https://wodolei.ru/brands/Grohe/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Новый роман популярного автора сочетает в себе лучшие мотивы киберпанка и остросюжетной фантастики. В недалеком будущем на основе глобальной сети Интернет создается мировая Виртуальная Реальность, за соблюдением законов которой следят сетевые полицейские. Преследуя неуловимого хакера Локи, сетевой полицейский Августин Депп случайно проникает в секреты крупной компьютерной корпорации, создающей психотропное оружие. Августин становится объектом охоты как в виртуальном, так и в реальном мире…





Предисловие

Я не знаю, кто ты. Возможно, ты сорокалетний ну­вориш, читающий эту книгу на заднем сиденье своего «линкольна», потому что твой психоаналитик сказал, что полезно прочитывать в день две страницы чего-то, не относящегося к биржевым сводкам.
Ты можешь быть изможденной диетами начинающей манекенщицей. Или домохозяйкой средних лет, решив­шей, что ей в руки попал очередной «сентиментальный боевик». Двенадцатилетним роллером, который купил­ся на кислотную обложку. Патологоанатомом, скуча­ющим на работе. Оператором башенного крана со сте­пенью доктора философии. Мне все равно.
Я знаю только, что ты человек, ценящий свое время. Приобретая товар, ты спешишь удостовериться в его ка­честве, не глядя на рекламные заверения. Открывая кни­гу, ты не уделяешь много внимания предисловию.
Это правильно. Ведь времени у нас осталось совсем мало.
Три года.
В 2003 году я создам Виртуальную Реальность. Мень­ше чем через двадцать лет количество ее пользователей достигнет одного миллиарда. Моя ВР будет похожа на игру – боевые киборги и магические артефакты, драко­ны и плазменные пушки, аватары и морфы. Жизнь, изме­ряемая в Единицах Доступа, и пользовательская капсула в каждом доме. Виртуальная полиция и сетевые террористы. Нейротрансляторы и психосинтезаторы. Координа­ционные Центры. Это будущее.
Виртуальная Реальность будет больше чем просто игрой, потому что в нее будут одновременно играть сотни миллионов людей. Каждый день, каждый час, каждую минуту. В ней они будут работать и отдыхать. Любить и ненавидеть. Побеждать и терпеть поражения. В ней они будут жить.
Виртуальная Реальность станет новой стезей челове­чества. Все, к чему люди стремились раньше, потеряет значение. Звезды, глубины океанов, непознанные тай­ны мироздания – все это останется снаружи одного миллиарда виртуальных капсул. Забытое и наскучив­шее. Ненужное, обесценившееся.
Все, что будет нужно, – это тихое гудение нейротранслятора, проецирующего на мозг актанта сверкающие видения Дивного Нового Мира, который я подарю чело­вечеству. Восходы разноцветных солнц и переливы хрус­тальных небес, полеты золотых фениксов над разверсты­ми жерлами вулканов и битвы кибернетических кентавров среди текучих ртутных холмов. Сны человеческого разу­ма. Которые, как известно, рождают чудовищ.
Инсектоидная логика транснациональных корпора­ций, производящих оборудование для ВР. Неслышное дыхание международных спецслужб. Шокирующая же­стокость терактов. Бессильные демонстрации протеста. Коррумпированные политики. Ложь на страницах газет. На экранах телевизоров – навязчивый ролик новой модели виртуальной капсулы. «Позвонив немедленно по этому телефону, вы получаете скидку 3 процента и кое-что задаром! Сорок бесплатных часов подключения к ВР от компании „Виртуальная Инициатива“!» Звоните. Подключайтесь.
Это будущее, которого еще нет.
Ты можешь думать, что все это фальшивка. Очеред­ной дешевый рекламный трюк. Бред. Ты можешь ска­зать, что это невозможно. Так говорили ацтеки, когда испанцы грабили храм Кетцалькоатля. Так говорили индейцы навахо, когда первые поселенцы вторглись в их леса. Так говорили все, когда атомный гриб вырос над Хиросимой. Так говорят, когда мир стоит на по­роге необратимого изменения: «Это невозможно!»
Здесь я соглашусь с тобой. Да, сегодня – невозможно. Но завтра, когда ты будешь вскрывать контейнер со своей первой виртуальной капсулой, лихорадочно спе­ша сорвать последние упаковочные ленты, я обращусь к тебе с первой страницы инструкции пользователя:
«ВЛАДЕЛЕЦ АВТОРСКИХ ПРАВ НЕ НЕСЕТ НИКАКОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ЛЮБЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ПРАВИЛЬНОЙ ИЛИ НЕПРАВИЛЬНОЙ ЭКСПЛУАТАЦИИ ДАННОГО ИЗОБРЕТЕНИЯ».
Помни, что ответственность за твои поступки лежит только на тебе. Так же как ответственность за судьбы мира лежит на всех нас. Если ты понимаешь это, зна­чит, не все еще потеряно.
Олаф Триггвассон 16.11.1999, Копенгаген



Пролог

Секундантов не было. Двое людей шли по осеннему лесу, и опавшая листва отзывалась им настороженным шорохом. Один был безоружен, зато две кобуры, сим­метрично подвешенные под мышками у второго, полни­лись смертельной тяжестью.
Вальдис остановился посреди широкой просеки. Про­фессиональным движением он извлек два совершенно одинаковых «Магнума-225». «Выбирай „Магнум-225“! Пистолет 2025 года и оружие века! „Магнум-225“! – ни к селу ни к городу мелькнула в голове надпись с рекламно­го плаката над прилавком оружейного магазина „Тульский-Центр“.
– Выбирай, – вторя его мыслям, потребовал Вальдис. Он выбрал левый.
– Напоминаю. Становимся спинами друг к другу, каждый проходит двадцать пять шагов, причем на каж­дый шаг я громко считаю вслух. Когда я произношу «двадцать пять», мы одновременно поворачиваемся и открываем огонь. В каждую обойму я зарядил по два боевых патрона, можешь проверить. Победитель по этому телефону, – Вальдис достал из-за пояса радиотрубку и положил ее на землю, – вызывает вертолет «Ско­рой помощи». На усмотрение победителя остается все остальное.
Молодой молча кивнул. «Он меня убьет. Пристрелит, как Дантес Пушкина, и не поморщится даже, сука. И как только Рут могла с таким…» Даже в мыслях применить к Рут механический глагол «трахаться» он не смог. Хотя этот крендель, пожалуй, ее именно трахал.
Они стали спинами друг к другу и пошли.
Первый дуэлянт был очень молод. Восемнадцать. Он мог думать только о ней. Он любил ее так, как любит мужчина свою первую женщину, – восхищенно, с маль­чишеским благоговением. Он молился на ее стройные ноги, на ее мраморный и вместе с тем такой мягкий живот, на улыбку блаженства, дремлющую в уголках ее изящных губ. От мимолетного воспоминания об арба­летном изгибе ее ключиц он мог среди дня бросить все, занять у Сереги тридцатку и колесить до ночи по горо­ду, разыскивая свою любовь. А потом, обыскав все ве­роятные кабаки и квартиры и не найдя ее, надраться до поросячьего визга со случайной компанией, кровавить кулаки о витринные стекла, получать по роже от своих собутыльников и от уличной полиции. Или не так. Най­ти ее и провести в головокружительном танце остаток дня, и всю ночь, и следующий день, и так еще долго. Пока она не скажет: «Работа юбер аллее»[Note1 - Превыше всего (нем.)]. Или то же самое по-французски.
Второй был значительно старше и приходился ей ро­весником. Ему было тридцать два. Он мог думать о раз­ном, но только не о ней. Оголяя привычным жестом ее королевский зад, он вспоминал черный зев ультразву­кового станнера, который ему ткнули в рожу среди жар­кой тайваньской полночи неделю назад. Или ошметки человеческого мозга, которые он все сегодняшнее утро соскребал дублинским ножом со своего пиджака от Армани. Или думал о других своих любовницах, разбро­санных по миру от Анкориджа до Кейптауна. Одну из них судьба зашвырнула даже на Лунную Станцию ООН. Он был очень опытен и хладнокровен. Он работал в Русском Отделе Интерпола, но его молодой соперник не знал этого. Он знал лишь, что человек, заставший их в живописной позе посреди волосатого персидского ковра два дня назад, – опытный и хладнокровный убийца. Так сказала она сама, ломая в пальцах длинную и тонкую сигарету «Vogue». Он знал также, что Рут ему практически безразлична и вызов на дуэль (разумеется, противозаконную) – очередной акт мужского самоут­верждения со стороны Вальдиса. Под таким именем он знал своего соперника.
– Ты мальчишка. Только это мешает мне застрелить тебя на месте, – сказал в тот день Вальдис, цинично скаля свои крупные, потемневшие от гаванского табака зубы. – Поэтому я дам тебе шанс. Я вызываю тебя на дуэль.
– По рукам, – мотнув головой, сразу же согласил­ся он, к величайшему изумлению Вальдиса. Разумеет­ся, тот ожидал, что он спасует, замажется, обоссытся, и Рут потеряет к нему всякий интерес. Но вызов был принят, и крови предстояло пролиться.
Теперь, когда багрянцу опавших листьев суждено было вскоре смешаться с багрянцем иного рода, он понимал, насколько был опрометчив два дня назад, но возврата не было.
Когда Вальдис произнес «двадцать четыре» и с его губ уже было готово сорваться роковое «двадцать пять», в голове молодого щелкнул спасительный предохрани­тель и раздумья закончились.
Легкий и стремительный, ощущая в голове абсолют­ную пустоту и безмятежное спокойствие, он быстро обернулся. Спина Вальдиса в одно мгновение расплы­лась ничего не значащим больше пятном на фоне кри­стально резкой, мушки.
«Двадцать пять» – вот что, пожалуй, хотел сказать Вальдис, но это у него вышло неважно. Его голос перешел в хрип, утонувший в грохоте двух выстрелов. В первый раз молодой попал точно, вторая пуля прошла мимо, сорвав кожу со щеки Вальдиса. Но и одного попадания было достаточно.
Победитель подошел к радиотелефону, поднял его с земли, нажал выносную кнопку «DOCTOR». В трубке зазвучал приятный женский голос.



Глава 1 УБИЙЦЫ И НАБЛЮДАТЕЛИ


1

«Приезжает муж из командировки, тихо открывает входную дверь, вот он внутри и видит: его жена не одна…»
Августин снисходительно улыбнулся. Одно дело ког­да бородатые анекдоты травит сосед по лестничной клетке, другое дело – компьютер. Мудрый черный ньюфаундленд по кличке Томас улыбнулся вместе с хо­зяином.
«Он входит в спальню и…»
Однако Августин не торопился сказать «стоп» и пре­кратить словоизлияния нейронно-оптического болтуна. Анекдот-то, быть может, и бородатый, но ведь не ис­ключено, что неизвестный. Августин отхлебнул кофе и откинулся на спинку кресла.
«…говорит любовникам: „Вы тут пока кончайте, а я чаек на кухне поставлю“. Тот, кто поступает так, и называется настоящим мужем. А кто называется настоящим любовником, Августин?» – заливался соловьем компьютер (анекдот стоит дослушать до конца). Августин и Томас снова переглянулись. Пожалуй, этот Компьютер, поглощенный выполнением спикер-программы «Веселый Бадди-52», сделал эффектную театральную паузу и заговорщическим шепотком опытного конферансье сообщил:
«А настоящим любовником называется тот, кто после всего этого кончит».
К собственному удивлению, Августин засмеялся. Лег­ко и радостно, как в детстве. Что ни говори, а «Весе­лый Бадди» в лучших своих проявлениях способен под­нять настроение даже мертвецу. Особенно его пятьдесят первая и пятьдесят вторая версии.
«А теперь про Хайма, который пошел на рыбалку», – не унимался компьютер.
– Хватит! – скомандовал Августин.
Во-первых, ему не хотелось портить приятное после­вкусие, которое оставалось после последнего анекдота. А во-вторых, и это главное, пора было отправляться на дежурство. Действительно пора.
Августин выключил компьютер, подошел к окну и с высоты своего последнего, восьмидесятого этажа осмот­рел томимую зноем Москву. Но не увидел ничего, кроме лоскута голубого неба и блестящего серебром рекламно­го цеппелина компании «Виртуальная Инициатива», за­висшего как раз напротив его окон.
«В рай с „Виртуальной Инициативой“!» – титани­ческими буквами было начертано на боку у непово­ротливого гиганта. Августин поморщился. От реклам­ной компании новинок «Виртуальной Инициативы», кита и монстра, его уже давно тошнило. ВИН был рос­сийским монополистом в области оболванивания чест­ных обывателей, охочих до запретных чудес Виртуаль­ной Реальности. А монополиям, как известно, закон не писан.
– Ах да, Томас! Чуть не забыл о тебе, патлатый! – Августин потрепал пса за ухом и навалил ему полную миску отборных витаминизированных ребрышек.
Он будет отсутствовать долгих шесть часов – шесть часов дежурства в Виртуальном Мире. И у Томаса были все шансы провести это время голодным перед пустой миской.
Августин подошел к капсуле входа, которая возвы­шалась в центре комнаты массивным египетским сар­кофагом. Августин лег, вытянул руки вдоль туловища и сказал: «Поехали». Затылок мягко вошел в углубле­ние нейротранслятора. Полифертиловая крышка капсу­лы плавно затворилась.
Зубная боль, достававшая Августина с самого утра, возобновилась с новой силой. Это было тем более при­скорбно, что каких-то три часа назад Августин покинул кабинет дантиста. «Черт, на дворе 2036 год, а ставить человеческие пломбы так и не научились!» – такова была последняя мысль Августина, посетившая его в мире «твердой» материи.
Спустя три секунды Виртуальная Реальность приняла старшего лейтенанта сетевой полиции Августина Деппа в свои объятия.


2

Вот что сказал Августин Депп, когда в окошко его комнаты проникли канареечно-желтые лучи одного из четырех солнц Виртуального Мира:
– Здравствуй!
Он встал со своего ложа, потянулся и зевнул. Будто пробудившийся ото сна. Только сном этим была жизнь в тесном двухкомнатном «трамвайчике», притулившемся под крышей восьмидесятиэтажного жилого дома на Большом Арбате. Настоящей жизнью и полноценной явью ему теперь казалась только Виртуальная Реаль­ность. Кроме как внутри ВР (так Августину, по крайней мере, казалось теперь) жизни не было, да и быть не могло.
Зона его настоящего включения – город Амстердам – не имел с реальным, земным Амстердамом ничего обще­го, кроме названия. Причудливые ландшафты, строения и формы жизни, созданные самовоспроизводящимся и самосовершенствующимся гением – системой ВР, – не могли бы существовать иначе, кроме как в Виртуальном Мире.
Зубная боль исчезла, как будто ее и не было никог­да. Августин чувствовал себя великолепно. Дежурство началось. Ему предстояли шесть часов полнокровной жизни – не так уж мало даже для полицейского в аватаре третьего класса Гильгамеш.
1 2 3 4 5 6 7 8 9


А-П

П-Я