https://wodolei.ru/catalog/ekrany-dlya-vann/razdvizhnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


VadikV


38

Ли Якокка: «Карьера мене
джера»



Ли Якокка
Карьера менеджера




«Ли Якокка Карьера менеджера»: Прогресс; Москва; 1991

Аннотация

Ли Якокка Ц один из самых изве
стных в последние двадцать лет представителей делового мира США. Его авт
обиография представляет собой бестселлер, в котором в живой и увлекател
ьной манере шаг за шагом описывается восхождение одаренного и хваткого
менеджера от студента-стажера до руководителя крупнейшего в мире автог
иганта.

Ли Якокка
Карьера менеджера

Пролог

Вам предстоит прочитать рассказ о человеке, на долю которого выпало боль
ше успехов, чем ему причиталось. Нолришлось ему пережить и весьма тяжелы
е времена. В действительности, когда я оглядываюсь на свои тридцать восе
мь лет пребывания в автоиндустрии, день, который больше всего врезался м
не в память, не имеет ничего общего с новыми автомобилями, продвижениями
по служебной лестнице и прибылями.
Начав свою жизнь с положения сына иммигрантов, я продвинулся вверх до по
ста президента «Форд мотор компани». Когда я наконец достиг этого, то поч
увствовал себя на седьмом небе. Но тогда судьба предостерегала меня: «По
годи. Это еще не все. Теперь тебе предстоит узнать, какие чувства овладева
ют человеком, которого сбрасывают с вершины Эвереста!»
В день 13 июля 1978 года меня уволили. На протяжении восьми лет я занимал пост п
резидента компании «Форд», а всего служил в этой компании в течение трид
цати двух лет. Ни в какой другой фирме я до того не работал. А теперь внезап
но я оказался без работы. Ощущение было гнусное, меня выворачивало наизн
анку.
Официально срок моей службы истекал через три месяца. Но по условиям мое
го «ухода в отставку» в конце указанного периода мне должны были предост
авить какую-нибудь должность на время, пока я не подыщу себе другую работ
у.
В завершающий день моего пребывания на посту президента, 15 октября, то ест
ь именно в тот день, когда мне исполнилось 54 года, мой шофер в последний раз
отвез меня в международную штаб-квартиру «Форд мотор» в Дирборне. Перед
тем как выйти из дома, я поцеловал жену Мэри и двух дочерей Ц Кэти и Лию. Мо
я семья ужасно страдала в последние мучительные месяцы моего пребывани
я в компании «Форд», и это вызывало во мне ярость. Возможно, я сам был винов
ат в том, что со мной произошло. Но в чем же были виноваты Мэри и девочки? Поч
ему они должны были пройти через все это? Они оказались жертвами того дес
пота, имя которого было начертано на здании штаб-квартиры компании.
Даже еще и сегодня сострадание к боли, которую они испытывали, не покидае
т меня. Это как львица со львятами. Если охотник обладает хоть чуточкой до
броты, он пощадит малышей. Генри Форд заставил моих детей страдать, и этог
о я ему никогда не прощу.
Уже на следующий день я на своей машине поехал к месту новой службы, к мрач
ному складскому зданию на Телеграф-роуд, расположенному лишь в пяти мил
ях от международной штаб-квартиры фирмы «Форд». Но для меня это было все р
авно что отправиться на Луну. Когда я туда добрался, я даже не знал, где мож
но припарковаться.
Оказалось, однако, что там уже собралось много людей, которые показали мн
е, где поставить машину. Кто-то известил средства массовой информации, чт
о смещенный президент «Форд мотор» в это утро явится сюда на работу, и в ре
зультате встретить меня собралась небольшая толпа. Репортер телевиден
ия ткнул мне в лицо микрофон и спросил: «Какое у вас ощущение от назначени
я на службу на этот склад после восьми лет пребывания на высшем посту?»
Я не в состоянии был сосредоточиться, чтобы ответить ему. И что я мог сказа
ть? Когда мне наконец удалось отстраниться от его телекамеры, я пробормо
тал правду: «Ощущение такое, словно по уши в дерьме».
Мой новый «кабинет» представлял собой комнатушку с маленьким столом и т
елефоном на нем. Дороти Карр, моя секретарша, уже была там, в глазах у нее ст
ояли слезы. Не произнеся ни слова, она указала мне на потрескавшийся лино
леум, устилавший пол, и на две пластмассовые чашки на столе.
Еще вчера мы с ней трудились в роскошнейшей обстановке. Кабинет президен
та был размером с огромный номер в шикарной гостинице. У меня была персон
альная ванная комната. Я даже имел собственные апартаменты для отдыха. К
ак старшего менеджера компании «Форд» меня в любое время дня обслуживал
и официанты в белой униформе. Однажды я привел к себе моих родственников
из Италии, чтобы показать, где я работаю; на них вся обстановка произвела т
акое оглушительное впечатление, что они подумали, будто уже покончили с
земной юдолью и переселились на небеса.
Сегодня, однако, я чувствовал, что нахожусь как бы на расстоянии в миллион
миль от тех апартаментов. Спустя несколько минут после моего приезда зав
едующий складом мимоходом заглянул ко мне, нанеся мне, так сказать, визит
вежливости. Он предложил мне чашку кофе из находящегося в помещении скла
да автомата. С его стороны это был благородный жест, но оба мы испытывали н
еловкость от несообразности моего пребывания здесь.
Для меня это была Сибирь, ссылка в самый дальний уголок королевства. Меня
все это так ошеломило, что мне потребовалось несколько минут, прежде чем
я сообразил, что вовсе не обязан здесь оставаться. Дома у меня был телефон
, а почту могли доставлять мне на дом. Еще до десяти часов утра я покинул ко
нтору склада и никогда более сюда не возвращался.
Это унизительное положение, в которое меня на прощание поставили, оказал
ось хуже самого факта увольнения. Оно было настолько омерзительно, что в
о мне возникло желание кого-нибудь прикончить, причем я сам не знал, кого
именно, то ли Генри Форда, то ли самого себя. Убийство или самоубийство все
же не представлялось мне реальным выходом, но пить я стал несколько боль
ше обычного, да и руки мои также дрожали сильнее. У меня было подлинное ощу
щение, будто распадаюсь на части.
Пока вы идете по жизни, вам попадаются тысячи узких боковых тропинок, но д
ействительно широкие развилки, определяющие выбор дальнейшего пути, вс
тречаются очень редко Ц это момент критического испытания, момент исти
ны. Перед таким выбором оказался и я, раздумывая, как поступить. Следовало
ли мне сдаться и удалиться на покой? Мне было пятьдесят четыре года. Я уже
достиг многого. Материально я был обеспечен. И мог позволить себе всю ост
авшуюся жизнь играть в гольф.
Но мне это отнюдь не казалось справедливым. Я знал, что мне следует взять с
ебя в руки и заняться делом.
В жизни каждого человека случаются моменты, когда из несчастья рождаетс
я нечто полезное. Бывают времена, когда все представляется в таком мрачн
ом свете, что вам хочется схватить судьбу за шиворот и крепко ее встряхну
ть. Я убежден, что именно то утро на складе толкнуло меня пару недель спуст
я дать согласие занять пост президента корпорации «Крайслер».
Свою личную боль я способен был перенести. Но нарочитое публичное унижен
ие оказалось мне не по силам. Меня душил гнев, и я должен был сделать свой в
ыбор: либо обратить этот гнев против самого себя с самыми катастрофическ
ими последствиями, либо мобилизовать хоть часть рождаемой гневом энерг
ии и попытаться сделать что-нибудь плодотворное.
«Не сходи с ума, Ц убеждала меня Мэри, Ц возьми себя в руки». Во времена т
яжелого стресса и несчастья всегда лучше всего заняться делом, направит
ь свой гнев и энергию на что-то конструктивное.
Между тем случилось так, что я попал из огня да в полымя. Спустя год после м
оего вступления в корпорацию «Крайслер» она оказалась на грани банкрот
ства. В этот первый период службы в фирме «Крайслер» я не раз поражался то
му, как я мог дать себя вовлечь в такую заваруху. Быть уволенным из компани
и «Форд мотор» уже достаточно скверно. Но пойти на дно с кораблем «Крайсл
ер» Ц это было бы уж слишком.
К счастью, «Крайслер» вышел живым из своей игры со смертью. Теперь я герой
. Но как ни странно, все это проистекает из того момента истины, который я п
ережил на фордовском складе. Решимость, везение, помощь многих хороших л
юдей позволили мне восстать из пепла. А теперь я поведаю вам свою историю.


Мейд ин Америка
I. Семья

Мой отец, Никола Якокка, приехал в США в 1902 году в возрасте двенадцати лет
Ц нищим, одиноким, испуганным мальчонкой. Он, бывало, говорил, что единств
енное, в чем он был уверен, когда высадился на американский берег, это в то
м, что Земля круглая. И это стало возможным потому, что другой итальянский
парень, по имени Христофор Колумб, опередил его на 410 лет, почти день в день.

Когда корабль вошел в нью-йоркскую гавань, отец увидел статую Свободы, эт
от великий символ надежды миллионов иммигрантов. Во время своего второг
о приезда в Америку он уже смотрел на статую Свободы в качестве нового гр
ажданина США, но имел с собой только мать, молодую жену и одну лишь надежду
на будущее. Для Николы и Антуанетты Америка рисовалась страной свободы
Ц свободы стать тем, чем человек хочет стать, конечно, если действительн
о очень хочет и готов во имя этого усердно трудиться.
В этом заключался единственный урок, который мой отец преподал своей сем
ье. Хочу надеяться, что и своей собственной семье я преподал такой же урок.

Когда я рос в Аллентауне, штат Пенсильвания, наша семья жила столь дружно,
что иногда казалось, будто мы составляем одну личность из четырех частей
.
Мои родители постоянно воспитывали мою сестру Делли и меня в том духе, чт
о мы должны играть важную роль в жизни семьи и всякое дело делать хорошо. Н
икакие занятия в доме не следовало воспринимать как чрезмерно трудные и
ли слишком неприятные. У отца могло быть множество других дел, но для нас у
него всегда находилось время. Мать особенно усердствовала в приготовле
нии наших любимых блюд, только бы доставить нам удовольствие. И поныне вс
який раз, когда я ее навещаю, она все еще готовит мою излюбленную еду Ц ку
риный бульон с фрикадельками из телятины, равиоли с творогом. Среди всех
прославленных неаполитанских поварих она, вероятно, одна из самых искус
ных.
Мы с отцом были очень близки. Мне нравилось доставлять ему удовольствие,
а он всегда ужасно гордился моими успехами. Когда я занимал в школе перво
е место в конкурсе по правописанию, он был на седьмом небе. Впоследствии, к
огда я уже стал взрослым, после каждого повышения в должности я сразу зво
нил отцу, и он тут же мчался оповещать об этом всех своих друзей. Всякий ра
з, когда я в компании «Форд» выпускал новую модель легкового автомобиля,
он хотел первым сесть за его руль. В 1970 году, когда меня назначили на пост пр
езидента «Форд мотор компани», нельзя было понять, кто из нас двоих был бо
льше взволнован этим событием.
Подобно многим уроженцам Италии, мои родители были очень открытыми в выр
ажении своих чувств и любви, причем не только у себя дома, но и на людях. Бол
ьшинство моих друзей никогда не позволят себе обнимать своих отцов. Подо
зреваю, что они опасаются выглядеть недостаточно мужественными и самос
тоятельными. Я, однако, при первой возможности всегда обнимал и целовал с
воего отца, и это представлялось мне вполне естественным.
Он был неугомонным и изобретательным человеком, постоянно готовым испы
тывать что-либо новое. Однажды он купил пару саженцев фигового дерева и д
ействительно сумел вырастить их в суровом климате Аллентауна. Он также п
ервым в городе приобрел мотоцикл, старый «Харли Дэвидсон», на котором он
разъезжал по немощеным улицам нашего маленького городишка. К несчастью,
мой отец и его мотоцикл не слишком ладили друг с другом. Отец так часто пад
ал с него, что в конце концов решил избавиться от своего мучителя. В резуль
тате он уже никогда больше не доверял никакому моторизованному средств
у передвижения, если у последнего было меньше четырех колес.
Из-за этого проклятого мотоцикла мне не разрешали, когда я был подростко
м, иметь велосипед. Чтобы покататься на велосипеде, приходилось выпрашив
ать его у товарищей. Однако, как только мне исполнилось шестнадцать, отец
позволил мне водить автомобиль. В результате я оказался в Аллентуане еди
нственным юнцом, пересевшим сразу с трехколесного велосипеда на автомо
биль «Форд».
Мой отец любил автомобили. По существу, он стал владельцем одной из первы
х машин «Модель Т». Он был в числе немногих жителей Аллентауна, кто умел уп
равлять автомобилем, всегда копался в машинах и размышлял над их усоверш
енствованием. Как и всякий автомобилист тех времен, он добывал кучу спущ
енных шин. Годами он был занят поиском способа проехать лишние несколько
миль на спущенных шинах. И до сих пор, как только появляется что-то новое в
технологии производства шин, я тут же вспоминаю отца.
Он был влюблен в Америку и всю свою энергию вкладывал в усилия, направлен
ные на достижение «американской мечты». Когда началась первая мировая в
ойна, он пошел в армию добровольцем, отчасти из чувства патриотизма, а отч
асти, как он впоследствии мне признался, чтобы получить некоторую возмож
ность распоряжаться своей судьбой. Он приложил много труда, чтобы попаст
ь в Америку, получить гражданство США, и его страшила перспектива оказат
ься высланным обратно в Европу и вынужденным сражаться в Италии или во Ф
ранции. К счастью для него, его определили в Кэмп-Крейн, армейский учебный
центр в нескольких милях от дома. Поскольку он умел водить автомобиль, ем
у поручили обучать водителей санитарных машин.
Никола Якокка прибыл в Америку из Сан-Марко, что в двадцати пяти милях к с
еверо-востоку от Неаполя, в области Кампанья, на юге Италии. Подобно многи
м иммигрантам, он был полон надежд и мечтаний о карьере. Попав в Америку, о
н недолго жил у своего сводного брата в Гарретте, штат Пенсильвания.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11


А-П

П-Я