https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_vanny/Germaniya/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Надя притащила швабру и принялась мести обрывки в сторону коридора. Ее трясло от ненависти. Оставил ли это письмо Егор специально, чтобы она нашла его в самый неподходящий момент, или просто забыл его на полке в шкафу? «А почему Лу-лу? – вдруг подумала она, опершись на швабру. – Зачем он назвал... то есть обозвал меня Лу-лу? Какая же я Лу-лу? Лулу... Что-то французское, манерное есть в этом прозвище... Может, он хотел намекнуть на мою неискренность и неестественность, которые находил во мне? К Зине Трубецкой часто обращаются – Зизи. Нет, в письме было именно «Лу-лу» – через дефис, а не Лулу... Лу-лу, ля-ля, ла-ла! Тили-тили, трали-вали... Нет, «лу-лу» – не имя и не прозвище, а какой-то звуковой мусор, как сказала бы моя бывшая профессорша. Да с чего я взяла, что это обращение? И вообще, почему я об этом думаю?!»
Надя в очередной раз дала себе слово не думать о Егоре.
Солнце светило в окна так ласково, так многообещающе, что она решила – надо влюбиться в кого-нибудь. Это поможет ей выбросить прошлое из головы. Вот окажется она в санатории – молодая, красивая, умная, – и все мужчины падут перед ней ниц...
* * *
– Почему ты решила ехать со мной? – спросила Лиля. Она сидела за рулем и не отрывала глаз от дороги.
– Раиса меня бы замучила, – призналась Надя. – Болтала бы, не замолкая, о Колесове, а у меня и так голова болит. Не спала опять полночи, переводила... С тобой ехать гораздо приятнее.
– Да, я тебя понимаю, – кивнула Лиля. – Райка у меня тоже в печенках сидит. Как бы не испортила нам весь отдых...
Они выехали за МКАД и теперь мчались по широкому ровному шоссе – мимо мелькали леса и дачные поселки.
– Лилька, не перестаю удивляться, какая ты красивая! – с восхищением сказала Надя, любуясь подругой. – У тебя такие глаза... Небесная лазурь! Если бы я не знала тебя сто лет, я бы решила, что ты пользуешься контактными линзами...
Лиля польщенно засмеялась.
Она и вправду была сегодня особенно хороша, в этом новом платье с рисунком из васильков – квинтэссенция простоты и изящества. «Зинка умрет от зависти», – сказала Лиля себе, когда покупала это платье в одном из центральных универмагов.
– Знаешь, к нам, может быть, Зина Трубецкая на денек заедет, – сообщила Лиля, уверенно держа руль. – Ну, не сегодня, не завтра – а так, когда получится...
– Зачем?
– Я думаю, ей любопытно, как мы будем проводить время, – засмеялась Лиля.
– Так оставалась бы с нами подольше...
– Подольше она не может – у нее ремонт.
Надя хотела спросить – правда ли, что Зина Трубецкая совершенно лысая, но потом решила, что ее вопрос прозвучит глупо. В самом деле, не стоило озвучивать Райкины сплетни!
Они ехали долго – солнце уже приближалось к зениту. Наконец за одним из поворотов появился указатель со стрелкой «Хрустальные ключи» – 400 метров».
– Ого! – обрадовалась Надя. – Вот и добрались.
– И что за ключи у них там такие... – с любопытством и недоверием пробормотала Лиля. – Ладно, будем надеяться, что Кариночка отправила нас в хорошее место. Кариночка – это та знакомая из турагентства...
У ворот солидный охранник проверил их фамилии по списку.
– Добро пожаловать, дамы, прямо и налево – там машину свою можете оставить...
За воротами, на территории санатория, было так хорошо, что Надя запрыгала от радости на сиденье:
– Лилька, красотища! Мне тут нравится!
– Ты погоди, Надь, мы еще не вникли...
На стоянке их ждал приятный сюрприз. Альбина и Рая. Прибыли немного раньше...
– Девчонки! – завизжала Рая, едва не бросаясь под колеса Лилиной машины. – Приехали-и!
– Райка, сумасшедшая... – вовремя перехватила ее Альбина.
Поцелуи, охи, ахи, объятия, беспорядочный обмен впечатлениями...
Они уже пошли к центральному корпусу, где была администрация, как Альбина вдруг остановила их:
– Нет, вы только посмотрите на нашу Лильку! Разве вы не заметили?
– Что? Что?
– Машина у нее голубая – это раз, платьице – тоже... Лилька, признавайся, ты все вещи под цвет глаз выбираешь?
– Я давно заметила! – засмеялась Надя.
– А Райка у нас сегодня тоже красавица...
На Рае были короткие трикотажные брючки и оранжевый топик, демонстрирующие щедрые формы их обладательницы.
У каждой был отдельный номер – четыре двери подряд.
– Ненужная роскошь... – пробормотала Альбина, гремя в просторном коридоре ключом с массивным брелоком. – Мы могли бы и парами поселиться.
– Кто с кем? – с усмешкой спросила Лиля. – Мы бы передрались, пока решали. Я знаю, например, что Райка храпит. Кто бы с ней согласился жить?
– Я храплю?! – возмутилась та, высунув голову обратно в коридор. – Гнусная ложь! А после тебя, Лилька, в комнату войти невозможно!
– Это почему же? – опешила Лиля, нежное и возвышенное существо.
– Да ты весь воздух испортишь своими духами-одеколонами!
– Девочки, прекратите, – остановила их Альбина. – Я сказала глупость...
– Встретимся через час, в столовой! И помните – мы не должны связывать друг друга, мы совершенно свободны...
«Как хорошо... – опять восхитилась Надя, оказавшись в своем номере. – Нет, мне здесь определенно нравится!»
Однокомнатный номер был чистым и просторным. Все блестело и переливалось в солнечных лучах – деревянный паркет, деревянная, покрытая лаком мебель, хромированные завитушки светильников, застекленная репродукция на стене...
Надя отодвинула легкую прозрачную занавеску – там был балкон.
Она открыла его – все тот же свежий, с незнакомым ароматом ветер, который она ощутила еще на стоянке, но который не успела пока распробовать, плеснул ей в лицо. Совсем не такой, как в центре Москвы...
Под окнами росли деревья, а дальше, в дымном золотом мареве, был виден изгиб реки. «Прохоров... – грустно подумала Надя, вспомнив о своем бывшем супруге – вопреки всем своим клятвам и зарокам. – Что же ты наделал... Представляешь, как нам было бы хорошо здесь вдвоем?» Она еще не отучилась от привычки представлять всегда и везде своего бывшего супруга рядом с собой.
Надя переоделась – в те самые розовые брючки и белую майку, открывавшую руки и плечи. Хотела уже идти к какой-нибудь из подруг, но потом вспомнила – они совершенно свободны, они не должны друг другу мешать... Надя легла поверх покрывала на широкую кровать – на минутку, передохнуть.
Сон неожиданно сомкнул ей веки.
«Я здесь – ты угадала», – сказал Прохоров. Он появился неожиданно, из-за балконной двери. Сел на край кровати и погладил ее по босой ноге. Надя удивилась его появлению, но не очень. Ведь на самом деле она ждала чего-то подобного все это время. «Каким образом?» – все-таки для вида спросила она. «Ты подумала обо мне – и я пришел».
И она – та Надя, что плавала сейчас в золотом летнем сне, – подумала: хорошо, что он здесь. Может быть, все то, что произошло с ними раньше, исчезло и они снова вместе. Она его не выгоняла («Все кончено, Прохоров! Никогда не прощу! Убирайся!..»), а он не уходил никуда со злым, бледным, сумасшедшим лицом («Ну хотя бы поговорить ты со мной можешь, Надя?!»).
«Разве ты не разлюбил меня?» – спросила она. «Глупости какие! – сердито произнес он. – Ты же знаешь, Надька, я всегда любил только тебя!»
«Наверное, мне действительно приснилось, что мы развелись», – подумала она во сне.
У него были темно-русые, коротко стриженные волосы, нос с маленькой горбинкой (она называла ее французистой и считала очень пикантной), серые глаза – ну да, это он, Егор Прохоров. «Что ты меня разглядываешь? – удивленно спросил он. – Давно, что ли, не видела?» – «Давно, – сказала она. – Давно, Прохоров, очень давно!..»
А потом зазвонил будильник.
Надя села на кровати, огляделась по сторонам – никого. На тумбочке заливался сотовый.
– Але...
– Шелестова, ты спишь, что ли? – изумленно спросила Лиля. – Мы уже в столовой, полчаса тебя ждем... Немедленно спускайся, соня!
– Да... сейчас.
Надя влезла в босоножки, заперла дверь и поскакала вниз по лестнице. Столкнулась с каким-то мужчиной у перил, не глядя, отпихнула от себя.
– Осторожней, девушка! – В голосе не было гнева, лишь удивление.
Столовая располагалась в огромном зале с мраморными колоннами, увитыми искусственным плющом. Ослепительно-белые скатерти...
Лиля, Рая и Альбина сидели возле раскрытого окна, занавеска трепетала над их головами.
– Ну вот, наконец-то...
– Явилась, не запылилась!
– Девочки, посмотрите – у нее даже подушка на щеке отпечаталась!
Альбина похлопала ладонью по стулу рядом с собой.
– Иди ко мне поближе...
– А что у нас на первое? О, мясная солянка... – обрадовалась Надя.
– Это убийство, – кисло произнесла Рая, отпивая ягодный морс из стакана. – Первое, второе, третье... Да, и еще закуска! Вот, Надя, буженинка – твоя порция...
– И булочки – свежайшие, с маслом, – напомнила Альбина.
– Так чем же ты недовольна? – удивилась Надя, искоса посмотрев на Раю.
– Как – чем? – закудахтала та. – Странный вопрос к человеку, который сидит на диете...
– Так не ешь все подряд! – хихикнула Лиля.
– Я не могу! Уплочено же...
Рая произнесла это слово именно так, с неподражаемой интонацией. Все засмеялись. Рая работала бухгалтером в магазине, торгующем строительными материалами.
Альбина тоже переоделась – на ней был очередной костюм нейтральной расцветки, на ручке стула висела новая сумочка – холщовая, с плетеными ручками.
– А меня совесть мучает... – улыбнулась она. Альбина сидела, держа спину прямо, как всегда. – Я тут пирую, а Леон там один. Нет, сегодня-завтра он еще продержится, я ему наготовила много чего, но что будет дальше...
– Совсем разбаловала мужика, – осуждающе произнесла Рая.
– Раечка, он же творческая личность, композитор, он витает в высоких сферах...
– Тс-с... – сказала Лиля. – За соседним столиком вижу компанию. Одни мужчины. На вид вполне приличные... Смотрят в нашу сторону.
– Где, где? – заволновалась Рая. – Ах, те... Да ну, ничего особенного...
Рая всегда критиковала Лилин вкус. Но спор не имел продолжения – к соседнему столику подошли женщины, вероятно, спутницы этих мужчин.
– Тут все семейные... – разочарованно произнесла Рая. – А я так мечтала Колесову рога наставить!
– Мы приехали сюда отдыхать, – напомнила Альбина. – Это наша первоочередная задача. И еще – найти Наде подходящего жениха...
– Я передумала, мне никто не нужен! – спохватилась Надя. – Честное слово, обойдусь без женихов!
У Раи затренькал сотовый, висевший на шее.
– Минутку, – она вылезла из-за стола. – Это мама, наверное...
– Завтра с утра лечебные процедуры, – сказала Лиля, глядя в окно. – Проконсультируемся с доктором, кому чего он порекомендует... Алька, не забудь!
– Ах да... А вечером что будем делать?
– Гулять!
Рая так до конца обеда и не вернулась. Когда Лиля, Надя и Альбина вышли из столовой, то обнаружили ее у клумбы возле входа. Она смеялась и болтала с какими-то двумя небритыми субъектами.
– Девочки! А я тут с Юриком и Гогой познакомилась...
Юрик и Гога вожделенно посмотрели на Лилины загорелые ножки.
– Очень приятно, – хладнокровно произнесла Лиля. – Раечка, мы опаздываем.
– Куда это мы опаздываем? – удивилась Рая. – Юрик и Гога предлагают нам осмотреть окрестности, они тут уже три дня... Кстати, вот Надя. Юрик, ты, кажется, хотел именно с Надей познакомиться?
Стало ясно, что до того она усиленно рекламировала свою незамужнюю подругу.
– Колесова... – железным голосом произнесла Лиля. – Можно тебя на минутку?
Подруги пошли по аллее, оставив Юрика с Гогой без всякого внимания.
– Но как же... – оглянулась Рая. – Я не понимаю... Мы же собирались Наде жениха найти!
– Только не они!
– Да, они ужасные, – сморщилась Альбина. – Нет, Рая, такие нам не нужны.
– А какие нам, то есть вам, нужны? – скандальным голосом спросила Рая.
– Ты видела, какие сотовые у них из карманов торчат? – сказала Лиля. – Эти формы, эти расцветки... Сплошные понты. Нет, они явно какие-то продавцы с рынка...
– А чем плохи продавцы с рынка? – не унималась Рая.
– Рая!!!
Они шли по территории в сторону речки. Мимо, от ворот в сторону стоянки, проехал медленно огромный черный «Хаммер». Вернее, не проехал даже, а проплыл. За рулем сидел молодой мужчина. Темные волосы, темные очки, узкая полоска сжатых губ. Куда был направлен его взгляд, определить было невозможно – мешали темные очки, но Лиля сразу же подобралась, и походка ее неуловимо изменилась. Она кожей почувствовала, что красавец за рулем заинтересовался именно ею.
– Это мой, – тихо прошептала она.
– Что? – Рая обернулась, с любопытством посмотрела вслед проехавшей машине.
– Я говорю – этот будет моим, – уверенно произнесла Лиля.
– Лилька, ты видела его машину? – ужаснулась Рая. – Это же бандит какой-то!
– Он не бандит, – безапелляционно заявила Лиля. – Либо удачливый бизнесмен – из молодых, да ранних, либо чей-то сынок.
– А как же Адам? – удивилась Альбина.
– Алька, Адам в отъезде! – напомнила Лиля. – И потом, я же объясняла – мы с ним имеем право на небольшие романы. Мне этот мальчик в темных очках очень даже понравился... Такой серьезный! Обожаю серьезных мужчин... Особенно когда они раздеваются – с таким невозмутимым, холодным выражением лица, словно им нет дела до того, что они сейчас будут заниматься сексом. А потом – безудержная страсть! Обожаю контрасты.
Альбина фыркнула.
– Никогда не стану изменять Леону, – твердо заявила она.
– А я буду изменять Колесову направо и налево, – ожесточенно произнесла Рая. – И мне плевать на мораль и высокую нравственность. Особенно после того, как они с Катькой с третьего этажа...
Они дошли до обрыва. Вниз, к реке, спускалась изгибами узкая деревянная лестница.
Друг за другом, стуча каблуками, подруги пошли по ней.
– Черт, шею можно свернуть... За такие деньги могли бы эскалатор здесь установить! Или этот... фуникулер.
– Райка, физическое движение необходимо.
– Лучше в тренажерный зал лишний раз сходить.
– Как же, пойдешь ты туда!
– Альбиночка, ты не устала?
Надя шла последней. Сквозь листья блестела река. Надя на миг остановилась, прижала ладонь ко лбу, вгляделась в даль – там маленькой точкой полз по реке катер.
– Девочки, чуть ниже я вижу пристань!
1 2 3 4 5 6


А-П

П-Я