https://wodolei.ru/catalog/accessories/derzhatel-dlya-polotenec/nastennye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. Внизу под ним ее тело облегал черный кашемировый свитер и кожаные брюки. Ее груди были такими же острыми, а ее взгляд таким же строгим. Он потеплел, когда она заметила Малко и, на глазах у оторопевших зевак, прильнула к нему, запустив до самой его глотки живой, как у ящерицы, язык. У Малко появилось ощущение, что его ударило разрядом тока в 100 000 вольт.
— Здравствуй, — радостно произнесла она после того, как отдышалась. — Владимир Иванович просил передать тебе самый дружеский привет. Он сожалеет, что не смог прибыть сам.
Ее таз, которым она терлась о Малко, активно участвовал в передаче этого дружеского привета. Он увлек россиянку в сторону, прежде чем какой-нибудь милиционер не арестовал их за оскорбление общественных нравов... Прикоснувшись к ее манто, он понял, что это соболь... Самый дорогой в мире мех.
— Великолепная вещь, — заметил он. — Ты нашла это на Кипре?
— Нет, в Париже, в магазине «Ревийон», — ответила она просто. — У Владимира там были деньги, и я ими воспользовалась.
Малко провел ее к такси, которое он нанял в «Премьер-Палаце», — роскошному лимузину «Мерседес-600» — и Татьяна с наслаждением растянулась на заднем сидении.
— У меня для тебя послание! — объявила она. — От твоего друга.
У Малко не хватило времени, чтобы спросить о содержании этого послания.
Не обращая внимания на шофера, Татьяна положила голову на его бедра. И тотчас же принялась расстегивать пояс фирмы «Гермес» на брюках Малко. Почувствовав, как язык Татьяны обвивается вокруг него, тот вспомнил о прозвище, которое дал Татьяне Владимир Шевченко. Она не потеряла сноровки, если можно так выразиться. Он взорвался прямо у нее во рту как раз перед большим мостом через Днепр и не смог при этом удержаться от крика, что спровоцировало легкое виляние тяжелого «Мерседеса». Ему показалось, что у него только что высосали спинной мозг. Шофер же так сжимал руль, словно намеревался задушить его.
Татьяна поднялась с невозмутимым видом и заявила:
— Ну что, за работу! Чем я могу помочь тебе?
Малко дал своим нейронам время вернуться на место, пока она закуривала сигарету, гордясь этой демонстрацией своего умения.
Будет лучше, если он не станет знакомить ее с Ириной, которая немедленно учуяла бы жесткую конкуренцию.
— Мне нужно связаться с одним человеком, — сообщил он. — Неким Игорем Байкалом. Ты слышала о нем?
— Нет, но я спрошу у Володи.
Он забронировал ей номер рядом со своим. Сразу же по прибытии в «Премьер-Палац» она позвонила на Кипр по личной линии бывшего мафиози. Последний настоял на том, чтобы самому переговорить с Малко, который повторно изложил свою просьбу. Владимир Шевченко громко расхохотался.
— Игорь Байкал! Конечно же, я знаю его. Он заработал кучу денег на водке. Это самый крупный в Украине производитель. В какой-то момент он даже выкупил все ночные клубы Киева. Их бывшие владельцы кончили в Днепре. Он был протеже Кучмы, но политикой не занимался. Он очень дружен с Олегом Будинком, шефом президентской администрации. Последний еще и его деловой партнер. Чего ты хочешь от него? Будь внимателен, он не из робкого десятка.
— Хочу задать ему один-единственный вопрос, — ответил Малко. — Ты считаешь, это возможно?
— Я поговорю с ним. А потом перезвоню тебе.
* * *
— Позвонишь по номеру 228 8027 где-то через часик, — объявил Владимир Шевченко. — И никому не передавай этот номер. Когда Игорь назначит тебе встречу, пойдешь один. Даже Татьяна не должна сопровождать тебя. Он согласен повидаться с тобой, потому что когда-то я оказал ему важную услугу. К тому же он хотел бы вкладывать деньги на Кипре. Но будь осторожен.
— То есть?
— Он дал слово принять тебя. И все. Ты идешь туда на свой страх и риск.
Малко подумал, что его собеседник шутит.
— Ты хочешь сказать, что...
Владимир Шевченко издал зловещий смешок.
— Ты знаешь, чем он одно время занимался? У него на складе были большие емкости, в которых выдерживали водку. Он импортировал определенное количество водки «Смирнофф» и изготавливал такое же ее количество нелегальным путем. Когда у него появлялся конкурент, он приглашал его на ужин, а затем они отправлялись в джакузи в компании роскошных девочек. Он его накачивал и передавал девочкам. Когда конкурент доходил до нужного состояния, его бросали в какую-нибудь емкость. Однажды милиция спустила одну емкость и обнаружила там шесть трупов, законсервировавшихся в водке... Дело закрыли благодаря Будинку. Вот так. Ты ведь большой мальчик...
— Спасибо, — поблагодарил его Малко.
Было очевидно, что его «контакт» требовал определенных мер предосторожности. Разрешив Татьяне спуститься в фитнес-клуб, он отправился в американское посольство. Когда он объявил резиденту, что установил покровителя Стефана Освенцима, американец был близок к тому, чтобы расцеловать его в губы.
— Великолепно! — с воодушевлением воскликнул он. — Вскоре мы преодолеем чертовски важный этап.
Когда же Малко описал ему эту личность, энтузиазма поубавилось.
— Вы действительно считаете, что туда следует идти?
— Это единственная возможность продвинуться вперед. Вы можете поставить его номер на прослушивание?
— Безусловно, — утвердительно ответил американец, — но на это потребуется несколько часов. К тому же мы не сможем слушать разговоры, а только регистрировать номера, на которые звонили с этого номера, и те, с которых звонили на него.
— Что уже неплохо. Игорь Байкал не какой-то простой исполнитель. Если он согласится сотрудничать, мы продвинемся очень далеко в понимании заговора.
— Да услышит вас Бог! — вздохнул американец. — В Лэнгли очень обеспокоены судьбой Виктора Ющенко. Его сторонники продолжают сохранять преимущество, но спокойствие с противоположной стороны не сулит ничего хорошего. Виктору Януковичу известно, что у него нет никаких шансов взять верх 26 декабря. Мне не верится, что Владимир Путин так просто откажется от своей партии.
— Да и мне тоже, — заключил Малко.
* * *
Николай Заботин задумчиво смотрел на защищенный мобильный телефон, по которому он связывался с Москвой. Конечно, на нем был установлен технически очень сложный код, предоставленный ФСБ, но он опасался американских технологий. Если хотя бы один из его разговоров был подслушан, это может иметь непредсказуемые последствия. Но и без того телефонный звонок, который он только что получил, увы! по незащищенной линии, подтверждал одно из самых больших его опасений: вопреки его усилиям установить вокруг своей операции кордон безопасности агент ЦРУ все ближе подбирался к одному сверхчувствительному моменту. Конечно, у Николая Заботина была вся широта полномочий для принятия необходимых контрмер, и это уже было сделано, но он должен был отчитываться перед человеком, направившим его в Киев. Проблема переходила в разряд политических. Не испытывая особенного желания, он решился набрать выученный им наизусть номер. Даже если его проследят, то доберутся только до какого-то второстепенного кабинета в администрации Кремля с табличкой, на которой значится невзрачный чиновник, не знающий даже, что в ежегодном справочнике администрации этот телефон указан под его фамилией.
Когда его собеседник отозвался, он точно и быстро изложил последние события. В конце спокойный голос Рема Толкачева просто сказал:
— Продолжайте действовать в том же духе.
Если говорить прямо, это означало: продолжайте убирать всех тех, кто становится на вашем пути. Надо было продержаться еще пять дней. А значит, обезопасить последнюю фазу его операции, что должен был сделать этот дурак поляк.
* * *
Малко старательно набрал номер, сообщенный ему Владимиром Шевченко. Татьяна находилась возле него, молчаливая и сосредоточенная.
— Да?
Мужской голос, низкий и хриплый, как у заклятого курильщика.
— Игорь Байкал?
— Да.
— Я друг Володи Шевченко, — сказал Малко. — Я хочу повидаться с вами.
Явно предупрежденный, Игорь Байкал не колебался ни секунды.
— Через час за вами заедет машина. Она будет стоять возле отеля. Приезжайте один...
И сразу же повесил трубку.
— Он тебе сказал, где это? — спросила Татьяна.
— Нет.
— Досадно. Тебе нужна защита. Я немедленно займусь этим.
Была уже половина шестого. Татьяна вышла из комнаты. Малко спустился выпить кофе. Знал ли человек, с которым он вскоре встретится, верхний эшелон заговора? Согласится ли он говорить? Назвать хотя бы одно имя? Существовала вероятность, что в ближайшие недели политическое большинство резко качнется в другую сторону, а значит, он должен быть в большой степени заинтересован тем, как обеспечить будущее...
По меньшей мере, именно так думал Малко, садясь в лифт. Он в очередной раз собирался играть с огнем. Ровно в шесть «Опель» бежевого цвета остановился перед входом в «Премьер-Палац». Его водитель опустил стекло и спросил:
— Пан Малко?
— Да.
— Садитесь.
Малко сел спереди, и водитель сразу же тронулся в путь. Краем глаза Малко заметил, как сзади них от тротуара отъехал какой-то автомобиль. Это Татьяна присматривала за ним. Машина, в которой он ехал, спустилась в начало бульвара Тараса Шевченко, затем свернула налево на Крещатик, через двести метров перекрытый собранием сторонников Ющенко.
Неожиданно водитель машины сбавил скорость, резко повернул руль и въехал на тротуар с правой стороны! Он пересек его наискось, прорываясь в сторону арки, сверху над которой висел рекламный стенд какого-то казино. Малко подумал, что он мог бы добраться сюда пешком... Автомобиль, не заботясь о пешеходах, на всей скорости устремился под арку и остановился под ней, загораживая проход. Шофер повернулся к Малко и произнес:
— Выходите!
Малко, озадаченный таким обращением, повиновался.
Дальше за аркой он заметил маленький дворик со стоящим в нем «Мерседесом-600» черного цвета. Из него выскочил шофер и открыл перед Малко заднюю дверь, прежде чем вернуться за руль. Другой автомобиль по-прежнему блокировал подъезд. Малко понял эту хитрость. По другую сторону от арки шла улица, параллельная Крещатику, по которой можно было покинуть центр города. Он постучал по бронированному стеклу. Сухое клацанье сообщило ему, что только что все четыре дверцы были автоматически заперты на замок.
Он обернулся назад: Татьяны не было.
Шофер поднял разделительное стекло. Малко воспользовался этим, чтобы позвонить Дональду Редстоуну. Связь с сетью отсутствовала. После четвертой попытки он понял: шофер активировал магнитное поле, которое препятствовало работе телефона. Никто не знал, куда он направляется, и он ни с кем не мог связаться. Или Игорь Байкал был чрезвычайно осторожным человеком, или же у него были плохие намерения относительно Малко.
* * *
«Мерседес-600» проехал по Южному мосту, который действительно был самым южным мостом в городе. Добравшись до проспекта Миколы Бажана, шофер повернул направо, въезжая в унылую промышленную зону, а затем припустил по прямой пустынной дороге, ведущей на юг. Малко заметил вывеску: Садовый бульвар. Промышленная зона, осталась позади, уступив место дачам, разбросанным на фоне убогого ландшафта по обе стороны дороги и перемежающимся с пустырями. Никакой особой роскоши, преимущественно небольшие домики. Ни одного коммерсанта! А ведь он находился на Осокорках, там, где были дачи всех киевских олигархов. Никакого сравнения с московской роскошью. Дома выглядели ужасно, многие были не достроены. Он оглянулся назад: за ними никого не было. Татьяна давно уже потеряла их. Машина замедлила ход. Они двигались вдоль стены, составленной из соединенных между собой бетонных плит, над которыми местами возвышались камеры наблюдения. Затем «Мерседес-600» остановился перед металлическими воротами синего цвета, по разные стороны от которых стояли две камеры. Шофер дал два коротких сигнала, и дверь начала раздвигаться.
Малко увидел двор, в котором стояли несколько автомобилей, и различные безвкусные постройки, напоминавшие скорее концентрационный лагерь, чем Версальский дворец. Кто-то открыл дверцу машины, и он выбрался из «Мерседеса», сразу же очутившись лицом к лицу с двумя бритоголовыми амбалами в черном.
Один из них приблизился к нему с холодной улыбкой.
— Будьте любезны.
Он быстро обыскал Малко, сразу же нашел «глок» и без лишних слов забрал себе. Затем Малко проследовал за двумя типами ко второму по счету строению в виде ротонды. Его ввели в небольшой пустующий салон под Людовика XV, с чрезмерным количеством позолоты и укрытым кавказскими коврами полом. Внушительных размеров люстра с несколькими перегоревшими лампочками давала мрачноватое освещение. И полная тишина. Внезапно открылась дверь, пропуская в салон человека, сильно смахивавшего на медведя. Мужчина в банном халате, метров двух ростом, с черными, как уголь, глазами, и невероятно заросшими руками и ногами, приблизился к Малко и сжал его в объятиях, так что тот чуть было не задохнулся.
— Здравствуйте! Как я рад видеть у себя друга Володи! Как он поживает?
Двое мужчин, которые встречали Малко, незаметно исчезли, оставив на комоде его «глок» с вынутой обоймой.
В течение нескольких минут они пели дифирамбы украинскому мафиози. Потом хозяин увлек его в другую комнату, похожую на восточный салон. Везде диванчики с валяющимися на них подушками, несколько низких столиков из чеканной меди, очень мягкое освещение, а в глубине — великолепная ванна «джакузи», в которой резвились две девицы. На поверхности были видны только их белокурые волосы.
Хозяин остановил гостя перед столиком, уставленным различными бутылками, среди которых: виски «Дефендер», водка «Столичная Стандарт», шампанское «Тэтэнже Конт де Шампань». Несколько бутылок охлаждалось в огромной емкости, заполненной кубиками льда. Игорь Байкал взял одну из бутылок «Тэтэнже», открыл ее зубами и заорал в направлении джакузи:
— Юля! Алена!
Обе девушки выбрались из джакузи — они оказались в майках — и, повязав вокруг талии полотенца, бросились бежать. Одинаковые голубые глаза, одинаковые лица, одновременно чувственные и невыразительные, одинаково великолепные фигуры.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28


А-П

П-Я