https://wodolei.ru/catalog/mebel/Aqwella/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Филип, разумеется, не расспрашивал, чем он
промышляет, кроме посредничества между рейзерами [от raise (англ.) -
возвышать, поднимать, повышать в звании] и их клиентами.
Может, Карл сам был рейзером - из тех, что поменьше, по более легким
делам. Таких именовали чекерами [от jack (англ.) - подъемник, домкрат, а
также парень].
"Все едино, - решил Филип. - Не думаю, что он просто собирался
выудить у меня эти несчастные пять пунктов".
Карл действительно не был нахальным и оставлял неплохое впечатление.
Пять пунктов, которые Филип перевел на его Ключ, когда они выходили из
бара, он считал авансом, остальное должен был получить после окончания
операции.
Все выглядело достаточно ясно, по крайней море вчера вечером, когда
пиво шумело в голове и мир казался проще и веселее. Теперь, утром,
мысленно возвращаясь к вчерашнему разговору с Карпом, Филип опять ловил
себя на том, что снова проснулись его обычные ежедневные страхи, несколько
смягченные сознанием того, что на Ключе появились триста с лишним желтых
пунктов.
"Двести плюс сорок для Карла, - подсчитывал он, уже стоя в ванной под
душем. - Страшная сумма... Но все равно разошлась бы бесследно".
Он еще раз припомнил слова отца, которые тот неоднократно повторял,
когда Филип был еще школьником и, позже, когда уже стал студентом:
"Единственное, что дает уверенность в жизни в теперешнем мире, это
высокий разряд. Не важно, сколько пунктов у тебя на Ключе. Самое главное,
чтобы ты работал, к тому же работал хорошо, ибо учитывается прежде всего
то, что ты получаешь ежемесячно".
Филип не со всем соглашался с отцом в оценке проблемы. Очень часто
действительность вступала в противоречие с отцовской максимой. Филип знал
многих молодых людей, которым низкий разряд и отсутствие работы не мешали
транжирить желтые сотнями. Однако он понимал, что доходы "желтой
молодежи", как их называли, проистекают из дотаций высокопоставленных
родителей-нулевиков либо из других, неясных источников.
Родители Филипа были всего лишь трояками, а это не позволяло особо
роскошествовать. Будучи студентом, Филип получал от них самое большее
один, иногда два желтых в месяц, и этого ему должно было хватить на все
удовольствия, недоступные за красные из студенческой стипендии и те
несколько зеленых, которые иногда удавалось случайно подзаработать.
Мираж более высокого разряда, лучшего положения и по меньшей мере
тридцати желтых в месяц повышал его настроение и придавал храбрости.
Вскоре он перестал думать о расходах, связанных с задуманной операцией. В
конце концов эти пункты все равно как бы свалились с неба...
Сможет ли он справляться с работой, получив двойку, Филип вовсе не
думал, убежденный, что вполне заслуживает второго интеллектуального
разряда.

Карл поднялся много позже девяти. Девушки уже не было, видимо,
сбежала по-тихому, пока он спал. Заплатил он ей еще вчера, перед тем как
пойти в кабину. Обошлась она ровно в те пять пунктов, которые он получил
от юного счастливчика из бара.
Он встал и окинул взглядом гостиничную кабину.
"А здорово, что я оплатил жилье заранее", - подумал он и вздохнул.
Проверил Ключ. Оставалось еще немного зеленых - достаточно, чтобы прожить
несколько дней. Красных не было вообще. Обычно он сразу же обменивал их у
менял на зеленые по действующему курсу черного рынка. В его кругу
считалось дурным тоном обедать во второразрядных забегаловках и жить в
дешевых домах.
Занимаясь до сих пор мелким рейзерством, он не знал материальных
проблем. Однако с того момента, как дал уговорить себя на некое достаточно
подозрительное дело, пришлось забросить привычные занятия.
"Дьявольщина! - выругался он, пряча Ключ. - Кто меня заставлял
ввязываться в эту аферу?"
Его подмывало попытаться втихаря подзаработать на чекерстве, и он с
удовольствием поднял бы какого-нибудь четверяка или даже пятиряка за
несколько десятков желтых... Во всяком случае - лучше, чем ничего...
Однако знал, что сейчас рисковать нельзя. Следовало выглядеть
добропорядочным гражданином и не позволять себе никакой подозрительной
деятельности. Ведь именно за это он взял двести желтых и намерен был
получить еще гораздо больше...
Пункты разошлись за неполную неделю. Шикарный отель, приличные
рестораны, девушки за пять и более желтых... Того требовали люди, планы
которых он даже не пытался узнать. Решаясь на сотрудничество с ними, он
знал, что дело это здорово отдает дерьмом, но утешался мыслью, что то, чем
он занимался до сих пор, тоже попахивает преступлением, хотя риск был
связан с гораздо меньшими выгодами. Ему пообещали тысячу, и он согласился
без долгих размышлений. Со своим истинным разрядом он не мог рассчитывать
на большие доходы в чекерстве. Пятиряки и шестиряки - не те клиенты, на
которых можно сколотить капиталец. Они собирают свои желтые, скупая их по
варварскому курсу, а потом со скрипом расстаются с каждым пунктом.
Особенно теперь, когда четверка не гарантирует получения работы, мало
кто вкладывал желтые в возможность подняться до этого разряда ради
нескольких дополнительных зеленых.
"Мелкое чекерство на низком уровне неизбежно кончится, - сказал он
себе, зачесывая перед зеркалом жиденькие прядки на лысеющую макушку
шарообразной головы. - Останутся только крупные акулы, специалисты
высокого класса... "Организация" нулевика стоит, я думаю, не меньше тысячи
желтых, на такую сумму можно беззаботно прожить добрый кус времени... И
конкуренция невелика... Ну, сколько может быть в Арголанде рейзеров с
настоящим нулем? Три, четыре?"
Он вспомнил о Филипе, пятерке желтых, потраченных на девку, и
возможности заработать еще тридцать пять. Взглянул на часы. Почти десять.
"Самое время поймать кого-нибудь в городе", - подумал он, заканчивая
туалет.
Звякнул телефон. Карл поднял трубку и некоторое время слушал
последние инструкции, которые зачитывал женский голос.
- Лады. Буду в час, - сказал он и положил трубку.
Итак - уже! Надо браться за дело, иными словами, подставлять свою шею
за тех, кто обещал платить тысячи...
Он почувствовал слабость, присел на стул около столика с телефоном и,
не поднимая трубки, нервно перебирал пальцами клавиши аппарата. Ему
страшно хотелось позвонить по условному номеру и сказать, что он
отказывается от участия в их афере. Однако он чувствовал, что это
бесполезно. Он слишком много знал, а кроме того, у него уже не осталось ни
пункта из тех, что ему выплатили авансом.
Возврата не было. Карл достал из кармана Ключ и принялся внимательно
рассматривать его, словно впервые видел тонкую, заканчивающуюся колечком
прямоугольную пластмассовую пластинку, в оконце которой помигивали циферки
уходящего времени.
До сих пор он даже не пытался понять, как действует Ключ, - как
никогда не раздумывал над работой телефона или калькулятора. Он
предполагал, что никто в этом государстве - за исключением нескольких
яйцеголовых нулевиков - не знает и не понимает, что происходит внутри
тефлоновой пластинки, которая одновременно была удостоверением личности,
кредитной карточкой, часами, калькулятором, дипломом, сертификатом
интеллектуального разряда и бог знает чем еще.
Он непроизвольно начал припоминать, что слышал когда-либо о
конструкции и свойствах Ключа. Какие-то полупроводники, интегральные
схемы, цилиндрические домены, диполи, жидкие кристаллы... Нет, чересчур
мудрено для Карла.
А однако ведь нашлись хитрецы - надо думать, тоже нулевики, - которые
разгрызли это сложнейшее устройство... Карл знал, что вскрывать Ключ не
положено. Уничтоженный либо поврежденный Ключ - всегда уйма хлопот и
полная потеря личного запаса пунктов... А порой и необходимость
подтверждать разряд заново...
Потеря пунктов ему не грозила; свой формальный невысокий разряд он
тоже наверняка защитил бы без труда - многолетние занятия рейзерством
позволяли ему запросто сдать любой тест на четверяка, но у Карла никогда
не было ни намерения, ни желания заглядывать внутрь Ключа, так как он
знал, что не увидит там ничего интересного.
Он с некоторой обидой смотрел на тефлоновую пластинку с круглым
диском идентификатора папиллярных линий, который превращал Ключ в
абсолютно индивидуальный предмет. Он знал, что пришла пора расстаться с
этим почтенным предметом и получить взамен другой, изготовленный
таинственными комбинаторами, которые сами не хотели рисковать, испытывая
собственное изделие.
- Изумительная штука! - захлебывался от восторга тип, который неделю
назад втянул Карла в эту историю. - Помнишь сказку "Столик, накройся!" или
другую, об этаком мешочке, в котором рождались дукаты, стоило только им
потрясти? Ну, так это именно такая штука!
Карл не мог представить себе, как такое возможно. Фальшивый Ключ? Да,
попадались вполне приличные подделки, но обычно они годились лишь на то,
чтобы включить автомат с пивом или пройти через турникет метро. Но
изготовить нормальный Ключ, со всем, что положено?
Он хорошо помнил эксперименты, которые, еще будучи студентом,
проводил с дружками, когда они получили свои первые студенческие Ключи.
Чужой Ключ, вложенный в автомат, сразу вызывал дикий вой сигнализации, а
уж о том, чтобы добыть что-нибудь превышающее по стоимости состояние
счета, нечего было и думать: автомат всегда отвечал красной надписью,
извещающей, сколько и каких пунктов недостает, дабы исполнилось пожелание
клиента...
Карл в общих чертах был знаком с принципами пунктовых расчетов. Он
изучал даже, хоть и не особенно прилежно, экономику торговли. Поэтому
знал, что существуют автоматы разного рода: торговые, кассовые, расчетные.
Все они действовали в ответ на Ключи. Автомат включался в том случае, если
закодированные на Ключе папиллярные линии соответствовали линиям
владельца, ну и, разумеется, если на Ключе были необходимые для операции
пункты.
Карлу никогда не доводилось обманывать автомат, и он свято верил, что
это невозможно. Некоторые пытались - иногда удавалось, но всегда оставался
риск здорово влипнуть из-за какой-нибудь идиотской пачки сигарет...
"Но ведь должен же быть какой-то слабый пункт в системе контроля,
какая-то ахиллесова пята, позволяющая обмануть Банк, - размышлял Карл,
задумчиво глядя на мигающие циферки часов. - А эти ловкачи, видимо, нашли
способ вписывать что-то дополнительное на банковский счет и на Ключ..."
Он прекрасно знал, что само по себе изменение записи на Ключе - если
б это даже было возможно - ничего не решает. Сиском достаточно мудр, чтобы
допустить столь наивные обманы. Впрочем, кто бы отважился
экспериментировать с собственным Ключом? Ведь для этого необходимо знать
внутренний код автоматов, а тот время от времени самопроизвольно
изменяется. Один неверный магнитный импульс может полностью деформировать
запись в памяти Ключа, он выдаст какую-нибудь глупость, и ты попался!
Карл вспомнил своего давнего дружка, "мастера - золотые руки",
который, пытаясь что-то ошельмовать, подмагничивал Ключ и таким путем
накомбинировал себе весьма приятное общение с полицией. Карл глубоко
вздохнул и лениво поднялся с кресла.
"Итак, будем надеяться, что это мастера, а не какие-то
любители-портачи", - сказал он себе.
В половине одиннадцатого он вышел из кабины. Захлопывая за собой
дверь, вдруг остановился.
"А, черт! Ведь замок в двери срабатывает в ответ на Ключ, с которого
взяты наличные на оплату кабины! А новый Ключ... может не подойти", -
подумал он, но тут же вспомнил, что новый Ключ будет набит желтыми, стало
быть, сейчас можно частично отказаться от резервации и получить в
административном автомате оставшиеся пункты за вычетом стоимости операции.
Он обрадовался: таким образом получал больше тридцати желтых, что, между
прочим, означало возможность пообедать в автоматическом баре отеля высшего
разряда, где шли только желтые!
Перед дверью бара он заметил зеленый мундир и тут же свернул к
креслам, расставленным в холле. Сев спиной к полицейскому, некоторое время
наблюдал за ним, поглядывая в зеркальную обшивку стены. Чувствовал, как
пульс бьется в висках, слышал его в ушах, ладони вспотели.
"Нервишки!" - зло отметил он.
Полицейский смотрел в глубь бара, где перед автоматами крутились
девушки - те, что всегда болтаются в поисках достойных гостей. Полицейский
стоял здесь явно затем, чтобы зорким оком отцедить постоянных
посетительниц гостиничного бара от тех, кто пришел случайно в поисках
любителей заплатить за обед.
Карл увидел, как страж порядка на минуту скрылся в глубине ресторана
и вывел двух молоденьких девиц, явно малолеток. Они послушно вышли.
Полицейский еще раз осмотрелся вокруг и медленно направился к выходу.
"Вероятно, подзарабатывает у здешних дамочек за изгнание наглых
конкуренток, - подумал Карл, входя в бар. - Каждый пашет, как может".
"Чего ты боишься, старый дурень! - обругал он себя. - Пока еще нет
причин. В кармане у тебя собственный, настоящий, легальный Ключ. Вдобавок
с минимальной суммой пунктов, что в здешнем обществе считается
наивернейшим доводом твоей лояльности!"
Он встал с кресла и лениво прошел в бар. За высокими столиками вдоль
стен сидели девицы, выряженные в цветастые платья, словно манекены из
магазина одежды высшего класса. Некоторые повернули головы, окидывая Карла
быстрым, оценивающим взглядом, по, видимо, решили, что он недостаточно
туго набит желтыми.
1 2 3 4 5


А-П

П-Я