кран на кухню 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Его глаза сузились, сейчас они были как никогда темны, холодны и жестоки.– И каким же, ты предполагаешь, должен быть мой ответ? – спросил он.Джейн вызывающе вскинула подбородок.– Правдивым. Я хотела бы услышать правду.– Хорошо. Правдой будет ответить «да». На все заданные вопросы.От такой грубой прямоты Джейн покачнулась, и от падения ее спасли перила веранды. Мартин рассмеялся.– Только не говори, что ответ тебя шокировал.Джейн с усилием взяла себя в руки, не давая ему шанса заметить растерянность на своем лице.Когда первое потрясение прошло, она почувствовала, как колени ее слабеют при одной мысли о том, что ей придется удовлетворять его фантазии, а воображение немедленно произвело на свет парочку фантазий собственных.– Ничего из сказанного или сделанного мужчинами по отношению ко мне не может меня шокировать. – Голос ее донесся словно издалека.– Я бы сказал то же самое, – с горечью согласился Мартин, – если бы только что не шокировал сам себя. Честно говоря, я приехал сюда вовсе не затем, чтобы донимать тебя скабрезными предложениями. Но твой вид – то, как ты одета, – вырвал у меня слова, которых сам не ожидал.– Так это моя вина?– Джейн, я уже никого не виню. Будь что будет.– Ты полагаешь, я могу иметь отношения с человеком, который чуть не ударил меня?– Все это время я очень сожалел о случившемся, – покачал головой Мартин. – Что еще я могу сказать. Что снова прошу прощения? Что больше никогда ничего подобного не повторится?– Но это действительно никогда не повторится, потому что я не желаю тебя больше видеть! – Если бы она продолжала в таком тоне еще и еще… то, может быть, сама поверила бы в то, что говорит.Мартин молча смерил ее взглядом, и все, что он увидел, были судорожно сжатые руки, румянец на щеках и вздымавшаяся от прерывистого дыхания грудь.– Я не верю тебе. Думаю, ты и сейчас хочешь меня столь же страстно, как и я тебя.Отрицай, дура, отрицай все, истерично закричал внутренний голос Джейн. Не поддавайся! Но она молчала, уставившись на Мартина.– Мне бы хотелось остановиться у тебя ненадолго, – произнес он, нарушив паузу.Джейн пришла в себя.– Остановиться ненадолго? О чем ты? Посидеть у меня часок за чашкой чая?– Вряд ли. – Его улыбка обезоружила Джейн, мгновенно погасила клокотавшую в ней ярость, а по спине тотчас побежал противный знакомый холодок.– Послушай, – продолжал он рассудительно. – Я договорился, что не вернусь в контору до Нового года. А в твоем офисе мне сказали, что и ты на каникулах. И я подумал, что…– В моем офисе? – взорвалась Джейн, потрясенная услышанным. Значит, он разыскивал ее. Джейн вовсе не хотелось оставаться в его представлении шлюхой, но мысль о том, что рано или поздно он узнает правду, тоже не приносила радости. Ему ничего не стоило сложить два и два и получить четыре. Или, как в их случае, сложить один к одному… и получить третьего. Не хватало еще, чтобы он догадался о малыше. – Что ты делал в офисе? – с вызовом спросила она, выдавая дрожащим голосом, что действительно взволнована не на шутку. – С кем ты там говорил?– С Эндрю. Он и рассказал мне, что ты сама купила этот дом и уже переселилась в него. Очень милый парень.Убью Эндрю, подумала Джейн.– А что тебя так рассердило? Ты, надеюсь, не спишь с ним?– Нет, – отрезала она. – И с Майклом тоже!– Да? Что же случилось? Твои дневные свидания его больше не возбуждают?Воспоминания о словах, брошенных тогда Мартину, вызвали краску стыда. Боже, неудивительно, что после сказанного он так с ней поступает. Но… сейчас у Джейн уже недоставало мужества попытаться объяснить все раз и навсегда. Сейчас слишком многое поставлено на карту.– Ну, скажем, недавно произошли события, резко изменившие мою жизнь.– Вроде этой покупки дома, так?– И это тоже.– А что еще? Не хочешь же ты сказать, что завязала не только с Майклом, но и с «дневными деловыми свиданиями»?Джейн бросила на Мартина быстрый взгляд.– Не стоит продолжать эту дискуссию. Моя жизнь тебя не касается.– Но хотя бы сейчас у тебя есть любовник? – не отставал Мартин.– Что ты имеешь в виду под словом «любовник»? – едко переспросила Джейн.– Да что угодно.– А почему я вообще должна отвечать? Тебе-то какое дело?– Я не намерен делить тебя ни с кем.– Ты мною пока и не обладаешь, чтобы делить с кем-то!– Да, не обладаю. Но очень хочу. Я хочу обладать тобою.Джейн почувствовала себя одновременно обезоруженной и растерянной, когда ощутила на своей щеке его неожиданно мягкую и нежную ладонь.– Какое… какое право ты… – попыталась она протестовать, но тщетно.– Никакого, я это знаю, – произнес он, легко гладя ее по щекам, и, едва касаясь, провел ладонью по верхней губе. Его шепот соблазнял: – Подари мне это право, Джейн. Скажи, что я могу остаться, что ты этого хочешь. Скажи, что ты все еще желаешь меня. Скажи, что именно ты желаешь… – В этот момент его палец опустился на нижнюю губу, заставив ее – и все тело Джейн – затрепетать.Она еле слышно застонала, но этого оказалось достаточно, чтобы Джейн, придя в себя, испуганно отшатнулась от Мартина.– Все, что я желаю… это чтобы ты… побыстрее уехал…
Даже ей самой произнесенные слова показались искусственными и неубедительными. Вероятно, как и Мартину, потому что он ответил:– Я уеду… в новом году. Мне придется вернуться на работу, – добавил он, как бы оправдываясь.– И тогда все будет кончено, – выдохнула Джейн, стараясь не выдать отчаяния.– Возможно, недели нам окажется достаточно.Вот все и стало на свои места. Совершенно очевидно, что Мартин надеялся утолить свою низменную страсть, чтобы поставить на их отношениях точку. Он дал себе время на необузданные фантазии, чтобы потом, как только неделя пролетит, покорно вернуться к своей обыденной жизни и принятым моральным нормам. А может статься – и к своей признанной обществом невесте.У Джейн возникло секундное искушение спросить его насчет Линды, но оно исчезло, как только она представила себе, что может услышать в ответ.– Ты хочешь, чтобы все было по-твоему, не так ли? – поинтересовалась она вместо этого, не скрывая злорадства.– Ты и сама очень эгоистична, Джейн, когда дело касается мужчин и секса.Она не скрыла улыбки.– Кажется, ты прав.– Так ты согласна?Джейн впилась взглядом в черные решительные глаза Мартина и поняла, что если ответит «нет», то развяжет ему руки, и он все равно овладеет ею, но на этот раз – жестко и хладнокровно, без капли сожаления. Если так, то лучше захватить инициативу с самого начала.– Может быть.– Что значит – может быть? – резко переспросил он.– Для начала ограничимся одним днем, идет? А я оставляю за собой право вышвырнуть тебя вон, если ты будешь настолько глуп, что переступишь черту.– Какую черту?– Черту, которую я всегда мысленно провожу, когда имею дело с мужчинами. Черту, разделяющую приемлемое и неприемлемое.– Было бы честнее, если бы ты сразу познакомила меня с полным списком правил поведения.– Нет, я девушка непостоянная и любопытная. И предпочитаю всякий раз выдумывать новые правила.– Это я заметил.– Кажется, тебе понравилось.– Мне нравишься ты, – воскликнул он, обняв ее. – Это я знаю наверняка.– Тебе не я нравлюсь, Мартин, – ответила Джейн, откинув голову, когда он начал целовать ее в шею, – а то, что я для тебя делаю.– М-м-м… Возможно, ты и права, – Он коснулся губами мочки ее уха, затем слегка прикусил…Голова у Джейн пошла кругом, она ощущала его губы на самых чувствительных точках ушей, и в ней закипала горячая волна страсти.– Пойдем наверх, – прошептала она.Когда он оторвал жаркие губы, глубокая дрожь сотрясла тело Джейн. Боже, да она просто безнадежна. Абсолютно безнадежна.Остается надеяться, что хоть не беспомощна. Осознав свою слабость в присутствии Мартина, Джейн все же оказалась способна держать их отношения под контролем. Покачивая головой, будто в плену сладостного дурмана, она улыбнулась Мартину ласково и маняще.– Так мы идем наверх, Мартин? Надеюсь, на сей раз не на веранде и не на траве, а?Вместо ответа он еще сильнее прижал ее к себе и поцеловал с такой жадностью, что Джейн поняла: еще немного, и она уже не будет в состоянии контролировать что-либо. Поэтому она мягко высвободилась, сделала глубокий выдох и, взяв Мартина за руку, ввела его в дом. Однако его хватило ненадолго, и у ступенек лестницы, ведущей в спальню на втором этаже, он снова страстно прильнул к губам Джейн. Но она отвернулась решительно и без колебаний.– Нет, – произнесла она твердо. – Не так.– А как?– Не так безумно. И бездумно. Остынь немного. Нет, – быстро поправилась она, сама хмелея от своих слов и мыслей, – я хочу сказать: мне нужна передышка. Я хочу любить тебя, Мартин, а не наоборот.Его стон выдал страстное желание, а вовсе не отказ от предложения. Возбуждение Джейн достигло предела, как только безудержная фантазия услужливо нарисовала следующую картину: он распростерт перед нею совершенно обнаженный, а она творит с ним все, что пожелает…Приподнявшись на цыпочках, Джейн взяла лицо мужчины в ладони и поцеловала в полураскрытые губы, теперь уже ее язычок нашел самые чувствительные места на губах Мартина, о чем поведал новый стон. Но как только его руки обвились вокруг ее талии, Джейн снова заговорила, не узнавая собственного голоса, и возбуждающего, и убаюкивающего:– Терпение, тебе понравится. Поверь, я все сделаю, как надо…– Ты уверена, что ты не Дьявол, одетый женщиной? – успел он спросить, пока она вела его за руку вверх по лестнице, в ожидающий их полумрак спальни.Ее смех в ответ прозвучал неожиданно мягко и нежно. И соблазнительно. Где-то в глубине подсознания Джейн шевелилась предательская мысль о том, что она поступает недостойно. Мартину, возможно, ее поведение могло показаться порочным. Но Стивен Мак-Кой, наоборот, смаковал каждый миг развертывавшегося действа. И она, Джейн, тоже смаковала и наслаждалась.До сих пор она и не подозревала, как ядовита отведанная ею сейчас отрава – повелевать, контролировать и мужчину, и самое себя. Она чувствовала, как ее волнуют власть над ним, и эта власть рождала такое острое и терпкое желание, что быстро удовлетворить его казалось преступлением. Оно требовало наслаждения телом Мартина, но не за какие-то жалкие минуты, а за долгие часы, наполненные страстью и томлением.– Может быть, ты и прав, милый, – прошептала Джейн, расстегивая ему рубашку. – Потому что я собираюсь взять тебя с собою в ад, а затем вернуться обратно. – Одну за другой рука ее расстегивала пуговицы на его рубашке, начав с самой верхней, и – все ниже, медленно-медленно…Когда рубашка была наконец мягко отброшена в сторону и пальцы Джейн начали свое долгое путешествие по его обнаженной груди, Мартин смог издать только стон наслаждения. Джейн слышала, как неистово бьется его сердце, как безумно он хочет отправиться с нею в ад и обратно. Как страстно он желает получить от нее все, что ему не дарила еще ни одна женщина.И Джейн не могла более оттягивать раздачу подарков. 13 Я совершенно безнадежна, безмолвно вздохнула про себя Джейн, глядя на спящего рядом мужчину.Она честно пыталась вести себя только сексуально и порочно-эгоистично. Все время, пока она раздевала Мартина, ласкала его, и тогда, когда заставила его лечь и наблюдать ее медленный, изматывающий и сладострастный стриптиз, Джейн старалась не думать ни о чем, кроме собственного наслаждения. Она словно оправдывала свое поведение тем, что в нем не отводилось места глубоким чувствам и переживаниям.Надо ж быть такой дурой!О, это не было любовью. Джейн хотелось бы надеяться, что это не любовь…Но, каким-то непостижимым образом, пока ее пальцы и губы мягко охватывали его напряженно подрагивающую плоть, а до слуха доносились его вздохи и стоны, выдающие и муки, и экстаз одновременно, Джейн с удивлением обнаружила, что она с наслаждением ласкает человека по имени Мартин, а не всего лишь прекрасное мужское тело.Откровение испугало ее. Ведь Мартину вовсе не нужно что-то большее. Все его желания не шли дальше уже свершившегося: путешествия в ад и обратно.Сердце Джейн похолодело, ей вспомнились слова Мартина, сказанные сразу после того, как она внезапно прекратила свою сладостную пытку и впустила его в себя: «Ты уверена, что нам ничего не нужно предпринять? Абсолютно уверена, что нет никакого риска?» – Беззаботный Стивен Мак-Кой временно уступил место осмотрительному и сдержанному Мартину Бенфорду.– Не волнуйся, беспокоиться не о чем, – заверила его Джейн, целуя в вопрошающую морщинку на лбу. – Ты первый мужчина, с которым я занимаюсь любовью, абсолютно не предохраняясь. – Что было истинной правдой. Боб пользовался презервативами с почти религиозным фанатизмом, не доверяя ее женским циклам.– Не боишься забеременеть?Вопрос вызвал в животе Джейн спазм, но он быстро прошел, когда она почувствовала, как страстно ее желает Мартин. Тем не менее ответ и улыбка Джейн получились слегка ироничными.– Совершенно не боюсь, – призналась она искренне и увидела облегчение на его лице.На долю секунды ей захотелось выложить ему всю правду. Было бы любопытно посмотреть, как изменится лицо этого самоуверенного типа при известии о том, что Джейн уже носит под сердцем его ребенка.Но миг слабости быстро прошел. К счастью. Потому что это была бы пиррова победа, которая скорее всего обернулась бы против Джейн. Поэтому она отбросила все посторонние мысли, положила ладони Мартина себе на грудь и закрыла глаза…Вскоре она уже забыла решительно обо всем, даже о своей телесной оболочке. Единственное, что теперь ее занимало, была двигающаяся внутри нее жаркая мужская плоть, отдающаяся в Джейн электризующими ритмическими разрядами. Улетучились даже недавняя нежность, все эмоциональные порывы, уступив место юному и эгоистическому стремлению к собственному удовлетворению. Сейчас Джейн желала только одного: забыть на время о Мартине и не вспоминать о нем даже тогда, когда он достигнет своего пика.Это произошло неожиданно быстро. И его освобождение вызвало в Джейн такую резкую ответную реакцию, что на глазах ее выступили слезы радости. После мгновений экстаза она бессильно упала на подушки, задыхаясь, ничего не видя и не слыша.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22


А-П

П-Я