https://wodolei.ru/catalog/sistemy_sliva/sifon-dlya-rakoviny/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR and Spellcheck: Alenairina
«Буря в раю»: Эксмо-Пресс; Москва; 2001
ISBN 5-04-007430-1
Аннотация
Хозяйке «Райского уголка» Эйприл Морган пришлось преодолеть в жизни немало испытаний. Солнечным днем на пороге ее гостиницы неожиданно появляется таинственный Джек Танго. Друг он или враг? Что несет он с собой – надежду или предательство? Любит ли он ее или только играет в любовь?
Донна Кауфман
Буря в раю
1
Может ли гостиница под названием «Райский уголок» стать похожей на ад? Едва ли. Однако для Эйприл Морган этот день начался даже хуже, чем в аду.
– Что значит «оба уволились»?
Прижимая к уху сотовый телефон, Эйприл вышла из боковых дверей на террасу, залитую жарким мексиканским солнцем. Часы в холле еще не пробили девять, и в воздухе висел сырой утренний туман, обычный для этого времени года.
Помощница Эйприл терпеливо повторила дурную новость, но хозяйка гостиницы никак не могла поверить своим ушам.
– Кармен, ты хочешь сказать, что и главный бармен, и единственный в гостинице фотограф уволились… – Эйприл вздернула рукав блузки и взглянула на ручные часики –…за сутки до бракосочетания единственной дочери сенатора Смитсона? Но почему?!
Кармен объяснила почему. Вчера вечером, распив вместе бутылочку, Стив и Бернардо поняли, что жизнь не удалась и нужно срочно ее менять. И отправились на поиски приключений.
Эйприл шумно вздохнула и потрясла головой:
– И все это после бутылки кьянти на двоих? Неужели они не могли подождать до завтрашней свадьбы?
Вопрос был чисто риторический, это понимала и сама Эйприл. Однако Кармен терпеливо объяснила, что беглецы не стали ждать, а собрали вещички и были таковы.
В голове у Эйприл вертелось еще много разных «как» и «почему», но она понимала, что сейчас не время выяснять, кто виноват. Сначала надо решить, что делать.
– Значит, так, – начала она, – для начала найди Паоло и попроси его поработать в баре сегодня после полудня. Потом отправляйся в «Клуб-Мед» и вымоли, одолжи, наконец, укради у них фотографа! Сегодня они никого прислать не смогут, но, может быть, завтра, на свадьбу… И позвони мне, как только получишь ответ.
Эйприл выключила телефон, убрала его в карман пышной цветастой юбки и невидящим взором уставилась вдаль. Она размышляла о том, что же ей делать, если у Кармен ничего не выйдет.
Десять лет назад, сбежав из Вашингтона в этот богом забытый уголок Тихоокеанского побережья, Эйприл полагала, что именно удаленность от цивилизации позволит ее гостинице процветать и благоденствовать. Так оно и вышло, но во многих случаях – как, например, сегодня – это достоинство оборачивалось дурной стороной. Но Эйприл не боялась проблем. В трудных случаях она вспоминала совет деда: «Эйприл Мария, – говаривал он, – помни, без труда ничего не дается. Если ты чего-то хочешь – засучи рукава и принимайся за работу, и не жди, что удача придет к тебе сама».
Эйприл как будто наяву слышала дребезжащий голос деда. Она оглянулась вокруг и невольно улыбнулась при мысли о том, каких высот сумела достичь тяжким трудом и упорством.
– Дедушка, у меня все хорошо, – прошептала она, вдыхая пряный запах его любимой бугенвиллеи. – Жаль только, что тебя нет рядом. Может быть, ты дал бы мне еще один мудрый совет: где в этой глуши найти фотографа?
На террасе показались несколько гостей – «ранних пташек», и Эйприл приветливо улыбнулась им. Но улыбка тут же померкла: со стороны автостоянки донеслись громкие раздраженные голоса.
Разговаривали двое мужчин. Один употреблял певучий местный говор, родной для большинства гостиничных служащих. Другой – глубокий, звучный и отнюдь не такой вежливый – отвечал по-английски, и весьма бегло.
– Что там еще стряслось?
Обычно Эйприл не вмешивалась в мелкие гостиничные недоразумения, предоставляя своим служащим самим восстанавливать справедливость и утешать недовольных. Но сегодня она почувствовала, что должна вмешаться. Может быть, это была та самая «последняя капля», переполнившая чашу ее терпения. А скорее всего после неприятности с фотографом Эйприл хотела доказать себе, что на что-то еще способна.
Обойдя большой неотесанный камень, подпирающий навес над стоянкой, Эйприл увидела двоих мужчин. В одном из них она узнала Мигеля – служащего со стажем, лучшего в гостинице сторожа.
Вид другого – очевидно, только что прибывшего – заставил Эйприл остановиться.
Высокий – на полголовы выше Мигеля. Густая копна взъерошенных каштановых волос. Закатанные рукава полосатой рубашки обнажают мускулистые руки, а вытертые до белизны джинсы сидят как влитые и нисколько не скрывают великолепных ног. Со своего места Эйприл не видела лица гостя, но фигура у него была что надо!
Эйприл отвела взгляд от незнакомца – как ни странно, сделать это оказалось нелегко – и обратила внимание на предмет, вызвавший разногласия между улыбчивым, но твердым, как кремень, сторожем и раздраженным приезжим. На земле у их ног стоял блестящий серебристый кофр. Очень похожий на тот, в котором сбежавший фотограф Стив носил свою камеру!
Ну нет, подумала Эйприл. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ей еще никогда и ничего не доставалось без труда.
«Если ты чего-то хочешь, засучи рукава и принимайся за работу…» – опять всплыл из глубин памяти старый дедовский совет. «Ладно, дедуля», – кивнула Эйприл, и смело двинулась вперед, к спорщикам.
Вблизи незнакомец выглядел необычно и немало ее удивил. Во-первых, лицо гостя украшала двухдневная, а может, и трехдневная щетина, придававшая ему разбойничий вид. Во-вторых, волосы у него были не каштановые, как ей показалось сначала, а темно-русые, с выгоревшими на солнце белокурыми прядями. В-третьих, с ног до головы незнакомец был покрыт таким слоем пыли… Короче говоря, Эйприл уже начала удивляться, с чего его занесло в гостиницу.
Заглянув в припаркованный рядом изрядно потрепанный джип, Эйприл разглядела на заднем сиденье две сумки: одну – ковровую, в каких обычно возят одежду, другую – кожаную, из которой высовывался какой-то ремешок. Очень напоминающий ремень от фотоаппарата.
Эйприл снова перевела взгляд на гостя. Конечно, сейчас он страшно далек от обычных ухоженных и утонченных гостей «Райского уголка». Но что за беда! Если в кофре у него действительно камера, Эйприл примет его с распростертыми объятиями, будь он даже в костюме Адама!..
Отогнав непрошеное видение, Эйприл подошла к незнакомцу и прикоснулась к его руке. Кожа у него была гладкая, горячая от солнца, и Эйприл почувствовала, как под ее пальцами пульсирует кровь.
– Простите, не могу ли я вам чем-нибудь помочь? – спросила она, поспешно отдернув руку.
Незнакомец обернулся, окинул ее миниатюрную фигурку быстрым пронзительным взглядом и снова повернулся к сторожу. Эйприл хотела сделать шаг вперед и предложить свою помощь более решительно, как вдруг он заговорил:
– Можете. Скажите этому парню, чтобы он, во-первых, перестал улыбаться и кивать, а во-вторых, оставил в покое мою камеру!
Хрипловатый голос незнакомца, казалось, был напоен солнцем и горячей дорожной пылью. Звучал он не слишком вежливо, но на это Эйприл даже не обратила внимания. За тридцать два года жизни ей случалось общаться и не с такими грубиянами.
Она повернулась к Мигелю и быстро заговорила с ним по-испански. Сторож улыбнулся самой вежливой улыбкой… и, как и просил незнакомец, немедленно оставил камеру в покое.
– Спасибо, Мигель, – поблагодарила Эйприл. – Ты не привезешь нам тележку?
Едва Мигель повернулся к ним спиной, Эйприл с обворожительной улыбкой обратилась к незнакомцу. Увы, если она надеялась увидеть в его глазах благодарность, то очень ошиблась. Ей даже подумалось, не преждевременно ли она начала расточать свои улыбки? На лице незнакомца отражались любые чувства, только не дружелюбие. И уж тем более не желание поработать на благо «Райского уголка».
Раздражение. Досада. Усталость. Покорность судьбе. Вот что прочла Эйприл в его бездонных зеленых глазах.
– Спасибо, что избавили меня от этого циркового медведя! – хмуро произнес он. – А тележка мне не нужна. Я протащил свой багаж несколько тысяч миль, так что до входа как-нибудь донесу.
Словно желая подтвердить свои слова делом, он достал из джипа обе сумки, кожаную повесил на плечо, ковровую закинул за спину и только после этого повернулся к ней снова.
На лице у Эйприл сияла все та же фирменная улыбка. За десять лет работы она хорошо усвоила правила обращения с капризными гостями.
Слова незнакомца о «своей камере» подстегнули ее решимость. Однако гость по-прежнему в упор ее не замечал, и это было до странного обидно. Эйприл не узнавала сама себя. Она давно уже перестала самоутверждаться за счет внешних данных, твердо веря, что успех у сильного пола не стоит даже сотой доли успеха в бизнесе.
И уж, разумеется, ей вовсе ни к чему, чтобы этот грубиян реагировал на нее как на женщину! Все, что ей от него нужно, – умение обращаться с камерой.
– Видок у меня еще тот, верно? – Губы незнакомца дрогнули в улыбке, слегка смягчили резкие черты лица. – Если я пообещаю немедленно принять душ, вы покажете мне, как пройти в гостиницу? Буду вечно вам благодарен.
В его усталом голосе слышались иронические нотки, и Эйприл вдруг смутилась, сообразив, что уже несколько минут пристально и бесцеремонно его рассматривает.
– Да, конечно. – Она расправила плечи, словно желая придать себе уверенности, и с некоторым трудом отвела взгляд от мужчины. – Идите за мной. – Она сделала шаг назад, на тропу. Чтобы сохранить душевное равновесие, ей, пожалуй, лучше держаться от этого парня подальше! – Должно быть, вы проделали нелегкий путь?
Незнакомец догнал ее несколькими широкими шагами. Глядя на нее с высоты своего роста, он сухо ответил:
– Все, что мне сейчас нужно, – это холодное пиво, горячий душ и двое суток спокойного сна.
Вместе они направились ко входу в гостиницу. Эйприл с трудом поспевала за широким мужским шагом. Он был на целый фут выше ее – и все за счет длинных ног.
В дверях незнакомец резко остановился, и Эйприл едва не ткнулась в него носом. Чтобы удержаться, она уперлась ладонями в его широкую спину. Мужчина резко обернулся, и Эйприл умудрилась зацепиться серебряным браслетом за свисающий с его плеча ремешок.
– Извините, я, кажется, запуталась. – Эйприл пыталась высвободить руку, но замысловатое украшение сводило на нет все ее усилия.
– Подождите-ка.
Незнакомец нагнулся и поставил кофр на выложенный плиткой пол. Когда он выпрямился, лицо Эйприл оказалось на уровне его груди: сквозь расстегнутый ворот прямо перед ней курчавились светлые волосы. Мужчина взял ее за руку и попытался отцепить браслет. Прикосновение его длинных гибких пальцев обожгло Эйприл. Рядом с его огромными ладонями плененная женская рука казалась хрупкой тростинкой. Наконец он выпустил ее запястье и взялся за сам браслет.
– Тяните.
Хрипловатый голос заставил Эйприл вскинуть глаза. Она непонимающе уставилась на мужчину. Она еще чувствовала прикосновение его пальцев: словно электрический разряд пробежал по руке, пронзил сладкой болью плечо и закончил свой путь где-то у основания шеи…
– Что тянуть?
Незнакомец обнажил белоснежные зубы в чисто мужской улыбке. Эйприл непонимающе смотрела на него, сердце ее колотилось как бешеное. Боже правый, одной его улыбки достаточно, чтобы кровь вскипела у нее в жилах!
Инстинктивно Эйприл потянула руку к себе – и рука выскользнула из браслета.
– Держите. – Улыбнувшись еще шире, незнакомец протянул ей браслет.
Эйприл не шевелилась, тогда мужчина сам надел браслет ей на руку и начал искать застежку.
– Не надо. Я сама. – Эйприл поспешно застегнула браслет. Хотела бы она с такой же легкостью вновь овладеть своими мыслями и чувствами!
Вместе они вошли в холл.
– Может, присядете? – Эйприл указала на ротанговую кушетку в углу холла. – А я вас зарегистрирую. – Она обернулась к нему. – Полагаю, вы заказали номер заранее, мистер…
– Танго. Джек Танго. – Он вновь улыбнулся обаятельной мальчишеской улыбкой. – Да, я заказал номер заранее. Точнее, мне его заказали и поставили меня перед фактом. – Улыбка его вспыхнула и исчезла; в голосе слышалось нескрываемое раздражение. – Еще раз благодарю вас за помощь, но дальше я справлюсь сам.
Не нужно быть гением, чтобы сообразить: он не чает, как от нее отделаться. Словно подтверждая это предположение, Джек Танго кивнул Эйприл и пошел прочь. Серебристый кофр сиротливо остался стоять у ее ног.
– Эй, мистер Танго! Подождите минутку! Танго резко остановился, вздернув голову, затем медленно обернулся.
– Послушайте, я очень ценю вашу заботу. Если я выгляжу грубым, не обращайте внимания, просто у меня был тяжелый день. – Он потянулся, выгнув шею, повел плечами, словно сбрасывая с них невидимый груз, и невесело рассмеялся. – Впрочем, кого я обманываю?
Лучше уж сказать «тяжелый год». А теперь Франклин отправил меня в эту богом забытую глушь. Единственная машина, которую мне удалось здесь нанять, годится только для автомобильного музея… – Своими удивительными глазами он смотрел на нее так настойчиво, словно хотел пробуравить взглядом насквозь. – Моя задача – отдыхать и расслабляться. Представляете? У меня отпуск!
Последнее слово он выплюнул, словно грубое ругательство. Эйприл стало его жаль, и в то же время разбирало любопытство: что же произошло и кто такой Франклин? Она уже поняла, что Джек Танго не из тех людей, которыми можно командовать. Хотелось бы ей хоть одним глазком взглянуть на этого Франклина, отправившего мистера Танго в отпуск против его воли!
– Вы забыли свою камеру, – заметила она, указывая на кофр.
Джек чертыхнулся шепотом, затем громко произнес:
– Ничего себе! Похоже, я устал еще сильнее, чем думал!
Эйприл вспомнила, с какой яростью он отказывался отдать камеру Мигелю. Должно быть, этот человек очень серьезно относится к своему увлечению. Эта мысль придала ей сил.
– Ничего страшного, – заверила она. – Простите, что в этой суете я забыла представиться:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19


А-П

П-Я