https://wodolei.ru/catalog/unitazy/uglovye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR:
«Хантер К. Шарм одиночества: Роман»: АСТ; М.; 2003
ISBN 5-17-009497-3
Оригинал: Cathy Hunter, “Letting Go”
Аннотация
Долгие годы ома считала, что женщина может быть счастливой лишь в постоянных отношениях с одним-единственным мужчиной. Но теперь — вольно или невольно — она СВОБОДНА.
Настало время дать себе волю и в полной мере познать ШАРМ ОДИНОЧЕСТВА — а значит, с головой окунуться в водоворот приключений, познавая все новые и новые грани беспредельного пламенного ЧУВСТВЕННОГО НАСЛАЖДЕНИЯ…
Кэти ХАНТЕР
ШАРМ ОДИНОЧЕСТВА
Глава 1
— Не понимаю, с чего бы это вдруг тебе приспичило туда пойти? Обычно тебя на аркане не затащишь на подобные тусовки. Мне идет этот галстук?
Майкл стянул с вешалки на дверце платяного шкафа галстук и приложил его к вороту сорочки.
— Вполне. А почему ты спрашиваешь? Не хочешь брать меня с собой?
Моника склонила набок голову и стала румянить скулу.
— Там будут только мои коллеги, ты никого из них не знаешь. Потом опять будешь говорить, что все юристы — зануды.
Майкл приблизился к зеркалу и начал завязывать узел.
— Надеюсь, что там найдутся и интересные люди, — сказала Моника. — Ведь не случайно же ты в последнее время стал задерживаться в офисе.
Она промокнула губы салфеткой, скомкала ее и бросила на туалетный столик.
Майкл тотчас же раздраженно поморщился и кинул салфетку в корзинку для мусора. Он всегда негодовал, когда она оставляла в его спальне следы женского присутствия. И хотя она бывала в его квартире не реже чем четыре-пять раз в неделю, он упорно убирал ее серьги, белье и помаду в ящик комода.
— Ну, как я выгляжу? — спросила Моника. — Не осрамлюсь перед твоими знакомыми?
— Ты, как всегда, неотразима, — сказал Майкл, даже не обернувшись, хотя Моника надела свое лучшее платье для коктейля черного цвета, новые колготки и туфли на шпильках, тоже черные. Она действительно намеревалась всех очаровать.
Они дошли до машины молча. Отчетливое громкое цоканье ее каблучков по тротуару взвинтило нервы обоих до предела. Моника, весь день старавшаяся не думать о предстоящем ей вечером мероприятии, покосилась на Майкла: по его скулам ходили желваки. «Любопытно, — подумала она, — он догадывается, почему я настояла, чтобы он взял меня с собой?»
— Кто сядет за руль? — спросила она.
— Если не возражаешь, то я, — ответил Майкл чужим, натянутым голосом и поправил узел галстука.
Он вел автомобиль, не отрывая взгляда от дороги и поджав губы. Молчание становилось невыносимым. Моника поймала себя на странной мысли, что за десять лет, которые они прожили вместе, она так и не научилась угадывать по лицу Майкла его мысли. Будь она более прозорливой, ей не пришлось бы терзаться догадками о причинах охлаждения их отношений. Впрочем, Майкл никогда не отличался откровенностью, и временами Моника даже удивлялась, почему они до сих пор не расстались.
Их знакомство, начавшееся в пору учебы в юридическом колледже, незаметно переросло в роман, который затянулся, то затухая, то вновь вспыхивая, на многие годы. Одновременно получив диплом, они начали работать в деловом центре Лондона. Потом Монике внезапно предложили место в крупной юридической компании в Ньюкасле. Майкл, узнав об этом, сказал, что ей дьявольски повезло. Добавь он к этому что-нибудь еще, она, возможно, и не уехала бы из Лондона. Но ожидаемых ею слов не последовало, и она перебралась на север Англии. В течение года они почти не виделись. За это время Моника успела пофлиртовать со своим новым соседом по имени Филипп, который имел привычку душиться дешевым одеколоном и называть ее крошкой. Однако воспоминания о Майкле не оставляли ее в покое, В конце концов она уволилась из этой фирмы и вернулась в Лондон. Майкл встретил ее радушно, хотя и не скрывал самодовольства. О своей непродолжительной интрижке с Филиппом она благоразумно умолчала.
Наконец они свернули на тихую улицу, вдоль которой тянулись шикарные особняки, обнесенные фигурными зелеными изгородями, и Моника спросила:
— Напомни-ка мне еще раз, как зовут хозяев дома!
— Джон Читэм, между прочим, он один из держателей крупного пакета акций нашей фирмы, и Айви, его супруга, — ответил Майкл. — Они устраивают такие званые вечера ежегодно, считая, что это способствует повышению морального духа в коллективе.
— Фу, как это банально! — поморщившись, сказала Моника.
— Но ведь в прошлом году тебе у них, как мне помнится, понравилось! — взорвался Майкл. — Во всяком случае, с выпивкой и закуской все обстояло нормально, — более миролюбиво добавил он. — Ну, вот мы и приехали!
Он первым вышел из машины и пошел по дорожке к парадной лестнице. От скопившегося за день нервного перенапряжения у Моники засосало под ложечкой. Она проклинала себя за то, что приехала сюда. Не нужно было таить свои подозрения в душе и строить из себя частного детектива. Нормальные пары сразу выясняют отношения, если в них возникает трещина, и не изводят друг друга колкостями и упреками. Увы, их с Майклом отношения никогда не строились на откровенности.
Наконец дверь открылась, и они очутились в большом холле. Моника сразу же ощутила легкое головокружение и оторопь от жары и количества гостей. Обе большие гостиные были переполнены нарядно одетой чопорной публикой. Монике даже пришлось поработать локтями, чтобы протиснуться к бару, где гостей угощали напитками. От нее не укрылось, что Майкл постоянно озирается по сторонам, явно высматривая кого-то конкретно. Даже подавая ей бокал белого вина, он не посмотрел ей в глаза. Заинтригованная столь необычным его поведением, Моника тоже начала вглядываться в лица людей, хотя и не представляла себе, кто именно ей нужен. Вряд ли неизвестная ей соперница приколола к своему вечернему платью значок, подтверждающий ее тайную интимную связь с Майклом.
— Ты их всех знаешь? — наконец спросила она, желая привлечь к себе его внимание.
— Пожалуй, половину знаю точно, — наморщив лоб, ответил он, отхлебнул из бокала и вымучил улыбку.
— Может быть, перейдем в другую гостиную? — предложила она. — Здесь слишком душно.
— Да, пожалуй! — кивнул Майкл.
Он раскланялся с какими-то важными господами в дорогих костюмах и пошел впереди Моники к выходу из гостиной. В коридоре он приветливо помахал рукой одному из своих коллег и вошел в другую, просторную, гостиную. Сидевшая в кресле женщина, заметив его, обрадованно улыбнулась и встала. Но едва лишь она увидела Монику, лицо ее словно окаменело. Однако она довольно быстро справилась с волнением и мелодично сказала:
— Как я понимаю, вы Моника. Рада с вами познакомиться.
Моника ограничилась любезной улыбкой.
— Позволь представить тебе Сьюзи, — вступил в разговор Майкл. — Она работает у нас всего несколько месяцев, но уже подает большие надежды. — Он переступил с ноги на ногу и улыбнулся: сначала Сьюзи, потом Монике.
— Не смущай меня, Майкл! — рассыпчато рассмеявшись, воскликнула Сьюзи.
Моника моментально уловила наличие между ней и Майклом внутренней связи, причем настолько прочной, что не заметить ее было невозможно. Они то и дело посматривали друг на друга, обменивались улыбочками и вообще вели себя так, словно знали нечто такое, чего не знали остальные. Моника почувствовала себя лишней, и от обиды и ревности ее щеки стали пунцовыми.
— Может быть, выпьем еще по бокалу вина, Майкл? — спросила она и, не дожидаясь ответа, бесцеремонно взяла его за локоть и привлекла поближе к себе.
Он недоуменно посмотрел на свой почти полный бокал:
— Мне вполне достаточно. Если хочешь, сходи в бар одна.
Моника едва не влепила ему пощечину.
— А вы, Сьюзи? Не желаете промочить горло? — спросила она.
— Нет, благодарю, — ответила Сьюзи.
Монике не оставалось ничего другого, кроме как отпустить локоть Майкла и отправиться в бар, мысленно проклиная своего спутника за упрямство. Выйдя в коридор, она подумала, что он просто хотел избавиться от нее, наказать за то, что она увязалась за ним на эту вечеринку для узкого круга. А может, ему нужно было о чем-то поговорить со Сьюзи. Моника подавила желание обернуться и посмотреть, как они ведут себя у нее за спиной, и глубоко вздохнула. Не хватало только, чтобы ее заподозрили в патологической ревности!
Самообладание покинуло Монику, к горлу подкатил ком. Весь этот день она внутренне готовилась к подобному повороту событий, представляла, как будет изображать оскорбленную невинность, жечь изменника холодным, презрительным взглядом, сохраняя при этом внешнюю невозмутимость светской львицы. Но все ее приготовления оказались напрасными, кровь ударила ей в голову, как только она осознала, что над их с Майклом отношениями нависла серьезная опасность. Чувства взяли верх над разумом, и она даже подумала, что лучше уйти с вечеринки и оставить эту парочку в покое: пусть себе воркуют. Но затем она решила не сдаваться без боя и дать сопернице отпор. В конце концов, после десяти своих лучших лет, которые она отдала Майклу, она имела на это моральное право.
Моника остановилась и, резко повернувшись, направилась назад в гостиную. В дверях она замедлила шаг и увидела, как Майкл что-то нашептывает Сьюзи на ухо, а та улыбается. Майкл рассмеялся и, обняв Сьюзи за талию, привлек ее к себе, словно бы желая поцеловать. Она шутливо хлопнула его ладошкой по руке, изображая возмущение. Несомненно, это была игра, притворство тайных любовников.
Моника приросла к месту, пораженная увиденным. Ни Майкл, ни Сьюзи не заметили ее, занятые друг другом, и Моника вопреки призывам своего внутреннего голоса продолжала наблюдать за ними. Майкл стал что-то пылко говорить, размахивая руками, изо всех сил стараясь развлечь свою собеседницу. Сьюзи некоторое время слушала его молча, даже с некоторым недоверием во взгляде, но потом внезапно расхохоталась. Моника догадалась, что Майкл рассказывал ей какой-то свежий анекдот.
От созерцания столь умилительной сцены ей стало не по себе. Она почувствовала себя настолько скверно, что, отступив на пару шагов, припала плечом к стене. В ушах у нее шумело, голова шла кругом. Сомнений больше не было: Майкл ей изменяет. Теперь ей стало понятно, почему он так переменился в последнее время, отчего все чаще уклонялся от интимной близости с ней. Значит, дело вовсе не в кризисе мужчины среднего возраста и не в желании побыстрее продвинуться по карьерной лестнице. Причина его нервозности и усилившейся замкнутости одна — это Сьюзи.
Эта женщина вызвала у Моники настороженность сразу же, едва лишь они обменялись взглядами. От нее исходила явная опасность, и в первую очередь именно потому, что она не была ни яркой юной блондинкой, стремящейся привлечь к себе внимание немолодых состоятельных мужчин, ни зрелой порочной красавицей. Но в ней была изюминка, особое обаяние сильной женской натуры. Об этом свидетельствовали ее миндалевидные глаза, длинные темные волосы, ниспадающие на спину, и стройная фигура. Во всем ее облике ощущались отменное здоровье и незаурядный характер. Держалась Сьюзи непринужденно и самоуверенно, даже нагло, как человек, способный дать обидчику достойный отпор.
Понимая, что нужно немедленно прервать милую беседу Майкла и Сьюзи, Моника тем не менее не могла сдвинуться с места. Ее будто парализовало, она лишилась физических сил, но в ее груди бушевала буря эмоций. Сделав успокаивающий вдох, она резко повернулась и устремилась в бар.
Перед ее мысленным взором стояла щебечущая парочка, сердце стучало, словно паровой молот. Но постепенно, собрав в кулак всю волю, она начала рассуждать спокойно, внушая себе, что истерика пойдет ей только во вред, а торопиться с выводами неразумно. Как ни больно ей наблюдать флирт Майкла с другой женщиной, внушала себе она, из этого не следует, что между ним и Сьюзи сложилось нечто серьезное. Нужно дать своим взвинченным нервам успокоиться, а уже потом делать умозаключения. А еще лучше — спокойно поговорить обо всем с Майклом позже и выяснить, что, черт подери, происходит.
Хлопотавший за стойкой незнакомец услужливо вызвался наполнить бокал для Моники.
— Скажите, когда хватит, — пробормотал он, начав наливать вино.
— Не будьте скрягой, наливайте до краев! Меня замучила жажда. — Опустошив бокал в несколько глотков, она сказала:
— Еще!
— Не боитесь опьянеть? — с лукавой улыбкой спросил мужчина, выполняя ее просьбу.
— Ваше здоровье! — сказала Моника, поднимая наполненный им бокал.
— За ваше счастье! — ответил он, поднося к губам свой.
Моника скептически вскинула бровь и хмыкнула.
— Вы не верите в счастье? — в свою очередь, удивился ее собеседник, щуря доброжелательные темно-карие глаза. Моника покачала головой, улыбнулась и собралась уже было покинуть бар, когда незнакомец задушевным голосом добавил:
— Впрочем, я мог бы и не спрашивать, у вас все написано на лице. Вы куда-то торопитесь? Вас кто-то ждет?
— Честно говоря, нет, — неожиданно для себя ответила Моника. — Я здесь почти никого не знаю.
— В таком случае давайте напьемся, — заговорщицким тоном предложил мужчина, который начинал ей все больше нравиться. — Здесь полно выпивки. А поскольку вас тут никто не знает, то и стесняться вам некого, не так ли?
— Что касается меня, вы абсолютно правы. Однако интуиция подсказывает мне, что вам лучше оставаться трезвым, — сказала с улыбкой Моника.
— Откровенно говоря, мне некого бояться. Мое положение держателя солидной доли акций нашей фирмы позволяет мне порой совершать безрассудные поступки.
Пусть другие, рангом пониже, заботятся о своем внешнем виде и благоразумном поведении. А я могу напиться и вытворять глупости, — окинув Монику изучающим взглядом, сказал веселый незнакомец.
— Оказывается, я пью с важной птицей! — сказала Моника и расхохоталась. — Это большая честь!
Она прищурилась, в душе сомневаясь, что действительно беседует с одним из компаньонов фирмы «Читэм и Бут». На вид этому мужчине было не более сорока лет, да и держался он как-то несолидно. Такого ей было трудно представить себе в составе совета директоров крупной юридической компании.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19


А-П

П-Я