https://wodolei.ru/catalog/smesiteli/dlya_rakoviny/nastennie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Даже если бы не было Сашкиной смерти, нужно было что-то делать с собой. В том, что Панич бы его сдал, как сдавал всех, даже самых близких и преданных, он уже не сомневался.
— Я позвоню, — сказал Влад, садясь в машину. Хотел сказать: «В воскресенье приду плотничать», но передумал — лжи на свете и так достаточно.
Уезжать было — как пуповину рвать. Так уезжал «к баобабам» Саня. Машина медленно выползла за ворота, и Ольга с Женькой долго смотрели ему вслед.
* * *
В особняке Мещанинова стояла напряженная тишина. Бал здесь правили сотрудники СБ «Редмета». Сам хозяин, а с ним Джек Камай и майор Лукин, приглашенный Мещаниновым из Москвы для организации новой службы «Краснодольскцветмет», сидели в гостиной.
— Спасибо, Владислав Михайлович, — негромко сказал Мещанинов. — Лена позвонила из аэропорта. Уже, должно быть, едут по Москве.
Теперь должен был сработать план Лукина… К дому подъехала машина, через минуту все увидели входящего в калитку Вершкова.
— В смежную комнату, быстро! — скомандовал Лукин.
— Пусть он меня увидит, — уверенно сказал Влад.
— Зачем?!
— Правильно, — одобрил директор СБ «Редмет» Алексей Соловьев и выставил большой палец: — Он ведь уверен, что Влад с Леной в лесу?
Лукин перечить не стал, вместе с Алексеем они скрылись в соседней комнате. Мещанинов направился в прихожую встречать гостя.
— Здравствуйте, Николай Иванович, — бодро поздоровался Вершков. — Ну как, вы готовы?
— Проходи, Федор, — пропустил его вперед Мещанинов. — Вот познакомься, это Джек Камай.
— О-о, — воскликнул Вершков, деланно улыбаясь, хотя смятение его было очевидным, — да мы знакомы, как же!
Камай прожал протянутую руку.
— А это — Владислав Мехов. Ты мне о нем рассказывал. При виде Мехова у Вершкова отвалилась челюсть, лицо его побледнело. Он машинально ответил на приветствие Влада.
— А где Елена Николаевна? — спросил, беспокойно оглядывая углы.
— В Москве, — насмешливо ответил Влад.
— То есть… как это?
— Возникли непредвиденные обстоятельства, — вмешался Мещанинов, опасаясь, что Влад наговорит лишнего. — Предложили новую должность, вызвали на утверждение. А там уж и до сентября рукой подать, так что улетели вместе с Димкой. Да ты садись. Послушай вот, что нам предлагает Джек. Я хочу, чтобы ты обмозговал его план с экономической точки зрения…
Он усадил Вершкова спиной к окну. Его предстояло продержать минут пятнадцать: именно столько времени запросили технари Камая, чтобы установить в его машине систему выслеживания и перехвата сообщений по сотовому телефону. О том, что такой телефон у Вершкова есть, знали; ни у кого не вызывало сомнений, что он свяжется с Паничем и доложит ему об отлете Лены. Магнитофон, на который должны были записать телефонный разговор, находился в соседней комнате.
Мещанинов стал подробно излагать Вершкову идею начать рекультивацию тайги в квадрате, где был Уральск-12, не скрывал заинтересованности в разработках платиновых месторождений и предполагаемого партнерства с американцами. Вершков старательно изображал внимание, украдкой поглядывая то на дверь, то на часы, но вникнуть в суть происходящего никак не мог.
— Ну как тебе идея? — улыбнувшись, спросил Мещанинов, когда один из сотрудников Камая со двора подал знак «готово».
— Здорово… пойдет ли правительство на такой шаг… попробовать, конечно, стоит…
— Стоит, стоит, Федор Ильич, — сказал Камай. — Под урановыми отвалами зарыты большие деньги.
Мещанинов хотел позвонить, но абонент не отвечал.
— Я задержусь, Федор. Джек специально приехал из области, разговор, сам понимаешь, архиважный. Передай Зурову, что я буду позже.
— Конечно! — обрадовавшись возможности вырваться, вскочил Вершков. — Жаль, с Леной не простились. Как-то все неожиданно…
— Ничего. Она велела кланяться, передавала привет. Вершков торопливо простился со всеми, заглянул Владу в глаза, но увидел лишь свое отражение в темных стеклышках его очков да усмешку на губах.
Мещанинов проводил его до двери. Как только машина Вершкова отъехала, из смежной комнаты вышли Лукин с Соловьевым.
— Высший класс, — засмеялся Лукин, поставив на стол небольшой магнитофон. — Послушаем?
Все сгрудились вокруг стола, уставились на вращающиеся кассеты. В дом вернулся сотрудник техотдела СБ.
— Порядок, — довольно потер ладони, — Головин поехал за ним.
Следить было не обязательно: встроенный приемник позволял быть в курсе местонахождения автомобиля. Но Лукин решил, как он выразился, «дожать по полной программе», и отправил Головина следом со специальной термографической видеокамерой — на случай, если Вершков с кем-то встретится.
Экономист не заставил себя долго ждать. В магнитофоне послышался щелчок, шипение, затем — сквозь мерный шум двигателя — голос Вершкова:
— Алло?..
— Говорите, — явственно раздался голос в ответ.
ГОЛОС ВЕРШКОВА. Кто говорит? Медведь, это ты? Дай старика!
ГОЛОС МЕДВЕДЯ. Сейчас…
Все переглянулись. Лукин и Мещанинов нетерпеливо закурили.
— Сволочь, — прошептал Мещанинов, до сих пор все еще не веривший в предательство Вершкова. Сигарета в его пальцах задрожала.
ГОЛОС ПАНИЧА. Говорите.
— Это Панич, — кивнул Влад, отвечая на вопросительные взгляды.
ГОЛОС ВЕРШКОВА. Дмитрий Константинович, это Вершков.
ГОЛОС ПАНИЧА. Зачем ты звонишь? Я ведь говорил, мне не звонить!
ГОЛОС ВЕРШКОВА. У нас ЧП! Только что я был у Мещанинова. Его дочь вместе с пацаном уехала в Москву…
ГОЛОС ПАНИЧА. В какую Москву?.. Что ты мелешь?..
ГОЛОС ВЕРШКОВА. …а Мехов — у него.
ГОЛОС ПАНИЧА. Что?!
ГОЛОС ВЕРШКОВА. Там еще Камай из «Редмета», обсуждают план добычи осмия в районе «базы». Собираются…
ГОЛОС ПАНИЧА. Идиот!!!
В магнитофоне раздались гудки. Некоторое время все подавленно молчали, на Мещанинове не было лица.
— Что теперь?
— Теперь мы уже ничего не можем, — объяснил Лукин, — на все дальнейшие действия нужна санкция.
— А где Владислав?.. — неожиданно спросил Мещанинов. За оградой промелькнула красная «девятка» Влада.
Нельзя было терять ни секунды. И Панич, и Зарицкий наверняка попытаются улизнуть, хотя полковника скорее всего уберут подручные старика до ареста. Но ни их аресты, ни взаимные расчеты Влада не устраивали. Это отчаянное «Идиот!!!» Панича означало не что иное, как то, что старик догадался о «мышеловке». Вряд ли он теперь станет вызывать «вертущку»: Влад знал о площадке на «триста восьмидесятом» пикете, да и логово в тайге едва ли устроит подпольного миллионера. Тем более что там вскоре объявятся спецназовцы МВД.
Влад проскочил по центральной улице, свернул в старый район — к набережной, на противоположном конце сквозного проезда успел заметить знакомый «БМВ» и увязался за ним, стараясь удерживать дистанцию в сотню метров, чтобы не попадать в поле зрения. «БМВ» направлялся к его дому — это он понял, руководствуясь простой логикой: машина была в распоряжении кого-то из подручных старика, и если он отпустил их в такой момент — не иначе как по его душу. Наверняка распорядился доставить к нему или прикончить. Это последнее успело уже утвердиться в его сознании и стать привычным, неотъемлемым мотивом существования в последние дни; жизнь в постоянной готовности к худшему была его жизнью, смерть — закономерностью. Поэтому, когда Влад увидел выходящими из мащины Монгола и Губаря, ничто не шевельнулось в его душе.
Двое ворвались во двор, стали барабанить в дверь и заглядывать в окна. Монгол просунул руку в открытую форточку, отодвинул шпингалеты и проник вовнутрь, Губарь стоял у входа, воровато озираясь и держа руку за пазухой. Вскоре дверь отворилась, и он вошел.
Оставив машину у подъезда девятиэтажки напротив, Влад сиганул в огород через забор. С тыльной стороны его дома было всего два окошка да зеленая рассохшаяся дверь черного хода окошки были маленькими, световыми, находились под потолком в сенях — ни пролезть в них, ни даже что-либо увидеть без подставки нельзя было. В несколько секунд прошмыгнув к двери, он замер, прижавшись к стене, отдышался. Шаги, говор, грохот выдвигаемых ящиков комода доносились из глубины — Губарь с Монголом рыскали по комнатам. Влад просунул в щель лезвие ножа, приподнял щеколду и, стараясь не скрипнуть, медленно приоткрыл дверь — настолько, чтобы можно было проникнуть в сени. Здесь была деревянная лестница со скрипучими ступенями и почерневшими от времени перилами. Влад достал «кобру», улучил момент и проскочил мимо проема за дверь. В щель ему виден был Монгол, копавшийся в навесном кухонном шкафчике. Ничего не найдя, он пошел к лестнице на чердак, вероятно, рассчитывая найти там золото. Оказавшись за его спиной, Влад резко ударил его по затылку, Монгол рухнул на пол.
— Руки вверх, Губа! — крикнул Влад, ворвавшись в комнату с револьвером в вытянутой руке. — Спиной ко мне!.. Выгребай из карманов все, что украл, ну?!.
Губарь выронил из рук крышку супницы, стоявшей в буфете. Там у Влада были деньги, отложенные на жизнь — немного, долларов сто пятьдесят. Остальные хранились в тайнике, найти который было непросто.
Вместе с прикарманенными деньгами на стол легли «магнум» с глушителем, нож, наручники…
— Ты не понял, Влад… — трясясь от испуга, причитал Губарь. — Бот на допросе раскололся, тебя назвал. С минуты на минуту сюда нагрянут, обыск устроят… Пан прислал нас тебя предупредить…
— Заткнись, гнида! — Влад торопливо обыскал его, нашел маленький «браунинг» из такого же металла, как его «кольт». Рассовав деньги по карманам, ударил Губаря по подколенным связкам стопой, и тот, взмахнув руками, упал навзничь. Упершись коленом ему в грудь, Влад ткнул ствол ему в подбородок: — Это ты меня предупреждать пришел с «глушилкой» на стволе, пес?! Кто убил Саню Земцова?.. И не вздумай врать! Ты?!
— Нет! Нет, Влад! — просипел Губарь, тараща глаза. — Я не убивал!.. Пан приказал доставить к нему Кожухова…
— Ты знаешь! Ты за Саней дежурку послал, а не Кожух! — издалека послышались сирены. Влад бросил взгляд на окно. — Я выстрелю, Губа! Мне терять нечего!!!
— Не надо!.. Зарицкий его… Зарицкий и Медведь с командой.
— С какой…
— Есть у него зондеркоманда, профессиональные чекисты в прошлом. Киллеры, работают на Пана…
— Ты один из них?
— Да ты что, Влад!
— А таможенника добил ты.
— Если бы он попал в руки белорусских ментов…
— Кто ему давал сведения о прохождении редкозема через границу?
— Кожухов. Пан каким-то образом узнал об этом и приказал…
— Где эта команда скрывается?
— На «базе» в тайге.
Сирены удалились, их включала проезжавшая «скорая». Если Губарь не врал и менты действительно собираются его арестовать — подъедут втихаря. Так или иначе, нужно было спешить. Влад метнулся в сени, подтащил к лестнице Монгола и пристегнул его наручниками к перилам.
— Выходи! — рванул за шиворот Губаря и сильно ткнул стволом в спину. — Вперед, быстро! Мне терять нечего!
Он вывел его во двор, дверь на ключ запирать не стал — не хотел, чтобы ломали материн дом. Держа руку с револьвером в кармане, вышел вслед за Губарем на улицу к «БМВ».
— Садись за руль! — приказал. Сам сел сзади, для острастки взвел курок: — Любой неожиданный маневр будет для тебя последним! Поехали к Паничу!
Близился час пик. В «зеленую волну» явно не попали — приходилось останавливаться на каждом перекрестке. Зато когда вырвались на окраину, Влад приказал гнать на всю катушку: на их пути повстречались три оперативные «Волги», заставив его лечь на сиденье.
Губарь въехал на пригорок, заглушил мотор и накатом спустился к воротам.
— Посигналь, — сказал Влад.
Ворота никто не отпирал. На повторный сигнал тоже не откликнулись. Влада охватило недоброе предчувствие: Панич удрал! Он выключил двигатель, забрал ключи.
— Шагай!
Прикрываясь Губарем, дошел до калитки, ударил по ней ногой. Клямку вырвало с куском дерева.
Двор был пуст. Между дровяником и гаражом стоял надраенный до зеркального блеска «Мерседес» Панича.
«Значит, не успел уехать!» — с облегчением подумал Влад, направляясь к дому, но не успел сделать и трех шагов, как в проеме распахнувшейся двери возник двухметровый Медведь с «Макаровым».
— Брось ствол! — скомандовал зычно.
Реакции их рознились на четверть секунды — ровно столько потребовалось Владу, чтобы рвануть за плечо Губаря и, прикрывшись им, выстрелить в телохранителя из-под его руки. Медведь нажал на курок почти одновременно с ним, пуля угодила Губарю в голову.
Раньше, чем они упали, Влад ворвался в дом:
— Лежать!!. — заорал, неизвестно кому адресуя команду.
В сенях, в комнатах первого этажа, на кухне, в чулане никого не оказалось. Он бросился вверх по лестнице на второй этаж, где находился кабинет Панича, толкнул дверь…
Панич сидел в глубоком кожаном кресле; половина лица его была залита запекшейся кровью из простреленного виска. Оружия в руке не было — значит, старик не последовал примеру Кожухова, а кто-то его убил. Что-то было зажато в его кулаке, Влад спрятал револьвер, разжал пальцы… На пол упали ключи с фирменным «мерседесовским» брелоком. Внизу тихонько скрипнула дверь. Забрав ключи, он скатился по лестнице.
Бледный, как поганка, китаец стоял посреди комнаты. Увидев Влада, он высоко поднял руки и опустился на колени:
— Стрелять не надо! — залепетал. — Моя не виновата!.. Моя хозяина не убивала!..
Влад поднял его за волосы:
— Кто его? Говори, быстро!
— Много люди приезжала, пять люди приезжала!.. — выбросил китаец пятерню. — Долго Зарицкая говорила, потом стреляй из кабинета!.. Моя погребе прятался!..
Влад отшвырнул его в угол, как кутенка, но до двери дойти не успел: за забором взвизгнули тормоза, захлопали дверцы, топот бегущих ног рассыпался по периметру.
«Мехов! — зычно крикнул кто-то в мегафон. — Подними руки вверх и выходи! Ты окружен, сопротивление бесполезно!..»
«Ловушка!» — понял Влад. Что-либо предпринимать было поздно: двор наверняка контролировали снайперы — каждое окно и дверь. Однако во двор почему-то никто не входил.
«Мехов! Даю пять минут на размышление!.. Гарантирую жизнь!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30


А-П

П-Я