https://wodolei.ru/catalog/uglovye_vanny/assimetrichnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Эта направленность в будущее его духовной миссии и определила то особое место, которое Падмасамбхава занял во внутреннем мире тибетцев, и его значение для настоящего времени.
В учениях терма содержатся методы реализации, предназначенные для конкретной эпохи, конкретного поколения людей и конкретного человека, открывшего их.
Эти учения открываются и до сих пор. Они стали живым источником Дхармы для многих поколений буддийских практиков. Сам принцип возможности постоянного самообновления духовной традиции, заложенный в терма, определяет их огромное значение. Присутствовали в терма и предсказания, непосредственно относящиеся к европейцам, которые гласили, что в период упадка Тибета Дхарма придет на «землю белых людей».
Благословив землю Тибета и приведя сотни учеников и учениц к высшей реализации, Падмасамбхава дал последние наставления своей ближайшей ученице и сподвижнице Йеше Цогьял, принцу Лхасе и другим ученикам, после чего во исполнение другого предсказания Будды Шакьямуни «взошел на льва и отбыл по небу на континент Чамара, населенный кровожадными людоедами-ракшасами». Обратив их в буддизм, он воздвиг на вершине Славной Горы Цвета Меди немыслимый Дворец Лотосового Цвета – свою чистую землю. Сказано, что он пребывает там и по сей день как держатель знания и будет оставаться до конца сансары, поддерживая всех идущих по пути Тантраяны.
Некоторые верят, что я появился в цветке лотоса, среди пыльцы в озере Дханакоша в Уддияне, некоторые верят, что я родился принцем в тех краях. Другие верят, что я пришел со вспышкой молнии на вершине горы Намчак. Многообразны их убеждения ибо я появлялся во множестве форм. Через двадцать четыре года после паринирваны Будды Шакьямуни, Амитаба, Ади – будда Бесконечного Света, преисполненный Бодхичитты, помыслил о Просветлении и из сердца Махакаруны, в форме Махакаруны, я, Падмасамбхава, лотосорожденный гуру, возник как слог «шри». Я пришел, как приходит в мир дождь, в бессчетных формах для тех, кто готов принять меня. Деяния Просветленных непонятны. Кто определит меру для них?
Терма Йеше Цогъял
Когда Шантаракшита пришел в Тибет, он осознал, что сопротивление учениям Буддизма было сильным. Метафизическое и психологическое содержание Дхармы Будды имело мало отношения к местной религии. Однако перспектива возникновения сообщества самодисциплинированных личностей, связанных обетами и верными своему наставнику создавало перспективу появления новой мощной социальной и политической силы в Тибете. Бонские священники создали два направления аргументации против строительства монастыря Самье. Министры возражали против изменения традиций и появления новой политической единицы. Священники приложили свои магические навыки для того, что бы создать грозные предзнаменования, показывающие несчастье местных божеств по поводу присутсвия Щантаракшиты. Трисог Децен не был абсолютным монархом и, когда он почувствовал, что его принуждают отменить планы по установлению буддийской традиции в Тибете, Шантаракшита предложил ему следующее: он, Шантаракшита, уйдет из Тибета, а в Лхасу пригласят Падмасамбхаву.
Тибетцам были известны мириады типов духов природы и стихии. Бонские священники выучили типы магии, применяемые для управления ими, хотя и хранили в секрете эти методы и у многих людей развились религиозные предрассудки по поводу могущества божеств и демонов и способностей бонских священников, которые могли успокаивать и усмирять их. . Шантаракшита решил, что тому, кто овладел и магией, буддийской доктриной, а также аскетизмом, будет противостоять бонскому сопротивлению «на своей территории»., а Падмасамбхава достиг совершенства во всех трех аспектах.
Вокруг жизни Падмасамбхавы создано очень много легенд. Он не был составителем ни текстов доктрины , ни комментариев, а его подвиги, связанные с подчинением местных божеств Тибета были прославлены в сказаниях и при каждом пересказывании становились все краше.
Деятельность ранних буддийских учителей выжила в Терма, документах, которые, как говорят, были спрятаны и открыты столетиями позже, тертонами (теми, кто находит сокровища), часто это были монахи, которые находили спрятанные манускрипты, собрания старых летописей, или писали, что выяснили это в процессе глубокой медитации на объединении с мандалой, посвященной учителю.
В Тибете напряжение, существовавшее между Хинаяной и Махаяной – формами учений Будды, было разрешено посредством иерархического понимания их взаимоотношений. Доктрина и методы практики Хинаяны подходят для тех, кто с глубокой приверженностью следует по пути личного Просветления. Это – путь Пратьекабудды (Единолично пробужденного), который достигает освобождения для себя. Махаяна – это путь Бодхисаттвы, который хочет достичь Просветления для того, чтобы помогать всем существам и отказывается от плода Освобождения, чтобы работать в миру ради искупления человечества. К этому были добавлены Ваджраяна (алмазная колесница) и Мантраяна (колесница Мантры), которая является секртным путем к высшей Истине и всегда остается тайной для тех, чье сознание само еще не стало Истиной в достаточной мере. Шригухьягарбхамахатантарараджа учит: «Дхарма, являющаяся высшим секретом позади многообразного проявления, чрезвычайно тайная за счет само-существования, и больше ничего тайного нет». Так как абсолютная Истина уникальна, сознание обязательно должно превзойти все привычные, различающие и дифференцирующие режимы работы, чтобы видеть ее. Мудрость, джняна непостижима и все же спрятана в потоке сознания. Это – источник всех благих качеств, однако, также, как и свет, излучаемый Солнцем, закрывает шар, так и благие качества, льющиеся из Джняны, прячут источник своего происхождения.
Хинаяна составляет общедоступные учения Будды. Махаяна состоит из указаний, данных ближайшим ученикам. А Ваджраяна – это дисциплина, которую он преподавал как гуру, тем, кто полностью подготовил себя к принятию ее. Точнее, Ваджраяна могущественна и вовлекает всю жизнь, все существование человека без остатка. Она опасна. Как для корабля, пересекающего штормящий океан, малейшее отклонение от проложенного курса приведет к тому, что он разобьется о скалы, так и Ваджраяна предполагает полное самообладание и точность в мыслях, чувствах и действиях. Возможности злоупотреблений из-за неправильного понимания и желания личной славы, а также вероятность ужасных духовных и психологических ущербов настолько велики, что Цзонкапа в четырнадцатом столетии основал свою кардинальную реформу на том принципе, что человек, прежде чем приступить к занятиям Ваджраяной, обязательно должен овладеть Махаяной. Его реформированная школа, Гелугпа, (школа желтой шапки) является традицией Далай Лам. И хотя «старые школы», особенно Ньингма, не приняли реформу, они, тем не менее, спокойно восприняли некоторые ее элементы. Даже в нынешние времена Блаватская нашла необходимым предупредить о том, что тем, кто не готов, нельзя пробовать тантрические практики, ибо если они изначально не обладают пониманием, и будут продолжать ими заниматься, то эти практики приведут к искажениям и даже разрушат сознание. Так как на непознаваемую Истину можно только намекать, практикующему необходимо полностью отъединиться от колоритных и созидательных, жестоких и эротичных образов, используемых в Ваджраяне указывающих на глубины тайн бытия и становления. Ваджраяна никогда не преподается по книгам, если не считать закодированного языка, ее смысл гуру преподает ученику, адаптируя ее к природе и нуждам его сознания.
Ваджраяна работает с интеграцией праджня и упая, интуицией и смыслом, доктриной и учеником. Согласно Канджур, слияние медитации, происходит на четырех уровнях. Первый работает с учеником, все еще привязанным и вовлеченным во внешние действия, включая ритуальное очищение. Это – крия тантра, она представлена смеющимися божествами. Чарья Тантра – для тех, кто получает удовольствие в равной мере как от внешних, так и от внутренних действий. Она представлена взирающими божествами. Йога – тантра представлена переплетенными божествами, которой пользуются те, кто овладел медитацией для преодоления привязанности к жизни сознания. Ануттара Тантра – для тех, кто полностью вобрал внутреннюю йогу и получает от нее наслаждение. Цзонкапа нашел необходимым напомнить монахам, что образы соотносятся с трансцедентными психологическими и невыразимыми метафизическими состояниями, а не с сущностями, так же как взгляд оккультной философии на форму человека не имеет ничего общего с анатомией.
В тонких одеяниях можно также обнаружить три Нади, или канала – Расана, Авадхути и Лалана, которые соответствуют индийским Пингала, Сушумна и Ида -расположенным справа, посередине и слевома спинного хребта. Вдоль центральных каналов расположены чакры, центры силы и энергии, которые соотносятся с состояниями сознания. По Цонкапе, борствующее сознание располагается в центре Нирмана (индийское название – Манипура). Во сне сознание поднимается до шеи, до цетра Самбогха (который Индийцы называют Вишудда). В глубоком сне без сновидений сознание находится в сердце, который Упанишады называют Анахатой. Когда сознание объединяет все полярности, оно поднимается в центр махасукха (аджня). Полный контроль сознания, в пределах искусного покрова подготавливает ученика к приему в инициации света мудрости гуру.
Никто не знает уровней праджни и типов упаи, учить которым Падмасамбхава считал приемлемым, однако все истории о его жизни восхваляют его непревзойденные достижения как йога и сиддха (обладателя сверхъестественных способностей). Шантаракшита сообщил ему о сопротивлению учению Будды в Тибете, и приехал в страну с таким планом: встретиться с бонскими священниками и показать, что он выше их по их же критериям. Когда Падмасамюхава приехал в Тибет, он не поехал прямо в Лхасу, но скитался по плато и долинам в поисках местных духов и божеств. В терма, записанном Йеше Цогьял, Падмасамбхава рассказывает историю свой жизни и перечисляет демонов, с которыми он столкнулся:
На берегах озера Ньимакхуд в Тибете я покорил жестокое горное божество и варварских каннибальских духов. Теперь все они связаны с Дхармой обетом. На перевале Кхала я подчинил двенадцать охраняющих богинь Белой Горы. Я подчинил всех владык земли северных регионов. В Цанге я подчинил гибельных духов Оюг: все они связаны обетами с Дхармой.
В Терма, называемой Падма Ка’и Танг (жизнь и освобождение Падмасамбхавы) (терма приписывается также Йеше Цогял) объясняется, как Падмасамбхаве удалось победить видимых и невидимых антагонистов, сделав их ответственными за безопасность Учения:
Осенью Падма пришел в замок Манг Юл. Местная демоница Жанг Жунг Джамун, известный враг, подумала, что она сможет уничтожить гуру между двумя каменными горами. Но он вырос до небес и попирал демоницу, которая предлагала сердце своей жизни. Так как ее секретное имя было «Долг Бирюзы и алмазов», гуру поручил ей присматривать за великим сокровищем.
Всех, кого встречал Падмасамбхава, включая священников, магов, колдунов и шаманов, он покорял, вначале избегая их ловушек, а затем вручая нечто драгоценное, что нужно было оберегать. Каждое сокровище символическим образом иллюстрировало аспекты учения Будды. Также он менял значение знаков и предзнаменований:
На горе Кайлас я связал Звездные силы Лунных Дворцов и на Тарго я заключил темные силы Планет под контроль Дхармы.
Когда Падмасамбхава в конечном счете встретился с королем Трисонг Деценом, он произнес следующее:
Я лотосорожденный будда, обладающий наставлениями по высшему постижению.
Обретший навыки в фундаментальных учениях Сутры и Тантры, я без смущения разъясняю буддийские методы . Я – лотосорожденная Дхарма и обладаю наставлениями по передовой практике. Внешне я ношу шафрановые одеяния монаха, внутренне я – высший из йогинов Ваджраяны. Я – лотосорожденная школа, где есть наставления, объединяющие понимание и практику. Мои знания выше, чем небеса.
Вскоре Падмасамбхава изгнал духов из места, отведенного для монастыря Самье, и Шантаракшита был вызван из Непала, куда тот добровольно отступил – чтобы он наблюдал за строительством и освящением монастыря. Как только новички были обучены и приняты в монахи, началась чрезвычайно важная гигантская программа по переводу. Бонские министры короля все еще препятствовали работе Падмасамбхавы, но священники быстро адаптировалисб к новому режиму. Так возник реформированный бон и очевидно, стал глубоко связан с традициями школы Ньингма. Цепонг Дзе, одна из жен короля, пыталась подорвать усилия буддистов, разрушая проект перевода. Ей удалось изгнать нескольких тибетских переводчиков. Она изгнала Намхая Нингпо, но он ушел в Бутан и стал там знаменитым проповедником учения Будды. Более всего она была зла на Падмасамбхаву и его учеников. Падмасамбхава был изгнан в Турекестан, и когда он вернулся, его оппоненты ожидали каког-нибудь предлога, чтобы опять выгнать его из Тибета.
Хотя некоторые из министров и видели падение Падмасамбхавы, король Трисонг Децен был вовлечен в круг его ближайших учеников. Когда король попросил посвятить его в ваджраяну, Падмасамбхава дал ему годичный испытательный срок. У короля ушло определенное время на обдумывание подарка который он должен был преподнести своему гуру.
Еше Цогял была принцессой из рода Карчен, и будучи молодой, она женилась на Трисонг Децен. Она была вовлечена в учение Будды и наставления Падмасамбхавы. Когда подошло время для инициации короля, она охотно позволила быть преподнесенной в качестве подарка учителю. Предложение принцессы и жены короля в качестве ученицы и компаньона странствующему аскету нарушало традиции тех времен. Цепонг Цзе и бонские министры были в бешенстве, многие скандалили и сохраняли молчание когда поднялась шумиха о необходимости изгнания Падмасамбхавы.
1 2 3 4


А-П

П-Я