https://wodolei.ru/catalog/vanni/roca-akira-170x85-25058-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И, похоже, синьор де Бальцано понял это.
— Да, — шепнул он. — Да.
Словно пребывая и трансе, Синти ответила:
— Нет, никогда.
— Выходит, он не был страстным?
— Кто?
— Ваш муж.
Ах да, разумеется… Мы обсуждаем моего покойного супруга. Мир, словно исчезнувший для Синти на несколько мгновений, вновь вернулся на место.
— Я не собираюсь говорить о нем с вами, — сказала она.
— Интересно почему? Потому что и в постели он был безупречен, и позже в ваших глазах ни один мужчина не смог с ним сравниться? Или потому что он был полным ничтожеством в отношениях с женщиной и постоянно оставлял вас неудовлетворенной? Мне почему-то кажется, что ваш супруг не оценил вас по достоинству. Как глупо! Неужели он не сообразил, какой драгоценностью владеет?
— Я никогда не была собственностью своего мужа.
— В таком случае это был не мужчина. Или он не знал, как заставить вас захотеть принадлежать ему. Почему вы не желаете прямо ответить на мой вопрос?
— Какой?
— О, я так давно задал его, верно? Вы успели забыть. Ладно, я его повторю. Вы жили в Италии?
— Да, но не на материке.
— Вот как? — оживился виконт. — А где же?
— На Сардинии, — нехотя произнесла Синти.
— Неужели?! — воскликнул Феличе. — И как долго?
— Несколько лет.
— Надо же! И вы до сих пор не знакомы с особенностями итальянского менталитета?
— Я знаю о нем лишь то, что он мне не нравится. А больше меня ничего не интересует.
— Вот так всего несколькими словами вы перечеркнули наследие целой нации, — покачал он головой.
— Ничего подобного. Сказанное мною относится лишь к итальянским мужчинам. А теперь отпустите меня!
Де Бальцано рассмеялся и выполнил ее просьбу. Синти тотчас отодвинулась на несколько шагов и отвернулась от него, подавляя желание потереть то место, к которому он прикасался. Феличе не причинил ей боли, но на запястье все еще ощущалось тепло его руки.
— Ко всем итальянским мужчинам?! — насмешливо спросил де Бальцано. — Неужели среди нас нет ни единого исключения?
— Нет, — холодно ответила Синти.
— Ах, мы бедняжки! — саркастически произнес Феличе. — Как нам жить дальше с осознанием того, что мы вызываем ваш гнев!
— Можете насмехаться надо мной, сколько пожелаете. Я на вас больше не работаю.
— Это решение буду принимать я.
— Ничего подобного. Каждая сделка предполагает наличие двух договаривающихся сторон, и я только что расторгла наше соглашение. Кстати, должна заметить, вы значительно облегчили мне эту задачу.
— Не торопитесь, — быстро сказал виконт. — Я еще не закончил с нами дела.
— А я закончила! Вы уже в Нью-Йорке, так что, судя по всему, в моих услугах больше нет необходимости. К тому же, познакомившись с вами лично, я больше не испытываю желания работать у вас. Считайте, что я уволилась. Всего хорошего.
По выражению лица де Бальцано нетрудно было догадаться, что он и сам собирался дать Синти расчет, но, к его досаде, та перехватила инициативу.
— И вы ожидаете, что я дам вам рекомендации, синьора?
— Как вам будет угодно. Я никогда не оставалась без работы. Иными словами, синьор, меня так же мало интересует ваше мнение обо мне, как о вас мое.
Похоже, последнее замечание сильно задело его.
— Я только попрощаюсь с Анабеллой и Марией, — сказала Синти, направляясь к спальне, — и больше не буду вас беспокоить.
Однако, перешагнув порог, она застыла при виде тревожной картины. Тяжелое рыхлое тело Марии сотрясала дрожь, лицо пожилой синьоры раскраснелось, на нем отражалась боль.
Сидевшая на постели Анабелла тревожно взглянула на Синти.
— Марии совсем худо. Я просто не знаю, что делать. Доктора вызвать она не разрешает…
— Ее вообще нужно отправить в больницу! — быстро произнесла Синти. В спальне телефона не было, поэтому она повернулась в сторону гостиной и крикнула:
— Вызолите «скорую помощь»!
— Что случилось? — спросил появившийся на пороге Феличе.
— Позже объясню, — нетерпеливо бросила Синти. — Звоните скорей!
— Нет… — слабо простонала Мария. — Не нужно. Я скоро поправлюсь…
— У вас сильные боли, да? — тихо спросила Синти, опускаясь перед кроватью на колени.
Мария беспомощно кивнула.
— Да… но это пройдет. — Не успев договорить, она охнула от нового приступа и прижала ладонь к участку пониже объемистой груди. На ее лбу выступили испарина.
Синти встала и быстро вышла в гостиную.
— Я позвонил, — сообщил Феличе. — Они скоро приедут. Думаете, это серьезно?
— Вечером Мария жаловалась на головную боль, но сейчас держится за желудок. Причем ее тошнит. Думаю, с этим шутить не следует.
В этот миг из спальни выбежала Анабелла.
— Что делать? У Марии усилились боли. Я просто в отчаянии!
— Тише, успокойся, — сказала Синти негромко, но твердо. — Ведь страдает Мария, а не ты. Мы не должны оставлять ее одну. Ты побудь здесь, а я пойду и спальню.
Увидев Синти, Мария простонала:
— Только не в больницу… Пожалуйста!
— Там о вас позаботятся должным образом. — Синти принялась успокаивать пожилую синьору, однако ту безумно пугало слово «больница».
Спустя некоторое время в дверь негромко постучали, и в комнату заглянул человек в белом халате. За ним показался второй.
— Нет! — в панике воскликнула Мария. — Прошу вас, не нужно!
Вошедший следом за медиками Феличе шагнул к постели и взял руку Марии в ладони.
— Тихо, тихо, — мягко произнес он. — Вы обязательно должны поехать в больницу. Я настаиваю на этом.
— Я боюсь! — прошептала Мария. — Моего Тонио положили в больницу, и он там умер.
— Это случилось много лет тому назад, — возразил виконт. — С тех пор медицина сильно шагнула вперед. Вас непременно вылечат. Будьте же благоразумны, Мария. Сделайте это для меня.
Пожилая синьора перестала метаться по подушке.
— Я боюсь… — вновь слетело с ее губ.
— Вам совершенно нечего бояться, — заверил ее Феличе. — Ведь я буду с вами.
— Разве вы можете поехать в больницу?
— Я постоянно буду находиться рядом. Все время, понимаете? Давайте-ка поднимемся… — Феличе откинул одеяло, поднял больную на руки и вынес в гостиную, где находились носилки. Синти облегченно вздохнула при виде того, что кто-то способен уговорить Марию.
Тем временем медики помогли уложить пациентку на носилки и отправились с ней к лифту. Феличе двинулся, было, следом, однако на пороге задержался и взглянул на Анабеллу.
— Идем!
Та съежилась.
— Терпеть не могу больницы.
— Это не имеет никакого значения. Делай, что тебе велят. Ответственность за судьбу Марии лежит на нас. Ей может понадобиться женское участие. В будущем тебе псе равно придется ухаживать за больными, так что начинай учиться этому сейчас.
Анабелла беспомощно оглянулась на Синти.
— Ладно, — вздохнула та, понимая, что придется смириться с неизбежным. — Я поеду с нами. — Она перевела взгляд на Феличе. — Уйду попозже.
— Вероятно, тогда, когда моя невеста внезапно превратится в ответственную и благоразумную особу? — иронично хмыкнул де Бальцано.
В спешке Синти ничего не ответила. На улице Марию осторожно поместили в машину «скорой помощи». Феличе усадил сопровождавших его дам в стоявший чуть поодаль от входа в гостиницу автомобиль, за рулем которого сидел шофер. Затем он подошел к водителю «скорой» и назвал адрес одной из самых дорогих нью-йоркских клиник.
— Да-да, — кивнула Анабелла, перехватив удивленный взгляд Синти. — Иначе он не может. Мария принадлежит к нашей семье, по этому Феличе чувствует себя ответственным за нее.
— Вообще-то ему не нужно ехать в больницу самому, — заметила Синти. — Большинство мужчин не стало бы этого делать. А вот ты обязательно должна сопровождать Марию.
— Ненавижу болезни, — поморщилась юная итальянка. Но, заметив укоризненный взгляд компаньонки, добавила:
— Кроме того, Марии нужна вовсе не я, а Феличе. С ним ей спокойнее.
— Это заметно.
На Синти, в самом деле, произвели впечатление мягкость и терпение с какими де Бальцано обращался с Марией. Она отметила, что та доверчиво обвила шею Феличе руками и прильнула к нему, как к надежной скале. Иными словами, как бы ни был неприятен виконт де Бальцано, к своим патриархальным обязанностям он относится серьезно.
Когда в больнице Марию увозили в отделение, она вновь умоляюще взглянула на Феличе и дрожащим голосом напомнила об обещании не оставлять ее.
— Синьор де Бальцано не покинет вас, — поспешила Синти перехватить протянутую руку пожилой дамы. — Но ему необходимо задержаться здесь и сообщить врачам сведения о вас. А я отправлюсь с вами. Ведь мы друзья, верно?
Мария слабо улыбнулась, однако тут же перевела взгляд на Феличе. Тот дотронулся до ее руки.
— Синьора Донелли будет меня замещать. Доверяйте ей, как мне самому, а позже я присоединюсь к вам.
Синьора Мария вздохнула и позволила санитарам увезти себя к лифту. С этой минуты ее взгляд словно приклеился к Синти. Было ясно, что она восприняла слова Феличе со всей серьезностью.
Врачам потребовался минимальный осмотр, чтобы установить диагноз. Мария страдала от острого панкреатита и ей требовалось продолжительное лечение.
— Боюсь, вам придется задержаться у нас не меньше чем на месяц, — сказал врач, и Мария без сил откинулась на подушку.
— Почему вы так боитесь? — спросила Синти, когда они остались вдвоем.
— После смерти в больнице моего мужа я ужасно боюсь докторов, — слабо произнесла Мария.
— Когда умер наш супруг?
— Тридцать восемь лет низал.
Синти улыбнулась.
— Послушайте меня. Масса людей, которых не смогли вылечить тогда, сейчас остались бы живы. У вас очень скоро дело пойдет на поправку.
Она продолжала разговаривать с Марией в том же духе, и та постепенно успокоилась. Через несколько минут в палату заглянул Феличе. Он улыбался, и из-за этого его лицо выглядело преображенным.
— Придется немножко подлечиться, зато потом вы будете как новенькая! — шутливо обратился он к своей пожилой родственнице.
— Вы уверены, что я не умру? — робко спросила она.
— Обещаю вам это, — убедительно произнес Феличе. — Мое слово тверже камня, вы знаете. — Наклонившись, он легонько поцеловал Марию в лоб.
В этот момент вошла медсестра и попросила посетителей покинуть палату.
Они оставались в отделении до тех пор, пока им не сообщили, что, приняв лекарства, Мария спокойно уснула под капельницей.
Феличе разбудил прикорнувшую в кресле Анабеллу, и все вместе они спустились в вестибюль. На улице он жестом велел ожидавшему в автомобиле водителю подъехать, распахнул дверцу и взял Синти под локоток, намереваясь усадить в салоп.
— Лучше я поймаю такси и отправлюсь домой, — сказала та, тщетно пытаясь сдержать зевоту.
— Позже, — коротко возразил Феличе. — Нам нужно кое-что обсудить.
Весь обратный путь до гостиницы Синти пропела в полудреме, хотя и слышала бесконечный монолог Анабеллы, изредка прерываемый вставками явно скучающего Феличе, наподобие: «правда?», «не может быть!», «вот это да!».
В отеле он заказал завтрак в номер. Тем временем обе девушки отправились в спальню Анабеллы. Юная итальянка разделась и заявила о том, что идет в ванную. Синти не прочь была последовать ее примеру, но вместо этого лишь набросила на обнаженные плечи один из обширных халатов синьоры Марии.
Когда она вернулась в гостиную, оказалось, что завтрак уже доставлен. Феличе поморщился, увидев Синти в бесформенном одеянии.
— Марии этот халат подходит больше, — хмуро заметил он. — Она уже миновала ту возрастную черту, когда женщина еще является привлекательной для противоположного пола.
— А мне мужчины давно безразличны, — парировала Синти.
— Ложь, и мы оба знаем это, — мрачно констатировал Феличе. — Однако сейчас не место и не время для обсуждения данного вопроса.
— Почему же? Можно и обсудить.
Феличе покачал головой.
— Садитесь и ешьте. Нам следует решить, что делать дальше.
— Нам? — иронично усмехнулась Синти.
Однако Феличе отказался принимать вызов.
— Завтра мы с Анабеллой улетаем в Италию. Мне нужно, чтобы вы отправились с нами и оставались там до свадьбы.
— Я не поеду! — сразу ответила Синти. — И потом, вы что же, собрались бросить Марию здесь, в чужом городе, где у нее даже нет знакомых?
— Если бы вы дали мне возможность закончить мысль, — с оттенком легкой раздражительности заметил Феличе, — я сообщил бы, что, пока вы находились в комнате Анабеллы, мне удалось организовать приезд в Нью-Йорк двоюродной сестры нашей Марии. Она останется здесь до тех пор, пока та не выздоровеет и не будет в состоянии вернуться домой.
— Рада за них обеих, но завтра истекает срок моей работы у вас, так что и этом смысле ничего не изменилось.
— Напротив, вес изменилось самым кардинальным образом! — нетерпеливо воскликнул Феличе. — Даже вам это должно быть ясно.
Синти покачала головой.
— Еще совсем недавно вы считали меня безответственной особой, набивающей голову Анабеллы массой безумных идей. А сейчас я вам понадобилась, и вы готовы все забыть.
Оказалось, что Феличе даже способен краснеть.
— Я вынес о вас поспешное суждение. Позже Анабелла дала мне полный отчет о событиях нынешнего вечера, включая тот факт, что это она заставила вас купить эротическое платье.
— Вовсе оно не эротическое! — быстро произнесла Синти, потуже запахивая полы халата.
— Если бы оно не было таковым, вы бы не набросили на плечи шарф.
— Странно, что вы поверили Анабелле, — заметила Синти, спеша переменить тему. — Ведь, подпав под мое влияние, она начала врать.
— Анабелла занимается этим с детства, — ворчливо произнес Феличе. — Вы здесь ни причем. Кроме того, я всегда знаю, когда она лжет. На этот раз Анабелла говорила правду.
— И когда же она успела отчитаться перед вами?
— По пути из больницы в гостиницу.
— А, вот о чем она трещала. Я задремала и слышала ее голос, словно сквозь вату. А также ваши редкие замечания. Должна сказать, вы были просто очаровательны!
Феличе окинул собеседницу непроницаемым взглядом.
— Я плохо переношу бессвязную детскую болтовню.
— О, вам лучше поскорее привыкнуть к ней, если вы вознамерились жениться на ребенке!
— Может, лучше поговорим о делах?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17


А-П

П-Я