задание существенно осложняется — такого поворота дел мы не ожидали...
«Дело плохо!» — послала мне сигнал Джесс.
— Нападение! — крикнул Джордж.
Прямо на нас мчался оборотень — верхом на крылатом тарантуле, с красным магическим жезлом в одной руке, а другую он протянул как бы для приветствия... которое не замедлило последовать.
— Умрите! — И он кинул в нас «Огненный шар».
Выставив вперед ладони. Тина отразила смерть защитным полем и выкрикнула целое предложение из командных магических слов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26


А-П

П-Я