Все для ванны, рекомендую! 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Живодеры!Следующим знакомиться решил Бол. Как и следовало ожидать, он сразу полез к щенку целоваться, и едва не остался без носа. Только строгая команда Лани позволила ему сохранить шнобель до лучших дней. То есть, до следующего раза.Боресвет, судя по всему, с собаками обращаться умел. Даже с маленькими. Щенок спокойно обнюхал его ладонь и лизнул ее, не делая попыток закусить пальцами. Подошедший гоблин от знакомства с собакой категорически отказался.— Моя его не хочу, — заявил он, подозрительного осматривая щенка.— Он же совсем маленький, — попробовала уговорить его Лани.— Большая вырастет, — отмазался гоблин от знакомства. Девушка пожала плечами. Не хочет и не надо, чучело зеленое.Проснулся варвар. Несколько долгих секунд он непонимающе смотрел на собравшуюся толпу, недоумевая, откуда они взялись. Потом пожал плечами и попытался улечься обратно, но Лани тут же пристала к нему со щенком. Пришлось и ему познакомиться с Никаком. Варвар щенку явно понравился, он не только не попытался откусить ему что-нибудь ценное, но и сразу полез к нему, собираясь поиграть. От этих попыток Нанок благоразумно уклонился, но спать ему уже не хотелось.— Ладно, пора в дорогу, — сказал, наконец, маг. — Я поработаю над заклятием портала, а вы можете пока сходить посмотреть на башню. Эльфы как раз приготовили все для ее разрушения. Зрелище будет эффектное.— Пойдем скорее, — загорелся Бол. — Когда еще такое увидишь.— Пожалуй, я бы тоже взглянула, — сказала Лани. По части любопытства Болу она ничуть не уступала, а остальных превосходила на голову.Таль пожал плечами. Можно, конечно, и на башню взглянуть, хотя он с большим интересом посмотрел бы, как ставить заклинание портала. Только вот при Учителе этого ведь не скажешь, мигом такой пистон получишь, что небе с овчинку покажется.Варвар и Боресвет тоже особого энтузиазма не выказали. Гоблин же вообще не понял, о чем речь. Гоблины вообще пониманием по жизни не отличались. Однако пошли, как ни странно все. Что ни говори, стадный инстинкт — великая сила.Башня стояла, освещенная утренним солнцем. Красиво так стояла. И рухнула красиво, с грохотом и столбом пыли. Лани восторженно завизжала, щенок тявкнул.— Красиво пошла, — одобрил Бол. — Еще бы спецэффектов побольше.— Эх, столько жилплощади на слом, в натуре, — вздохнул Боресвет.— Не наше — не жалко, — флегматично отозвался варвар. Таль заметил, что он потихоньку начал оживать. Во всяком случае, уже не походил на ту бледную скорбную тень, что они видели ночью.— Ты пойдешь с нами в Школу, Нанок? — спросил Таль. Варвар пожал плечами.— Да мне все равно, куда идти. Или не идти...— Тогда пошли, — предложила Лани. — Думаю, Мастер Лур будет рад тебя видеть. Что здесь одному-то делать? Эльфы уйдут...— Моя не идти, — отказался гоблин, хотя ему никто ничего не предлагал. — Моя домой идти, в горы. Мы с вы и так долго шастать в чужое место.— Это в какое такое место вы шастать? — подозрительно спросила Лани, оглядывая сразу всех мужчин. Таль на всякий случай сделал невинные глаза. Вполне реально, что кто-то сейчас получит незаслуженное, и было бы нежелательно, если влепят ему.— Идите все сюда, — позвал Учитель, спасая кого-то от неправильного гнева. Все, кроме гоблина, поспешили на зов.— Моя не идти, — уперся гоблин, подозревая, что его потащат силой.— Ладно, леший, счастливого пути, — прогудел Боресвет, пожимая ему руку. Следом за ним попрощался Таль, потом Бол хлопнул зеленого по плечу.— Ты письма пиши, не забывай.— Моя и говорить-то не очень, — буркнул гоблин.Лани подошла и поцеловала гоблина в щеку. Ей даже не пришлось вставать для этого на цыпочки. На ощупь щека была, как крупная терка. «Нет, так без губ запросто можно остаться», — решила девушка и зареклась на будущее целоваться с гоблинами.Портал сиял огненно-синим светом. Так же, как и тот, через который они попали в Леданию. Таль ощутил на миг искушение исследовать его заклятьем познания, но вряд ли бы это было разумным в присутствии Учителя. Еще не известно, какой пистон за прошлые приключения вставят. Впрочем, Ларгет подозревал, что Учитель не так уж сильно на них сердится. Хотя причины столь странной снисходительности для него оставались тайной.— В портал заходим по одному, — предупредил Учитель. Я иду первым, Нанок замыкает. Начинаем по моему сигналу.И он скользнул в открытый зев портала. Следом тут же шмыгнул Бол, за ним — Лани. После нее в портал вступил Таль.Тьма сомкнулась вокруг него, на миг показалось, что из нее доносятся какие-то звуки. В следующий миг, он стоял уже на школьном дворе.Всеблагой Творец! Такого он никак не ожидал увидеть. Столовая, покои учеников, кузнеца — все деревянные здания обратились в пепел. Кое-где валялись не догоревшие бревна, торчали сиротливо печные трубы. Главная башня была наполовину разрушена, камни из ее стен образовали целый холм. Тут и там валялась бесполезная утварь, Таль углядел на земле красную рубашку Забора, рваную и грязную. Вытаращив глаза, он смотрел на то, что осталось от Школы, и увиденное казалось страшным сном.В себя его привел отчаянный крик Учителя. Ларгет оторвался от созерцания руин, и бросился к нему. Учитель был завернут в прозрачный искрящийся кокон так крепко, что не мог шевельнуть и пальцем.— Не подходите близко! Здесь ловушка! — крикнул он Талю и Болу, которые уже собирались броситься на помощь. — Это Сугудай, его работа. Возвращайтесь в портал!— Но, Учитель, может, мы сможем помочь... — начал Таль, но тот перебил его:— Мне уже не помочь. Я удержаться не смогу более минуты. Портал Сугудая вот-вот утащит меня, и я не смогу удержать собственный портал. Быстрее!Первой бросилась к порталу Лани, за ней — Боресвет. Ларгет нырнул последним, все еще не оставляя надежды хоть как-то помочь Учителю.— Да быстрее, копуша! — простонал тот, и Таль, отбросив сомнения, нырнул в портал.Снова Тьма окружила его на короткий миг. А в следующее мгновенье Ларгет стоял на том же холме, откуда они и начали переход. Перед ним медленно угасал портал, рассыпая синие искры. Таль тупо смотрел на умирающее заклинание, и вдруг, неожиданно для себя, сел прямо на землю и заплакал. Горько и безнадежно, как обиженный ребенок.Рядом сел варвар и положил ему на плечо руку. В его глазах Ларгет увидел понимание и сочувствие, и еще боль, что была сродни его боли. На другое плечо легла теплая ладошка Лани. Он не обернулся. Слезы еще текли из глаз, но отчаяние медленно уходило.— Это тот самый Сугудай, которому некромансер тапки в зубах носил? — негромко спросил варвар. Ларгет молча кивнул головой.— Тогда у меня к нему должок, — Нанок кровожадно оскалился. — Не плачь, малыш. Ты не один. Спасем мы твоего Учителя.Таль вытер рукавом слезы. Да, еще не все потеряно, Учитель жив, хотя и находится в руках своего злейшего врага. И все-таки, надежда есть! Глава XXIV. Ледания оказалась не готова к войне. Интересные пироги, любая страна, на которую напали, по любому к войне оказывается не готовой. И наоборот, та, что агрессию учиняет беззаконно, готова к ней на все сто. Интересные совпадения, что и говорить.Фараданцы продвинулись довольно далеко, перекрыв все пути вглубь страны. Посланное из столицы войско они победили два раза, и наверняка победили бы и в третий, если бы догнали. Но превзойти в скорости бега побежденных еще никому никогда не удавалось.Бельгард, впрочем, держался уверенно. Три штурма, не очень, впрочем, хорошо подготовленные, разбились о серый камень стен, словно вода о скалы. Фараданцы почесали в затылках и решили, что без катапульт, таранов (которые в Фарадане называли «баранами» за интимную связь с воротами, новыми и не очень) или хотя бы штурмовых лестниц город не взять по любому. Слишком уж высоки стены. Не перепрыгнешь, даже если с шестом.Вот и стояла под стенами армия, ожидая, когда обещанные осадные орудия и прочий хлам прибудут из Фарадана. А там были свои проблемы. Плотники учинили настоящую забастовку, требуя повышения заработной платы и восьмичасовой рабочий день. Творец ведает, где они подобной хрени нахватались, но разговор с мятежниками был короткий. Зарплату — плетями, рабочий день — пока солнце светит. Кто недоволен, уволить посредством повешенья.Недовольными, как ни странно, оказались все. Почесав опять же в затылках, плотники нашли альтернативный способ увольнения — повальное бегство. Правда, выходного пособия и подъемных при этом отчего-то не платили, но и при другом раскладе они тоже немного получали. Два медяка на глаза, и не более того. Плюс похороны со скидкой.Подобный расклад озадачил высшее армейское руководство. В наличии имелся лишь полк тяжелой пехоты, охранявший военные мастерские в Фарадане. Тяжелые пехотинцы угнаться за легконогими плотниками, в которых вдруг прорезался редкостный легкоатлетический талант, не могли. Уж слишком они были тяжелые, да и доспехи с оружием кое-чего весили. А конница вся уже ушла в Леданию на временное место жительства. Вот и выходило, что армия вторжения осталась без осадных приспособлений. Притом, что упомянутое руководство успело уже употребить отпущенные на эти цели деньги.Шестеро генералов и один заслуженный маршал посовещались между собой и решили, что войну надо проигрывать. Чтобы концов не осталось. Потому как за растрату можно было влегкую и на каторгу угодить, а за поражение — максимум звездочку снимут. С фуражки. Ну, то есть, со шлема, конечно, кто же на войне фуражки носит.Тут их ждал неприятный сюрприз. Чтобы проиграть сражение, надо было сначала найти армию неприятеля. А Ледания, повторяю, к войне была не готова. Защитники же Бельгарда выходить из-за стен отказывались наотрез, и договориться с ними возможности не было. Не раз и не два выходили парламентеры с белых флагом из рядов фараданцев, но стена была слишком высока, и бельгардцы просто не слышали, что они там кричали снизу.Генералы обыскали всю походную библиотеку в поисках книги «Как быстро и красиво проиграть войну». Книга такая существовала, и являлась мемуарами маршала Тупогана. Маршал, который за всю жизнь не выиграл ни одной битвы, даже при троекратном превосходстве в силах, был главным авторитетом в этой области. К сожалению, книги его найти не удалось. То ли забыли взять в спешке, то ли не только генералы относились к войсковому имуществу без должного уважения. В ходе прений возникло мнение пригласить упомянутого маршала лично на должность военного консультанта, но армейский библиотекарь клялся и божился, что тот двести лет как умер. Всыпав библиотекарю плетей за то, что не уберег светило фараданской литературы от летального исхода, генералы занялись проработкой вопроса, как проиграть сражение, не имея в наличии противника?Маршал Лабортан, человек заслуженный, храбрый и пожилой, предложил идти к столице Ледании. Дескать, рано или поздно, но какие-нибудь войска найдутся. Ледания — страна большая и сильная, не может же быть такого, что не осталось у нее больше ни пехоты, ни кавалерии. А если, дойдя до самой столицы, ничего отдаленно похожего не обнаружат, всегда можно будет вернуться обратно под предлогом отсутствия продовольствия и фуража для лошадей. А также походных шлюх для солдат и офицеров.В военном деле главное — принять решение. Остальное приложится само. Возможно, не так и не туда, куда планировалось, но приложится обязательно.
— По ходу, мы в этом лесу заблудились, — сказал принц.— Редкая способность замечать очевидные факты, — одобрил Лем. — Вдобавок, нельзя говорить «по ходу». Это ведь сленг, даже можно сказать, жаргон какой-то. Лицу королевского пола не к лицу такие вот фразочки.— Слушай, ты можешь говорить серьезно? — возмутился принц.— Никак нет, Ваше Бескоролевское Высочество, — четко отрапортовал шут. — Должность у меня такая... несерьезная. Вдобавок, если я тоже в черную меланхолию ударюсь, ты ведь, морда королевская, повесишься на хрен.— Оскорбление Короны, — безучастно констатировал Орье. — Карается повешеньем или отрубанием верхней части туловища, именуемой головой. Для людей благородного происхождения, разумеется. Ввиду смягчаемых обстоятельств, приговор может быть заменен вырыванием ноздрей и ссылкой на каторгу сроком на две жизни.— С тобой путешествие — само по себе каторга, — хмыкнул шут. — А что до ноздрей, так их тут любая зверюга оторвет. С башкой вместе, как лицу благородного происхождения.— Ох, и язва ты, — в сердцах воскликнул принц. — Ну, никакого уважения к лицу королевской фамилии. Лучше бы пожрать чего достал. Ты же, вроде, из лука лучше прочих стреляешь, мог бы и завалить оленя какого-нибудь.— Угу. Как только, так сразу. Да ни один охотник оленя не завалит, если лука нет.— Так надо было еще в Квармоле озаботится, — сварливо заявил принц. — Побег кто готовил, я, что ли? Взял бы с собой лук, сейчас бы и горя не знали.— Слушай, твое Ненормальное высочество, — озлобился шут. — Мы что, по лесам собирались шляться, будто эльфы какие? Кто же знал, что в этой гребанной Ледании гребанная война начнется? Я, Блин, шут, а не ясновидец. А будь ясновидцем, нипочем бы с таким бестолковым принцем не связался. Здоровье дороже.— Ладно, извини, — буркнул принц. — Достало все просто. Жрать-то нечего, второй день уже. Не правильно это, если принцу жрать нечего...— Угу, а шуты вот духом святым питаются. Зато три раза в день. Вчера вон ягоды и орехи хрумкали. А если б ты грибы ни за что ядовитыми не обозвал, и их бы съели.— Не фиг было одни мухоморы собирать. Я-то, как принц, в грибах разных разбираться не обязан, но уж мухомор-то отличить даже ты бы мог.— В жизни грибы не собирал, — честно сознался Лем. — Вообще не знал, что они вдобавок и ядовитые бывают. Ладно, с голоду не помрем, а тебе жирок подрастрясти не мешает.— На себя посмотри, рожа, — возмутился принц. — Отъел ряшку на придворных харчах, в воротник не пролезает. А принц, надежда страны, голодать должен...— Ничего, вот выйдем к жилью, отожремся, — оптимистически заметил шут. — Не может же быть, чтобы этот лес, да засохнут его корни, бесконечным был. Да и орехи с ягодами еще не перевелись, хвала Беодлу.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90


А-П

П-Я