Обращался в Wodolei 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

А королеве, правившей большой страной, следует быть жесткой и сильной.
– Благодарю вас за то, что вы вернулись, – взяв себя в руки, промолвила она.
Смуглое лицо гренадинца просияло, на губах заиграла улыбка, а вокруг искрящихся весельем глаз собрались мелкие морщинки, делавшие его еще привлекательней.
– Я не мог поступить иначе, – промолвил он.
Я сейчас утону в этих глазах, подумала Валентина, но ее спас стук в дверь. На пороге появился слуга с подносом, на котором стояли закуски и напитки.
– Вам нужно подкрепиться с дороги, – сказала королева.
– Простите меня за небрежный вид, ваше величество. Мы провели несколько дней в пути и только что прибыли во дворец. Я еще не успел переодеться и привести себя в порядок.
– Пустяки! – сказала Валентина и, кивнув слуге, жестом приказала удалиться. – Кстати, сегодня утром я тоже каталась верхом по предместьям замка.
Этими словами она хотела ободрить Корелди, дать понять, что ей нравится его небрежный вид, пыль на сапогах, запах конского пота, небритый подбородок и слегка растрепанные, падающие на плечи волосы. Все в этом человеке казалось ей привлекательным. За несколько минут общения он сумел покорить ее сердце.
Глядя на смущенную Валентину, Уил благодарил судьбу за то, что она наделила его обликом Ромена, отличавшегося хладнокровием и невозмутимостью. Если бы не самоуверенные манеры гренадинца, Уил вел бы себя сейчас как растерянный юнец. Теперь он понимал, что женщин интриговала непредсказуемость Ромена. Он обладал неотразимым обаянием, перед которым не могла устоять ни одна красотка.
Душа его плясала от радости. Он был счастлив находиться наедине с любимой. Оба чувствовали себя неловко. Сердце бешено колотилось, грозя выпрыгнуть из груди. К горлу подкатывал комок, и ему было трудно дышать. Точно такие же ощущения он испытывал в момент их первой встречи. Ему хотелось признаться ей в своих чувствах, сказать, что он скучал по ней, что любит ее больше жизни, но он молчал.
Королева жестом пригласила гостя сесть, и Уил опустился на стул у стоявшего возле окна столика. Валентина села напротив. Уил надеялся, что Ромена, не знавшего, что такое смущение, трудно будет вогнать в краску. Сам он при первой встрече с Валентиной постоянно краснел и заикался.
– Я все еще не могу привыкнуть к этой комнате, – с улыбкой призналась королева. – Вы же знаете, что это кабинет моего отца. Иногда я чувствую его присутствие здесь.
Уил видел, что Валентина сильно возбуждена, но не знал, в чем причина ее волнения.
– Ваш отец был отважным человеком, – промолвил он. – К сожалению, наемники превосходили нас численностью, ваше величество… Простите, что заговорил об этом. Не хотелось бы бередить душевные раны.
– Ничего, – прошептала королева и машинально тронула гостя за руку – он тут же накрыл ее кисть своей ладонью.
Валентина не вздрогнула, не отпрянула, не вырвала руку, а замерла, ощущая исходившее от ладони гренадинца тепло. Никогда прежде ей не доводилось испытывать столь острые чувства. Дремавшие долгие годы желания просыпались в ней.
Пытаясь избавиться от наваждения, Валентина откашлялась.
– Я знаю, что вы и Уил Тирск храбро сражались, защищая моего отца, – сказала она. – Я признательна вам за это. Моргравиец и гренадинец бьются за бриавельца – какая ирония судьбы!
Она замолчала, и в комнате воцарилась тишина.
– Один маленький мальчик с нетерпением ждет встречи с вами, – снова заговорила Валентина, переводя разговор на другую тему.
Воспоминания об отце всегда причиняли ей боль.
– Финч? – оживился Уил. – Как он поживает?
То, что Корелди беспокоился о мальчике, растрогало Валентину. С каждой минутой этот человек все больше нравился ей.
– У него все хорошо.
Уил заметил неуверенный тон королевы.
– Что-то не так? – быстро спросил он.
Валентина протянула ему кубок вина, ругая себя за то, что не сумела скрыть эмоции. Корелди разговаривал с ней так, как будто они были старыми друзьями, но Валентина еще плохо знала его и не могла доверить ему свои секреты.
– Нет-нет, все отлично, – заверила она гостя, очаровательно улыбаясь. – Прошу вас, отведайте вина, отец очень любил именно этот сорт.
Улыбка Валентины заставила Уила моментально забыть о Финче. Он пригубил кубок.
– Да, превосходное вино, спасибо.
Валентине было приятно, что гость по достоинству оценил вино из королевских погребов. Некоторое время они молча наслаждались восхитительным напитком.
– Могу я быть с вами откровенной, Ромен? – наконец снова заговорила Валентина.
Уил кивнул.
– Мне бы этого очень хотелось.
– Ну, хорошо, в таком случае признаюсь вам, что я нахожусь в трудном положении. Вы с оружием в руках защищали моего отца, хотя непонятно, что толкнуло вас на этот подвиг, вы сражались бок о бок с человеком, которому я полностью доверяла. Кстати, этого человека вы должны были убить. О том, что Уил Тирск погиб в том бою, нам известно только с ваших слов. Вы, конечно, достойны уважения за то, что не бросили труп молодого генерала, а доставили его на родину, в Моргравию, а потом спасли из темницы сестру Тирска. Вы поступили благородно, ничего не скажешь. Казалось бы, вы заслуживаете доверия… но…
Уил хотел что-то сказать, однако Валентина остановила его.
– Подождите, выслушайте меня до конца. Я хочу сказать следующее: я не уверена в том, что, доверившись вам, не раскаюсь потом в этом. Мне непонятны мотивы многих ваших поступков.
– Ваше величество, – промолвил Уил, снова взяв руку королевы, – я писал в своем письме, что хочу верой и правдой служить вам и Бриавелю. Это мое искреннее желание!
– Но почему оно у вас возникло?
– Я любил Уила Тирска, это был достойный человек. Перед смертью он взял с меня слово, что я буду служить вам, не щадя своей жизни.
Валентина была потрясена его словами.
– Но почему он заставил вас дать ему такую клятву?
– Все его мысли были о вас, – промолвил Уил. Теперь, приняв облик Ромена, он мог признаться Валентине в своих чувствах. – Он любил вас, ваше величество.
Валентина на мгновение потеряла дар речи. Она смотрела на своего собеседника широко распахнутыми от изумления глазами.
– Но мы были чужими людьми, – справившись с удивлением, промолвила королева. – Мы познакомились с ним за пару часов до его гибели!
– Неужели вы никогда не влюблялись с первого взгляда? Неужели у вас никогда не перехватывало дыхание и не замирало сердце от счастья? Неужели никто никогда не пленял вас при первой же встрече? – спросил Уил.
И Валентина вдруг густо покраснела, надеясь, что ее собеседник не умеет читать чужие мысли.
– Я слышала, что такое бывает… – потупив взор, пробормотала она.
– Я проникся симпатией к Уилу, как только мы познакомились. Селимус на моих глазах расправился с его близкими, а потом решил, что именно я должен стать убийцей Уила. Я не желал убивать его, однако сделал вид, что согласен выполнить задание, потому что в противном случае король подослал бы к Тирску другого наемника. Уил знал о поручении, которое дал мне король. Финч рассказал ему об этом. И мы вместе разработали план действий. Тогда еще Уил не был знаком с вами, ваше величество, иначе повел бы себя совсем по-другому.
– Продолжайте, – кивнув, сказала Валентина, внимательно слушавшая рассказ гренадинца.
– Увидев вас, Уил поменял все планы. Он не стал уговаривать вас принять предложение Селимуса, хотя, нарушая волю короля, рисковал жизнью сестры, остававшейся в заложницах в Стоунхарте.
– Да, все именно так и было, – сказала королева. – Уил рассказывал нам о сестре, томящейся в темнице. Думаю, он бросился защищать короля Бриавеля из-за ненависти к Селимусу. Генерал Тирск был отважным человеком. Требуется немалое мужество, чтобы нарушить присягу и предать своего короля. Решение далось ему нелегко, тем более что он принадлежал к роду Тирсков.
– Вы совершенно правы, – согласился Уил, пораженный проницательностью королевы. – Обстоятельства вынудили генерала нарушить присягу. Селимус безжалостно убил его лучшего друга и бросил в темницу его доведенную до отчаяния сестру. Друга и наставника Уила, Герина, Селимус послал на север на верную гибель. А затем выяснилось, что король втайне покушался и на его собственную жизнь. Генерала загнали в угол. Познакомившись с вами, ваше величество, и королем Валором, он решил встать на защиту интересов Бриавеля, и тем самым изменил родине. – Голос его звучал все более взволнованно. – После того как вы с Финчем бежали из дворца, генерал впустил меня в кабинет вашего отца и предложил сражаться вместе с ними. Я согласился, так как уже знал, что Селимус приказал наемникам убрать меня. Мне не оставалось ничего другого, как взяться за оружие. В этом бою ваш отец был убит, а Уил Тирск смертельно ранен. Перед тем как испустить последний вздох, генерал поведал мне о своей любви к вам.
Слова гренадинца потрясли королеву.
– Но когда он успел влюбиться в меня? Мы провели вместе не больше часа!
– Ваше величество, от нагрянувшей любви нет спасения, ее стрела поражает человека в самое сердце. Все происходит мгновенно. Уил был готов умереть за вас, и он умер с вашим именем на устах. Но прежде взял с меня слово, что я поступлю к вам на службу и буду до конца своих дней хранить вам верность. Я поклялся защищать вас и его сестру.
Уил старался справиться с волнением – Валентина не должна видеть, что его обуревают сильные чувства.
– Я сразу понял, что он – добрый человек, – задумчиво промолвила Валентина, повернув голову к окну. – Мне кажется, отец поверил в его искренность, хотя они были заклятьями врагами.
– Враги тоже могут быть людьми чести, ваше величество. Правда, к Селимусу это не относится. Он совершенно не похож на своего отца.
– О! Вы знали Магнуса?
– Э… нет… Но я много слышал о нем. Уил Тирск говорил, что Селимус не достоин своего отца.
Валентина грустно улыбнулась.
– Мой отец одновременно уважал и ненавидел Магнуса. Представьте себе, такое порой бывает! А о Фергюсе Тирске всегда отзывался с глубоким почтением. Он высоко ценил его талант полководца. Вся их жизнь прошла в непримиримой вражде. Они не раз встречались друг с другом на поле битвы. Скажу вам честно, отец одобрил мой брак с Селимусом. Он знал, что этот союз принесет мир нашим народам.
– Все так. Но ваш брак более выгоден Моргравии, чем Бриавелю.
Валентина отвела взор от окна и внимательно посмотрела на Уила.
– Вы хотите предостеречь меня? Я вас слушаю.
– Селимус стремится установить свою власть над Бриавелем. Как только вы дадите согласие на брак, он возьмет бразды правления страной в свои руки.
Валентина насупилась.
– Я не возражала бы, если бы он разделил со мной ответственность за судьбу королевства. Я согласна править вдвоем с ним, – сказала она.
Уил пожал плечами.
– Пока вы не заключите брак, Селимус будет учтив и предупредителен с вами. Он пообещает вам золотые горы, но его обещаниям нельзя верить. Будьте осторожны, ваше величество, Селимус никогда не держит свое слово. Внешне он очень красив, но у него черная душа, не забывайте об этом. Это коварная ядовитая змея.
Валентина порывисто встала и начала в волнении расхаживать по комнате.
– Он скоро будет здесь. Нет никаких сомнений в том, что Селимус хочет лично сделать мне предложение. Все это время я отчаянно сопротивлялась его планам и старалась держать Селимуса на расстоянии, как вы мне и советовали. Но теперь встречи с ним не избежать. Я должна буду уступить, иначе снова вспыхнет война. А мой народ жаждет мира.
– Моргравийцы тоже не хотят войны, я уверен в этом.
– Что же мне делать? – спросила Валентина, и Уил понял, что она чувствует себя одинокой и беззащитной.
Королева была в отчаяние и не знала, как ей поступить. Уил встал и подошел к ней. Ему хотелось обнять Валентину, прижать ее к груди, но он сдержал свой порыв.
– Вы верите мне, Валентина? – спросил он, глядя ей в глаза.
– Вы защищали моего отца. Как я могу не верить вам? Кроме того, вам доверяет Финч, наблюдательный и проницательный мальчик. А его странная собака, которая порой пугает меня своим взглядом, как будто направленным в глубину моей души, привязана к вам. Вас окутывает какая-то тайна, Ромен Корелди, и это беспокоит меня. Но все равно я верю в вашу честность и искренность.
Уил, наклонившись, поцеловал ей руку.
– Я никогда не предам вас, Валентина, помните это. Позвольте, я обдумаю сложившуюся ситуацию, и мы поговорим об этом позже.
– Хорошо. Вечером, когда сгустятся сумерки, я приглашаю вас на прогулку. Там мы и поговорим.
Уил поклонился. Ему не хотелось покидать Валентину, но он должен был удалиться из кабинета, так как аудиенция закончилась. Требовалось собраться с мыслями и найти выход из трудного положения, в котором оказалась королева. Когда-то он был прекрасным стратегом, и теперь талантом следовало воспользоваться, чтобы разрушить планы Селимуса.
Застенчивая молодая служанка провела Уила в приготовленные для него покои. Открыв дверь, она в ужасе отпрянула при виде огромной черной собаки. Это был Нейв. С громким лаем пес бросился к Уилу, едва не сбив его с ног.
– О, простите, сударь, – засуетилась служанка. – Не понимаю, как эта собака могла оказаться здесь.
– Не волнуйтесь, – успокоил ее Уил. – Я знаю ее. Это мой старый друг.
– Да хранит вас Шарр! Эта собака до смерти пугает всех нас.
– Все в порядке. Мы с ней прекрасно ладим. Кстати, а где ее хозяин, Финч?
– Не знаю, сударь. Сегодня утром он ездил с ее величеством на конную прогулку. Больше я его не видела.
– Спасибо. Вы свободны.
– В тазу горячая вода, рядом лежат чистые полотенца. Ее величество распорядилась, чтобы мы приготовили вам смену белья и одежду. Все это вы найдете в спальне. Все ваши поручения будет выполнять Стевит.
– Спасибо, – еще раз поблагодарил служанку Уил и прошел в комнату. Собака бросилась за ним следом. – Она побудет немного со мной.
Горничная поклонилась и удалилась. Закрыв за ней дверь, Уил повернулся к собаке.
– Что у тебя на уме, Нейв? – спросил он, присев на корточки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67


А-П

П-Я