Выбор порадовал, доставка мгновенная 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Труды же остальных упомянутых выше авторов требуют несколько большего внимания. Для этого удобнее всего взять последовательно отдельные периоды боя и в связи с ними рассмотреть, где и в чем их описания и утверждения расходятся с действительностью.
Но прежде чем перейти к этому, сделаем сперва несколько общих замечаний о трудах этих авторов.
Необходимо прежде всего отметить, что ведение войны на море является искусством, требующим больших технических навыков, которое люди изучают в течение всей своей жизни и достигнуть которого можно только при условии практического опыта в командовании флотом.
Что касается Вильсона и Поллена, то наиболее снисходительно о них можно сказать, что, затрагивая важные оперативные вопросы, они берут на себя труд, к которому практически они недостаточно подготовлены.
Первый из них – довольно известный морской историк, но когда ему приходится иметь дело со всеми чрезвычайно сложными положениями современной войны на море, он, безусловно, теряет почву под ногами или же подпадает под влияние весьма неудачных советов.
Что касается Поллена, то его книга, очевидно, была написана им раньше, чем он имел возможность подробно изучить факты. Она изобилует неточностями и ничего не говорящими общими фразами.
Труды обоих этих авторов написаны, по-видимому, с предвзятой точки зрения, и уже с самого начала они «становятся на твердую позицию».
Книга капитана 2 ранга Кэрлиона Беллерса вся пропитана духом порицания и пристрастия. В чем бы ни заключались действия адмирала Джеллико и его главных сил, они никогда не могут быть правильными в глазах этого всеведущего и самоуверенного критика. Все его утверждения, сделанные очень часто без всякого основания или доказательств, весьма самонадеянны. Он нападал даже на «Официальное сообщение о Ютландском бое» в то время, когда оно еще только рассматривалось Адмиралтейством, то есть прежде чем его содержание могло стать известным кому бы то ни было, за исключением лиц, которых непосредственно касалось составление этого труда.
Что касается мистера Уинстона Черчилля, недавно высказавшего свое мнение о Ютландском бое, то к нему следует отнестись с некоторым недоверием с тех пор, как он, по его же словам, «открыл» адмирала Битти и старался внушить обществу, что «решения, которые я имел честь принять (в качестве Первого лорда Адмиралтейства) по отношению к Битти, были чрезвычайно удачны для английского флота и для всей Британской империи».
Одной из причин такого высокого мнения о Битти является, по словам Черчилля, то обстоятельство, что «точка зрения Битти на морскую стратегию и тактику совершенно иная, чем у среднего морского офицера; мне казалось, что он смотрит на них значительно шире, чем это принято среди военных».
И дальше: «Когда весною 1913 года пост командующего эскадрой линейных крейсеров оказался вакантным, вопрос о назначении Битти на этот высокий пост через голову всех остальных не возбуждал во мне никаких сомнений».
Он наивно признает, что составил свое мнение о достоинствах Битти не на основании его прохождения службы или же его опытности в вопросах высшего командования, но исключительно по личному впечатлению, которое тот произвел на него во время бесед в Адмиралтействе.
В таком случае нельзя, конечно, ожидать от г. Черчилля такой критики, которая могла бы сильно задеть и его собственное мнение, но вместе с тем мы могли бы ожидать, что столь высокий государственный деятель и выдающийся писатель должен отнестись к излагаемым фактам совершенно беспристрастно.
К сожалению, как мы увидим это дальше, он во многих случаях совершенно не оправдывает этих надежд. Затем существует еще целый ряд второстепенных статей и ряд других печатных трудов по Ютландскому вопросу, но авторы их большей частью не только не могут претендовать на знание современных условий военно-морской техники, но большинство их обычно не в состоянии даже просто следить за ходом событий.
Этого, пожалуй, нельзя сказать о статье, напечатанной в более раннем издании (1922 года) «Британской энциклопедии».
Ее автор, капитан 1 ранга английского военно-морского флота А.С. Дьюер, находился в исключительно благоприятных условиях для подбора материалов, а его прежнее военно-морское образование (он ушел с действительной службы в чине лейтенанта флота в 1910 году) должно было дать ему возможность сделать правильные заключения.
Но это ему совершенно не удалось. И к чести издателей этой обычно авторитетной Энциклопедии надо признать, что они очень скоро увидели свою ошибку и воспользовались первым же случаем, чтобы изъять эту статью и заменить ее другой, о которой мы уже говорили выше.
Нам остается упомянуть теперь еще об одной работе. Это «Описание Ютландского боя», изданное канцелярией Его Величества в 1924 году.
Но ни на заглавном листе, ни в каком другом месте этой книги нет указаний, под чьей ответственностью она была составлена и издана. Только дочитав ее до «Приложения G», на 106-й странице, непосвященный читатель может обнаружить, что ее первоисточником является Адмиралтейство, а из примечания 1 на той же странице можно узнать, что она издана «официально». Не указывается в ней также и то, принимал ли в ее составлении участие весь Совет в целом или нет. По замечаниям, имеющимся во введении, можно было бы заключить, что она является просто «Записками Харпера», которые были пересмотрены с точки зрения германских источников. Но в действительности это не так. Весьма вероятно, что по мере необходимости для него пользовались тем материалом, который был собран для «Официального сообщения», но фактически мне это неизвестно. За исключением того, что мне было известно «по слухам», я ничего не знал о составлении «описания» и лично не принимал в нем никакого участия.
Нам говорят, что данное издание представляет собою «описание», а не «оценку», и что в нем только приводятся факты, без всяких выводов и заключений.
Тем не менее в отношении движений английского флота мы встречаем там слова «вероятно» и такую фразу, как «имеются все основания предполагать», что не должно бы иметь места при изложении одних только фактов.
Далее опять читаем: «В то время „Лайон“ изменил свой курс на NNO, очевидно, с двойной целью…».
Если это намерение было доказано, то слово «очевидно» является совершенно лишним; если же этого не было, установить действительность не представляет никакого труда. Это «официальное» описание является весьма любопытным несвязным произведением. Очень часто чрезвычайно важные факты упоминаются в нем только вскользь, в виде примечаний внизу страницы, в особенности, когда они относятся к нашим главным силам, а вполне обоснованная и справедливая критика со стороны Джеллико всех ошибок и недостатков флота издается в виде приложения и встречает там только одни недовольные междометия, совершенно недопустимые в официальном издании.
Этот труд носит отпечаток многих рук, всячески кромсавших его для того, чтобы произвести желаемое впечатление.
Как достоверный официальный документ этот отчет должен считаться совершенно неудовлетворительным.
От общих рассуждений перейдем к рассмотрению некоторых отдельных вопросов.
X. Искажение фактов и ложные выводы
Опоздание ввести в бой 5-ю эскадру линейных кораблей
В некоторых печатных трудах, в том числе и в «Описании Ютландского боя», составленном Адмиралтейством, постоянно высказывается порицание адмиралу Эван-Томасу и приводятся совершенно неверные причины, по которым 5-я эскадра линейных кораблей не смогла оказать поддержку линейным крейсерам в начале боя в 15 ч. 45 мин.
В описании, составленном Адмиралтейством, сказано: «Когда начался бой, эта эскадра находилась в 7 милях на левой раковине „Лайона“, и хотя „Бархем“ и „Уорспайт“ открыли огонь около 16 ч. 00 мин. по 2-му разведывательному отряду и заставили его отойти в восточном направлении, однако прошло не менее 10 минут, прежде чем они смогли подойти к германским линейным крейсерам на расстояние орудийного выстрела».
Капитан 2 ранга Кэрлион Беллерс пишет: «Четыре быстроходных линейных корабля типа „Куин Элизабет“, с вооружением по восемь 15-дюймовых орудий каждый, находились на расстоянии 50 кабельтов, то есть вне боевой дистанции».
Вильсон пишет: «Линейные крейсеры шли теперь на NO, чтобы сблизиться с немцами. К несчастью, 5-я эскадра линейных кораблей при переменах курса значительно отклонилась от назначенного ей места и оказалась вместо 5 миль (указанная ей дистанция) в 7 милях от Битти. Постепенно это расстояние все уменьшалось, но тем не менее, когда мы вошли в контакт с большими германскими кораблями, она все еще находилась опасно далеко от своей позиции».
И далее: «…целью всей английской операции было добиться решительного боя. Битти мог сосредоточить свои силы, только или опираясь своими линейными крейсерами на 5-ю эскадру линейных кораблей, или же замедлив ход, чтобы дать 5-й эскадре поравняться».
У Черчилля читаем: «В 14 ч. 32 мин. „Лайон“, дав соответствующий подготовительный сигнал сопровождавшим его кораблям, опять повернул и, увеличив скорость до 22 узлов, начал преследование…».
Однако это является искажением факта. «Лайон», правда, дал своим «сопровождающим» кораблям подготовительный сигнал, осведомляя их о своем намерении лечь на курс SSO, но затем повернул, даже не озаботившись проверить, был ли его исполнительный сигнал о повороте получен этими «сопровождающими» кораблями, то есть 5-й эскадрой линкоров.
Известно, что подготовительный сигнал был дан прожектором. Сигнал же исполнительный был только флажный, вследствие чего он в течение нескольких минут не был видим для «Бархема».
Такое искажение фактов, которое встречается также и в выдержке, напечатанной в газете «Тайме» от 9 февраля 1927 года, справедливо вызвало со стороны адмирала Эван-Томаса сильный протест, выраженный им в письме, адресованном той же газете от 13 февраля.
Черчилль продолжает: «Но 5-я эскадра линейных кораблей, шедшая сзади на расстоянии 4,5 мили, продолжала держаться прежних указаний и в течении 8 минут шла как раз в обратном направлении… И в результате его (Эван-Томаса) восьмиминутного опоздания повернуть, как он сам, так и его мощная артиллерия не смогли принять участие в бою как раз в первые, наиболее критические и опасные полчаса, причем даже и после он все еще продолжал быть на максимальной боевой дистанции».
Все вышеприведенные выдержки заставляют предполагать, что именно 5-я эскадра линейных кораблей была виновата в том, что своевременно не вступила в бой с линейными крейсерами противника.
Однако эта суровая критика Черчилля несколько смягчается, когда он далее говорит: «Было бы, несомненно, гораздо целесообразнее, если бы походный строй линейных крейсеров и 5-й эскадры линейных кораблей был бы с самого начала более компактным».
За этим единственным исключением, в данных статьях не встречается ни одного слова порицания командовавшему передовыми силами адмиралу Битти за то, что он назначил 5-й эскадре позицию в 5 милях от «Лайона», причем в таком направлении, с которого он, безусловно, не смог бы вовремя подойти и вступить в бой, если бы наши линейные крейсеры первые встретились с противником. В действительности Битти оказался лишенным поддержки этих мощных кораблей в «первые наиболее критические и опасные полчаса» именно из-за этого решения. К этому вело и упущение Битти, не давшего сигнал «сблизиться» после того, как подготовительный сигнал был передан, а также упущения и связистов на «Лайоне», не озаботившихся немедленно передать исполнительный сигнал на «сопровождающие корабли».
Обязанность старшего флагмана всегда состоит в умении так расположить свои силы, чтобы по желанию их можно было сосредоточить без задержки. Главной причиной происшедшего опоздания в сосредоточенности сил явилось расположение, которое избрал для них Битти. Обвинять в этом адмирала Эван-Томаса совершенно несправедливо. В упомянутых выше статьях нет никаких указаний на то, что происшедшая задержка увеличилась из-за упущения со стороны связистов на «Лайоне» немедленно и точно передать на «Бархем» сигнал об изменении курса на SO. Сигнал этот был дан флагами, и «Бархем» не мог ясно видеть его из-за мешавшего тумана и дальности расстояния между кораблями.
Это было или должно было быть известно штабу Битти, так как на сигнал ему сразу не «ответили». Ответственность за получение сигнала лежала только на Битти и на его штабе и ни на ком другом.
Действенность огня артиллерии английских линейных крейсеров
Относительно первого периода боя между линейными крейсерами Битти и Хиппера в описании, составленном Адмиралтейством, сказано: «Повреждения, полученные в этот период боя германскими линейными крейсерами были значительны, но немецкие сведения об этом не убедительны».
Но данные германских источников по этому вопросу как раз весьма и определенны, и убедительны. Хиппер лично отметил неточность стрельбы наших линейных крейсеров, и с весьма невыгодной стороны сравнился со стрельбой артиллерии 5-й эскадры линейных кораблей и других кораблей главных сил.
Весьма сомнительно, чтобы за этот период боя линейные крейсеры противника действительно получили серьезные повреждения от артиллерийского огня наших кораблей, за исключением огня «Куин Мери».
В «Описании», составленном Адмиралтейством, нет никаких указаний на происшедшую с нашей стороны ошибку в распределении целей для наших линейных крейсеров, вследствие чего германский линейный крейсер «Дерфлингер» в течение некоторого времени нами совершенно не обстреливался.
Несмотря на то, что это грубое упущение имело весьма серьезные последствия, о нем не упоминается также и в других официальных трудах, указанных выше.
В этом же «Описании» читаем: «В 4 ч. 33 мин. (16 ч. 33 мин.) „Лютцов“ под огнем „Лайона“ и „Принцесс Роял“ вынужден был повернуть».
Однако никаких доказательств, подтверждающих это заявление, не имеется.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15


А-П

П-Я