https://wodolei.ru/catalog/accessories/kosmeticheskie-zerkala/nastolnye-s-podsvetkoj/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Проводимые ими операции не казались очень хитроумными, но это не означало, что стоящие за ними люди не умели быть исключительно хитрыми.
До сих пор у них не было необходимости скрывать свои поступки, поскольку за ними никто не следил.
Перчатка была брошена на этом первом, подобном взрыву заседании с министрами. Гримшо и другие с энтузиазмом приветствовали его выступление. Их контратака была основана на внутренней слабости колониального правительства. До сих пор их бизнес шел как по маслу, поскольку можно было игнорировать многие законы, а теперь же, когда потребовалась полная ответственность перед законом, колониальную администрацию затопил ноток бумаг, причем быстрее, чем упал бы воздушный корабль, лишившийся своего последнего аэромансера. Правительство захлебывалось от притока бумаг, а тем временем бароны могли вести свои дела так же свободно, как и до сих пор.
«Только теперь они экономили еще и на взятках».
Принц не мог сдержать гнева и фыркнул:
– Отлично, и что же это вы можете сделать для меня?
– Прежде всего позвольте поблагодарить вас за вашу снисходительность. – Гримшо слабо улыбнулся, как будто мужественно переносил боль. – Я полагаю, ваше высочество, что этот первый месяц в Аране для вас оказался не таким, каким мог бы оказаться. Взаимное непонимание с самого начала привело к некоторым взаимным колкостям, и я придерживаюсь такого мнения, что раздоры не окупаются.
– Согласен. Итак, в чем мое непонимание проблем Арана, колонии имперской короны?
– Ваше высочество, Аран – совсем не Илбирия. Эта страна предоставляет много возможностей, но требует умелого использования ресурсов и руководства, чтобы полностью реализовать ее потенциал.
Тревелин кивнул:
– Для этого я и приехал, мистер Гримшо.
– Так ли, ваше высочество?
Тревелину не понравилась масляная нотка в голосе Гримшо.
– А зачем же, по-вашему?
– Многие приезжают в Аран, чтобы отвлечься от своих несчастий…
В голове принца мелькнул образ умершей жены, ее шелковые волосы, глубокие синие глаза. Рочел… Взгляд принца стал строгим, он пристально смотрел на Гримшо:
– Я прибыл сюда исключительно в интересах Арана, и только ради этого.
– Конечно, ваше высочество, вы правильно сформулировали – для благосостояния Арана. К сожалению, вы приехали и попытались управлять страной с точки зрения Юровии. Надеюсь, вы уже заметили, что, оказавшись в Дилике, все видишь в истинном свете. – Гримшо махнул рукой на окна позади принца. – Тут, в Дилике, вы целиком ощутите проблемы и перспективы Арана, о чем, как я понимаю, в Илбирию доходят довольно обрывочные и неполные сведения. По моему впечатлению, ваши проблемы в работе объясняются не четким представлением об Аране. Когда ваши министры пришли ко мне и рассказали, что вы выдвинули против них и, кстати, против меня, обвинения в правонарушениях, боюсь, что я слишком буквально принял ваши указания. Я посоветовал всем своим коллегам выполнять свои обязанности, как принято в Илбирии. По моему разумению, это и перегрузило правительство.
– Да, мы очень напряженно работаем, – согласился принц.
Он старался сдержаться, хотя не верил ни одному услышанному слову.
«Кем этот тип себя воображает? Как это он посмел прийти сюда и болтать такое? Не много ли на себя берет – видите ли, он заставил мое правительство пошатнуться? Вот бы ты, Рочел, посмеялась над его кривляньями. Со временем, надеюсь, адаптируемся».
– Согласен, мой принц, но в обществе начались волнения, и требуется действовать быстро. Вы знаете ведь, что кое-кто из нас привез в Дилику свою заводскую милицию, чтобы помочь сохранить мир.
Паралич правительства привел к разочарованию населения в бюрократической администрации. Местные жители, не получившие проездных карточек, не могли добраться до работы и потом домой, и в результате толпы обозленных людей устраивали митинги протеста возле здания Министерства труда. Территориальная полиция довольно грубо разгоняла толпы, предупреждая мятежи, но во всем городе росло недовольство. Возросли вандализм и физические нападения на илбирийцев, и реакция населения на эти инциденты выражалась во всеобщем страхе и недовольстве новой администрацией.
– Кто-нибудь другой, не настолько понимающий вас, мистер Гримшо, мог бы подумать, что вы прислали в Дилику свои личные войска как вступление к какой-нибудь революции.
Гримшо был непреклонен:
– Нет, ваше высочество, таких намерений нет. У нас в Дилике жены, дети, любимые люди. Мы просто хотим обеспечить их безопасность, сэр. Мы не намерены бросать вызов вашей власти. В сущности, мы очень надеемся на наше общее с вами будущее в Аране, конечно, после того, как закончатся временные трудности. – Надо ли вас так понимать, что вы будете рекомендовать министрам ускорить реформы?
– Я полагаю, им надо это присоветовать, если мы с вами придем к обоюдовыгодному соглашению. – Гримшо снова улыбался, уже показывая зубы. – Вы логически мыслящий человек. Мы обязательно придем к взаимопониманию.
Тревелин настороженно кивнул:
– Такая формулировка обычно означает, что я как человек логически мыслящий должен согласиться с вашей точкой зрения.
– Прошу вас, простите, если вам послышался такой скрытый смысл. – Гримшо сощурил свои серые глаза. – Я действительно вижу в вас человека благоразумного и способного рассуждать. Если бы я так не думал, ваше высочество, уже сейчас события развивались бы по другому сценарию. Я вас искренне и глубоко уважаю и хотел бы видеть вас на троне святого Мартина раньше, чем вашего брата Эйнмира.
Принц позволил себе улыбнуться:
– Ну естественно, тогда я окажусь в Ладстоне, а Эйнмир – здесь.
– Я не это хотел сказать, сэр.
– Может, и не это, но окажись мой брат на моем месте, вы бы не сильно огорчились.
Гримшо расслабился в своем кресле.
– Нет, нет, не сильно.
– Ну вот, сэр, наконец-то я услышал от вас слово правды.
Малорослый человечек пропустил колкость мимо ушей.
– Я предпочел бы видеть вас на троне святого Мартина, поскольку вижу в вас человека предвидящего. Вы приехали к нам в Аран и сразу увидели неприемлемость того, что творится здесь. Вы решили внести изменения, чтобы сделать Аран более цивилизованным. Я мог бы вам доказать, что ваша единственная ошибка заключается вот в чем: вы рассматриваете Аран и его проблемы с илбирийской точки зрения, а не с аранской.
Ваше высочество, Аран по площади в четыре раза больше Илбирии, в нем проживает еще дюжина мелких народов, каждый со своим культурным наследием и историей. В этом регионе преобладают две крупнейшие мировые религии, причем быстро распространяются аилифайэнизм и мартинизм. Здесь в год снимают два урожая, а долина Дил настолько плодородна, что способна прокормить два населения Илбирии. Климат вполне приемлем, запасы минеральных ископаемых велики, но не разработаны, а рынок дешевого труда неограничен. – Гримшо говорил об Аране со сверкающими глазами. – Там, в Илбирии, неизвестны местные проблемы и возможности. Через Аран прошли империи, соперничавшие с династиями Сипии и Фернанди, и Аран существует значительно дольше, чем даже истануанская империя Доста. Если бы Илбирия зародилась на этой территории, если бы Дилика была Л ад стоном, то Илбирия сейчас была бы самой великой империей в мире.
Тревелин нахмурился:
– Илбирийская империя и есть самая великая в мире.
– Сейчас – да, вы правы, но надолго ли? Не менее, чем Аран, богата и Северная Бренданийская Уния. Таким государством могла стать Илбирия, и вы понимаете, что вырастает соперник, который лишит Илбирию ее первенства в мире. Уния, благодаря своим природным ресурсам, быстрее освоит свои переспективы, чем Илбирия.
– Но, мистер Гримшо, Илбирии принадлежат природные ресурсы Арана.
Ноздри Гримшо немного раздулись:
– Ваше высочество, вы знаете, что это может оказаться не вечным.
– И что вы предлагаете?
– Я – ничего, ваше высочество. Я возьму на себя смелость сказать, что такой, как вы, умный человек знает, что приходит время, когда родители должны уступить место детям. Бренданийские колонии сумели восстать и потребовать от Илбирии независимости благодаря своей удаленности от доминиона, и потому что прогрессивно мыслящие люди поняли, что в тени Илбирии никогда не реализуют полностью свои возможности.
О будущем думают не только в Брендании. Например, в Аране последователи Лаамти верят в перевоплощение – это шанс повторно проживать жизнь, пока не достигнешь совершенства. Они воспринимают жизнь, как большое колесо. Может, они и правы в своем видении мира.
Тревелин оперся локтями о стол, наклонился вперед:
– У принца Лоркана в Брендании было несколько полков Гримманда, когда он начинал свой мятеж. В Аране нет таких войск для поддержания подобных действий.
– Почему? В Аране хватает личных войск. Еще есть воины Мрайлана, они не откажутся воевать за плату. Можно купить джедрозианских и гурских наемников, и даже кое-какие племена из Дрангианы.
– Но, несомненно, Илбирия или Крайина отреагируют на мятеж.
Гримшо улыбался, как лис, в уголках его губ скопилась слюна, как пена при бешенстве:
– Не думаю, если из изгнания тайно вернется в Лескар император Фернанди. Если он появится в Ферраке и устроит переворот, то оба эти государства вынуждены будут заняться им.
«Освободить Фернанди? Тогда почему не распахнуть ворота ада и выпустить легионы демонов, чтобы опустошить весь мир?»
Тревелин заставил себя выпрямиться в кресле, потому что больше всего ему хотелось наклониться вперед и дать Гримшо по шее. Нерационально, к сожалению, нельзя позволить себе этот кровожадный каприз, но желание от этого ничуть не меньше. С моральной точки зрения предложение Гримшо – то же, что дать нож маньяку-убийце и впустить его в дом, полный детей Значит, Гримшо в состоянии разработать такой план действий и предложить его как компонент плана отделения Арана от империи с Тревелином в качестве правителя, а это означает вот что.
Первое: Гримшо уверен, что Аран может существовать как совершенно самостоятельное государство в современном промышленно-развитом мире. Вспомним: Брендания сумела объявить себя независимой и сохранить эту независимость потому, что украла у Илбирии запатентованные изобретения и сдублировала их в колониях. И готовые продукты производства, которые ранее могли изготовляться только в Илбирии, теперь изготовлялись в самой Брендании. Тот мятеж был горьким уроком для Илбирии, в результате которого вывоз деталей паровых двигателей и чертежей был объявлен преступлением против нации.
Действительно, лескарцы украли эту технологию, и Фернанди на ее основе создал свою военную машину. Илбирия поделилась секретами пара со Крайиной, и те смогли противостоять Фернанди. Во время войн лескарцы предоставили Унии информацию и право прохода по своей территории в течение войны в обмен на сырье, хотя Брендания официально сохраняла нейтралитет. Но даже Фернанди, хоть он и впал в отчаяние к концу войны, не экспортировал в свои колонии технологию паровых машин и механизмов.
Гримшо уверен в том, что Аран сможет выжить, значит, знает: в Аране есть промышленность паровых машин.
Тревелин признавал, что попытки остановить распространение новых изобретений всегда обречены на неудачу. Если наступил прогресс, назад не повернешь, но если не умно использовать прогресс, можно вызвать больше неприятностей, чем если ему поставить заслон. Экономика Илбирии зависела от заводского производства, и если разрешить заводам расширять производство, оно неизбежно переместится в колонии. Рынки сбыта лопнут, вырастет безработица, а за этим несчастьем неизбежно приходит анархия.
«Нельзя такого допустить».
Второй, более тревожный вывод из предложения Гримшо: становилось ясно, как близки Гримшо и его коллеги к мятежу. Преимущество современной промышленности в том, что один завод с конвейерным производством может делать детали для сборки других двигателей и других заводов. Деньги и войска у них есть. Им нужен только вождь, и Гримшо предложил ему эту роль.
Тревелин знал, что это предложение – взять власть в Дилике – не стоит принимать за чистую монету. Он не понадобится тем, кто настолько не считается с властями Ладстона. Родной брат Гримшо – один из тех лордов, которые громче всех протестовали против его брака с Рочел, и он понимал, как эти Гримшо низко ценят лично его. Поскольку его назначение в Аран задумано как тест – сумеет ли он на самом деле управлять государством, такие, как Гримшо, сделают вывод: не сумеет. Их предложение – просто уловка, вставленная в уже готовый план, чтобы выиграть некоторое время для завершения своих истинных планов.
Тревелина не обмануло предложение. Фернанди с такой же легкостью мог хоть вернуться в Лескар, хоть появиться в Аране. Слухов о том, что их император сбежал из ссылки и стал во главе самой большой колонии Илбирии, было бы достаточно, чтобы в Лескаре вспыхнуло восстание. Если бы Фернанди возобновил контакты с правящим триумвиратом Бренданийской Унии, прежние колонии смогли бы объединиться для ведения войны, чтобы победить Илбирию и, возможно, всю Юровию.
«Ох, папа, ты не представляешь, как плохи тут дела».
Принц сложил руки:
– Вы правы, мистер Гримшо. В Дилике все видишь по-другому, не так, как из Л ад стона. Мне потребуется время, чтобы обдумать, что все это значит.
– Конечно, ваше высочество. Мне думается, что пройдет не меньше месяца, пока из Л ад стона сюда придет приказ об отзыве. До тех пор дела подождут.
– Да, я тоже так думаю, мистер Гримшо. Всего наилучшего.
Тревелин, прищурив глаза, следил, как посетитель выходит из его кабинета.
«За месяц я должен узнать, кто конкретно участвует в этом заговоре вместе с Гримшо, найти их завод и решить, есть ли какой-то способ предвосхитить их мятеж. А если не сумею… Нет, должен, просто обязан. А если нет, в мире снова вспыхнет война и прольется кровь миллионов».
Глава 39
Казармы этирайнов, илбирийский квартал, Дилика, Пьюсаран, Аран, 29 темпеста 1687
Неопрятный мальчишка потянул Робина Друри за полу его форменной куртки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73


А-П

П-Я