тумбочки под раковину в ванную комнату 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я поселился в Чикаго. Усиленно изучаю английский.
1929-3-III
О столкновении комет никто не догадывается.
Действовать надо осторожно. Первым долгом надо снискать доверие.
10-V
Ищу союзника. Заинтересовался книгами инженера Камарели. Он работает в Советском Союзе.
1-Х
G-D – горы Кавкасиони, пролегшие меж двух морей.
10-XII
Мне мешает постоянное ношение очков. Быстро устаю.
Пишу книгу о земном шаре.
Думаю, Нуавэ останется довольна.
1930-21-XI
Удивительно сходство форм жизни во всей Вселенной!.. Внешний вид будто многообразен, но основа мира едина. Един и фундамент всех форм жизни.
23-XI
Закончил свою книгу. Я убежден, что ученые разделят мои выводы, и окончательно одержит верх политика Нуавэ в отношении Земли.
4-ХII
Инженер Камарели – грузин, он живет в районе G-D.
Надо сообщить Геде.
6-XII
Мою книгу пересняла по экрану Геда. Завтра представит на рассмотрение Ученого совета.
Геда торопит меня познакомиться с Камарели.
1931-15-1
В Грузию отправляется делегация инженеров. Я тоже записался.
Совет одобрил мою книгу.
25-III
Раунит спрятал надежно.
Сегодня в последний раз перед отъездом говорил с Гедой.
12-IV
Вот уже неделя, как я в Грузии.
Сегодня послал письмо Камарели.
14 апреля зайду к нему.


Глава девятая
ТОРМОЖЕНИЕ ЗЕМЛИ

Камарели опубликовал дневник Каро, снабдив его подробным предисловием. В другое время, может, не поверили бы в прибытие на Землю существа с Марса и объявили бы «дневник» фантастическим измышлением. Однако сейчас страницы газет всего мира заполнены всевозможными выдержками из дневника. Европу и Америку буквально наводнили фотографии Камарели и Каро.
В Грузию приехало великое множество делегаций. Все, кто имел возможность, пытались собственными глазами увидеть прибывшее с Марса удивительное существо…
Камарели и Каро разработали общий план действий.
20 мая в Тбилиси открылся всемирный конгресс, на котором присутствовали представители всех стран.
Конгресс открыл Камарели. Первые же его слова были встречены бурей аплодисментов. Камарели коротко доложил конгрессу историю вопроса и предоставил слово «инженеру-марсианину, нашему дорогому гостю, главе обрайн-экспедиции Ленгору Каро».
В зале вновь раздался гром аплодисментов. А когда на трибуне появился одетый в необычное платье сверкающий глазами Каро, делегаты конгресса были поражены.
В зале воцарилась тишина.
В наступившем безмолвии, словно в пустом сосуде, нагнеталось напряжение, и уже через секунду тишина взорвалась как бомба. Яростные аплодисменты и крики пятисот делегатов сотрясли здание. В зале делегаты всех стран и наций праздновали общую радость. И для них это было сейчас не простым проявлением солидарности, это было чем-то новым и никогда еще не испытанным. Это были первые проблески интерпланетного союза.
– Я – представитель Санора, или, как вы называете, Марса, – обратился к конгрессу Каро, когда шум спал. – Меня уполномочили передать привет представителям общественности планеты Обры.
В зале вновь поднялась волна аплодисментов.
– Меня послала к вам моя страна, – продолжал Каро, – для совместных действий в минуту опасности.
Каро говорил низким голосом, со странным акцентом. Делегаты затаив дыхание ловили каждое его слово.
Затем слово взял американский делегат банкир Дингвей.
– Вопрос ясен. Всей нашей жизнью, всем нашим добром мы обязаны блестящему представителю марсианской науки, – решительно заявил Дингвей. – Он может диктовать нам любые условия, мы согласны на все. Готовы подчиниться, стать рабами, лишь бы сохранить жизнь. На повестке дня самый серьезный вопрос истории – сможем ли мы избегнуть гибели, пусть даже ценой величайших жертв. И мы все в один голос заявляем посланцу Марса – делайте с нами, что хотите, но спасите, а тогда властвуйте. Не только водой, распоряжайтесь всеми богатствами нашей планеты, только вызвольте из беды. Считаю своим долгом выразить благодарность и тому государству, на земле которого происходит наше воскрешение из мертвых. Я говорю о Советском Союзе.
Заключительные слова Дингвея были встречены громом аплодисментов.
В поддержку американцу, словно соревнуясь, выступили представители «деловых кругов» Великобритании, Франции, Италии. Все они клялись в любви и верности Советскому Союзу.
Трудно было поверить в их искренность, и Камарели, глядя на эту демонстрацию, только удивлялся их лицемерию. Но сейчас надо было использовать все для создания могучего научного аппарата будущих работ.
Камарели коротко подвел итоги дискуссии, и предложил голосованием принять резолюцию.
Конгресс, по предложению Каро, единогласно избрал инженера Г. Камарели главным руководителем работ по торможению Земли и предоставил ему все права.
Заседание закрылось в 11 часов вечера. В это время над дворцом появился залитый светом воздушный корабль – «Геда». На темном полотне безлунной ночи он сверкал, как сказочная птица, и казался огненным узором, вытканным на черном бархате. Корабль плавно опустился и застыл в воздухе перед дворцом. На специальный трап вышел командир корабля Бакур Шеварднадзе и пригласил в машину двадцать руководителей делегаций. «Геда», словно ракета, взвилась в воздух.
Корабль взял курс на Москву.

Глава десятая
КАБИНЕТ КАМАРЕЛИ

– Разрешите вас побеспокоить? – в дверях появился Каро.
– Прошу.
– Вы сейчас диктатор. Не просить должны, а приказывать, – с улыбкой сказал Каро и разложил на столе чертежи и таблицы.
– Моя власть не распространяется на вас, – шуткой же ответил Камарели, вы подданный другой планеты.
– «Подданный» – слово, непонятное для марсиан, – заметил Каро.
– Извините, я хотел сказать – гражданин.
Камарели взял таблицу с рисунком и углубился в ее изучение: вокруг земного шара были нанесены пунктирные линии.
– Основные принципы плана воплощены в этой схеме, – сказал Каро и провел острием карандаша по одной из линий. – Это 60-я параллель северной широты. Она проходит через Ленинград. Все, что выше этой параллели, а также вся территория Земли от Южного полюса до 60-й южной параллели, нас не интересует. Между этими двумя линиями, то есть на 120+– в обе стороны от линии экватора, необходимо расположить могучее кольцо стальных установок для торможения.
– На какой наковальне можно выковать такой обруч?
– Да ведь он не будет сплошным! Надо изготовить сто шестьдесят восемь тормозов и прикрепить, как пуговицы, вокруг Земли. Посмотрите внимательно на эти меридианы. На двадцати четырех меридианах, подобно клиньям, надо вогнать эти тормоза, по семь на каждом меридиане. Один на той точке, где меридиан пересекает линию экватора, три – повыше, до 60-й параллели северной широты, и три – внизу, до 60-й параллели южной широты. Тормоза отдалены друг от друга на 20 о .
– Тормоза будут, конечно, действовать по принципу реактивного двигателя, заметил Камарели.
– Вот именно. Тормоза будут глубоко вбиты в земную кору – и на суше и на дне океана-при помощи стальных свай. На верхних площадках тормозов установим башни, похожие на длинноствольные пушки, на каждом тормозе по двенадцать. Эти пушки будут заряжены не динамитом…
– Энергией атома, – вскрикнул Камарели.
– Освободив закованный в атоме ураган, мы получим огромную силу, которой можно будет взнуздать Землю или поднять ее на дыбы, – продолжал Каро. – Я должен извиниться перед вами, ибо не могу открыть секрет расщепления атома. Ученый совет моей страны решил пока принцип расщепления держать в тайне. Однако для вас это обстоятельство в данный момент не играет никакой роли: атомная энергия будет работать на вас так же, как если бы вы знали все ее секреты.
– От имени моей страны я искренне благодарю вас, – ответил Камарели. – Мы не будем злоупотреблять вашим расположением.
– Возможно, в недалеком будущем между нами установятся такие отношения, что и техника обеих планет составит одно целое. Пока же, говоря по-земному, это, вопрос большой политики. Но вернемся к плану. Система тормозов должна быть готова к ноябрю. Осталось всего пять месяцев. Необходимо вовлечь в это дело металлургию всех стран. Вот планы и задачи отдельно для каждой страны, с обозначением главных заводов, – Каро передал Камарели несколько листов бумаги, испещренных диаграммами и цифрами.
Камарели просмотрел бумаги. Некоторое время он сидел в задумчивости. Его смущало большое число подводных тормозов.
– Наземных семьдесят три, а подводных девяносто пять, – наконец нарушил молчание Камарели.
– Большое количество подводных тормозов, конечно немного осложняет дело, так как повышение давления на поверхности океана вызовет ужасные штормы. Однако мы примем меры, о которых я уже говорил в своем выступлении.
– Какие меры вы подразумеваете, я что-то не могу припомнить?
– Взбаламученную воду надо срочно отнять у океана, чтобы волнение спало.
– Понимаю, – воскликнул Камарели. – Но надеюсь, перевозкой ее заниматься будем не мы.
– Конечно, это мы берем на себя.
– Волнение на море, видно, все же будет чувствительным. – сказал Камарели, поворачивая к себе глобус, – возникнет необходимость своевременно принять меры предосторожности. Плавание судов в ту пору надо довести до минимума.
– Согласен.
– Необходимо также соорудить дамбы для городов, лежащих близ пологих берегов, иначе разъяренное море смоет их с лица Земли.
– Правильно.
– А каков будет эффект действующих на поверхности Земли тормозов?
– Можно ожидать возникновения зон землетрясения, – ответил Каро, – и потому было бы хорошо на время эвакуировать население из опасных районов.
– А вдруг под колоссальной тяжестью обрушится земная кора и наше лекарство убьет больного прежде, чем он станет жертвой естественной смерти?
– Больше веры в науку, друг мой! – горячо возразил Каро. – В период выработки плана была учтена прочность земной коры. Не случайно приняты столь медленные темпы торможения. Все данные тщательно проверены. К тому же вы допускаете одну ошибку: не все тормоза будут действовать одновременно. Хотя даже будь это так, и тогда ваши опасения необоснованны. Ибо действующая со всех сторон энергия не сможет повредить земную кору – вспомните хотя бы сжатое в кулаке яйцо. Работа тормозов будет, конечно, чувствительна для Земли, но не настолько, чтобы вызвать. серьезные последствия.
– Я полностью удовлетворен, – словно подытожил Камарели. – Расчеты и выводы безошибочны, весь план очень гармоничен и последователен.
На следующий день Камарели уже принялся за исполнение своих обязанностей. В индустриальных гигантах Советского Союза, на заводах всего мира запылал раскаленный металл, началась ковка цепи, призванной пленить Землю.

Глава одиннадцатая
В ОЖИДАНИИ КАТАСТРОФЫ

Пять месяцев воздушный и морской флот всего мира непрерывно доставлял в заранее определенные пункты уже готовые части тормозов. Тело Земли словно ощерилось железными пиками. В неприступных горах взрывался динамит. Завеса копоти, застилавшая новообразовавшиеся овраги, прорезывалась потоками электрических лучей. Бороздящие воды океанов корабли, приближаясь к незнакомым островам с железными башнями, опасливо огибали их.
Земля готовилась к встрече со странником Вселенной. Каждое распоряжение Камарели исполнялось с рвением и усердием. Но все же заботы не в силах были развеять в сердцах людей подозрения и неверие. Кто слыхал прежде о возможности торможения Земли? Может, Каро и Камарели просто хотят занять человечество детской игрой? Конечно, побуждение это благородное, но все же оно не в состоянии заглушить волну страха.
В конце августа Каро куда-то исчез. Камарели, оставшись один, не знал отдыха ни днем, ни ночью. Уподобившись секунданту на какой-то фантастической дуэли, он словно одевал своего рыцаря в броню, проверял его амуницию и с душевным трепетом ждал решающего часа. И хотя враг стремительно несся из бесконечности навстречу схватке, Камарели глубоко верил в победу.
15 ноября, когда все было готово, появился Каро. В 12 часов ночи на Дидубийском аэродроме опустился раунит. Каро носился на своей машине уже много дней от одного тормоза к другому, прилаживая к пушкам металлические с синим отливом коробочки. Со стороны, должно быть, казалось, что огромная неведомая птица кладет яйца в многочисленные гнезда… Эти коробочки были начинены той волшебной силой, которая должна была задержать стремительный бег Земли…
Семь тормозов каждого меридиана связывались между собой электрической проводкой. А у Тбилисского меридиана расположился главный штаб Управления тормозной системы, которым руководил Камарели.
Человечество нетерпеливо ждало дня включения тормозов – 24 ноября. Все хотели убедиться в реальном эффекте работы чудесной машины и более ясно представить себе возможный итог действия тормозов. Согласно плану, были приняты всевозможные меры предосторожности, но некоторые все же опасались, что взрыв дремлющего в синеватых коробках неизвестного вещества вызовет серьезные для жизни людей последствия.
23 ноября, в 10 часов вечера. Всесоюзное радио устроило последнюю проверку штабам меридианов. В час ночи Тбилисский меридиан, как первый в системе, должен был дать сигнал о начале работы (в первую очередь включались тормоза на меридианах от Тбилиси к востоку до средней зоны Тихого океана).
24 ноября, ровно в 1 час ночи заработала система тормозов. И в то же мгновение Земля содрогнулась, задребезжала, словно треснутое стекло. Со всех сторон раздался ужасный гул, послышались громовые раскаты. И хлынул ливень, подхваченный порывами ветра.
– Что вы на это скажете? – пристально посмотрел Камарели на Каро.
– Пока что все идет нормально, – спокойно произнес Каро.
– Землю, не переставая, бьет озноб. Неужели это будет еще долго продолжаться? – вновь спросил Камарели.
– В зонах действующих меридианов ее кора все время будет так гудеть.
– Все меридианы – действующие.
– Нет, часть их отдыхает.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18


А-П

П-Я