https://wodolei.ru/catalog/vodonagrevateli/protochnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я жалуюсь! - взревел Сеймур. - Это твой человек! Неужели ты не мог понять, что он не тот, за кого себя выдает, пока об этом не сообщили сверху? Кретин! Идиот! Боже, почему мне всегда везет на таких дураков?! он сложил руки на груди и страдальчески возвел глаза вверх. - Любой паршивый итальяшка сразу увидел бы, что в нем все насквозь фальшиво! Если бы ты не проводил всю жизнь в постели со своими потаскухами, ты...
Таррин вскочил из кресла, словно выброшенный катапультой, нанеся резкий удар правой. Сеймур парировал удар и, отступив назад, побледневший, стал шарить у себя за спиной, пытаясь найти на столе оружие, но под руку попадались только бутылки из-под "Колы".
Всплеснув руками, Нат Пласки вмешался в ссору, грозившую перерасти в серьезный конфликт внутри семьи.
- Прекратите! - заорал он. - Остановитесь сейчас же! Неужели вы не понимаете, что именно этого он и добивается? Чтобы мы перестреляли друг друга! Прекратите!
Побелевшие губы Лео Таррина дрожали от ярости, но он взял себя в руки и, сжав кулаки и не проронив ни слова, тяжело опустился в кресло.
- Извини, Лео, - произнес Сеймур, не глядя на него. - Я не хотел сказать ничего плохого в отношении итальянцев.
Таррин молча кивнул, уставившись на носки своих туфель.
- "Большой босс" будет взбешен потерей четверти миллиона, - нарушил молчание Пласки.
- Мы их вернем, - подал голос Сеймур.
- Ой ли! - насмешливо произнес Таррин.
- Я даже не помню, как этот тип выглядит, - сказал Пласки. - Я видел его всего два раза и то мельком. Откуда он мог знать про сумму депозита в сейфе? Каким образом, а?
- А ты не знаешь? - угрюмо проворчал Таррин. - Это человек-невидимка. Человек-невидимка все знает и все видит.
- Да? А я думал, что он оборотень, - в тон ему ответил Пласки.
- Да заткнетесь вы наконец или нет?! - сорвался на крик Сеймур.
- А мы ничего, только чтобы скоротать время, - робко возразил Пласки.
- Тогда лучше помолчи или займись чем-нибудь, - проворчал Сеймур. Остальные приедут с минуты на минуту.
Таррин поднялся из кресла, подошел к бару и, бросив в стакан несколько кубиков льда, наполовину наполнил его бурбоном. Грустно потягивая виски, он вернулся на свое место.
- Все дело в том, что вы не знаете этого типа, - заметил он, усаживаясь. А я, я знаю его. И, поверьте мне, я боюсь... Меня постоянно бьет дрожь. Это машина, терминатор. Когда-то у меня был сержант, похожий на него. Так я тоже боялся его. Я вам скажу, что...
- О! Заткнись же ты наконец! - взвизгнул Сеймур, находившийся на грани истерии.
- И не подумаю! - продолжал Таррин. - Нужно знать того, с кем придется иметь дело. Вы только обратите внимание, какие у него нервы! Сжег мой лучший бордель. И в течение двух-трех часов несколько раз снова нанес удар. Работает, как часы! Уничтожил Пайнчестер, разнес вдребезги машину за восемь тысяч долларов, напугал меня чуть не до смерти, сделал кровопускание Джейку, терроризирует всех и вся...
Он замолчал, чтобы глотнуть бурбона.
- Затем, буквально через пару минут, заявляется ко мне домой. Ко мне! Не торопясь, мило беседует с моей женой... Но этого хватает, чтобы превратить мою жизнь в один нескончаемый кошмар, хотя это уже другая история, а потом...
Таррин засмеялся коротким нервным смешком:
- Потом он отправляется к Сеймуру, красит воду в бассейне, сбрасывает туда Поля и Тони, перерезав им глотки, как цыплятам, отключает телефоны, свет, потрошит мягкую мебель и подушки с матрацами - это чтобы дать нам понять: так произошло бы с тем, кто в этот момент находился бы в постели. Это еще не все: он разряжает свой револьвер в портрет Уолта. Для многих подобных подвигов было бы достаточно, только не ему! Он совершенно спокойно, как Иоанн Креститель, появляется в Триангл, сжигает все досье, закрывает Томаса в сейфе и сматывается с четвертью миллиона долларов. Клянусь вам, он очень похож на того сержанта, которого я знал. Тот как-то решил перетрахать всех сингапурских шлюх и при этом не заплатить ни цента. И, можете себе представить, ему это чуть было не удалось.
- Ты закончил свой панегирик? - спросил Сеймур ледяным тоном.
- Да, закончил. Но считаю, что на совете кому-то следует предложить всем нам на время исчезнуть с горизонта. Как бы то ни было, не мешало бы немного отдохнуть. Я пообещал жене, что мы поедем в Акапулько. Заодно предоставим поле деятельности хит-менам, а когда все будет кончено, можно спокойно вернуться.
Пласки хихикнул. Сеймур смотрел на Таррина с нескрываемым презрением. В этот самый момент широкие двустворчатые двери распахнулись, и в гостиную вошли пятеро, причем в центре группы находился тот, что постарше, а остальные, помоложе, окружали его с четырех сторон. Пласки, Сеймур и Таррин почтительно поднялись. Охранники привычно заняли свои места в комнате, один остался у дверей. "Большой босс" властным и уверенным взглядом черных глаз окинул троицу и, пожав им руки, занял место в центре стола. Главе мафиози было около шестидесяти, и благодаря своей красивой седине он выглядел очень импозантно.
- Итак, - спросил он тихим голосом, - что тут у вас происходит?
Взгляд босса переходил с Сеймура на Пласки, с Пласки на Таррина и вновь возвратился к Сеймуру.
- Во всем виноват этот сумасшедший Болан, - начал сдавленным голосом Сеймур. - Первый контракт сорвался. Он оказался хитрее двух дураков из Филадельфии. Кончилось тем, что он их прихлопнул.
- Да, я знаю, - спокойно ответил босс.
- Но он на этом не остановился! - вмешался в разговор Пласки. - Разгромив мою фирму, смылся с депозитом - четвертью миллиона долларов.
- Он сжег мой лучший дом и запугал до смерти жену, - добавил Таррин, разглядывая свои пальцы.
- А также убил моих людей и разграбил виллу, - пробормотал Сеймур. Устроил настоящий бордель.
- Бордель? Сеймур кивнул:
- Он покрасил воду в бассейне. Перерезал телефонные и электрические провода. Распорол ножом мебель и все матрацы в доме.
Сеймур, пожав плечами, добавил:
- Лично я называю это "устроить бордель".
- Он еще воспользовался портретом Уолта как мишенью, - съехидничал Таррин и усмехнулся. - Такой, знаете ли, хороший был портрет, над камином, в стиле "президент-генеральный директор".
- Это один солдат или целая армия? - спросил босс, удивленно приподняв брови.
- Это один псих! - с бешенством вскричал Сеймур. - Послушайте, Серджио, нужно что-то предпринять.
- Так что вы уже сделали? - осведомился тот. Трое потерпевших в смущении переглянулись.
- Кроме того, что спрятались, - деликатно кашлянул старик. - Что, неужели Организация стала такой беззащитной? Такой слабой, что один человек, один, Серджио повысил голос, - может загнать ее в нору?
- Это не совсем простой тип, - сказал Таррин, оправдываясь. - Я когда-то знавал одного сержанта...
- О-о! Да заткнись ты со своими дурацкими историями про сержанта-бабника! - закричал Сеймур, у которого уже начали сдавать нервы.
Таррин снова вскочил с кресла и потряс кулаком у него под носом.
- Еще одно слово про моих баб, и я надаю тебе по роже! Ты понял? По роже! Мистер контролер!
- Сядь и замолчи, Леопольд, - вмешался Серджио. - Зачем сердиться друг на друга? Ведь у вас есть общий враг, разве не так?
Он укоризненно посмотрел на Сеймура:
Это ваша вина, Уолтер, вы несете всю ответственность. Именно вы сделали первую и самую главную ошибку: позволили ему войти в Организацию, дав возможность узнать нас и шпионить за ними. Теперь преимущество на его стороне. Сейчас он может затаиться, прекрасно зная, что у нас очень мало шансов найти его. Все это стоит дорого, очень дорого.
- У меня с самого начала были сомнения, - оправдываясь, сказал Сеймур. Его привел Пласки. Я ждал, когда он выдаст себя.
- Несчастный идиот! - скрипнул зубами Таррин. - Кого он выдал?
- Молчать! - взревел взбешенный старик. - Вы уже наделали массу глупостей, пора бы забыть о них. Вам это понятно или нет? Еще одна, только одна ошибка, и состоится большой совет всей семьи, тогда полетят головы! Ясно вам, болваны?!
- Да, Серджио, - робко ответил Таррин.
- А вам? - спросил старик, по очереди разглядывая колючими глазами Сеймура и Пласки.
- Конечно.., конечно, Серджио, - торопливо подтвердил Сеймур.
- Я понял, Серджио, - быстро добавил Пласки.
- Лет двадцать назад я бы не сидел рядом с такими людьми, как вы, буркнул Серджио с нескрываемым презрением. - Ладно, слушайте меня. Я сделал на Волана открытый контракт. Но вы не должны довольствоваться этим и отсиживаться по норам. У вас есть деньги, головы на плечах, вы имеете власть и, в конце концов, ведь вы же мафиози! В таком случае почему Серджио должен интересоваться вашим Боланом? А? Болан имеет претензии к Уолтеру, Натану и Леопольду. Так? Болан даже не знает о существовании Серджио. Разве я не прав?
Он щелкнул пальцами и, едва глянув на охранника у дверей, показал жестом, что хочет выпить. Телохранитель тут же скользнул за стойку бара и налил вина в высокий бокал, который поставил перед стариком. Серджио поднял бокал и отпил глоток. Остальные молча наблюдали за ним. Телохранитель занял свое место у двери. Серджио снова пригубил вино и поставил бокал на стол.
- Тем не менее, - продолжал он, - Серджио поставил на кон сто тысяч долларов, чтобы спасти вас. Как видите, семья заботится о вас и защищает. Так будьте же достойны ее!
В этот самый момент широкое окно в другом конце гостиной разлетелось вдребезги. Мафиози, подававший Серджио бокал вина, хрипло вскрикнув, ничком рухнул на пол. Хрустальный бокал, превратился в пыль, на столе осталась только небольшая красная лужица. Гулкие звуки выстрелов - ба-бах! - бах! - бах! - из карабина большого калибра докатились сюда с опозданием и словно оживили парализованных ужасом людей, сидевших вокруг стола. Все четверо с искаженными от страха лицами как по команде бросились на пол.
Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Таррин поднял голову и увидел прямо перед собой испуганные глаза Серджио.
- Теперь он знает вас тоже, дядя Серджио. Пласки и Сеймур тяжело дышали, словно после забега на марафонскую дистанцию. Четверо телохранителей лежали на прекрасном паркетном полу в странных, неживых позах. Вокруг них лужицами расплывалась кровь и, стекая ручейками к центру гостиной, впитывалась в густой белоснежный ковер.
Дергающиеся губы Серджио раздвинулись в хищном, зверином оскале, и в бессильной ярости он ударил кулаком по ковру:
- Убейте его! - прошипел он. - Убейте этого проклятого Бодана! Вы поняли меня? Убейте его!
Глава 12
Нужно было найти другое убежище. Мак не мог позволить себе такой роскоши слишком долго оставаться на одном месте. Он надел черный комбинезон, не стеснявший движений, и сменил Р-32 на армейский автоматический пистолет 45 калибра, кобуру с которым повесил на пояс. Черные кроссовки и такого же цвета берет дополняли его костюм. Мак посмотрел на свое отражение в зеркале и не удержался от смеха: очень уж он походил на героя детских комиксов. Если его кто-нибудь встретит на улице, то примет за приглашенного на бал-маскарад. "Марлин" и чемоданчик с деньгами мафии лежали в багажнике машины вместе с личными вещами. Болан в последний раз внимательным взглядом окинул комнату, чтобы убедиться, не оставил ли он после себя следов, затем поднял дорожную сумку и вышел. Было 2 часа 20 минут ночи, когда он направил машину к дому Лео Таррина, а без малого в 3 часа Мак уже находился на месте, в роскошном районе, где обитала средняя буржуазия: обращали на себя внимание красивые дома, цветники, сады, неширокие улицы. Болан оставил машину на улице позади дома Таррина, перепрыгнул через невысокий забор и, перебежав открытый участок, оказался за домом. Где-то по соседству залаяла собака. Мак взобрался на крышу гаража и, укрывшись на затененном скате, принялся изучать внутреннее расположение здания. Свет горел за окном с матовым стеклом, видимо, в ванной комнате. На этом же этаже светилось еще одно окно. Болан вспомнил, что у Таррина было трое детей, и попытался представить себе расположение спален. Он пришел к выводу, что свет горит либо в детской, либо в одной из спален детей. Мак снова прикинул внутреннюю планировку дома, но архитектура здания оказалась настолько необычной, что он не смог прийти к конкретному выводу. Все окна, сделанные по типу гильотины, были закрыты.
В соседнем доме кто-то вышел во двор, чтобы успокоить разошедшуюся собаку. Мак огляделся по сторонам в поисках предмета, которым собирался наделать побольше шума. Оторвав с крыши гаража черепицу и сильно размахнувшись, он швырнул ее вниз, во внутренний дворик. Черепица упала на металлический столик, раскололась, и ее куски с грохотом разлетелись по мраморным плитам патио. Болан напряженно следил за всеми окнами сразу и был наконец вознагражден. Штора на одном из окон второго этажа чуть-чуть сдвинулась в сторону. Кто-то пытался выглянуть во двор, но Мак не был в этом уверен. Поэтому он оторвал вторую черепицу, снова бросив ее вниз. Штора шевельнулась, возвращаясь на место, и тотчас в комнате вспыхнул свет. Болан успел заметить Таррина, стремительно отпрянувшего от окна, и, прежде чем штора закрыла окно окончательно, его жену, сидевшую на постели и все еще державшую руку на кнопке настольной лампы. Болан улыбнулся, представив себе на миг ужас, который охватил Таррина, когда его жена, проснувшись, включила свет. Мак продолжал ждать и был снова вознагражден за свое терпение. Таррин, застегивая на груди пижаму, обходил дом, держась в тени сада. Продолжая улыбаться, Болан наблюдал за ним. Таррин неподвижно остановился на углу. Несомненно, он был вооружен. Какой-то предмет, брошенный им, ударился о стену гаража и с сухим треском разбился. "Стакан", - догадался Болан. Таррин исчез из его поля зрения. Мак, не двигаясь, всматривался в темноту и в душе хвалил себя за то, что занял позицию наверху. Он видел уже другое преимущество. Женщина и трое детей, плоть и кровь его противника, остались в доме одни. Болан спросил себя, почему Таррин не вывез в безопасное место свою семью, но не успел обдумать ответ. Таррин появился с другой стороны дома, обойдя его сзади.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20


А-П

П-Я