https://wodolei.ru/catalog/mebel/komplekty/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Для взрослых это було белым пятном в его жизни, непонятным и запретным.
Они не понимали, кем он был на самом деле - только то, кем он казался. Даже его мама и дядя Люк, которые пользовались помощью Силы.
Тетя Мара, вероятно, понимала, - она тоже никогда по-настоящему не була ребенком, - но даже она была в ослеплении из-за своих отношений с дядей Люком; ей приходилось учитывать его чувства в той же мере, что и свои собственные.
Ну, теперь будет большой скандал. Он мог бы объяснить дяде Люку свои ощущения в Силе, но это бы лишь предупредило мастера о его намерениях в этом отношении. Даже если бы дядю Люка удалось убедить послать кого-нибудь немедленно, это был бы кто-то другой, кто-то постарше. Но Энакин знал, что это должен быть он, это он должен бул отправиться туда. Если он не сделает этого, его лучшая подруга обречен на долю куда худшую, чем смерть.
Это было единственное в его жизни, в чем он был сейчас уверен.
- Взлет разрешен, - сообщил портовый контроль.
- Врубай питание, Пятак, - буркнул Энакин. - Нам кое-куда нужно.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Когда звезды рванулись обратно в нормальное состояние, Энакин положил свой XJ-иксокрыл в ленивый дрейф и обесточил все, кроме сенсоров и систем минимального жизнеобеспечения. В обычных условиях он не был бы столь осторожен; в конце концов, нужно следить за появлением гиперпространственной ряби от входящего в систему иксокрыла, чтобы обнаружить его. Но Энакин нутром чуял, что вполне мог найтись кто-то, кто бы этим и занимался.
Вращение и рысканье, которые он придал иксокрылу, не были случайными, но рассчитаны были так, чтобы дать приборам полный отчет об окружающем пространстве в как можно меньшее время. Пока сенсоры делали свое дело, Энакин потянулся наружу с помощью чувства, которому доверял больше всего - Силы.
Планета Явин заполняла большую часть поля зрения, ее обширные оранжевые океаны газа кипели, образуя фрактальные, изменчивые рисунки. Этим знакомым ликом были отмечены дни и ночи большей части его детства. Праксеум - академия джедаев дяди Люка - располагался на Явине 4, луне газового гиганта. Энакин помнил, как смотрел на Явин в ночном небе, на колоссальное видение планеты, грезя о том, что могло там быть, бросая свою растущую Силу на ее исследование.
Он обнаружил облака метана и аммиаака, более глубокие, чем океаны, водород, настолько сжатый давлением, что превратился в металл, жизнь, раздавленную до толщины бумаги, но все же благоденствующую, циклоны тяжелее свинца, но более быстрые, чем ветры в любом из миров, населенных людьми. И кристаллы, сверкающие самоцветы, подхваченные этими титаническими ветрами, что кружаться в древнем танце, ловя весь свет, который они могли найти в верхних, более тонких, слоях атмосферы, и заточая его в своих молекулах.
Ничего этого Энакин, конечно, глазами не видел - ночами, с помощью Силы он ощущал это и, роясь в библиотеке, постепенно постигал.
В своем воображении он видел еще больше. Обломки Звезды Смерти, которая нашла свой конец в этом самом небе, истолченные в мономолекулярную фольгу яростным давлением и гравитацией. Более древние вещи, реликты ситов и других общин, еще более далеких в пространстве и времени. Если планета Явие поглощала какую-то тайну, она не собиралась отдавать ее обратно. Судя по тем секретам, которыее были обнаружены в системе Явина - например, по Взрывателю Солнц, который Кипу Дэррону удалось однажды вытащить из чрева оранжевого гиганта - так было лучше.
Рядом с широким краем Явина мерцала яркая желтоватая звезда - Явин 8, одна из трех лун в системе, благословенных жизнью. У Энакина была там подруга, уроженка этого мира, которая немного потренировалась в академии и вернулась домой. Он чувствовал ее - очень отчетливо. Возле самого края находился Явин 4, где были другие его друзья. В некотором смысле вся система была для Энакина вроде знакомой комнаты, в которую он мог войти и тут же заметить, что что-то не на месте.
И кое-что ощущалось очень не на месте.
С помощью Силы он мог чувствовать других кандидатов в джедаи, ибо все они были в ней очень сильны. Он мог чувствовать Кама Солюсара, его жену Тайонну и древнего Икрита - не студентов, но полноценных джедаев. Они были видны словно через облако, что означало, что они по крайней мере пытаются поддерживать мираж, скрывающий Явин 4 от постороннего взгляда.
Но даже через все это ярко сияло одно присутствие, еще более сильное благодаря знакомству и дружбе. Тахирай.
Она тоже чувствовала его, и, хотя он не мог слышать те слова, которые она, наверное, пыталась посылать, но ощущал что-то вроде ритма, как будто кто-то говорил быстро, возбужденно, без пауз для дыхания.
Один уголок рта Энакина пополз вверх. Да, это была Тахирай, все правильно.
То, что ощущалось не так, было чуть ближе и намного слабее. Не йуужаньвонги, поскольку их нельзя было чувствовать с помощью Силы, но кто-то, кому не следовало здесь находиться. Кто-то слегка смущенный, но быстро обретающий уверенность.
- Держись, Пятак, - сказал он своему астромеху. - Будь готов быстро удирать или биться. Может, это Тэйлон Каррд и его люди прибыли с опережением графика, но я бы скорее сыграл против Лэндо Кальриссиана в сабакк, чем рассчитывал на это.
- ОТВЕТ УТВЕРДИТЕЛЬНЫЙ, - мигнул дисплей.
Они появились в зоне досягаемости сенсоров, и компьютер нарисовал силуэт увеличенного изображения.
- Не так уж плохо, - пробормотал Энакин. - Один кореллианский легкий транспорт. Может, это из группы Каррда.
А может, и нет. А еще здесь могла быть сотня йуужань-вонгских кораблей, по другую сторону от газового гиганта или Явина 4, невидимых для его чувств джедая и скрытых от его сенсоров. В любом случае ожидание не было выходом. Энакин добавил энергии, откорректировал свое падение и включил ионные двигатели.
Он активировал систему связи и вызвал незнакомый корабль:
- Транспорт, назовите себя.
Несколько мгновений ничего не происходило, затем радио протрещало:
- Кто это?
- Меня зовут Энакин Соло. Что вы делаете в системе Явина?
- Мы добытчики самоцветов.
- В самом деле? Где же ваш траулер?
Снова пауза, и слова, в которых сквозит гнев:
- Теперь мы видим луну. Мы все время знали, что она здесь. Ваше джедайское колдовство подвело вас.
- ТРАНСПОРТ ВКЛЮЧАЕТ СИСТЕМЫ ВООРУЖЕНИЯ, - заметил Пятак. Энакин мрачно кивнул, когда чужой корабль развернулся в его сторону.
- Предупреждаю единственный раз, - сказал Энакин. - Оставайтесь на месте.
Вместо ответа последовал выстрел из лазерной батареи, от которого он на таком расстоянии сумел легко уйти, словно отражая бластерный выстрел светомечом.
- Ну и ну, - пробормотал Энакин. - Думаю, этим все сказано.
Он развернул крылья в боевой режим.
- Пятак, выдай мне обходное приближение шесть, но я хочу иметь ручное управление на случай чего.
- ПРИНЯТО.
Он начал падение в сторону Явина 4 и транспорта на полной тяге, крутясь и кувыркаясь на ходу, и, почувствовав цель достаточно отчетливо в Силе, вспорол пустоту ночи рубиново-красным. Транспорт ответил огнем и начал собственный маневр уклонения, но это было все равно как если бы банта пыталась улизнуть от слепня.
Впрочем, у них были хорошие щиты. Когда Энакин завершил первый заход, его противник был в основном невредим. Что еще интереснее, четыре вспышки голубого пламени - и приборы подтвердили, что транспорт только что выпустил в него протонные торпеды. Энакин готовился к развороту на следующий заход; вместо этого он продолжал падение на луну.
- Четыре протонные торпеды. Эти ребята и вправду нас не любят, Пятак.
- ТРАНСПОРТ ВЫГЛЯДИТ НЕДРУЖЕЛЮБНО, - подтвердил Пятак. Энакин вздохнул. Пятак был более совершенным астромехом, чем Р2-Д2, но ему иногда не хватало индивидуальности дядиного дроида. Наверно, надо будет что-нибудь с этим сделать.
Два лазерных выстрела один за другим быстро ударили по его щитам, но те сделали свое дело. Протонные торпеды приближались, когда Энакина встретило сопротивление атмосферы. Он нырнул вниз, и корабль слегка завибрировал. Нос и крылья из-за трения о верхние слои атмосферы начали нагреваться. Если бы он не рассчитал время правильно, то разворотил бы джунгли, которые были всего в нескольких километрах внизу.
Когда передовая торпеда была почти у цели, Энакин отрубил двигатели и рванул нос вверх. Атмосфера, хоть и тонкая, все же смогла дать XJиксокрылу хорошего пинка, швырнув его прочь от луны. Сервомоторы взвыли, и где-то что-то испуганно взвизгнуло. Используя инерцию атмосферного толчка, Энакин повернул еще выше, из-за растущей перегрузки кровь отлила у него от головы, и затем он снова врубил двигатели.
Торпеды преуспели меньше. Конечно, они попытались повернуть за ним. Двум это не удалось, и они продолжали падать на луну. Две другие помчались далеко в стороны от курса Энакина и уже не могли найти его раньше, чем у них кончится топливо.
- Хорошая попытка, - мрачно сказал Энакин. Теперь он поднимался вверх, уже достаточно уйдя от гравитации, и его лазеры работали в равномерном ритме. Он получил еще один удар от более мощного вражеского орудия, и на мгновение огни в кабине померкли. Затем они снова вспыхнули, когда Пятак восстановил питание, и Энакин долбанул по транспорту. Щиты не выдержали, и он поджарил их главный генератор.
Вися у них на хвосте, он расстрелял лазерные башни, торпедные порты и двигатели.
Затем он снова попробовал радио:
- Теперь поговорим? - спросил он.
- Почему бы и нет? - отвечал голос на другом конце. - Ты все еще можешь сдаться, если захочешь.
- Что за… - начал Энакин, но Пятак прервал его:
- ЗАМЕЧЕН ГИПЕРПРОСТРАНСТВЕННЫЙ СКАЧОК. ПРИБЫЛИ 12 СУДОВ, РАССТОЯНИЕ 100 000 КИЛОМЕТРОВ.
- Ситова слюна! - проворчал Энакин, беря пеленг своими сенсорами.
Это не были корабли йуужань-вонгов, - он увидел это сразу, - просто сборище И-крылов, транспортов и корветов.
Они вызывали его. Он включил связь.
- Неопознанное судно, это Бригада Мира, - протрещал голос. - Оставайтесь на месте и сдавайтесь, и вам не причинят вреда.
Они были слишком далеко, чтобы достать его. Это ненадолго. Энакин вернул крылья в исходное состояние, развернулся, дал газу и помчался к далекому зеленому буйству Явина 4.
Энакин выпрыгнул из кабины Х-крыла в безмолвную полутьму. Далекая черта неясного света обозначала вход, через который он влетел в место, которое было когда-то частью древнего храмового комплекса массасси, намного позже - центральным ангаром флота повстанцев, а теперь почти не использовалось, поскольку большинство кораблей, приземлявшихся в академии, садилось снаружи.
Энакин зашаркал своими летными ботинками по древнему каменному покрытию, и звуки шагов раздавались, словно тихое биение громадных крыльев. Он вдыхал запахи камня и смазки и более слабый мускусный аромат джунглей.
Из темноты кое-кто следил за Энакином.
- Кто это? - спросил голос, и слова заполнили пространство.
- Это я, Кам. Энакин.
Что-то тускло блеснуло, зажегся ряд световых панелей. В десяти метрах стоял Кам Солюсар и вешал светомеч обратно на пояс
- Я и думал, что это похоже на тебя, - сказал Кам. - Но здесь на орбите уже несколько стандартных суток находится незнакомый корабль. Мы пытались сбить их с толку.
- Бригада Мира, - объяснил Энакин. - И у этого корабля появились друзья, около двенадцати. И они больше не сбиты с толку.
Говоря это, он приблизился к Каму, и вдруг его бывший учитель шагнул вперед, сжав его руку:
- Я рад видеть тебя, Энакин. А ты? Ты что, один?
Энакин кивнул:
- Тэйлон Каррд уже на пути сюда со своей флотилией. Он должен эвакуировать вас и студентов. Я думаю, дядя Люк не ожидал, что бригадники появятся так скоро.
Глаза Кама сузились:
- Но ты ожидал, не так ли? Ты прилетел сюда без разрешения.
- Фактически я прилетел вопреки приказу, - поправил Энакин. - Теперь это неважно. Безопасность студентов - вот что важно.
- Конечно, - согласился Кам. - Через сколько времени бригадники могут приземлиться?
- Через сколько часов? Скоро.
- А Каррд?
- Он может быть через несколько дней.
Кам скривился:
- Мы не сможем столько продержаться.
- Должны. Мы все джедаи.
Кам фыркнул:
- Ты должен знать предел своих возможностей. Я свой предел знаю. Мы можем биться очень хорошо, но мы потеряем детей. Я должен думать в первую очередь о них.
Они уже подходили к турболифту, когда его дверь с шипением открылась и извергла какое-то белокуро-оранжевое пятно. Пятно шлепнуло Энакина где-то на уровне груди, и внезапно он почувствовал сильные руки, обвившие его в неистовых объятиях. Сияющие зеленые глаза плясали всего в нескольких сантиметрах от его глаз.
Его лицо обдало жаром.
- Привет, Тахирай, - сказал он.
Она шагнула назад:
- Привет, ты, великий герой-со-звезд, который слишком хорош, чтобы поддерживать контакт со своей лучшей подругой.
- Я…
- …Был занят. Правда. Я все знаю - ну, не все, потому что новости к нам сюда приходят с опозданием, но я слышала о Дуро, и о Балансире, и…
Внезапно она остановилась, то ли увидев это на его лице, то ли почувствовав с помощью Силы. Балансирная Станция была чувствительной темой.
- В любом случае, - продолжала она, - ты даже не представляешь, как без тебя скучно. Все ученики разъехались, остались только эти дети - она шагнула в сторону, и тут он впервые как следует разглядел ее.
То, что она увидела в его глазах, заставило ее оборвать на полуслове.
- Что такое? - спросила она. - Ты на что смотришь?
- Я… - теперь было такое ощущение, словно лицо обожгло из бластера. - Ты выглядишь… по-другому.
- Может, старше? Мне теперь четырнадцать. С прошлой недели.
- С днем рожденья.
- Ты должен был подумать об этом, но все равно спасибо. Глупый.
Внезапно Энакин понял, что не может смотреть ей в глаза. Он опустил взгляд.
- Я вижу, ты… э… все еще ходишь босиком.
- А чего ты ожидал? Ненавижу обувь. Я ношу ее только при необходимости. Обувь изобрели ситы, чтобы причинять нашим нежным пальчикам боль и страдание, я в этом уверена. Ты что, думал, что я начну уродовать свои ноги только и-за того, что выросла на сантиметр или два?
Она подозрительно посмотрела на Кама:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33


А-П

П-Я