https://wodolei.ru/catalog/dushevie_poddony/90x90cm/glubokie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ему нужны были ответы на интересующие его вопросы. Он надеялся получить их здесь, в салуне «Десять галлонов».
От всей этой истории с Хэнком Риверсом сильно попахивало. Он убедился в этом после встречи с Люциусом Дейном, который, если он правильно судит о людях, оказался скользким и лживым типом.
Коул завязал разговор с черноглазой служанкой, принесшей ему стакан виски. Платье в красную полоску плотно облегало ее тело. Она то и дело нагибалась вперед, побуждая Коула заглянуть за корсаж. Однако игра девицы мало увлекала его, все внимание Коула было сосредоточено на ее рассказе, из которого он узнал, что Лайн Маккрей не отказался от своих старых трюков, только теперь его интересы направлены на другой город. На этот раз на Платтсвилл. В сознании Коула всплыл образ Маккрея – хмурый господин в сером костюме с галстуком-ленточкой. Бедный Риверс – у него не было никаких шансов.
Коул сделал глоток и поставил стакан на стол. Пока он наслаждался ощущением приятного жжения в желудке, девица успела обвить его шею тощими руками.
Коул представил Маккрея в «Огненной горе», и горячая ярость медленно растеклась по его телу. Нет, на этот раз тебе не удастся! «Огненной горы» тебе не видать! Маккрею придется признать, что нельзя иметь все, что пожелаешь.
Коул вдыхал чересчур сладкий аромат духов девицы. Яркий свет от люстры резал глаза. Он уставился на исцарапанный стол и задумался о Джулиане Монтгомери. Она находится рядом, на другой стороне улицы, наедине с этим слизняком Дейном.
И все же, пока он во всем не разберется, там она будет в большей безопасности, чем с ним. Прежде чем он решит, стоит ли забирать ее оттуда, ему нужно выяснить имена тех, кто участвовал в облаве вместе с Риверсом, в частности, имя того, кто утверждал, будто шерифа убил один из Монтгомери.
Коул поднял голову и огляделся. Бармен хмуро посматривал на девицу, видимо, недовольный тем, что она слишком много времени уделяет одному посетителю и не заботится о других. Девица перехватила его взгляд и поднесла стакан к губам Коула.
– Выпей, миленький, – принялась уговаривать она, – и я принесу тебе новый. Иначе Фред будет орать на меня, пока не посинеет, а потом вычтет половину из моих денег.
Коул забрал у девицы стакан, отпил немного и опять поставил его на стол. Взяв ее за руку, он поинтересовался, кто был с Хэнком Риверсом в тот день, когда его убили.
– Я ничего об этом не знаю. Ну, давай, допивай. Может, развлечемся попозже?
Коул устремил на нее внимательный взгляд. В переполненном салуне стоял страшный шум. Странный у нее вид. Кожа под слоем дешевой пудры побелела, глаза остекленели и блестят. Испугалась, предположил он. Меня или Фреда?
Коул снова посмотрел на бармена. Тот наливал виски ссутулившемуся шахтеру. Сколько Коул себя помнил, Фред всегда стоял за стойкой бара салуна «Десять галлонов». Он вспомнил громкий хриплый хохот бармена и его привычку шлепать проходящих мимо служанок по ягодицам. Возможно, ему известно, кто был с Риверсом в тот день.
– Спасибо, красавица.
Сунув несколько «зеленых» в руку девицы, он встал и с удивлением обнаружил, что у него слегка кружится голова. Наверное, это потому, что он пил на голодный желудок. Надо остановиться. Он должен поскорее забрать Джулиану из Платтсвилла. Нельзя оставлять ее с Дейном. И нежелательно, чтобы она имела дело с Маккреем. Нужно выяснить, кто пустил слух, будто Риверса убил Уэйд Монтгомери. Интуиция подсказывает, что Маккрей…
У Коула подгибались ноги, когда он остановился у бара. Чтобы не упасть, он навалился на гладкую деревянную стойку. Фред усмехнулся и поставил перед ним стакан, полный янтарной жидкости.
– За счет заведения, мистер Роудон. Вы всегда были хорошим клиентом.
– Не хочу пить. – Почему с таким трудом ворочается язык? Коула бросило в холод, потом – в жар. Проклятие, да что с ним такое? – Кто… кто был с Хэнком Риверсом, когда… – Обливаясь потом, он взглянул на Фреда.
– Фред, он хочет знать, кто был с шерифом Риверсом, когда тот погиб, – подсказала девица. Она говорила тихо, но Коул все же разобрал слова и услышал в ее голосе волнение.
Он не решился повернуться к ней, зная, что это отнимет много сил, и продолжал смотреть на Фреда. Черты его лица сливались в одно мутное пятно.
– О, – произнес Фред, наклоняясь к нему и кладя обе руки на стойку. – Это просто. – Он говорил так же тихо, как и девица. – Я там был. И все видел.
Сквозь туман, обволакивавший его сознание, Коул услышал смешок Фреда и вдруг понял, что с ним творится. Но было поздно.
Джулиана. Надо добраться до Джулианы.
Его охватило сильное, до жжения в глазах, отчаяние.
Коул оттолкнул девицу, все это время державшую его за руку. Та попятилась и натолкнулась на тощего картежника. Фред обошел стойку и подхватил Коула под мышки.
– Эй, мистер Роудон, по-моему, вы переборщили! Не беспокойтесь, я устрою вас. Пойдемте.
Он чуть ли не волоком втащил Коула в комнатку позади бара. Тот был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Казалось, будто его тело налилось свинцом.
Закрыв дверь, Фред привалил Коула к стене и замахнулся. Коул попытался увернуться, но все закружилось у него перед глазами, и к горлу подступила тошнота.
Фред ударил его в челюсть, а потом, когда Коул тяжело рухнул на пол, изо всех сил пнул ногой сначала в спину, затем в лицо.
Коул проглотил собравшуюся во рту кровь. Его тело пронзила мучительная боль. Как в тот день в «Огненной горе»…
Он почувствовал, что теряет сознание.
Джулиана. Надо добраться…
– Когда Нож с ребятами закончат допрашивать девчонку, они займутся тобой. Не вздумай никуда уходить.
Нож. Джулиана. Надо…
Фред нанес новый удар.
Последнее, что слышал Коул, был хриплый хохот бармена. Этот звук эхом кружил по комнате, как стервятник, выслеживающий жертву.
Дейн склонился над Джулианой, сидевшей за его столом и через силу жевавшей то, что приготовила ей Хенни. Ее мозг лихорадочно работал. Она не видела в участке никакого другого оружия, кроме пистолета, торчавшего из кобуры шерифа, но вряд ли ей удастся завладеть им. И все же, если получится…
Возможно, Хенни и была хорошей стряпухой, но сейчас Джулиане еда казалась безвкусной. Если ее попытка не увенчается успехом, Дейн придет в ярость. Джулиана вспомнила, как грубо он обошелся с Хенни, ради забавы подставив ей подножку. Что может тогда ждать ее?! Коул Роудон при всей своей силе никогда бы не причинил ей вреда. Этот же недомерок способен на все, особенно если его разозлить. А разозлить его придется.
– Вы присоединитесь ко мне, шериф? Я не так голодна, как думала.
– Меня мучает совсем иной голод, сударыня. – Он опять засмеялся собственной шутке.
Джулиана заставила себя подыграть ему. Она вызывающе закинула голову и, наклонившись вперед, одарила его соблазнительной улыбкой.
У шерифа заблестели глаза. Весь подобравшись, он шагнул к ней, но потом остановился.
– Возможно, у вас на уме то же, что и у меня, – предположил он, пожирая ее взглядом.
– Возможно, – через силу прошептала Джулиана и облизнула пересохшие от волнения губы.
Это еще больше подстегнуло желание шерифа. Он рывком поднял Джулиану из кресла и прижал к себе. Она закричала, но шериф не обратил внимания на крик девушки и принялся жадно целовать ее.
Джулиана подавила приступ отвращения и приказала себе стоять спокойно. Ей потребовалась вся ее выдержка, чтобы вытерпеть этот долгий, омерзительный поцелуй. Она заставила себя обнять шерифа за шею, а потом стала медленно опускать руки…
О, как ей хотелось поскорее выхватить пистолет из кобуры Дейна, но спешить было нельзя. Ее едва не тошнило от его влажных, скользких губ, соски ныли от его щипков. Дейн подталкивал Джулиану к столу, еще секунда – и он опрокинет ее навзничь. Джулиана изогнулась, чтобы не упасть, и усилила сопротивление. Ей очень хотелось ударить его так же, как Джона Брина, но сначала надо завладеть оружием…
Ее рука скользнула к бедру шерифа, и ладонь легла на кобуру пистолета. Что говорил Коул Роудон? «Прежде чем целиться в кого-то, подготовь оружие». Что ж, если надо, она так и сделает, но сначала устроит спектакль. Коула Роудона ей обмануть не удалось, но что касается Люциуса Дейна, то ей не составит труда убедить его в том, что она отчаянная преступница, способная без колебаний нажать на спусковой крючок.
Ощутив неожиданный прилив сил, Джулиана ударила Люциуса Дейна в то же место, что и Джона Брина. Он закричал от боли, а она выхватила пистолет из кобуры и отскочила в сторону. Прижимая руки к паху, Дейн вопил и корчился на полу.
Джулиана сняла пистолет с предохранителя – она видела, как это делал Коул Роудон. Если не считать яркого румянца на щеках, девушка выглядела на удивление спокойной.
– Быстро в камеру! – скомандовала она. – Надеюсь, вы можете идти, шериф, но если нет, вам придется ползти.
Дейн тупо таращился на нее, на его лице отражались и мука, и изумление.
– Ты… подлая, лживая сука, – прохрипел он. – Ты за это ответишь…
Встав в точно такую же позу, как Коул Роудон, Джулиана держала шерифа на прицеле. Ее сердце бешено колотилось, но внешне она оставалась бесстрастной.
– Мои братья – те самые Монтгомери – научили меня стрелять, – ледяным тоном сказала она. – На таком расстоянии я не промахнусь, даже если очень захочу. Поверьте, мне не хочется убивать вас. Считаю до пяти. Если на счет «пять» вы не окажетесь в камере, то отправитесь к Создателю. Надеюсь, вы готовы ответить на его вопросы о смерти сына Хенни. Молитесь, шериф. Один… два…
Дейн скривился от боли, с трудом поднялся на ноги и шатаясь побрел к камере.
– Три… четыре…
– Какого черта, я на большее не способен! – застонал он.
С него градом тек пот.
– Пять, – объявила Джулиана, и Дейн с шумом ввалился в камеру. Она быстро захлопнула дверь, заперла ее и, отшвырнув подальше связку ключей, которая со звоном упала у окна, бросилась прочь.
– Вас вздернут за это, сударыня! – завопил ей вслед Дейн. – Клянусь всеми святыми, я подвешу вас за ноги!
– Сначала поймай меня, – через плечо бросила Джулиана, но, едва ступив за порог, резко остановилась. Сердце ее едва не выпрыгнуло из груди: путь ей преграждали трое мужчин в плащах, шелковых шейных платках и стетсонах.
– Мисс Монтгомери? – осведомился Нож и, ухмыляясь, затолкал ее обратно в участок.
– Кажется, мы вовремя, – заметил один из его приятелей.
Несмотря на панику, Джулиана узнала обоих: сегодня днем они встретили ее и Коула на улице. Ей никогда не забыть, с какой враждебностью они смотрели ей вслед, когда Коул вел ее в участок.
– Босс очень рассердится на тебя, Дейн, – глядя на запертого в камере Люциуса Дейна, заявил другой приятель Джексона, коротышка со шрамом под правым глазом. – Эта пташка едва не улетела.
Джулиана похолодела от ужаса.
В следующее мгновение Нож огромной ручищей схватил ее за шею.
– У нас есть к вам вопросы, мисс Монтгомери, – с наигранным дружелюбием сказал он и сжал пальцы. – И если вы честно и откровенно ответите на них, – с усмешкой добавил он, – то мы позволим вам дожить до завтрашнего утра.
Глава 16
Они засыпали Джулиану вопросами:
– Где скрываются братья Монтгомери?
– Что Роудону нужно от мистера Маккрея?
– Где Монтгомери прячут золото с рудника Сандерса?
– Почему Роудон проявляет такой интерес к «Огненной горе»?
– Собирается ли Уэйд Монтгомери захватить деньги, предназначенные для работников фрахтовой компании «Хэншо»?
– Томми Монтгомери все еще в Аризоне?
– Сколько Роудон готов заплатить за «Огненную гору», чтобы перебить цену Маккрея?
Ее руки и шею покрывали синяки. Сочившаяся из разбитой губы кровь запачкала платье.
Наглое ухмыляющееся лицо Ножа маячило перед ней, как кошмарное видение. Его глаза – черные, холодные, свирепые – блестели от наслаждения, когда он причинял ей боль. Джулиана знала, что никогда не забудет эти глаза. Они будут являться ей во сне. Если она останется в живых… Нож бил, а двое его помощников держали ее.
Вскоре у Джулианы уже не было сил кричать. Она лишь охнула, когда Нож напоследок ударил ее наотмашь, и упала со стула.
– Отвечай! – словно издали донеслось до нее. – Если опять скажешь «Не знаю», я проткну тебя ножом! Что нужно Роудону?
Роудон. Сквозь кровавый туман, застилавший глаза, Джулиана увидела спокойное красивое лицо, ощутила чистый аромат хвои, почувствовала нежное прикосновение губ.
– Роудон, – едва прошептала она.
– Да, Роудон! – Нож Джексон схватил ее за волосы и поставил на ноги. В его руке блеснуло лезвие ножа. Джулиана подняла на своего палача преисполненный муки взгляд. – Что нужно Роудону, черт бы тебя побрал?
Джулиана попыталась вдохнуть полной грудью, но ей мешала резкая боль в ребрах. Из губы снова пошла кровь.
– Не знаю, – со стоном проговорила она. – Я бы сказала… вам.
Лезвие ножа устремилось к ее телу.
Джулиана потеряла сознание.
Коул проснулся оттого, что что-то влажное и липкое текло по его лицу, шее и груди. Превозмогая острую боль, он заставил себя открыть глаза, поднял голову и увидел, что по пыльному полу извивается красный ручеек. Кровь. Его кровь. Он лежит в луже собственной крови.
Где? К нему медленно возвращалась память. Сознание еще было одурманено, однако он вспомнил, что произошло. Фред. Девица из салуна. Они что-то подмешали в его виски.
Коул попытался подняться, но поскользнулся и упал в красную вязкую лужу.
Его руки были связаны за спиной, а щиколотки крепко стянуты сыромятным ремнем. Фред чертовски хорошо поработал.
Коул заскрипел зубами. Наконец, исключительно благодаря своему упорству, он встал на колени. Затем, преодолевая сильную боль и головокружение, поднялся на ноги и огляделся. В комнате ничего не было, кроме грязной койки у дальней стены, плетеного трехногого стула и старого комода, да такого ветхого, что казалось, дотронься до него – и он рассыплется. Помещение освещали три наполовину обгоревшие свечи. Коул увидел окно, затянутое джутовой мешковиной. Что сейчас, ночь? Или день? Сколько он пробыл здесь?
Неожиданно пол перестал качаться у него под ногами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42


А-П

П-Я