https://wodolei.ru/catalog/chugunnye_vanny/130x70/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Может, ему и нравится кто-нибудь, но жениться — ни за что!
— Я уже поняла.
Сэнди взволнованно заговорила:
— Да что ты поняла? Брата словно подменили со дня твоей свадьбы. Уехал жить в Канаду, а как вернулся, мы перебрались в Викторию.
— Странно, ничего плохого я ему не сделала, — отозвалась Корин, — он прекрасно знал, что я собираюсь замуж за Барри. «Польстилась на капиталы Барри» — так он твердил, а сам и не подумал остановить меня.
Сэнди постаралась свернуть щекотливый разговор:
— Корин, дай слово, что напишешь, как только устроишься на новом месте! Созвонимся, встретимся.
— Ну конечно. Я пришлю открытку.
— Точно, — обрадовалась Сэнди, — помнишь нашу открытку? Да если бы брат тебя ненавидел, он и не вспомнил бы о твоем дне рождения. Мы увидели в газете твою фотографию — ну, вместе с Барри. Брат долго разглядывал ее. Сказал, что ты изменилась, повзрослела. Вспомнили, что скоро твой день рождения, и решили послать тебе открытку.
Корин прекрасно помнила ту фотографию. Они с Барри на благотворительном вечере. Барри здорово навеселе, а Корин хотелось только одного — поскорее уйти домой. В этот момент фотограф и щелкнул их. Так вот почему он вспомнил о ее дне рождения. Наверняка догадывался, что Барри станет злиться. Пожалуй, лучший способ досадить ему трудно было придумать. Барри впал в бешенство. Неужели это произошло всего несколько дней назад? Ужасно. Трудно поверить.
Подруги обнялись на прощание. Сэнди села за руль, помахала Корин рукой. Дождавшись, когда машина скрылась из виду, Корин медленно вернулась в дом, подошла к телефону, сняв трубку, набрала номер.
— Ренди, ты? Привет! Скажи, когда следующий тренировочный прыжок?.. Завтра? Пожалуйста, включи меня в список… Нет, грозы не боюсь, — она рассмеялась, — да не верь ты прогнозам, вот увидишь — завтра ни облачка не будет. Мне необходимо переключиться, отвлечься. Ты же сам прекрасно знаешь: «Полет — словно первая любовь». Итак, на летном поле в восемь, идет?
— Прекрасно, — раздался бодрый голос в трубке.
Корин отодвинула телефон, встала, призадумалась… Нет, о делах — завтра! А сейчас — лучше проверить парашют, что ей одолжила подруга.
Утро выдалось хмурое, пасмурное. Но это не охладило энтузиазма страстных поклонников парашютного спорта. Ощутить полную свободу, стать хозяином своей судьбы!
Привычным движением поправив плечевые ремни, Корин приготовилась к прыжку. Дернула за кольцо, и над ней раскрылся купол парашюта. Редкостное удовольствие — парить высоко над землей! Как любила Корин это чувство! Ей всегда было жаль тех, кому не хватало мужества подняться в воздух.
Натянув стропы, она развернула парашют, чтобы точно приземлиться — другие уже начали спуск. Внезапный порыв ветра потащил парашют в сторону. Задрав голову, она увидела огромную свинцовую тучу. Ярко вспыхнула молния. Собрав все силы, Корин пыталась справиться с парашютом, но он перестал ей повиноваться. Спокойно, Корин, спокойно, приказала она себе. Только не паниковать!
Силы небесные! Ее несло прямо на линию электропередачи. В голове мелькнули обрывки рассказов о несчастных, погибших жуткой смертью парашютистах. Как на электрическом стуле… Еще мгновение — и она превратится в сноп искр…
Вскрикнув, она дернула за подвесную лямку и перевернулась, стараясь направить парашют против ветра. Ничего не получается! Смелее, Корин! — приказала она себе. Не сдаваться! Ослепительно вспыхнула молния. Стиснув зубы, Корин упорно пыталась изменить направление, но ее неотвратимо несло на линию электропередачи. Сжавшись в комок, Корин подтянула колени к подбородку. Еще секунда — и она погибнет. Новый порыв ветра поднял ее ввысь. Спасена! Шепча: «Благодарение Богу!», она с трудом перевела дух, зажмурилась. Гроза разыгралась не на шутку. Открыв глаза, Корин заметила сквозь плотную пелену дождя новую опасность — впереди темнел густой хвойный лес. Среди темно-зеленых сосен и елей неожиданно вспыхивали яркие пятна — золотились, трепетали на ветру листочки осин. Что, если парашют запутается в ветвях? Еще ужаснее — повиснуть на выступе скалы. Однако самое страшное — звери!
Корин охватило отчаяние — опасность чересчур велика. Или расшибусь, или погибну от молнии, или повисну на выступе скалы, а потом сорвусь в бездонную пропасть. Гремучая змея — тоже не подарочек…
Корин, соберись! — приказала она себе. Где же твое мужество? Совсем близко мелькали ветви деревьев. Корин сжалась, собралась, скрестила руки, закрыла лицо. Тед… Вспомнит ли он о ней? Резкий толчок, корявые ветки до крови царапали руки, рвали одежду. Тяжелый удар по голове — и Корин провалилась во тьму небытия.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Тед сидел у себя в кабинете и, разложив на столе бухгалтерские книги, счета и деловые письма, приводил дела в порядок.
Они с Эмметом задумали расширить хозяйство, увеличить поголовье скота, завести бойню и маслобойку, поэтому Тед решил еще раз сам все тщательно проверить, чтобы иметь полную ясность.
Внезапно в комнату ворвалась взволнованная Сэнди.
— Что? Что случилось? — вскинулся Тед, с тревогой глядя на сестру.
— Ох, Тед! Беда! Корри… — Сэнди задыхалась от слез. — С ней случилось несчастье… только что сообщили по радио.
— Что-что? — Тед почувствовал, как замерло сердце, потом бешено заколотилось. Выскочив из-за стола, он подбежал к сестре и тряхнул ее: — Что с ней? Да говори же ты! Она жива?
Сэнди судорожно всхлипывала, не в силах вымолвить ни слова. Но, взглянув в помертвевшее лицо брата, пересилила себя:
— Она в городской клинике, ее доставили на «скорой помощи», лежит в травматологии. Сообщили, что парашют упал на дерево и, кажется, задел за провода. Подробностей не сказали.
Оттолкнув сестру, Тед вылетел на улицу. Позже он не мог вспомнить, как вскочил в машину, как добрался до клиники. Ворвался в приемный покой, подбежал к регистратору — где лежит госпожа Тарлтон? Не обращая внимания на протестующие возгласы медсестры, распахнул двери реанимационной палаты.
На хирургической кровати лежала Корин.
Ни кровинки в лице, глаза закрыты, вся в ссадинах, кровоподтеках. Маленькая, хрупкая фигурка в линялом больничном халатике. У Теда сжалось сердце.
— Как она? — спросил он у медсестры, внимательно наблюдавшей за монитором.
— Ей уже лучше, кардиограмма неплохая, она обязательно поправится. Поговорите с доктором Бёрнсом, он ее лечащий врач. Вы родственник госпожи Тарлтон? — Она испытующе смотрела на Теда.
— Да, — неуверенно сказал Тед. Скажи он правду, его, наверное, выставят вон? Медсестра подошла к двери, выглянула в коридор.
— Доктор Берне, пришел родственник госпожи Тарлтон.
Врач в зеленом хирургическом одеянии извинился перед коллегой и вошел в реанимационную. Тед представился, и доктор крепко пожал ему руку.
— Очень приятно, мистер Реган. Мы бесконечно признательны вам за помощь, которую вы оказали детскому реанимационному отделению.
Медсестра с любопытством посмотрела на Теда — как же, его имя отлично известно всем сотрудникам больницы!
— Спасибо. Доктор, скажите, как Корин?
— Легкая контузия, сломано ребро, есть подозрение на «острый живот». К счастью, опасения насчет электрошока не подтвердились, — врач старался говорить спокойно, доброжелательно, — хорошо, хорошо, не буду мучить вас медицинскими терминами, не волнуйтесь, сделано все необходимое, мы очень внимательно следим за состоянием пациентки. Но… скажу прямо — вы или кто-то из родственников, кто имеет влияние на нее, с чьим мнением она считается, обязательно должны внушить ей, что ее увлечение небезопасно, что прыгать с парашютом во время грозы — просто безумие. Ведь еще и полугода не прошло, как она лежала у нас. И вот сейчас — снова на волосок от гибели. Чудом избежала смерти. Я уж не говорю о тех увечьях, что она получила при аварии планера. Или взять эти фантастические попытки приземлиться на листе алюминия…
Тед слушал, затаив дыхание.
— Как вы сказали? Авария планера? — Врач удивленно поднял брови.
— Вы, кажется, назвались родственником Корин Тарлтон?
Тед решил честно во всем признаться:
— Да, родственник, дальний родственник. Дело в том, что я — кузен ее мужа, недавно умершего мужа. С ним произошло несчастье, он трагически погиб… Мы все очень переживаем за Корри.
— Да, я слышал о трагедии.
— Сам я только-только вернулся в Джекобсвилл, буквально на днях. Жил в Виктории, теперь вот снова обосновались с сестрой на семейной ферме.
— Как же, как же, наслышан о «Большом доме» старого Регана.
— Да-да. Там мы и живем. Я развожу скот, сестра ведет хозяйство. Мы были очень дружны с Барри. Но так случилось, что в последнее время я потерял его из виду. Наверное, поэтому ничего не знаю о несчастьях, что стряслись с его женой.
Врач, попытавшись скрыть удивление, холодно произнес:
— Что ж, в жизни всякое бывает, — но сам исподтишка неодобрительно посмотрел на Теда. Потом перевел взгляд на монитор и на неподвижно лежащую Корин. — Ужасное невезение. Ее покойный муж рассказывал мне в подробностях об этой аварии. Одна из ее приятельниц — ну, вы знаете этих дамочек: для них погоня за острыми ощущениями — смысл жизни — уговорила ее покататься на дельтаплане, а у Корин и прав-то не было. Вот ее и занесло на лес. Разбилась так, что мы ее буквально по частям собирали. Да-а, за ней нужен глаз да глаз. Видите ли, в жизни так не бывает: один несчастный случай за другим… На мой взгляд, тут что-то не так. Необходимо все осторожно, деликатно выяснить. В свое время я уже предлагал… В чем причина? Как ей помочь? Не откладывайте в долгий ящик. Настоятельно рекомендую. Я сейчас должен идти, а вы не падайте духом, мы приложим все усилия, чтобы поставить ее на ноги как можно скорее. — Ободряюще улыбнувшись, врач вышел.
В коридоре Тед увидел Сэнди.
— Ну что?
— Врач обнадеживает. Корин без сознания.
Подошла медсестра:
— Присаживайтесь. Скоро вашу родственницу переведут в терапию. Хотите кофе?
— О да, спасибо!
За чашкой кофе брат с сестрой разговорились о том, что их больше всего мучило.
— Послушай, Сэнди, — начал Тед, — ты знала, что Корин и раньше попадала в аварии?
— Да, знала. Хотела навестить ее, собралась уже, да Барри ни в какую — не надо, не ходи. Для него нож острый, если Корин общается с друзьями. Ну, я через него передала привет, пожелала скорейшего выздоровления.
— Что ж ты мне ничего не рассказывала?
— Господи, Тед! Да ты имени ее слышать не желал! Что уж тут скрывать? Ты странно относишься к Корин. Когда я говорила с ней в последний раз, знаешь, что она мне сказала? «Тед ненавидит меня» — вот ее слова. А если бы ты видел ее глаза, слышал, как она произнесла это… Просила, чтобы я всегда думала о ней хорошо. Сильно нервничала в тот раз. Я поняла — ну все, ее не остановишь, отправится опять в очередной полет, будь они неладны, эти полеты… И ведь не убедишь ни в какую, а ей в последнее время ужасно не везет!
— Сколько я помню Корин, всегда она какая-то… ну, как бы поточнее выразиться? Не то чтобы невезучая, но необычная. Помнишь ее походку? Ты что, никогда не замечала?
Сэнди всмотрелась в осунувшееся лицо брата.
— Ты не прав, Тед. Конечно, после свадьбы она действительно стала какая-то… Барри тоже хорош: заявил, что мы не должны встречаться. Почему, скажи на милость? Виделись мы очень редко, поэтому ничего определенного тебе сказать не могу.
Тед задумался, сидел, курил одну сигарету за другой. Он мучительно размышлял — неужели из-за его дурацких насмешек Корин решила искать успокоение в своем дьявольски рискованном хобби? Впервые за все время знакомств с девушками (а Тед особенно не церемонился и обходился со слабым полом без околичностей) Тед Реган призадумался, насколько же неуместны его выпады против Корин. Впрочем, он был самоуверен, красив и опытен, и очень скоро мысли его потекли совсем в другом направлении. Он опять вспомнил о своем кузене, и сердце его заныло — до конца он не сознавался даже самому себе, насколько дорог был ему Барри. С детства они были, что называется, «не разлей вода». Когда Тед гостил у Тарлтонов, они целыми ночами поверяли друг другу шепотом, чтобы не услышала тетушка Тина, свои мальчишеские тайны, привыкли все рассказывать друг другу, делиться сокровенным, спрашивать совета. А Барри… он смотрел на Теда с обожанием, подражал ему во всем, даже родителям не рассказывал того, что мог доверить Теду. Корин, ах, Корин! Просмотрела, не уберегла!
— Тед, — озабоченно произнесла Сэнди, допивая кофе, — надо съездить, забрать вещи Корин. Попросим этого Генри открыть нам ее комнату, заберем все необходимое. Кто ее знает, тетку Тину? Сменит замки или еще что-нибудь придумает, и Корри останется без нужных вещей. Перевезу ее к себе в Викторию. Поживет пока у меня.
— Нет! — твердо заявил Тед. — Мы заберем ее из больницы на ранчо. Ее нельзя сейчас оставлять одну. А на ранчо мы все время будем рядом.
— Ну, Тед, в таком случае — дай слово, что ты будешь по-доброму относиться к Корин! И помни — давши слово…
— Да я близко к ней не подойду! — в сердцах выпалил Тед, просверлив сестру взглядом: как ей в голову могло прийти такое? Что он, изверг, что ли?!
Тед, крякнув, встал, пошел в палату. Сэнди озадаченно смотрела ему вслед.
Корин, вытянувшись, без движения лежала на высокой кровати, с трудом сдерживаясь, чтобы не стонать, — жуткая боль терзала ее. Дверь распахнулась, в палату вошел Тед.
— Привет, — тихо, почти про себя, промолвила Корин, — ну что? Опять будешь издеваться? Ничего меня не берет, как видишь.
Засунув руки в карманы, Тед встал рядом с кроватью.
— Ну как ты? Не унываешь, молодец!
— Да так себе. — Корин коснулась кончиками пальцев ран на лице.
— Удивительно, что еще «так себе»! В грозу с парашютом! Ты как дитя неразумное, честное слово.
— Оставь меня, Тед, — Корин посмотрела ему прямо в глаза, — поверь, мне не до словесных баталий.
Тед подошел ближе.
— Маленькая дурочка! Ну когда ты повзрослеешь?
Он внезапно наклонился, и не успела Корин опомниться, как ощутила на своих губах поцелуй. Вздрогнув, Корин отвернулась.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15


А-П

П-Я