глубокие душевые поддоны 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Все мы знаем больше того, что считаем известным. Мудрость доступна нам более, чем мы это понимаем. Мы не доверяем своему виденью, потому что полагаем, что мы не просветлены. Один мой друг говаривал: «Только выйди и притворись, что ты просветлен. Если ты будешь продолжать в том же духе… ну, кто знает?..» Вместо этого мы притворяемся непросветленными.
Но «непросветленный» или «просветленный» – оба эти выражения всего лишь слова, всего лишь помыслы. Когда мы наблюдаем ум, мы видим, как мелок помысел, потому что движение его лежит большей частью в области слов. Но на более глубоком уровне внутри ума есть движение, которое можно почувствовать, когда мы более не полагаемся на слова, когда просто переживаем. На этом уровне мы переживаем побуждение, которое почти можно было бы назвать «ностальгией по Богу», экстатической жаждой прийти домой, вернуться к источнику, быть завершенными. Это необусловленная бесконечность по ту сторону ума, чистое, недифференцированное бытие.

15. Вещество ума

Слово «ум» употребляется во многих различных случаях. Его основное значение – механизм восприятия. Когда мы говорим об «уме», мы обычно имеем в виду думающий рассудочный ум, ум внутреннего диалога, ум как «я есмь», ум как это. Однако этот ум представляет собой только часть гораздо большего разума, далеко превосходящего то, что мы называем интеллектом.
Ум интуитивной мудрости – это ум более глубокого уровня бытия. В нормальных условиях мы чувствуем себя только думающим умом – и относимся к нему с незаслуженным вниманием, вкладываем в него все содержание реальности. Но все содержание реальности не воспринимается на думающем уровне ума. Всегда у нас есть еще тонкая подпитка из ума-мудрости, которую мы называем интуицией. Мы переживаем более глубокое познание. Если рассудочный ум не имеет ярлыка для более тонкой вести, он склонен не доверять ей; он отвергает то, на что не может наклеить ярлык. Однако рассудочный ум неспособен разбить по разрядам всё, потому что сам он – это не всё.
Прозрения, возникающие в уме мудрости, часто переживаются в виде внезапных, бессловесных пониманий того, какими являются вещи. Этот уровень ума не так зависим от того вида «познания», который улавливает реальность в понятия и слова. Он просто может переживать бытие. Иногда во время уединенной прогулки по лесу я пребывал только в своем ежемгновенном переживании бытия. Когда мои ноги касались земли, переживание касания было всей реальностью. Когда глаза обращались к дереву, существовало только виденье – это была вся реальность. Пенье птицы – просто слушанье. Аромат кедра – просто обоняние. Трудно описать точность этого переживания, его кристальную чистоту. В это мгновенье все вырисовывалось в виде силуэтов. Даже помысел: «Ах, смотри, вот в этот миг все вырисовывается в виде силуэтов!» – был еще одним помыслом в ясности этого момента. Каждая вещь была в точности такой, какова она есть. Она существовала только в данный момент прямого восприятия, она не зависела от прошлого, не нуждалась в опоре или контексте, – что не означает, что она существовала вне памяти, – она не зависела от памяти или какого-либо рода мысли для интерпретации настоящего; она и не опиралась на следующее мгновенье. Не было никакого желания, чтобы вещи существовали как-то по-иному. Подобные переживания очень трудно описывать словами, потому что они происходят на таких уровнях, где языка нет.
Когда мы постепенно освобождаемся от нашей полнейшей зависимости от рассудочного ума, мы освобождаемся и от знания о том, как надо медитировать, – и тогда мы просто медитируем. Конечно, рассудочный ум говорит нам: «Все это правильно, я буду освобождаться от рассудочного ума, но мне надо знать, как это сделать. Пожалуйста, научите ум этого уровня медитировать, так чтобы он смог выйти за пределы самого себя ». И вот этот ум впитывает наставления и действует наподобие хорошего слуги: «Прекрасно, я буду наблюдать дыхание, чтобы развить сосредоточенность».
«А что же мне делать, когда ум блуждает? – А-а-а, я продолжаю возвращаться к дыханию, верно? – Все правильно, делай это. – А что будет, если у меня заболит нога? – Правильно. – А что делать теперь, когда энергия вышла из равновесия? – О, это неплохая мысль! – Кстати, а что такое просветление? – О-о – ох, извини, спасибо!»
Ученье идет все дальше и дальше. Вот для чего хорош рассудочный ум: собрать и применять некоторые технические знания и уменья – как водить автомобиль, как пользоваться картой, как читать книгу, как перевязывать раны, как уметь медитировать. Такой уровень ума полезен для ученья и для приложения этого ученья ради выживания среди сложностей этого мира. Это хорошее орудие, хороший слуга. Но слишком часто он превращается в ужасного хозяина.
Как хозяин, он делается чем-то таким, что пытается овладеть нами при помощи навязывания ярлыков, при помощи мыслей о каком-то объекте вместо его прямого переживания. Это ум как эго, ум как «я есмь». Он создает отдельную Вселенную с обусловленной задней мыслью, которая говорит: «Я вижу, я вкушаю, я касаюсь». Но это просто жизнь, которая вкушает, касается, которая есть. «Я» представляет собой вымысел, результат стремления мыслящего существа ума втянуть себя в центр, как если бы оно имело некоторое прочное, устойчивое и неизменное ядро. Где же это ядро? Где же центр ума? Мы кажемся безграничными, простором, свободным от ограничений; поэтому там нет никакого центра.
Нет ни одного места, о котором нам можно было бы сказать: «Это я». Потому что «это я» – просто еще один проходящий помысел. Хотя «я» представляет собой удобное средство повествования о внутренней перемене, где же можно увидеть это «я» в любом другом месте? Но рассудочный ум говорит: «Даже несмотря на то, что ты не можешь найти прочное отдельное „я“, оно все-таки есть». Рассудок часто бывает безрассуден.
Когда люди начинают видеть относительность думающего ума, они говорят: «Убейте ум, ум – это мой враг». Но это говорит сам думающий ум. Не делайте «ум» врагом. Ум и есть медитация.
Когда мы видим, как приходят и уходят помыслы, как приходят и уходят чувства, как приходят и уходят ощущения и воспоминания, когда мы наблюдаем их таким умом, который не пытается овладеть чем-нибудь, не пробует наклеить на все ярлыки, – мы открыты для понимания; и это по-настоящему все, что нам нужно делать. Ум окажется сосредоточен весьма открытым способом. Ему не надо будет быть твердым или жестким.
Нет надобности пользоваться умом, чтобы проанализировать тот факт, где мы находимся. Просто признайте это. Анализирование спрашивает: «Кто такой я сейчас? Что заставило все получиться именно таким? Как все это пришло сюда?» Иногда мы даже пытаемся отследить свои последние мысли, чтобы установить, как ум попал туда, где сейчас находится. Это интересное занятие; однако здесь просто еще новые помыслы. Фактически именно этот интересный материал удерживает нас так долго в движении по кругу этой бесконечной карусели.
Есть такое древнее китайское проклятье: «Чтоб тебе родиться в интересное время!» Если мы родились в интересное время, наше внимание может быть отвлечено, и мы никогда не возьмемся за подлинную работу по раскрытию своей естественной мудрости. Затеряться в формах ума за пределами самих себя – это проклятье. Мы все кружимся и кружимся в этом мире, наблюдая за всеми происходящими в нем мелодрамами, за всеми формами, которые проецирует ум, но которые он редко признает за сновидения, каковы они суть. Действительно, вся Вселенная – это ум. Для того, чтобы признать его формой, нужно, чтобы он возник в том процессе, который мы называем умом. Без этого обусловленного думающего ума вещи суть всего лишь то, что они есть, без комментариев или оценки; это просто чистая «бытность» без всяких ярлыков, без «я», привязанного к их «познанию».
Но по ту сторону всех этих форм и сновидений думающего ума пребывает некое универсальное качество, сущность ума, совершенно чистая и свободная от кармических накоплений.
Это и есть ум – но до того, как думание раздробляет его на миллиарды представлений и предпочтений; это – чистое, открытое пространство без предпочтений или отвращения. Пожалуй, можно описать его единственное качество: это «таковость», открытость, где возникает всякая форма.
Она существует сама по себе; ее существование не зависит ни от каких условий. Это чистая сущность, и ее прямое восприятие оставляет нас с пониманием, что осознавание просто есть; что мы не есть какой-то объект из содержания ума; что за пределами ума существует нечто иное, нежели то, что постижимо умом; что любая мысль о «я», или о теле, или об уме, вообще любая мысль – это не то, что мы. Именно это некоторые дзэнские традиции называют Единым Умом, общим всем существам. Это неограниченная реальность; и вся она существует внутри каждого из нас. Далеко за пределами относительных фактов пространства и времени существует Пра-ум – ум до думания, ум до того, как Вселенная приобретает форму.

16. Руководство-инструкция по медитации любящей доброты


(Медленно, впитывая, прочесть для себя – или другу вслух)

Усядьтесь удобно, так, чтобы смогли просидеть некоторое время; без напряжения или скованности; просто расслабьтесь в своем теле.
Пусть дыхание приходит и уходит само.
Теперь размышляйте о том, как гнев ощутим для вас, как он переживается. Размышляйте о том огне внутри тела и ума, который есть гнев. Размышляйте о разделении, которое он вызывает, об отъединении, одинокости и боли.
Гнев приходит из боли и возвращается к боли.
Чаще всего гнев хочет повредить своему объекту, человеку или предмету, на который он направлен.
Почувствуйте его в теле, в уме; почувствуйте этот вихрь, это страдание. Сердце замкнуто, закрыто от мира броней, отъединено.
Размышляйте о болезненности, о разделении, которое есть гнев, зависть, ревность.
Прочувствуйте напряжение, одинокость, отделенность гнева, его огонь. Будда уподоблял гнев подбиранию горящего уголька голыми руками с намерением бросить его в другого человека; все это время мы сами опалены, обожжены гневом.
Теперь размышляйте о его противоположности, о качествах тепла и терпенья, которые раскрывают для нас пространство, где мы можем существовать, можем расцветать. О том, как гнев отпадает, как развязываются узлы, как они растворяются в этой открытости тепла и терпенья.
С каждым дыханием вдыхайте тепло, выдыхайте терпенье. Вдыхается тепло; с выдохом медленно выходит терпенье. Тепло и терпенье. Тепло питает вас, кормит вас, взращивает вас. Терпенье дает всему этому место, открывает простор. Почувствуйте, как огонь гасится этой открытостью сердца. Исчезла всякая броня. Тепло и просторно.
Теперь пусть эта теплота и это терпение положат начало прощенью. Размышляйте сперва о тех, кто мог причинить вам боль в прошлом случайно или преднамеренно. Пошлите им прощенье. Сделайте это легко. Не напрягаясь или отталкивая. Пусть эти старые завесы ожесточения отпадут.
Нарисуйте в уме образ человека, когда-то причинившего вам боль, скажите себе молча: «Я прощаю каждого, кто в прошлом намеренно или ненамеренно, мыслью, речью или делом причинил мне боль». Простите их как можно полнее.
Если где-то все еще остается ожесточение, примите также и его; пусть оно рассеется по мере того, как растет прощенье. Разрешите себе прощать. Освободитесь от гордости, которая держится за ожесточение: «Я-де вас прощаю». Просто освободитесь от всего.
Сила прощенья так велика. У нее есть место, чтобы простить.
Теперь – о тех, кому вы могли причинить боль. Попросите у них прощенья. Не с чувством вины, а с пониманием того факта, что мы спотыкаемся, что мы все бываем незрячи. Освободитесь и от самоосуждения.
И молча скажите про себя в точности так, как вы это чувствуете: «У всех, кому я намеренно или ненамеренно причинил боль своими мыслями, речью или действием, – у всех у них я прошу прощенья».
Пусть отпадет всякая жестокость, которая стесняет сердце.
Разрешите себе принять прощенье. Стеснение в груди, в теле, в уме – это всего лишь противодействие. Пусть оно уйдет. Освободитесь от своей обиды за себя. Простите себя. Скажите себе: «Я прощаю тебя».
Оставьте себе место в своем сердце. «Прощаю себя за всю причиненную боль, даже за те вещи, которых не хотел сделать».
Пользуясь своим собственным именем, скажите себе: «Я прощаю тебя».
Осторожно откройте сердце для себя. Осторожно; дайте время этому процессу. Самоотдача. Внесите прощение самому себе в свое сердце.
Создайте для себя место. Окутайте себя прощением и освобожденностью.
Теперь с этим чувством открытости направьте к себе эту любящую доброту; повторяйте в глубине сердца, как вам будет удобно, пользуясь такими словами, какие найдете подходящими: «Да буду я счастлив; да буду я свободен от страдания; да буду я свободен от напряжения, страха, тревоги; да исцелюсь я; да пребуду я в мире!»
«Да освобожусь я от страдания, да освобожусь от напряжения, от гнева, от разделенности. Да освобожусь я от страха, скрытости и сомнения. Да буду я счастлив». Полюбите себя.
«Да буду я счастлив. Да освобожусь я от всего, что причиняет мне страдания!» Пожелайте себе добра.
Скажите себе от всей души: «Люблю тебя». Пользуйтесь своим именем, если вам это нужно. Скажите: «…, я люблю тебя».
«Да буду я свободен от страдания; да найду я свою радость; да буду я наполнен любовью; да вернусь я к свету; да пребуду я в мире!»
Затем направьте эту любовь на кого-то, чей образ существует у вас в уме, к кому вы чувствуете большую любовь – к учителю, другу, к кому-то, кто вам очень нравится, – нарисуйте этот образ в уме и размышляйте: «Да будете вы счастливы, да будете вы свободны от страдания!»
«Дорогой друг, да будете вы целостны, да придете к своей завершенности. Да будете вы свободны от гнева, от ревности, от напряжения, от страха! Да будете вы счастливы, да будете свободны от страдания!»
«Да вступите вы в свою радость, в свою полноту!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20


А-П

П-Я