В каталоге магазин Водолей ру 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Кому еще мог принадлежать этот язвительный голос?
Все же она медленно обернулась. И увидала Оливера, который стоял сзади, опираясь на спинку ее скамейки.
– Сказать по правде, мистер Ковердейл, – негромко и размеренно произнесла она, – никаких денег я пока не получаю. К вашему сведению, ваша мать дала мне эти фотоальбомы. Она считает, что они могут пригодиться в работе. Кое-какие фотографии можно использовать в качестве иллюстраций. Просмотром альбомов я и занимаюсь, пока ваша мать прилегла отдохнуть после обеда. А работы здесь, как видите, немало.
Она указала на целую гору старомодных фотоальбомов.
Следует признать, что после приятного обеда в обществе Конни на нее накатила дремота. Здесь, в саду, было так спокойно, так тихо... Пока не появился Оливер Ковердейл.
Она подняла на него глаза и улыбнулась с нарочитым дружелюбием:
– Должна признать, вы были очаровательным ребенком, мистер Ковердейл!
В его прозрачных глазах не промелькнуло ни тени ответного дружелюбия.
– А теперь? – вкрадчиво спросил он.
Он опустился на скамейку рядом с ней.
У нее закружилась голова. Нужно признать, что теперь, если быть честной, он не просто очарователен. Он необыкновенно, безумно привлекателен.
Его волосы блестели в лучах полуденного солнца, в них словно мелькали золотистые нити. Черты лица резкие, значительные, кожа загорелая. В нем столько природной мужской привлекательности, столько невероятной внутренней силы... Если быть честной, он неотразим. Хотя глупо думать так о человеке, который относится к ней с такой неприязнью...
Они не сталкивались те три недели, что она приезжала по выходным в дом Конни Ковердейл. Но, судя по началу разговора, его отношение к ней ничуть не изменилось.
Дани с деланным безразличием пожала плечами.
– Не напрашивайтесь на комплименты, мистер Ковердейл. Вы каждое утро бреетесь. Несомненно, вы видите в зеркале то же, что нижу я.
Он скривил губы, недовольный уклончивым ответом.
– Женщины должны считать всех младенцев прелестными, разве не так?
Судя по угрожающе сдвинутым бровям, это невинное замечание – начало ссоры. Но Дани не даст себя спровоцировать!
– Так оно и есть, – безразлично сказала она. – Конни не говорила, что вы сегодня дома.
– Не говорила, значит, – буркнул он, думая о чем-то своем. После паузы он выпалил: – Слушай, какого черта! Что это значит – тебе не платят? Что ж ты, ездишь сюда каждый выходной просто ради удовольствия?
Дани опять пожала плечами. Сегодня слишком хороший день, чтобы ссориться! Даже с Оливером Ковердейлом.
– Я сама так захотела. И посоветовала вашей матери. Сначала я сделаю работу, а потом обсудим вознаграждение.
Он с подозрением взглянул ей в глаза.
– Это еще почему?
Она подумала, задумчиво поглядывая на него.
– Моя работа... Может так получиться, что выйдет вовсе не то, что ожидает увидеть ваша мать. То, что мне удалось написать интересную книжку про собственного деда, вовсе не значит, что у меня получится интересное жизнеописание известной актрисы.
Оливер некоторое время молчал, словно обдумывая то, что только что услышал. Может, и обдумывал. Дани чувствовала себя такой расслабленной, что ей было безразлично.
– А ты совсем не похожа на своего деда, – вдруг сказал Оливер.
Это прозвучало, как гром среди ясного неба. Поистине с этим человеком ни на секунду нельзя забывать об осторожности!
Она выпрямилась, одернула бледно-зеленую тенниску – идеальный цвет для ее светлой кожи.
– Чему тут удивляться, – с едкой усмешкой произнесла она. – Он – старик восьмидесяти лет, а я – женщина на пятьдесят лет моложе.
Ей уже совсем не хотелось спать. Пора привести себя в боевую готовность. Она не сомневалась, что новая атака последует немедленно.
Оливер недовольно скривил губы.
– Я совсем не то имел в виду. Впрочем, ты прекрасно это знаешь.
Он стремительно поднялся.
– Пойдем-ка. Я покажу тебе наши владения.
Ну и манеры. Пойдем-ка! Высокомерие этого человека просто не укладывается в сознании. Вряд ли она сможет выдержать его общество слишком долго.
– Джанет предложила мне домашнего лимонаду, – уклончиво сказала она.
Он только рукой махнул.
– Успеешь еще выпить. Ну вставай, пойдем. Ни за что не поверю, что ты так увлеклась этим старым хламом.
Она просматривала альбомы систематически: от сегодняшнего дня двигалась назад, в прошлое. И вскоре должна была подойти к самому интересному: к фотографиям тех времен, когда Оливера еще не было на свете.
– Пойдем, пойдем, нагуляешь аппетит перед обедом, – торопил ее Оливер, поскольку она так и не поднялась со скамейки. – Тебя ведь пригласили к обеду? И на весь уикенд?
– Да, – осторожно подтвердила она.
Джанет уже показала ей комнату, в которой ей предстояло ночевать. Роскошь поразила ее. Особенно огромные вазы с живыми цветами по углам комнаты. Оливер кивнул.
– Конни пригласила к обеду кое-какое общество. Предупреждаю: это публика, которая станет называть тебя «милочка», потому что так и не сможет запомнить твое имя.
Что за циник! Теперь Дани была еще меньше готова к тому, что ей придется вращаться в этом новом для нее обществе.
– Пожалуй, действительно не мешало бы прогуляться. – Она решительно поднялась. – А вы сможете рассказать мне побольше о тех людях, что приглашены к обеду.
– С удовольствием, – насмешливо сказал он, устремляясь вперед по гравиевой дорожке, туда, где на краю ухоженного газона начиналась рощица.
Дани зашагала рядом. Ей нетрудно было приноровиться к его широкому шагу: она привыкла много ходить пешком.
– Вчера я разговаривал с Конни по телефону. Да, она знала, что я приеду на выходные, – ответил он на невысказанный Дани вопрос. И усмехнулся, заметив, как на ее щеках проступил румянец. – Когда ты узнаешь мою мать поближе, а это произойдет, судя по тому, как складываются обстоятельства, так вот, ты вскоре поймешь, что за ее действиями часто скрываются одной ей известные мотивы.
С этим Дани уже пришлось столкнуться. Вот и теперь Конни, по всей видимости, нарочно умолчала о том, что Оливер приедет на все выходные. Умолчала, зная, какие непростые отношения сложились между ее сыном и ее биографом!
Дани искоса поглядывала на высокого мужчину, который уверенно шагал рядом. Она тихонько вдыхала запах его лосьона и любовалась уверенными, свободными движениями.
Внезапно он повернулся к ней, и она поспешно отвернулась, застигнутая врасплох. Его глаза выражали вопрос, но она не знала на него ответа. Нет, знала: неожиданно она почувствовала его колоссальную мужскую притягательность, да так, что каждый нерв в ее теле задрожал от его близости.
Она стиснула ладони, чтобы руки не дрожали. Ей захотелось оказаться от этого места далеко-далеко, там, где даже мысли об Оливере казались бы ей нереальными. Но он был рядом, такой реальный, что она боялась взглянуть в его сторону.
Эта реакция на чужого ей человека была не только необъяснимой. Она ставила под угрозу ее чувство к Джонни!
Джонни был сама чуткость. Он настолько увлекся ее планами, что без колебаний согласился встречаться по понедельникам и пятницам, пока книга не будет закончена.
И вот ее благодарность. Она совершенно забылась в новом и необъяснимом чувстве к другому мужчине. Мужчине, который даже не нравится ей!
– Что вы так смотрите! – нервно воскликнула она, не в состоянии выдержать его испытующий взгляд.
Он невозмутимо пожал плечами:
– Я просто думал – почему такая женщина до сих пор не замужем. Или ты настолько увлечена историей?
– Если я не замужем, то это вовсе не значит... – Дани осеклась. По самодовольной улыбке Оливера она поняла, что тот нарочно ее провоцирует. – Что это вы имели в виду, когда сказали «такая женщина»? – бросилась в атаку Дани.
Нападение, как она успела понять, – самый лучший способ защиты, когда имеешь дело с Оливером.
Он замедлил шаг, поворачивая к дубовой роще.
– Что я имел в виду? Женщина лет тридцати, привлекательная в этаком приглушенном стиле, высокообразованная, интересная собеседница, любит детей... – Он имел в виду ее замечание, какой он был хорошенький ребенок. – Честно сказать, я удивлен, что какой-нибудь счастливчик еще не завладел вашим сердцем.
– А вам не приходит в голову, что я просто не хотела, чтобы им кто-то завладел? – сухо сказала она.
– Я так и понял, – равнодушно пожал плечами Оливер.
– Но ведь то же самое и к вам относится? – предприняла Дани новую атаку.
Он задумался и слегка улыбнулся.
– Лет тридцати? Уже нет. Привлекателен? Не мне судить. Высокообразован? Возможно, во всяком случае, моя мать выложила кучу денег на частные школы. Интересный собеседник? Возможно, что и так. Что касается детей...
– Я вовсе не это имела в виду, и вы прекрасно это поняли! – выпалила Дани. – Я подразумевала, что вы холостяк.
– Притом, что моя мать мечтает о внуках, – усмехнулся Оливер, – этой ее мечте не суждено сбыться, боюсь.
– Но почему? – удивилась Дани.
Взгляд его стал непроницаемым, лицо словно потемнело.
– Есть причины, – коротко сказал он.
Причины, которые он, по всей видимости, обсуждать с ней не собирался. Да и не удивительно: они совершенно чужие люди.
– Вы хотели рассказать о гостях, что приглашены к обеду? – напомнила Дани.
Он оживился.
– Их будет девять человек. Пятеро мужчин и четыре дамы.
Всего получается двенадцать человек, быстро подсчитала Дани. Что ж, остается надеяться, что мужчина, которого пригласили в качестве ее спутника, окажется приятным.
– Большинство заняты в шоу-бизнесе, в том или ином виде. Надеюсь, тебе они не покажутся скучными.
– Конечно, не покажутся, – заверила его Дани, хотя не была в этом уверена.
– На крайний случай, я буду рядом, – поддел ее Оливер, и глаза его весело заблестели.
Что бы это значило, с бьющимся сердцем подумала Дани... Но, увидав озорной огонек в его глазах, сообразила – шутка. Она тихонько вздохнула. Когда он так шутит, он не просто неотразим, он... Прекрати, прикрикнула сама на себя Дани. У тебя нет ничего общего с Оливером Ковердейлом. Кроме взаимной неприязни, разумеется.
Оливер наконец остановился.
– Вот мы и пришли. Не хочешь ли добраться до острова?
Они миновали рощу, и Дани увидела довольно большое озеро. Примерно на середине виднелся островок, весь заросший деревьями. Тропинка спускалась к причалу, где были привязаны маленький катерок и лодка с веслами.
Дани неуверенно взглянула на Оливера и поморщилась.
– На этой лодчонке?
Оливер улыбнулся, продемонстрировав прекрасные крепкие зубы.
– Лодка абсолютно надежная, не беспокойся. О, понял! Ты наверно подумала, что я отвезу тебя на остров и там брошу! – расхохотался он.
– Это решение проблемы, – без улыбки отозвалась Дани.
Она неуверенно шагнула в лодку, которую Оливер придержал для нее. Затем он сел в лодку сам и оттолкнул ее от берега. Дани нервно схватилась за края.
– У тебя, видно, другой план. Ты решил меня утопить! – язвительно заметила она.
– А ты что, плавать не умеешь? – отозвался Оливер.
Он наклонился, укрепляя весла в уключинах.
– К счастью, умею, – отрезала Дани.
Оливер удовлетворенно кивнул.
– Хорошо, что сказала. Значит, нет смысла выбрасывать тебя за борт.
Дани отвела глаза. Она смотрела куда угодно, только не на Оливера, не на его обнаженные сильные руки... Он греб без усилий, только крепкие мускулы двигались под загорелой кожей.
– А почему ты решила, что я хочу от тебя избавиться? – поинтересовался он.
Опустив руку за борт, Дани рассматривала маленькие водоворотики, которые оставляли весла. Потом взглянула на него.
– Ты и не трудился скрыть, что мое присутствие здесь нежелательно, – с усмешкой сказала она.
Скажи ей кто еще утром, что Оливер будет катать ее на лодке по озеру, она только посмеялась бы. Но вот она сидит в лодке, а Оливер с удовольствием работает веслами...
Он пожал плечами, на миг перестав грести.
– Даже я не способен утопить человека, – усмехнулся он в ответ. – Даже тебя.
И он отвернулся, чтобы присмотреть место. Дани смотрела, как он ловко причалил к пологому берегу. Теперь она сообразила, что это хорошо знакомое ему место: на берегу она заметила врытый в землю столбик.
– Вы не впервые здесь, – заметила она.
– Нет, конечно, – улыбнулся он. – Тысячу раз сюда приплывал. Правда, это было давно. В детстве. Это было мое заветное местечко. Мое убежище. Когда мне нужно было побыть одному или о чем-то подумать, я всегда прятался здесь.
Она пристально посмотрела на него. Какое чудесное место для мальчишки. Здесь он мог быть самим собой. В уединении, укрытый за высокими деревьями, он мог быть кем угодно – пиратом, отшельником, капитаном корабля, потерпевшего кораблекрушение...
Одного Дани не понимала: почему он привез сюда ее?
Дани оперлась на его руку, чтобы выбраться из лодки. Наверное, ему удалось прочесть ее мысли, потому что по его лицу пробежала тень и он сказал, скривив губы:
– Раз не удалось тебя утопить, придется искать другой выход. А на этом острове удобно спрятать тело!
– Неплохой план, – язвительно отозвалась Дани. – Но твоя мать хватится меня, если я не вернусь к обеду.
– Да, наверное, – согласился он. – Пойдем, нам туда.
И он направился в заросли прибрежного кустарника.
Он не преувеличивал, когда сказал, что не был здесь сто лет! Чем дальше они шли, тем гуще становились заросли. Кое-где они теряли тропинку, и приходилось буквально проламываться сквозь кусты. Но Оливер, видимо, хорошо помнил направление, потому что через несколько шагов тропинка опять находилась.
– Я опять чувствую себя путешественником в дебрях Амазонки, – заметил Оливер, когда упругая ветка вырвалась из рук и хлестнула его по лицу.
– Ага! Или Тарзаном! – засмеялась Дани, наклоняясь, чтобы пройти под веткой, которую он отодвинул для нее.
Он обернулся с улыбкой.
– Вот как! Значит, ты все же находишь время для развлечений! – заметил он. – Не все время в архивах сидишь.
– Конечно, нахожу, – язвительно отозвалась Дани. – Мой любимый фильм – «Принцесса», тот самый, за который Конни Ковердейл получила Оскар.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19


А-П

П-Я