смесители для ванной с душем с длинным 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Скоро машина приблизилась к монументу, напоминающему треугольник с раструбом на вершине. Рядом высились бетонные литеры, складывающиеся в название города. Жора некоторое время недоуменно размышлял, что означает сей треугольный монстр, но вскоре понял: этот детеныш египетских пирамид, очевидно, лабораторная колба, долженствующая символизировать наличие химической промышленности в данном регионе.Светлый, вопреки названию, выглядел довольно угрюмо. Даже яркое весеннее солнце не приносило хотя бы относительного благолепия. Скорее оно обличало бездарность архитекторов, некомпетентность строителей и бестолковость городских властей. Просторные, вычерченные по линейке улицы и высокие однотипные здания придавали облику города некую унылую схематичность, словно это был не настоящий город, а лишь его макет, выполненный из картона и пенопласта. Заблудиться здесь невозможно.Жора ехал прямым, как стрела, проспектом Химиков. Движение, хоть и не такое напряженное, как в Москве, оказалось достаточно интенсивным. Жора только головой успевал вертеть. Однако он довольно быстро отыскал нужный дом, приземистый, как огромный коробок спичек. На вывеске значилось: «Краеведческий музей».Жора взглянул на часы. Время приближалось к шести вечера. В желудке внезапно засосало. Нужно было подумать об ужине. Однако он решил довести дело до конца.Парадная дверь музея оказалась запертой. Исследователь обошел здание с торца и увидел еще один вход, как видно, служебный. Толкнул дверь. Открыто. Впереди имелся небольшой коридор с двумя парами дверей по обеим сторонам. Все они оказались заперты. Но ведь в здании определенно кто-то есть, иначе входная дверь была бы на замке!Жора завернул за угол и оказался непосредственно в экспозиционном зале. Здесь царил полумрак, и никого из живых не наблюдалось. По сторонам стояли чучела животных, а над головой застыли в последнем движении многочисленные птицы. Прямо перед ним замер огромный волк. Он смотрел на Жору стеклянным взглядом, ощерив клыкастую пасть. В сумраке зверь выглядел уж слишком живым. Жора невольно отступил на шаг, но тут же опомнился. Перед ним, словно грибы после дождя, вырастало всевозможное зверье. Вот косуля, лось, барсук, заяц... Все они не спускали внимательных глаз с нежданного посетителя. Казалось, еще секунда, и они оживут, затрясут мордами, забьют копытами, стряхнут пыль с крыльев. У Жоры возникло странное чувство, что лесные звери собрались здесь на некую тайную сходку и только притворяются чучелами. Он усмехнулся собственным фантазиям и двинул дальше.Следующий зал, куда попал наш герой, иллюстрировал отрасли промышленности, имеющиеся в Светлом. Здесь имелся макет установки крекингования в разрезе, а также небольшая диорама медеплавильного цеха с электропечами и маленькими фигурками рабочих, суетящихся возле них. Все это Жоре было совсем неинтересно.– Эй?! – крикнул он во все горло. – Есть тут кто живой?!– Есть, – раздалось в ответ откуда-то из музейных глубин. – Идите сюда.Жора направился в сторону зова и скоро увидел плотного, белобрысого молодца, стоявшего перед манекеном, облаченным в доспехи древнерусского воина, и прилаживающего к его плечу какую-то цапку.– Привет, – поздоровался он. – Я тот, кто вам звонил пару часов назад. Зовусь Георгием Лесковым. Можно просто Жора.– Сергей, – представился белобрысый. – Вот, довожу до ума. – Он кивнул на воина. – Ребята из механического цеха сработали доспехи: кольчугу, шлем... – Он запнулся, словно припоминая, что еще изготовили ребята. – Меч также... А щит вот я сам сделал.– А одежда откуда? – в тон новому знакомому спросил Жора. – Рубаха, штаны, сапоги?..– Рубаху со штанами школьницы сшили на уроках труда, а сапоги я на базаре купил. Хромовые. Видать, какому-то офицеру раньше принадлежали. Не нравятся мне они. Не соответствуют облику витязя.– Это точно, – со знанием дела подтвердил Жора. – Больно блестят. Я, кстати, немного разбираюсь в русском Средневековье.– Неужели?!– И смею вас уверить: обуви подобной формы в ту пору еще не существовало. Согласно данным раскопок, древние русы носили нечто вроде кожаных обмоток, перевязанных кожаными же ремешками, а на ногах мягкие, выражаясь современным языком, полуботинки из лосиной шкуры, на щиколотках опять же привязанные к ноге кожаными ремешками.– Ага. Узнаю профессионала! – усмехнулся директор музея. – Спасибо за подсказку. – Он критически взглянул на сапоги. – Придется, видно, искать сапожника-частника и заказывать ему новую обувку. Выльется, естественно, в копеечку. Ну да ладно. Как-нибудь выкрутимся. Так что вас привело в Светлый?– Да как вам сказать... – Жора замялся. Выложить правду? Нет, не стоит. Человек ему совершенно незнаком. Хотя на вид он парень бесхитростный, однако первое впечатление может быть обманчиво. Надо начать с чего-нибудь нейтрального: вот как, например, сейчас. Кстати, неплохо бы перекусить.– Я бы поужинал, – неожиданно заявил он. – С утра маковой росинки во рту не было. В желудке кошки скребут. А пустое брюхо к пространной беседе не располагает. Может, составите компанию? Или вас жена дома ждет?– Да я не женат. А насчет подкрепиться не против. Сам только обедал.– Тогда давайте ведите в какое-нибудь злачное место. Желательно в ресторан или приличное кафе.Директор музея задумался.– В ресторан? – неуверенно переспросил он. – Настоящих ресторанов в городе всего два. Оба заведения чрезвычайно дорогие.– Я угощаю, – несколько развязно произнес Жора и, заметив, как поджал губы новый знакомый, тут же спохватился. К чему изображать из себя купчика? – Извините, если прозвучало несколько бестактно, но я сейчас не стеснен в средствах. Командировочные, то да се...– Может быть, не стоит в ресторан, – словно не обращая внимания на некоторое смущение Жоры, произнес Сергей. – Есть одна шашлычная. Там очень неплохие шашлыки готовят, и цены умеренные. Только далековато. Полчаса ходу.– Я на машине, – сообщил Жора.– Очень хорошо. Тогда вперед.Когда директор музея усаживался в джип, Жора краем глаза заметил, что его губы вновь сложились в смущенно-неодобрительную гримасу, видно, он чувствовал себя несколько не в своей тарелке. Когда, следуя указаниям Сергея, Жора подъехал к шашлычной, тот выскочил первым и почти бегом бросился к дверям заведения. Вначале он заглянул внутрь, потом обернулся к своему гостю:– Столики свободные есть.– Отлично.В заведении, насколько понял Жора, заправляли вездесущие азербайджанцы, а посему сохранялась надежда, что конечный продукт будет более или менее съедобен.Уселись за столик, застланный грязной скатертью. Подошла разбитного вида молоденькая официантка. Стреляя глазками, она приняла заказ. Кроме кебабов, Жора потребовал пива.Директор музея не возражал.– К нам очень редко заглядывают гости из Москвы, – сказал он, отщипывая кусочки от пресной лепешки. – На моей памяти вы – первый. – В словах Сергея прозвучал скрытый вопрос: «Какого черта, парень, ты приперся в нашу глухомань?»– Приехал я по заданию руководства, – неожиданно для себя сообщил Жора. – Дело в том, что разрабатывается новая программа, под условным названием «Заповедные уголки России». Прослышали, будто есть такой город Светлый, построенный на месте древней деревушки Лиходеевки. Вот сия Лиходеевка нас и интересует. По непроверенным сведениям, место весьма интересное.– Да уж... – неопределенно вымолвил Сергей.– Короче, жду от вас конкретной информации.– На предмет?– Ну как же! Если в здешних местах есть что-либо достойное внимания, летом сюда может приехать археологическая экспедиция.– Неужели нет более достойных мест?– Каких же, например?– Да известных. Новгород, к примеру. Или Старая Рязань.– В том-то и дело, что мы ищем совсем новые, не разведанные доселе места.– Да и в самой Москве работы – непочатый край, – гнул свое директор музея. – Я вон по телевизору видел: на месте сгоревшего Манежа сделаны такие находки, что нам и не снились.– Для этого меня сюда и послали. Провести предварительные исследования, так сказать, сделать вывод навскидку, потолковать со знающими людьми и написать резюме: стоит ли работать в данном районе.Сергей молчал, задумчиво дожевывая свою лепешку. В это время официантка принесла кебабы, соус, зелень и пиво. Жора не стал ждать ответа, а накинулся на еду. Он и вправду был зверски голоден. Директор прикончил лепешку и взялся за кебаб. Ел он словно через «не хочу», к пиву даже не притронулся. Чувствовалось: речи Жоры его несколько обескуражили. А наш герой между тем мигом умял кебаб, который оказался вовсе не плох, и заказал себе второй.– Эй, братаны?! – неожиданно услышал он за спиной грубый голос. – Чей джип там завис?Жора обернулся. Чуть поодаль стоял здоровенный бритоголовый парень с поразительными чертами лица. Казалось, на футбольный мяч прилепили две прокисшие виноградины, половинку пирожка и вшили «молнию» от гульфика. За ним громоздились еще трое бритоголовых.– Ну, мой, – ответствовал Жора.– Иди, братан, убери, а то дорогу нам загородил. – Просьбой тут и не пахло. Слова звучали как приказ.Жора нехотя поднялся. Он взглянул в прокисшие виноградины и прочел в них холодную угрозу. Затевать скандал не хотелось, поэтому наш герой вышел на улицу и увидел рядом с джипом замызганную «BMW». Места возле шашлычной было, конечно же, хоть отбавляй, но Жора переставил джип на край стоянки. В дверях он вновь столкнулся с бритоголовыми. Те бесцеремонно пихнули его плечами, а «футбольный мяч» лениво процедил:– Слышь, братан, ты откуда такой взялся?– Из Москвы, а что?– Да ничего, в натуре. Свободен... пока. – Бритоголовые захохотали ржавыми голосами и вернулись в шашлычную. Их машина так и осталась стоять на своем месте.Жора вновь сел за столик и принялся доедать второй кебаб. Директор молчал.– Кто такие? – вытирая губы, спросил Жора.– Местные «братки», – сквозь зубы пробормотал Сергей. – Довольно опасны.– Да и хрен с ними, – громко произнес Жора.– Вы где ночевать собираетесь? – спросил Сергей.– Еще не знаю. В гостинице, видимо.– Поедемте ко мне. Живу один. Места много. Чего вам на гостиницу тратиться?Жора подумал:– Отчего же, можно. Только заедем в универсам. – Он подозвал официантку, достал из кармана бумажник.– Извините, за себя я привык платить сам, – твердо произнес директор.– Ради бога, – Жора пожал плечами. – Но к чему такая щепетильность? Расходы-то копеечные.Однако Сергей настоял на своем.Они вышли из заведения, сели в джип. У ближайшего универсама Жора остановился. Директор музея порывался идти с ним, но наш герой оставил его сторожить машину, а сам прошел в магазин, набрал продуктов, прихватил две бутылки хорошей водки и, нагруженный пакетами, открыл заднюю дверь джипа. Сложив пакеты, он вновь сел за руль.Между тем уже стемнело. На улицах зажглись фонари, и, странное дело, в желтоватом свете ртутных ламп город словно ожил. Куда-то исчезло ощущение убогости, серые тени пропали. Их заменили оранжевые, лиловые и угольно-черные.Жоре чудилось, что он на улицах родной Москвы.Между тем директор указывал дорогу, и вскорости они прибыли к подъезду типовой девятиэтажки.– Охраняемая стоянка за углом дома, – сообщил Сергей, помогая выгружать продукты.Оба молодых человека сначала поднялись на шестой этаж и занесли пакеты, потом вновь спустились. Жора припарковал на стоянке джип, и они пошли назад.Квартира, в которой проживал директор, выглядела весьма скромно, даже затрапезно. Небольшая комнатушка обставлена по-спартански. Тахта, она же кровать, платяной шкаф, журнальный столик, телевизор. В двух навесных полках некоторое количество книг, в основном исторических трудов и пособий по музейному делу. На кухне, кроме допотопного холодильника «Саратов», только стол да пара табуретов. С первого взгляда Жоре стало заметно отсутствие женской руки. Беспорядка не наблюдалось. Напротив, царила идеальная чистота. Но чистота того типа, которую называют казарменной. Каждая вещь лежала на своем, отведенном именно ей месте.«Н-да, «места много», – хмыкнул про себя Жора. – Лучше бы отправился в гостиницу».– А где же я буду спать? – полюбопытствовал он.– На тахте, – ответил хозяин.– Как на тахте? А вы?– Я на раскладушке. Сейчас схожу за ней к соседям.Жора только плечами пожал. Он по натуре был человеком без комплексов, однако несколько смутился.Раскладушка была принесена, установлена на кухне и тут же застелена.– Водку-то будем пить? – грубовато спросил Жора. Он все больше жалел, что пришел сюда.– Водку? – переспросил хозяин. – Отчего же нет? Если понемногу, то можно.На журнальном столике разложили закуску, Жора разлил жидкость в простенькие стеклянные рюмки, удивляясь про себя, что хотя бы такие нашлись. Выпили по первой, за знакомство, потом сразу по второй, потому что «между первой и второй перерывчик небольшой». Хозяин очень быстро захмелел. Строгое лицо его разгладилось, светлые, слегка вытаращенные глаза подернулись влагой.– Лиходеевка, – вдруг заговорил он громко и отчетливо, словно произносил речь с трибуны, – место весьма древнее. Весьма! Но раскопок здесь производить нельзя ни в коем случае!– Это почему же? – изумился Жора.– А потому, дорогой мой московский гость. Потому! Ввиду чрезвычайной опасности!– В чем же заключается эта опасность?– Дело в том, что городок наш Светлый целиком выстроен на огромном кладбище. Кладбище это существует с незапамятных, еще языческих, времен и является капищем Чернобога, славянского бога зла.– Вы это серьезно?– Давайте еще по рюмке употребим.– Охотно. Но почему, скажите, здесь нельзя копать, даже если под городом старинное кладбище? Ведь это как раз то, что нужно.– А потому, мой дорогой московский гость, что силы зла только и ждут, чтобы кто-то их выпустил на свободу.Жора невольно усмехнулся:– Зря смеетесь. Но вам простительно ввиду полного неведения. Уже копали некоторые... На свою голову! Нужно вам сказать: директорствую я в музее не так чтобы очень давно. До меня там трудилась одна дама, она сейчас в школе завуч.
1 2 3 4 5 6 7 8


А-П

П-Я