https://wodolei.ru/catalog/accessories/Grohe/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Однако постепенно все встало на свои места. Часами просиживая в библиотеке и не выпуская из рук энциклопедии, она очень быстро наверстала упущенное.
«Для бабенки, у которой не все извилины, она что-то уж больно быстро глотает книги, — однажды отпустила замечание в ее адрес Милдред Бенц, попавшая в больницу после неудачного выкидыша, который она попыталась вызвать с помощью спринцовки с мыльным раствором. — На что уж я — совершенно нормальная, и то не могу читать с такой скоростью».
Время от времени молодая женщина страдала от ужасных мигреней, но врачам не жаловалась из страха, что ей запретят посещать читальный зал. Любой ценой она должна была подготовить себя к ответственному экзамену, который ждал ее в будущем. Скоро ей предстоит покинуть больницу и дальше идти по жизни самостоятельно.
Нередко, стоя перед зеркалом туалетной комнаты, женщина рассматривала себя обнаженную со странным ощущением, что перед ней незнакомка. Ее тело, лишенное собственной истории, не могло ей рассказать ни о чем. Высокая, худая, с впалым животом и выпирающими ребрами. «Мешок с костями», — приходило ей на ум нелестное сравнение.
— Ерунда! — грубовато утешала ее старшая медсестра. — Через полгодика обрастете жирком. Дорого бы я дала, чтобы иметь вашу фигуру!
Первое время она долго разглядывала это ставшее чужим лицо, почти прислонив нос к своему отражению и пытаясь с помощью маленького зеркальца увидеть свой профиль. Перед ней возникала головка Нефертити с матовой кожей, длинной шеей и полными губами. Плоская грудь, узкие бедра, длинные ноги спортсменки. Конечно, все это могло стать результатом перенесенных страданий. До того как попасть сюда, она вполне могла быть полной, а то и попросту толстой, с волосами, падающими до середины спины, и симпатичной складочкой жира ниже линии пупка. Возможно, не всегда был у нее вид заключенной, сбежавшей из лагеря смерти!
Очень темные волосы и матовая кожа наводили на мысль о латинском происхождении. Не текла ли в ее жилах итальянская кровь… или испанская? Или пуэрториканская? От частого хирургического вмешательства на ее висках появились первые серебристые нити. Она вырывала эти преждевременные знаки старости с яростью, граничившей со сверхъестественным ужасом.
Иногда ночью женщина касалась своего обнаженного тела и спрашивала себя, любил ли ее когда-нибудь мужчина, ласкал ли, доставляя ей наслаждение. Странно, что она ничего об этом не помнила. Память могла бы обойтись с ней менее безжалостно и сохранить столь интимную информацию.
Но не стоило уж совсем предаваться унынию, теперь по крайней мере у нее было имя. Не бог весть какое оригинальное, но все-таки: Джейн Доу. Ее лечащий врач, доктор Найджел Крук, объяснил, что это полиция всегда так называет женщин, чье имя неизвестно или не оглашается по каким-либо причинам, а также неопознанные трупы. Джон Доу — мужчины, и Джейн Доу — женщины. Итак, отныне она носила имя Джейн Доу. Иногда она задавала себе вопрос, как ей следует представляться после выхода из больницы, ведь носить такое имя все равно, что называться Полой Франкенштейн или Мэрилин Дракулой.
— Если уж быть совсем точным, — прибавил доктор Крук, — вас зовут Джейн Доу, под этим именем вы значитесь в списках службы криминалистического учета. Ваше дело не закрыто, но мы не можем и дальше удерживать вас здесь. Вы должны начать все сначала, рано или поздно вам предстоит включиться в нормальную жизнь.
Рано или поздно! Чем позже, тем лучше. В больнице ей было хорошо, и у нее не было ни малейшего желания уходить отсюда.
Она вздрогнула, с трудом освобождаясь от невеселых размышлений. Кто-то только что опустился на стул напротив нее. Ну конечно же, это доктор Крук. Подошел так тихо, что она не обратила на него внимания. Теперь она часто бывала рассеянной и совсем не замечала, как течет время. Часами могла сидеть на одном месте в полном бездействии и ни о чем не думать. Крук говорил что-то, но женщина его не слышала, только видела, как беззвучно шевелятся его губы. Ей пришлось сделать усилие, чтобы вернуться в нормальное состояние.
— По результатам обследования и проведенных анализов можно прийти к выводу, что вам около тридцати лет плюс-минус пять в ту или другую сторону, — произнес врач. — У вас никогда не было детей, и вы не сделали ни одного аборта. До несчастного случая, который привел вас сюда, вы ни разу не оперировались. Полость рта в отличном состоянии, у вас нет ни врожденных, ни хронических болезней. Серьезные шрамы или какие-либо другие особые приметы на теле отсутствуют. Отпечатки пальцев в картотеке ФБР не фигурируют. Демонстрация ваших фотографий по телевидению ни к чему не привела — никто вас не опознал, но это свидетельствует лишь о том, что, возможно, у вас мало друзей или они находились в соседней комнате во время телепередачи.
— Скажите, доктор, у меня амнезия? — уже в который раз с тревогой спросила Джейн.
На физиономии врача появилась раздраженная гримаса, которую он тут же попытался спрятать под маской слегка покровительственной доброжелательности. Внешность доктора Крука вряд ли могла кого-нибудь заинтересовать. Еще молодой, но уже с изрядным брюшком и почти совсем лысый. Круглая голова Найджела блестела под неоновыми лампами больничных коридоров, как шлем хоккеиста.
— Мы уже обсуждали это тысячу раз, — ответил Крук, стараясь оставаться любезным. — Повторяю: выкиньте из головы то, что вы почерпнули из книг или телепередач об амнезии. Все это романтические бредни. В действительности в подавляющем числе случаев, к людям, утратившим память в результате шока, она возвращается через довольно короткое время, чаще на второй-третий день. Все восстанавливается очень быстро. Вот что такое на самом деле эта пресловутая ретроградная амнезия, о которой нам прожужжали все уши: некий отдельный эпизод спутанности сознания временного характера, длящийся сутки — максимум трое. Если же за этот период память не возвращается, значит, мы имеем дело с так называемой реакцией бегства. Девочка, изнасилованная собственным отцом, предпочтет об этом «забыть» и будет страдать от невроза всю оставшуюся жизнь. Ни первый, ни второй случай не имеют к вам никакого отношения. Вы не страдаете потерей памяти, дело в другом: пуля, вошедшая в черепную коробку, уничтожила часть мозговых клеток. Она прорыла туннель в сером веществе, разрушив все, что стояло у нее на пути. Представьте, что в помещение, где хранятся архивы, попала зажигательная бомба. Большая часть документов сгорела. Кое-что уцелело, но очень немногое. Остальное превратилось в пепел, и сколько ни погружай в него пальцы, не извлечешь никакой информации.
Джейн кивнула. Доводы Крука она выучила наизусть, но не хотела лишать себя удовольствия выслушать их еще раз, как это бывает с детьми, которые требуют, чтобы им рассказали на ночь любимую сказку. Слова доктора завораживали ее, словно в них содержался какой-то магический смысл.
— Вам крупно повезло, — заметил он. — К счастью, пуля при проникновении в черепную коробку не проделала веретенообразную полость.
— Какую полость?
— Веретенообразную. Термин, относящийся к раневой баллистике. Иногда, проникая в цель, головная часть пули сминается, значительно увеличивая свой диаметр и нанося тяжелую рану. Сплющиваясь, пуля способна поразить гораздо больший объем живой ткани.
Обычно такие пули, называющиеся разворачивающимися, или экспансивными, пройдя около пяти сантиметров внутри цели, начинают вибрировать вокруг своей оси, что увеличивает их убойную силу. С этой садистской целью они и создаются: их задача — как можно быстрее отдать энергию, произведя наибольшее разрушение. Такую расширенную зону поражения и называют веретенообразной полостью. В вашем же случае пуля проделала обычный канал — прямолинейный, аккуратный и не слишком глубокий. И в этом смысле вы действительно Чудом спасенная, так как прохождение через ветровое стекло могло вызвать деформацию пули, что сделало бы ее несравнимо более опасной. Самое страшное, когда тебя заденет такая вот дрянь, прошедшая через какое-нибудь препятствие. Раздавленная, плоская, она крутится волчком и крошит человеческие ткани с упорством овощерезки.
Джейн снова кивнула, чтобы показать доктору, что разговор ее занимает, хотя на самом деле не испытывала к нему ни малейшего интереса. Она уже в который раз подумала о том, что только мужчины могут иметь пристрастие к такого рода исследованиям.
— Нельзя забывать, что кости черепа чрезвычайно прочны, — продолжил он. — Вот почему я не рекомендовал бы самоубийцам решать свои проблемы таким способом. Мне лично пришлось оперировать парня, который влепил себе в голову пулю из револьвера «магнум» триста пятьдесят седьмого калибра. И хотите верьте, хотите нет, она расплющилась на височной кости, так и не пробив ее! Обычная физика — сопротивление материалов. Вам приходилось слышать о защитных свойствах яичной скорлупы? Говорят, если поставить ногу точно на «экваториальную» линию свежего яйца, то можно давить на него сколько хочешь, и оно не разобьется. То же самое и с черепом.
Он улыбнулся, довольный к месту рассказанной историей. Доктор Крук принадлежал к людям, у которых, стоит им открыть рот, на лице вместо улыбки появляется гримаса. Мягкие, слегка отвислые губы, раздвинувшись, безжалостно обнажили скверные зубы. Джейн подумала, что эта деталь выдает с головой его происхождение из низов: в небогатой семье скорее всего не было средств, чтобы вовремя отправить ребенка к ортодонту.
— Ваша память не потеряна, — повторил врач. — Она стерта. И не надейтесь вновь обрести то, что утрачено навсегда. Ваш личный архив уничтожен, тут ничего не поделаешь. Во всем должна быть полная ясность. По мановению волшебной палочки прошлое к вам не вернется: ни обрывками, ни целиком в результате внезапного озарения. Мало ли что напридумывают голливудские сценаристы, чья нога никогда не ступала в больницы и которые уверены, что на свете не существует ничего другого, кроме их излюбленной ретроградной амнезии. К несчастью, вы не принадлежите к этой категории больных. Ваша память стерлась, как магнитная лента под воздействием мощного электромагнита. Запись пропала. Навсегда. Смешно ее оплакивать или пытаться все-таки прочесть. Вы не услышите ничего, кроме шумового фона, а если и донесутся отголоски какой-то музыки, то все равно вы не многое почерпнете. Я кажусь вам жестоким? Но у меня вполне определенная цель — уберечь вас от соблазна. Врачам хорошо известно, что происходит в подобных случаях. Мне часто приходилось сталкиваться с пациентами, погруженными в хроническую мифоманию только потому, что им не удалось правильно оценить свое состояние.
— Значит, я потеряла все? — спросила Джейн.
— Абсолютно. Убедите себя в том, что водитель грузовика, перевозившего вашу мебель, не справился с управлением при повороте на Малхолланд, машина свалилась в овраг и сгорела. Считайте, что от прежней жизни у вас ничего не осталось, и если в ближайшие недели не появится тот, кто посвятит вас в тайну прошлого, вам предстоит начинать с нуля.
— Почему же тогда, — заметила она, — у меня часто возникают образы, отдельные картины? Во время сна, например.
Крук, поморщившись, покачал головой.
— Не цепляйтесь за миражи, которые ровным счетом ничего не значат, — произнес он, чеканя каждое слово. — Сознанию неуютно в пустой квартире, в которую превратилась ваша память, и оно старается меблировать ее с помощью ложных воспоминаний. Люди, подобные вам, часто становятся жертвой компенсаторного механизма психики. Все, что вы «вспоминаете», — обман, ловушка, пустое обольщение, собираемое по крупицам вашим бессознательным. Ваша новая «мебель» состряпана из обрывков некогда прочитанных вами книг, увиденных телепередач или журнальных картинок, на которые вы случайно бросили взгляд. Ничего заслуживающего внимания. Ваше бессознательное не переносит пустоты, впадает в панику и начинает выдумывать. Оно лжет себе, изобретая фантастические истории, не имеющие никакого отношения к реальности. Не попадитесь в расставленные сети. Ваш мозг, не сомневайтесь, пустит в ход все средства: фальшивые воспоминания, впечатления, что вы уже видели либо слышали нечто подобное, внезапное «узнавание» вещи или человека. Помните, что вы балансируете над пропастью: стоит поддаться пению сирен, и вы станете шизофреничкой, помешанной на своем суррогатном прошлом, в котором правды не больше, чем в сентиментальном романе для домохозяек, купленном в одной из лавчонок Алабамы. Сопротивляйтесь, если не хотите превратиться в героиню мыльной оперы, для которой ваше бессознательное каждую ночь будет создавать очередную серию.
— Понятно, — тихо произнесла Джейн. — Итак, меня не существует?
— Я этого не говорил, — усмехнулся Найджел Крук. — Все куда более интересно.
— С чьей точки зрения? — грустно улыбнулась она. — С вашей или моей?
— Будьте оптимисткой, — подбодрил ее врач. — Не вздумайте хныкать и бесконечно прикладывать ухо к собственной груди. Судьба подарила вам неслыханный шанс начать все с нуля, а это, поверьте, большая редкость. Никаких угрызений совести, сожалений, пережитых страданий, которые, словно путы, вяжут человека по рукам и ногам. Если вы прошли через развод, попортивший вам много крови, или ваш дружок занимался рукоприкладством — считайте, что вы забыли об этом навсегда, если не ладили с родителями — все ссоры остались позади.
— А что будет, когда кто-нибудь из этих людей найдет меня? — спросила Джейн с сомнением. — Как я должна себя с ними вести?
— Буду с вами откровенен, — вздохнул врач. — Самое лучшее, если бы они никогда больше с вами не встречались. Это избавило бы их от многих разочарований.
— Разочарований? Только потому, что я ничего о них не помню?
— Дело в другом. Можно предположить с изрядной долей уверенности, что вы уже никогда не станете прежней, той, которую они знали. Речь идет не только о памяти — я имею в виду вашу личность, вкусы, манеру поведения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44


А-П

П-Я