чугунная ванна 170х80 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ага! Я так и знала, что еще остался табак!
Она протянула руку и, зацепив с полки пригоршню коричневого табака, закатала его в тонкий рулончик белой бумаги.
– Я слышала, что вы в эту субботу будете играть для пассажиров дилижанса?
– У новостей длинные ноги!
– На этом пятачке в них нет необходимости, – рассмеялась Сара. – Только что у меня была Роуз и хвалилась, что ей удалось заполучить интересного постояльца, который к тому же ищет работу. Должна признаться, меня удивило, что вы остановились у нее. Большинство приезжих обычно предпочитают «Черную подвязку».
– «Черную подвязку»? – нахмурился Джесс.
– Небольшая гостиница на Паверти-Галш. Это в нескольких милях к востоку отсюда. Она стоит у главной дороги, а потому никогда не терпит убытков. Кстати, ее хозяину Эли Джонсону постоянно требуются помощники. Роуз сама работала у него, пока не построила свой «Скарлет Роуз». Эли питал к ней нежные чувства, но безответно. Так по крайней мере говорит сама Роуз. Впрочем, я ее не осуждаю, если дело обстояло действительно подобным образом.
У этого господина характер пороховой бочки. Стоит поднести спичку, и... б-ба-бах! Когда Роуз сбежала от него, Эли грозил, что заставит ее пожалеть об этом. И действительно: сначала он переманил ее девчонок-служанок, а теперь старается прибрать к рукам весь ее бизнес. У меня сердце кровью обливается, когда вижу, как Роуз обеими руками отбивается от этого хищника!
Теперь Джессу стало ясно, почему Скарлет так старается привлечь внимание к своему заведению и сделать его прибыльным. Но все же, когда он признался, что ищет работу, она должна была бы сказать о «Черной подвязке»! А о чем она еще промолчала? Об этом можно было только догадываться! Что ж, теперь у него уже не было причин сомневаться в ее словах о том, что никакого Магуайра она никогда не видела. Вполне возможно, что тот, подобно остальным, предпочел остановиться на Паверти-Галш...
– Вы не знаете, не нанимал ли Эли Джонсон когда-либо одного очень рослого, весьма представительного шотландца? – спросил Джесс у Сары.
– Вполне возможно, – утвердительно кивнула она. – После открытия лидвилльских месторождений иностранцы буквально заполонили окрестности. Конечно, большинство из них в конце концов разорились и уехали. Но, может быть, имеет смысл проверить.
– Благодарю вас за совет, Сара!
– Но только не говорите никому, что это я вас туда послала. Иначе Роуз поджарит меня на медленном огне.
– Я буду нем!
Джесс подумал, что скорее всего и эта слабая надежда рассеется подобно многим предыдущим. Но все же какая-то зацепка появилась. Что ж, это уже лучше, чем ничего!
Остаток дня прошел в спешных приготовлениях и уборке. В буфете не осталось ни одного грязного стакана, а подоконники, столы и стойка бара были вычищены до блеска. Добела отстиранные полотенца и простыни сушились на протянутых через двор бельевых веревках.
Онести не хотелось думать, будто бы она использует свою работу по дому только для того, чтобы избежать встреч с Джессом. Но после их совместной репетиции она с каждым часом испытывала к нему возраставшую неприязнь, причин которой не могла понять. Онести предпочла бы обвинить во всем самого Джесса, пробудившего в ней эмоции и чувства, которые она считала оставшимися в далеком прошлом. Но на самом деле виной ее раздражения был страх. Онести боялась Джесса! Боялась потому, что никак не могла понять, какой он на самом деле. Ее представления об этом человеке менялись с невероятной быстротой. Кто же он, наконец? Бездомный бродяга, страстный любовник или талантливый пианист?
После упорной, но безуспешной борьбы с ветром, сдувающим с веревок сушившееся белье, Онести сняла его и сложила в большую корзину. Все это время она продолжала неотступно думать о Джессе. Как и большинство мужчин, с которыми ее сталкивала жизнь, он всегда отлично знал, чего хочет. В отличие же от многих он был в достаточной степени человеком чести и не лишен благородства. Последнее подтверждалось его бескорыстной помощью Скарлет Роуз. И это еще больше притягивало к нему Онести.
Внутренне издеваясь над собой за то, что все-таки обнаружила в этом негоднике нечто хорошее, Онести взяла корзину и направилась к дому. Открыв дверь черного хода, она задержалась на пороге и, оглянувшись, еще раз обвела взглядом двор.
У сарая, который Роуз именовала конюшней, была привязана лошадь Джесса. Нога у нее была перетянута красной тряпкой. Значит, Джесс не лгал, что рана еще не полностью зажила. Онести невольно обрадовалась, ибо это в какой-то степени развеяло ее мрачные подозрения.
Однако самого хозяина раненой лошади нигде не было видно. Солнце, окрашивая все в ярко-оранжевый цвет, висело низко над горизонтом. Онести вздохнула, чуть прищурившись, посмотрела на заходящее светило, вошла в дом и со вздохом поставила корзину на кухонный стол.
– Роуз, где вы?
– Я здесь! – донесся из игорного зала голос Скарлет. Онести приподняла портьеру, служившую дверью, и увидела Роуз, стоящую у сцены с блокнотом и карандашом в руке.
– Вы не знаете, где Джесс? – спросила она с замиранием сердца.
– Не знаю, – буркнула в ответ Роуз. – Я его не видела с самого утра.
У Онести отлегло от сердца.
– А вы что делаете?
– Составляю план на субботу.
– Зачем?
– Сама не знаю. Просто привыкла все записывать в блокнот, чтобы ничего не упустить.
Онести еще никогда не видела свою хозяйку столь оживленной. С интересом продолжая смотреть на Скарлет, она пододвинула к сцене стул.
– А я никогда ничего не планирую заранее. Предпочитаю экспромты.
– Экспромты порой кончаются не совсем удачно, – хмыкнула Роуз.
– Как будто я этого не знаю! – обиделась Онести. Однако тут же подумала, что почти всякий раз, когда она загодя что-то замышляла, ее планы непременно рушились. В то же время спонтанные решения в большинстве своем, как казалось Онести, чаще всего приводили к успехам.
На мгновение она замерла от неожиданной мысли: а не в этом ли заключалась проблема? До смерти Дьюса она жила мгновением, хватаясь за любую возникавшую возможность, не особенно задумываясь о будущем и до самого конца продолжая верить в успех.
Может быть, так же следует вести себя и теперь? Не строить какие-то планы, а просто воспользоваться любым подходящим случаем и уже потом думать, что из этого выйдет? Бог свидетель, что раньше она была отнюдь не хуже, чем стала сейчас!
В этот момент дверь отворилась, и двое неизвестных втолкнули в зал Джесса. Оба были примерно вдвое старше его и наполовину ниже ростом. От неожиданности Онести раскрыла рот.
– Мы поймали негодяя, шарившего по нашим земельным участкам! – крикнул первый из ворвавшихся, выпустив изо рта темную струю слюны с прожеванным табаком.
Онести с первого взгляда поняла, что перед ней Джейк. Вторым же, несомненно, был его брат Джо. В свое время братья поразили ее своим удивительным внешним сходством. Единственным отличием было то, что Джейк жевал табак, а Джо к этому не пристрастился.
Джо схватил Джесса за руку и бросил на пол. Тот посмотрел на тонкие, костлявые запястья братьев и подумал, что без особого труда мог бы вышвырнуть обоих в окно. Однако постарался сохранить спокойствие и не пытался сопротивляться.
– Скарлет, я хотел бы объяснить вам... – начал Джесс, но Роуз тут же прервала его:
– Если хотите объяснять, то делайте эта поскорее! Джо и Джейк не очень жалуют воров.
Краем глаза Джесс посмотрел на Онести, которая не без интереса наблюдала эту сцену. Ему показалось, что происходящее ее очень даже забавляет.
Ничего себе! Очень забавно!
Он перевел взгляд на хозяйку.
– Я и не думал покушаться на земли этих господ! – взмолился Джесс.
Черт побери, он действительно даже не подозревал, что нарушил чьи-то границы! Тем более что заборов там не было и в помине! А эти двое неожиданно выпрыгнули откуда-то и набросились на него...
Джесс не мог признаться Скарлет, что все утро провел в «Черной подвязке». Он ведь хорошо знал об отношениях Роуз с Эли Джонсоном, который, по словам Сары Уэнтворт, был человеком крайне несдержанным, раздражительным и хвастливым.
– Джесс, вы можете быть откровенным с ней, – неожиданно заявила Онести. – Тем более что Роуз и так все узнает.
– Рассказать ей?!
Но что? И откуда Онести знает, что он делал? Девушка утвердительно кивнула:
– Я знаю, что вы хотели преподнести ей сюрприз. Но поскольку тайное уже стало явным...
«Черт побери, чего она хочет?» Джесс смотрел на Онести сузившимися от злости глазами и не мог ничего понять.
– Он не хотел сделать ничего дурного, Роуз, – спокойно продолжила Онести. – Он пытался выяснить, по какой дороге лучше перевезти в субботу из «Черной подвязки» передвижной помост. Там есть таковой. А одновременно Джесс хотел полюбоваться прекрасными видами, которые открываются с холмов.
Роуз посмотрела сначала на Джо, потом – на Джейка, затем перевела взгляд на Джесса.
– Это правда? – спросила она.
– Онести уже сказала, что я хотел преподнести вам сюрприз.
– Так это же замечательно! Нам действительно надо было давно подумать, как доставить сюда помост для концерта!
Она подошла к Джессу, взяла его ладонями за виски и поцеловала в губы.
– Вы просто удивительный человек! Потом наклонилась и прошептала ему на ухо:
– Мне начинает казаться, что мы приобрели не только отличного пианиста!
Онести все же услышала ее слова и тут же вставила:
– Да, видимо, это и впрямь так!
В ее голосе явственно прозвучала насмешка, отдавшаяся в голове Джесса убийственным эхом.
– Дядя Джо и дядя Джейк! – торжественно провозгласила Роуз. – Я очень рада вашему приходу. Спешу сообщить, что в субботу у нас состоится большой вечер, в организации которого вы оба, надеюсь, примете участие.
Она взяла братьев под руки, и все трое скрылись за портьерой бара. Джесс облегченно вздохнул. Гроза вроде бы миновала. Но если бы не вмешательство Онести, то неизвестно, чем бы все кончилось...
Джесс посмотрел на девушку, и его глаза неожиданно превратились в две узенькие щелочки.
– Черт побери, зачем вы устроили эту комедию?
– Какую?
– Да рассказали идиотскую сказку!
– Это было первое, что пришло мне в голову. Извините, пожалуйста, но вас однажды уже подстрелили. И мне не хотелось, чтобы это повторилось. Или вам мало одной пули?
Онести поставила на стол лампу, подложив под нее красную вязаную салфетку.
– Лучше скажите, стоит ли обложить подставку каждой лампы высушенными цветами? Или это будет выглядеть очень уж провинциально?
– Цветы могут загореться, – досадливо буркнул Джесс.
Он скрестил на груди руки и всем своим видом старался показать, что понимает эту нехитрую игру. Джесс успел заметить, что девушка всегда старается сменить тему разговора, если не желает сказать правду.
– Чего вы хотите, Онести? – спросил он.
– Я? Почему вы думаете, что я непременно чего-то хочу? – Она продолжала расставлять по столам лампы, избегая смотреть в глаза Джесса. – Вы думаете, что девушка не может ничего делать без задней мысли?
– Кто угодно, но только не вы. Я пробыл здесь всего пару дней, но уже понял, что Роуз отлично вас вымуштровала. Вы не делаете ничего, хорошего или плохого, просто так, не получив за это что-либо взамен.
Онести повернулась к Джессу и бросила на него негодующий взгляд:
– Вы не имеете никакого права меня оскорблять!
– Можете думать все, что вам угодно. Но лучше скажите, зачем вам понадобилось меня спасать?
– Может быть, я боялась, что Роуз потребует, чтобы вы собрали свои пожитки и убрались отсюда? Она очень ревностно относится не только к своим вещам, но и к собственности ближайших родственников.
– А мне кажется, что вы просто хотели в последний раз меня увидеть.
– Неужели?!
– Конечно! Ведь вы достаточно ясно высказались, какое место я занимаю в списке ваших привязанностей.
Джесс улыбнулся и подошел к Онести вплотную:
– Итак, почему вы не желаете сказать мне, чего на самом деле хотите?
Глава 7
Онести крайне раздражала способность Джесса видеть ее, что называется, насквозь. Ее ранило, когда этот прозорливый человек угадывал то, что она всеми силами старалась скрыть.
«Итак, почему вы не желаете сказать мне, чего на самом деле хотите?»
Могла ли она осмелиться сделать это?
Интуиция подсказывала Онести, что следует забыть этот глупый импульсивный порыв. Это было бы очень рискованно. Доверять Джессу нельзя! Слишком многое поставлено на карту!
Отчаяние же твердило совсем обратное. Независимо от того, нравится ей это или нет, но Джесс был самым подходящим кандидатом на предлагаемое Скарлет место. Он легко приспосабливался к любым ситуациям, мог сыграть любую роль и в целом казался совершенно безвредным и безопасным человеком. Ни разу с той памятной ночи он больше не потребовал от Онести близости. Не настаивал, чтобы она дала ему больше, чем хотела. Правда, Джесс хвастался, что в случае какой-нибудь опасности непременно защитит ее. Это одновременно раздражало и... успокаивало девушку.
Пока Онести ходила по комнате, пробегаясь пальцами по столам, стойке бара и подоконникам, Джесс не отрываясь следил за ней. Девушка чувствовала этот пристальный взгляд. Он наполнял все ее тело приятным теплом и вызывал стыдливый румянец на щеках. Онести очень хотелось рассмеяться, ибо она никогда не замечала в себе особой стыдливости. Отец не раз говорил, что его дочь родилась под знаком бесстыдной Луны!..
Онести через плечо посмотрела на Джесса. Он все еще стоял у двери, внимательно следил за ней и о чем-то думал. О чем? Может быть, разглядел в ней робкую маленькую девочку? Или же, наоборот, видел в ней женщину – лживую, бесстыдную потаскушку, способную использовать в своих интересах кого и что угодно?
Она медленно повернулась и внимательно посмотрела в лицо Джессу, пытаясь разгадать его мысли. Грязь на левой скуле, растрепанные и спутавшиеся волосы, облепленные глиной ботинки, порванная в нескольких местах одежда – все это говорило о том, что его утренняя прогулка, целей которой Онести пока не знала, была не совсем легкой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31


А-П

П-Я