стеклянные шторки 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 



Аннотация
Полная надежд молодая мексиканка приезжает в Соединенные Штаты. Ее ждет знакомство с родными жениха. А потом… Потом — безоблачное счастье.
Однако вскоре ей начинает казаться, что невзгодам и неудачам не будет конца: погибает жених, его старший брат отвергает ее, считая, что отцовство будущего ребенка Марии — под вопросом.
Мудрая героиня решительно вступает в борьбу за свою честь, за достойное место под солнцем, за счастье. И побеждает…
Моника Айронс
Фамильное кольцо
Пролог
Она стремительно летела по длинному тоннелю навстречу слабому свету. Свет усилился, и девушка поняла, что это конец. Кто-то тихонько окликнул ее — Мари, но она только улыбнулась-еще рано так ее называть.
Остро запахло табаком. «Мария», — позвал знакомый голос, и она увидела мать, бабушку и себя босоногой девчонкой. Как странно, пронеслось в голове, мать и бабушка уже там, в лучшем мире, а где же я?
Мать ласково манила к себе, а бабушка, наоборот, сердито пыхтела трубкой и не смотрела в ее сторону.
Самые счастливые дни детства девочка провела с бабушкой в маленькой деревушке среди индейцев на севере Мексики. Бабушка была старейшиной рода, и девочку, приехавшую в первый раз, тронуло необыкновенное уважение мужчин к этой хрупкой женщине.
В их семье такого не было. Отец женился вопреки желанию родственников, и его родители до сих пор не признавали ни невестку, ни внучку. Испанская ветвь отца никак не могла успокоиться и всячески настраивала его против «краснокожих», так их однажды в шутку назвал отец. Но когда он пил, то шутка звучала как оскорбление, к этому еще добавлялось «шаманское отродье».
Да, мать действительно была дочерью индейской шаманки. Но индейская кровь не проявилась в ней ни внешне, ни внутренне. Она была светлокожа и зеленоглаза. История семьи и рода не волновала ее.
Мария была мала, чтобы спросить мать, кто был ее дедом. А когда этот вопрос заинтересовал девушку, задать его было уже некому.
Внучка, наоборот, пошла в индейскую родню-была слегка широкоскула и черноволоса. Мать редко навещала бабушку Марии, но регулярно посылала к ней дочь, наверное, стремилась разрядить обстановку в семье. Второго ребенка она не заводила, опасалась, что древние гены могут проявиться в нем еще сильнее.
Мария чувствовала себя своей в тихой бабушкиной деревушке и никак не могла понять, почему плохо быть «шаманским отродьем». Бабушка запросто снимала зубную боль, останавливала кровь, принимала роды, вправляла вывихи и грыжи. Видя интерес девочки к такого вида деятельности, знахарка понемногу учила этому девочку. Мария схватывала все с лету, у нее была прекрасная память, она быстро запомнила все травы и рецепты, все заклинания и заговоры.
— Через пару лет ты будешь знать все мои секреты, но нельзя останавливаться, — говорила бабушка, — нужно учиться дальше.
Бабушка втайне мечтала, чтобы внучка стала настоящим врачом в очках и белом халате, первым врачом в их роду. Но жизнь распорядилась иначе.
Отец бросил их, как только узнал о новой беременности жены. Через три месяца он завел новую семью.
Мать и бабушка умерли в один год. Мать и младенец-во время родов, бабушка — от горя: она, лучшая повитуха в мире, была далеко от дочери и не смогла ей помочь.
Двенадцатилетняя Мария попала в приют. Вначале она надеялась, что отец возьмет ее в свою новую семью. Но там родился долгожданный наследник. Время шло, надежда увяла.
Когда Марии предложили пожить в большой семье приемных родителей, она с радостью согласилась: пять братьев и пять сестер, папа и мама — что может быть лучше.
Четырнадцатилетней девушке пришлось ухаживать за всеми. Она с удовольствием возилась с малышами, но мачеха не скрывала, что взяла ее ради помощи по дому, а это ведь совсем другое дело…
Мария поняла, что надеяться ей не на кого. Она поступила в коммерческую школу. Днем училась, а вечерами подрабатывала сиделкой при стариках и нянькой при малышне. Бабушкины навыки пригодились. Она сумела сконцентрировать всю волю, недоедала, недосыпала, но через год получила диплом. Тяга к знаниям не покидала Марию. Она закончила курсы английского языка -Америка была голубой мечтой любого мексиканского подростка. Личной жизнью заниматься было некогда. Строга, как старая дева, говорили про нее в страховой фирме, куда она пришла работать, победив в громадном конкурсе полусотню претенденток. И поэтому, когда в их конторе появился молодой американец, то заняться им попросили, конечно же, Марию.
Максимилиан Хантер обратился в их фирму, потому что его машина пала в неравной схватке с кактусом, как юмористически описал несчастный случай сам виновник. Впоследствии она обнаружила, что веселое восприятие событий характерно для Макса. Жизнь была для него удовольствием и развлечением. Сам он почти не пострадал, машина застрахована, так зачем переживать?
Строгая Мария так и не могла понять, чем она приворожила этого беспечного американского юношу. Но, получив страховку, Макс упорно преследовал девушку, пока она не согласилась встретиться с ним. После этого события стали разворачиваться так стремительно, что у нее захватило дух.
Естественно, после тяжелой юности могла ли она долго сопротивляться Максу? Все в нем казалось ей очаровательным, в том числе национальность. В Мексике все грезили Америкой. Мария мечтала съездить туда в отпуск, однако жалованье было невелико… Поездку приходилось из года в год откладывать, но зато мечта становилась все сильнее. Америка казалась ей райским уголком, населенным дружными счастливыми семьями, сильными и надежными людьми.
Макс стал первым мужчиной в ее жизни. Он так был потрясен этим фактом, что тут же предложил ей руку и сердце. Мария неожиданно для себя самой согласилась.
Он часто объяснялся ей в любви. Это изумляло Марию. Максимилиан был потрясающе хорош собою. А она считала себя далеко не красивой, типичным синим чулком, этакой мудрой черепахой.
— О нет! — возразил Макс, когда она высказала ему эту мысль. — У тебя тихое лицо девы Марии, прекрасные волосы и грустные глаза. Неподалеку от нашего дома на Лонг-Айленде есть маленькая церковь, в которой висит икона Марии с младенцем, когда-нибудь я приведу тебя туда-сама увидишь. Не вздумай менять облик. Ты прекрасна такая, как есть.
Девушке и в голову не приходило считать себя красавицей, и она полюбила поклонника за то, что он видит ее такой. Ей нравилось в нем многое любовь к жизни, мальчишеская пылкость, непоседливость и беспечный юмор. Но больше всего она любила Макса за то, что он любил ее…
«Мари», — снова позвал ее чей-то голос. Она оглянулась на мать и бабушку. Но они исчезли. Мария закричала от страха и очнулась. Она увидела себя в больничной палате и вспомнила, как все хорошо начиналось…
1
— Далеко до дома? — спросила Мария.
— Еще десять миль. — Максимилиан покосился на нее и чарующе улыбнулся. — Ты прекрасна, дорогая. Мои родные полюбят тебя с первого взгляда — так же как я. — Милый, пожалуйста, смотри на дорогу, — тревожно попросила Мария.
Он засмеялся:
— Повинуюсь, моя строгая наставница!
— Не говори так. Я ведь не наставница, правда?
— Конечно же да! Любимая, обожаемая наставница, всегда наставляющая меня на путь истинный. «Макс, поезжай медленнее!» «Макс, не будь таким сумасбродным!» «Макс, не…»
— Ох, нет! — со смехом воскликнула Мария. — Послушать тебя, так я настоящий унтер-офицер в юбке!
— Но мне это нравится. Мой брат Теодор будет благодарен тебе за то, что ты так ловко управляешь мной. Ему это никогда не удавалось.
Как всегда, он говорил весело и добродушно, однако его слова были для спутницы лишним напоминанием о том, что ей уже двадцать пять и что она на пять лет старше Макса. Она пыталась не обращать на это внимания. Что же делать, если он настоящий мальчишка? Мария смотрела на жениха с любовью. Он был типичным американцем, стопроцентным янки. Когда Максимилиан сделал ей предложение, сослуживцы и знакомые не могли поверить ее счастью.
— Замучила жара? — спросил Макс, видя, что она вытирает лоб.
— Скорее, влажность, — призналась девушка. — Хочется прохлады.
— Бедняжка… Ничего, скоро отдохнешь, а завтра мы отправимся покупать новую одежду и драгоценности. Тебе пойдут гранаты.
Она засмеялась:
— Ах ты, мой милый мечтатель! У тебя не хватит денег на гранаты. Даже если это только фрукты!
— Кто сказал, что не хватит?
— Ты на мели, потому что надо платить по кредитным счетам.
— Я? На мели? — с невинным видом переспросил Макс. — С чего ты взяла?
Мария фыркнула.
— Я же сама отвечала по телефону кредитной компании!
— Ах, да! — Он перестал притворяться и пожал плечами. — Ну, немножко на мели… Ты не сердишься на меня?
— Как я могу на тебя сердиться? — нежно ответила она.
В самом деле, разве можно было относиться по-другому к молодому человеку, принесшему в ее одинокую жизнь свет, тепло и счастье, о котором она и не мечтала?
Скоро это случится. Скоро она перестанет быть Марией Санчес и превратится в миссис Хантер, носящую ребенка Максимилиана.
Эта мысль заставила ее положить руку на живот. Еще ничего не было заметно, но ребенок уже был дорог ей. Он навсегда свяжет ее с Максом и семьей Хантеров. А если родится мальчик, то он сможет стать президентом Америки. Если бы ее могли сейчас видеть бабушка и мать…
Говоря ему о беременности, Мария ожидала худшего. Разве этот очаровательный шалопай захочет жениться в двадцать лет? Но Макс очень обрадовался. — Значит, я скоро стану отцом? — с трепетом повторял он. Максимилиан стал еще более нежным, и ее любовь к нему неизмеримо возросла.
Макс настаивал, чтобы свадьба состоялась в Америке. Он позвонил брату и объявил Марии, что им нужно немедленно ехать в Штаты.
— Я сообщил ему, что везу невесту… Про малыша расскажем на месте.
— Я возьму на работе отпуск, — заикнулась девушка.
— Нет, нет! Туда ты больше не вернешься. Сообщи им, что уходишь.
— Может, не стоит торопиться?
— Моя жена никогда работать не будет! — заявил Макс так решительно, что у Марии лукаво изогнулись губы. Заметив это, он усмехнулся. — О'кей, о'кей! Я найду себе приличную работу. Может быть, войду в дело с братом, и мы будем жить в Нью-Йорке.
— В Нью-Йорке?! — воскликнула она. — Это было бы чудесно!
— Отлично. Значит, договорились. Мария могла поклясться, что еще пять минут назад он и не помышлял о работе в США.
Несколько дней спустя они погрузили вещи в машину и начали долгое путешествие через мексиканскую границу на север.
— Расскажи еще что-нибудь про свою семью, — попросила Мария.
Макс пожал плечами.
— Да не о чем особенно рассказывать. Теодор — хороший парень, ко ужасный зануда. Думает только о бизнесе. Как будто зарабатывание денег это самое главное на свете.
— Ну, если ты войдешь в долю, то тоже будешь заботиться о прибыли, — напомнила девушка. — Пока что ты находишься у брата на содержании.
— Ох, не напоминай… Ну да, он подкидывает мне деньжат, но это еще не повод, чтобы просиживать на работе день и ночь, как делает Тео.
— А в чем заключается его работа? Ты толком так и не сказал об этом.
— Табак. Одна из фабрик выпускает только сигары… другая…
— Одна из фабрик? И сколько же их? — перебила Мария. Она думала, что семья Хантеров относится к среднему классу. Ей и в голову не приходило, что они намного богаче.
— Пять, — ответил Макс. — Нет, сейчас четыре. Одну Тео продал, потому что она не оправдала его надежд. Он считает, что надо сокращать расходы.
Весть о богатстве Хантеров почему-то расстроила Марию. Молодая женщина впервые задумалась о том, сумеет ли она стать им своей, но тут же прогнала эти мысли. Даже владелец четырех фабрик может не жить на широкую ногу. Возможно, всю прибыль он вкладывает в дело и живет скромно, успокоила она себя.
— И ты никогда не хотел войти в дело?
— Боже упаси! Это такая скучная материя! Брат всегда приставал ко мне, чтобы я получил техническое образование. Он будет рад тебе. Говорит, женитьба заставит меня «остепениться». Кроме того, он хочет наследника, которому можно будет передать фабрики.
— А почему он не заведет его сам? — Потому что для этого надо жениться, а брат не хочет связывать себя. Считает, что ни одной женщине на свете нельзя доверять.
— И поэтому поручает это дело тебе?
Макс добродушно фыркнул.
— Он считает, что я все равно валяю дурака, так почему бы мне заодно не жениться? По крайней мере, так от меня будет какой-то прок!
— А ты говорил, что он хороший парень… Не похоже.
— Ну да, характер у него тяжеловатый, — признался Максимилиан. — Но не волнуйся. Говорю тебе, ты ему понравишься!
К облегчению спутницы, они съехали с автострады, которая позволяла Максу ехать «с ветерком», сделали несколько головокружительных поворотов, с которыми она сама ни за что бы не справилась, и очутились на небольшом шоссе, обсаженном столетними вязами.
— Это Лонг-Айленд, — сказал Макс. — Здесь живут самые богатые семьи Америки.
— Ух ты! А далеко отсюда до того места, куда мы едем?
— Нет. Осталась всего миля.
— Ты хочешь сказать… что ваша семья живет на Лонг-Айленде?
— Конечно, — спокойно ответил Макс. — Вот мы и прибыли.
Он въехал в широкие ворота, и Мария очутилась в месте, о котором, казалось, мечтала всю жизнь. Аллея петляла среди деревьев и кустов, и поместье она увидела далеко не сразу. На первый взгляд это было скромное сооружение с белыми стенами и красной черепичной крышей. Но когда они подъехали ближе, Мария заметила пристроенные к главному зданию крылья и поняла, что дом огромен.
Его окружали деревья, с балконов свисали корзины, полные герани. Пели птицы, и откуда-то доносилось журчание воды.
Вокруг царила красота, но она вызывала у Марии не столько удовольствие, сколько чувство неловкости. Лишь очень богатая семья может позволить себе такую роскошь, с трепетом подумала она. Ей здесь не место.
Макс остановил машину у большой парадной двери. Никто не вышел им навстречу. Дом казался пустынным.
— Сейчас проверим, кто на месте, — сказал юноша, помогая ей выйти из машины.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18


А-П

П-Я