https://wodolei.ru/catalog/unitazy/gustavsberg-basic-392-128193-item/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Кто это сделал?— Не имею представления. В одно прекрасное утро деньги просто появились в базе данных наших компьютеров.— Вы сообщили об этом ФНУ?— Конечно, нет.— Почему?— Они не поверили бы столь неправдоподобному факту, хотя это чистая правда.— Откуда вам знать, если вы даже не пытались разговаривать с ними?— Потому что признать подобное — значит навлечь на себя гнев различных докучливых правительственных агентств.— А вы не боитесь гнева кого-либо другого?— Прошу прощения?— Я предупреждал вас, что я хуже ФНУ.— Сомневаюсь, что такое возможно.— ФНУ домогается только ваших денег и собственности. Я же обычно не останавливаюсь ни перед чем. Спросите у Роулингса.Джереми с отсутствующим видом отер пот со лба.— В этом нет необходимости. Собственно, вам следовало бы с самого начала поговорить именно с Роулингсом. За коммерческие счета отвечает он.— Я с вами разговариваю! — Человек протянул руки, схватил Джереми Липпинкота за длинные розовые уши и бесцеремонно дернул. Бумаги, ручки и прочие предметы тотчас полетели прямо на иноземный ковер.— Ох! — вскрикнул Джереми, пропахав его носом. Перевернувшись на спину, банкир поднял вверх свои пушистые розовые лапки.— Что вы собираетесь делать? — спросил он у громилы.— Сдается мне, что вы боитесь щекотки.— Ничего подобного!— У меня по этой части глаз наметан. — И человек носком грязного ботинка коснулся пушистого розового живота Джереми. Джереми тотчас затаил дыхание. Однако носок ботинка уже начал свое путешествие по самым чувствительным частям тела Джереми.— Ха-ха-ха-ха~ Перестаньте! Немедленно перестаньте!— Не перестану, пока вы не обещаете позвонить в ФНУ.— Что~ ха-ха~ я им скажу?— Наберите номер и повторяйте за мной.— Никогда! Я никогда~ ха-ха-ха~ не стану~ ха-ха~ доносить на себя. Хи-хи!— Известны случаи, когда люди умирали от смеха.— Ха-ха! Вы не посмеете!— С сопливым банкиром в костюме кролика я посмею сделать все что угодно.После пяти минут неудержимого веселья, когда из глаз его уже вовсю лились слезы. Джереми Липпинкот наконец осознал неотложную необходимость позвонить в ФНУ и сообщить о счете Фолкрофта.Сначала его не восприняли всерьез, потому что банкир все время хихикал, но, к счастью, Джереми успокоился, и к тому же его соединили с нужным человеком.— Да, так все и было, — сказал он официальному лицу на другом конце провода. — Аудитора неверно проинформировали. Мы не сообщили о переводе средств, поскольку сомневались в этом. Мы считали, что компьютер просто дал сбой, и ждали реакции клиента, когда он, получив выписку со счета, узнает о неожиданном кредите в двенадцать миллионов долларов. Ну да, мы уже вложили эти деньги. Просто как жест доброй воли. На тот случай, если перевод оказался бы законным. Нет, обычно мы не столь небрежны с переводами. И вообще я бы не стал употреблять термин «небрежно». Это неподходящее слово. Семейство Липпинкотов занималось банковским делом еще тогда, когда такого учреждения, как Управление дьявольских налогов вовсе не существовало!Липпинкот болезненно поморщился.— Извините, оговорился. Конечно, Федерального налогового управления. Да, просто слетело с языка. Нет, я вовсе не хотел бросить тень на учреждение, которое смазывает колеса нашей великой нации, как вы удачно выразились. Да, я запомню это на будущее. Да, буду ждать ваших ревизоров на следующей неделе. — Голос Джереми стал вкрадчивым. — Пожалуйста, не обижайте нас. Мы всего лишь сберегательный банк, пытающийся выжить в эти очень непростые времена.Над ухом Джереми Липпинкота что-то щелкнуло. Трубка вылетела у него из рук и опустилась на рычаг.— Получилось не так уж плохо, правда? — весело спросил худой брюнет с широкими запястьями.— Нас будут проверять, а это значит, что Федеральная комиссия по банкам станет совать свой мерзкий нос в наши книги. Не говоря уже о комиссии штата.— Что, глубоко копают, да? — участливо спросил незнакомец.— Даже знать не хочу. Я бываю здесь только три раза в неделю, а проработку деталей оставляю на усмотрение своему некомпетентному персоналу. Я никогда не хотел быть банкиром и в Йеле только проедал сотенные. Впрочем, весьма симпатичные бумажки. Мой папочка просто сиял, когда их видел. Ох, что же мне теперь делать?— На вашем месте, — покидая кабинет, произнес Римо, — я бы нашел себе костюм почище.Джереми Липпинкот упал головой на стол и зарыдал. Прошло двадцать минут, прежде чем он заметил, что дверь в его кабинет осталась открытой и что он предстал перед ничтожествами во всей своей пушистой красе.Через силу Липпинкот поднялся и громко хлопнул дверью. Но перед этим он успел-таки выкрикнуть в праведном гневе:— Теперь вы все знаете, что у меня есть приличная одежда на утро. А вечером я предстану элегантным соболем, с серебристой опушкой на лапках! * * * Даже после того, как произошло чудо, Бэзил Хьюм не ощутил облегчения.Примерно неделю назад он стал испытывать страх за свою жизнь. Совершенно новое чувство для директора «Гранд Кайман траст», расположенного в колониальном городе Джорджтауне на благодатном карибском острове Большой Кайман.Верно, Хьюм имел дело с подонками. С наркобаронами, мафиози или хуже того — с американскими сенаторами. Верно и то, что все эти люди крайне опасны. Они становятся еще опаснее в том случае, если речь заходит об их деньгах. А банк Бэзила Хьюма как раз и взял на себя ответственность за сохранность их денег.Собственно, банк выполнял единственную функцию — служил конечным пунктом назначения преступных доходов. Для сотрудников «Гранд Кайман траст» был хорош любой поступающий в его обширные хранилища доллар, франк или фунт.Большая часть денег прибывала в «Гранд Кайман траст» не в бронированных машинах. Этот способ ныне считался чересчур старомодным. В компьютерную эру деньги передвигались по международной электронной системе платежей в виде электромагнитных импульсов.Валюты разных стран элегантно превращались одна в другую. Если отправлялись франки, то прибывали они уже в виде долларов, если иены — тоже. В компьютерной системе «Гранд Кайман траст» оборот шел только в долларах. При этом клиенту даже не надо было хотя бы раз появляться на острове Большой Кайман. Не нужно было ему и оставлять следы документов. Его деньги были так же хороши, как и деньги другого преступника. И когда возникала потребность, деньги возвращались ему, причем уже в виде драхм, лир или песет — как захочется клиенту.Для того, кто не желал, чтобы родное правительство слишком усердно вникало в его финансовые дела, это была превосходная система.Но она имела и оборотную сторону. Да еще какую!Бэзил Хьюм никогда не верил, что здесь может быть какая бы то ни было оборотная сторона; впрочем, он столь же безапелляционно считал, что ему нечего беспокоиться о настоящих клиентах, которые редко заглядывали в его банк. Главное — переводят деньги, остальное не важно.А потом разразился банковский кризис.Даже сейчас, более чем через неделю после того, как чуть не разразилась катастрофа. Бэзил Хьюм так я не смог понять, что же все-таки произошло. В одно прекрасное утро он обнаружил свою документацию в полном беспорядке. Под документацией, разумеется, имеются в виду компьютерные базы данных. Все банковское дело представляет собой системы балансов и итогов, дебитов и кредитов, которые из гроссбухов в черных кожаных переплетах просто перенесены на магнитные диски. Принцип работы абсолютно тот же. Все то же самое — только эффективнее, безопаснее и — как с ужасом понял Бэзил Хьюм — легко поддается электронным искажениям.Буквально за ночь из памяти компьютеров исчезли все данные о наличии денег на счетах банка. Этому не было объяснения. Подобное считалось просто невозможным.Вернее сказать, деньги не то чтобы исчезли. Деньги были переведены в один нью-йоркский банк, который, однако, не подтвердил их получения. За одну ночь «Гранд Кайман траст» стал электронным банкротом, насколько знал Бэзил Хьюм — первым в истории.Кошмарная ситуация даже при нормальных обстоятельствах — если бы клиентами банка были обычные люди.Когда же счета «Гранд Кайман траст» оказались заблокированы, телефоны в банке прямо-таки раскалились. Жуть! Преступный синдикат Д'Амброзиа. Наркокартель Кали. Наследники покойного и горячо оплакиваемого Пабло Эскобара. И прочие — слишком отвратительные, чтобы лишний раз о них упоминать.Все хотели знать, где находятся их деньги.В разгар этих событий на горизонте появился агент американского Министерства финансов по фамилии Смит. Естественно, дело находилось не в его юрисдикции. Бэзил Хьюм чуть не выставил его за дверь, несмотря на утверждения Смита, что он представляет вкладчика, чьи двенадцать миллионов долларов тоже пропали. Некое непонятное федеральное агентство — ФАУ или что-то в этом роде. Правительство Соединенных Штатов беспокоило Бэзила Хьюма меньше всего. Оно не мстит тем, кто манипулирует его деньгами. Чаще всего просто дает еще. Правительство Соединенных Штатов — весьма своеобразный деловой партнер.Американец заявил, что разбирается в компьютерах, и, поскольку он был уже в курсе дела, Бэзил Хьюм позволил ему пройти в компьютерный зал. Смит очень быстро установил, что беспорядок навел отнюдь не работник «Гранд Кайман траст». Звучало довольно убедительно и логично. Никто из сотрудников не исчез — значит, никто и не виновен. Гарантией тому была преступная природа клиентов банка. Ни один виновный в хищении активов банка не посмеет появиться на работе, если голову его сверлит неотступная мысль, что вот-вот появятся эмиссары какого-нибудь раздраженного клиента и начнут стрелять всех подряд.Целый день Бэзил Хьюм испытывал невероятные муки человека, которому негде скрыться.Затем чудесным образом балансы восстановились сами собой.Стояла глубокая ночь. Охранники держали банк в тройном кольце. И вдруг в течение минуты или двух — не более — все цифры в счетах возвратились к первоначальным значениям.Все, за исключением — как вскоре показала аудиторская проверка — одного, с которого как в воду кануло двенадцать миллионов.Когда вспотевший управляющий сообщил об этом Бэзилу Хьюму, тот с криком «Прекрасно!» радостно вскочил со своего кресла. Но тут же сообразил, что смерть от рук одного клиента будет такой же неприятной, как и от рук нескольких.— Кому принадлежит пропавший счет? — поинтересовался Хьюм.— Это счет ФЕМУРа, сэр.— А что это?— Правительственное агентство Соединенных Штатов.Бэзил Хьюм вновь рухнул в свое коринфское кресло, испустив вздох глубокого облегчения.— Их юрисдикция на нас не распространяется, — беззаботно воскликнул он.Этим вроде бы все и закончилось. Позднее Бэзил Хьюм через своих информаторов в международных банковских кругах узнал, что в то же самое время американская банковская система пережила нечто подобное. И как-то все само собой наладилось. Как именно это произошло, американские банкиры знали не лучше самого Хьюма. Но так как компьютеры банковской системы связаны между собой, Бэзил решил, что в сеть проник какой-то вирус, с которым люди из Федеральной резервной системы США сумели быстро разобраться.Как только финансы вновь стали нормально циркулировать, раздраженные звонки прекратились. Нет лучше средства успокоить людей, чем деньги. Угроз тоже как не бывало. И ни один клиент не покинул банк — что, впрочем, неудивительно. Куда же еще им податься? В Швейцарию? Там слишком суровый климат.Каждый день Бэзил Хьюм снимал очередной ряд оцепления. Теперь, спустя две недели, охраны было лишь чуть больше обычного, но этого вполне хватало для того, чтобы спокойно разговаривать с вкладчиками. И было более чем достаточно, чтобы достойно встретить нежелательных представителей американского правительства.В конце концов Большой Кайман находится вне юрисдикции США, а потому ФЕМУР или как его там — всего лишь рядовой вкладчик. Причем из мелких. Мелких и бессильных. * * * Мастер Синанджу видел охранников с пистолетами на поясе и автоматами через плечо. В тропическом обмундировании цвета хаки они скорее смахивали на солдат. Тем не менее, это были именно охранники. Солдаты не стали бы действовать в открытую, окружая стеклянное здание, стоящее в залитом солнцем городе под названием Джорджтаун.— Мне сюда, — кивнул Чиун таксисту, который привез его из аэропорта.— В «Гранд Кайман траст»?— Да.— Странный выбор! Они не обслуживают обычных клиентов.— Это ведь банк, не так ли?— Если вам нужен банк, чтобы обналичить чек, — отозвался водитель, говоривший с едва заметным карибским и в то же время шотландским акцентом, — рекомендую вам прекрасный банк по соседству. Сюда не стоит соваться, сэр. Это называется банк с лицензией "Б". Только оффшорная торговля — надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду.— Мне сюда, — стоял на своем Чиун. — Сколько с меня?— Тринадцать американских долларов или десять местных.— Просто грабеж какой-то!— По счетчику, сэр.— Счетчик врет. Я заплачу половину.— Если я возьму половину, мне придется доплачивать самому.— Лучше половина, чем ничего.— Если вы не заплатите, я позову полицию.— Да, перед этим банком я вижу много сильных и бравых полицейских, — подтвердил Чиун, указывая на охранников в хаки.— У меня нет выбора, сэр.Таксист пронзительно свистнул и махнул охранникам рукой. Трое мгновенно вышли из строя и направились к машине. Кольцо охранников вокруг банка тут же сомкнулось — все равно что затянулась рана.— Этот старик не хочет платить за поездку, — буркнул водитель, указывая пальцем на заднее сиденье.— Какой старик? — недоуменно спросили охранники.Водитель повернул голову, но не увидел даже вмятин на заднем сиденье, свидетельствующих о том, что здесь только что кто-то сидел.— Вы не видели, как он вышел из моей машины? — озабоченно проговорил он.— Нет.— Но он здесь был! Маленький такой, в восточном одеянии. Черное с золотом, как у бабочки-"монарха", кимоно.Охранники переглянулись и открыли заднюю дверцу.— Может, он спрятался?— Сзади пусто.— Пощупайте сиденье, — стал умолять их водитель.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29


А-П

П-Я